Есть банкноты просто красавицы. Уверен, что многие вы в глаза не видели. Как и я. А большинство даже не слышали о некоторых государствах. Как и я. Слышали о Ванауту? На Новых Гибридах. Так что пользуйтесь моей добротой. Смотрите всякую муть, время впустую тратя. А это очень познавательно. Явно уже дебилами не помрёте. Тут загонять надо час, а я для вас стараюсь паразитов, не жалею своего времени.
Новые Гибриды
Багамы. Если кто не в курсе. Разве не красавица? Прелесть какая милая. Поэзия, а не банкнота.
Нескольких собак породы "золотистый ретривер" вместе со своими хозяевами были переправлены в Бостон из Чикаго, чтобы оказать эмоциональную поддержку людям, пострадавшим от бостонской бомбежки Марафона, в результате которой погибло три человека и почти 200 человек получили ранения.
"Люди общаются с собаками - они походят на пушистых психологов," сказал Тим Хецнер, президент одной из благотворительных организаций. "Это - шанс помочь принести хотя бы некоторое облегчение травмированным бомбёжками людям."
Утешительные компаньоны программы "K-9 Собаки Комфорта" являются теми же самыми собаками, которых посылали в Newtown (Коннектикут) после стрельбы в начальной школы Сэнди Хук.
На прошлой неделе Huffington Post сообщила, что двое из собак, Адди и Мэгги, которые оставались в Коннектикуте, чтобы служить в начальной школе на постоянной основе, смогли добраться до Бостона даже раньше, чем другие собаки этой программы.
"У животных есть странная способность..., чтобы почувствовать, что человек испытывает горе и находится в бедственном положении," -говорит участник программы Ingo Dutzmann. - "Вместо того, чтобы избегать негатива исходящего от человека, собаки тянутся к нему, как бы желая разделить его горе и принять часть его на себя."
См. фотографии собак комфорта в действии в галерее ниже .
[326x420]
[показать]
[показать]170 лет назад, в конце января (по новому стилю — в начале февраля) 1837 года, «солнце русской поэзии» Александр Пушкин был смертельно ранен на дуэли с бароном Жоржем Дантесом. Эту дуэль и смерть в советской исторической науке принято было объяснять личной ненавистью к поэту Николая I, который якобы и устроил травлю Пушкина придворными кругами. Дескать, Александр Сергеевич пострадал за то, что хотя внешне и примирился с царизмом, но в душе остался верен союзу с декабристами, своим демократическим и антимонархическим убеждениям. А в действительности — был ли поэт лоялен к государю?
Автор: Александр Вайс
«Я ни к какому тайному обществу не принадлежал…»
СПУСТЯ месяц с небольшим после потрясшего Петербург и всю Россию военного мятежа (а именно так с точки зрения права и морали выглядит антиниколаевское выступление войск, выведенных дворянскими революционерами на Сенатскую площадь), 20 января 1826 года Пушкин из Михайловского пишет одному из своих ближайших друзей В. А. Жуковскому: «Вероятно, правительство удостоверилось, что я заговору не принадлежу и с возмутителями 14 декабря связей политических не имел… Покойный император (Александр I. — Авт.), сослав меня, мог только упрекнуть меня в безверии…»
Далее в письме содержался намек, похожий на деликатную, ненавязчивую просьбу об участии (учитывая положение Жуковского, которому доверили воспитание наследника престола Александра Николаевича): «Кажется, можно сказать царю: Ваше Величество, если Пушкин не замешан, то нельзя ли наконец позволить ему возвратиться?»
Поэта явно тяготит пребывание на юге в качестве высланного из столицы. Но он испытывает и некое неявное чувство вины, скрытые угрызения совести, вызванные острым переживанием, не оказался ли сам в роли подстрекателя к антимонархическому выступлению. «Конечно, я ни в чем не замешан, — пишет Александр Сергеевич в феврале того же года другу лицейской юности, издателю альманаха «Северные цветы» А. А. Дельвигу, — и если правительству досуг подумать обо мне, то оно в том легко удостоверится. Но просить мне как-то совестно, особенно ныне; образ мыслей моих известен. …Но никогда я не проповедовал ни возмущения, ни революции — напротив…»
Чтобы сразу расставить точки над «i» и закрыть тему «благородства» декабристов, сошлемся на исторический факт, фигурирующий в материалах следствия по делу о заговоре, о котором советская наука предпочитала помалкивать. Дело в том, что члены тайных обществ еще до событий 14 декабря шесть раз подготавливали покушение на императора: в 1816 году — на Царскосельской дороге, в 1817-м — в Москве, в 1823-м — возле Бобруйска, в 1824-м — в Петербурге, в 1825-м — в лагере при Лещине, а затем в Василькове. Это не вымысел современных историков. Так, в бумагах гвардейца-кавалергарда Михаила Лунина (перешедшего из православия в католичество и одного из создателей Союза спасения) нашлись доказательства, что государя Александра Павловича в 1817 году замышляли убить с особым кощунством — во время богослужения в Успенском соборе Кремля. Знай Пушкин об этих зловещих планах, он, безусловно, со свойственной ему импульсивностью порвал бы любые отношения с заговорщиками, готовившими цареубийство.
Беда была в том, что Александр Сергеевич в силу своего воспитания поначалу принимал этих дворян за людей, мечтавших о благе Отечества… После драмы на Сенатской площади он осознает и свои заблуждения, и двусмысленность положения, в котором оказался по юношеской наивности.
Это ясно выражено в письме поэта П. А. Вяземскому от 10 июля 1826 года: «Бунт и революция мне никогда не нравились, это правда; но я был в связи почти со всеми и в переписке со многими из заговорщиков. Все возмутительные рукописи ходили под моим именем, как все похабные ходят под именем Баркова. Если б я был потребован комиссией (имеется в виду созданный по распоряжению Николая I Следственный комитет по делу о злоумышленных тайных обществах, 29 мая 1826 года преобразованный в Следственную комиссию. — Авт.), то я бы, конечно, оправдался…» Немного раньше, 7 марта, Пушкин писал Жуковскому: «Вступление на престол Государя Николая Павловича подает мне радостную надежду. Может быть, Его Величеству угодно будет переменить мою судьбу».
Прислушавшись к советам Василия Андреевича и других искренних друзей, 11 мая 1826 года «10-го класса