Долгая дорога в дюнах
Долгая дорога в дюнах
Я поняла,—
ты не хотел мне зла,
ты даже был
предельно честен где-то,
ты просто оказался из числа
людей, не выходящих из бюджета.
Не обижайся,
я ведь не в укор,
ты и такой
мне бесконечно дорог.
Хорош ты, нет ли,—
это сущий вздор.
Любить так уж любить —
без оговорок.
Я стала невеселая...
Прости!
Пускай тебя раскаянье не гложет.
Сама себя попробую спасти,
никто другой
спасти меня не может.
Забудь меня.
Из памяти сотри.
Была — и нет, и крест поставь
на этом!
А раны заживают изнутри.
А я еще уеду к морю летом.
Я буду слушать, как идет волна,
как в грохот шум ее перерастает,
как, отступая, шелестит она,
как будто книгу вечности
листает.
Не помни лихом.
Не сочти виной,
что я когда-то в жизнь твою вторгалась,
и не печалься —
все мое — со мной.
И не сочувствуй —
я не торговалась!
* * *(VERONICA TUSHNOVA)
В твоих ладонях – пластилиновым, в твоих горячих – словно воск,
И запахом волос жасминовым дуреет обнаженный мозг.
Еще попыткою оскалиться сопротивляюсь колдовству,
И вою, потому что каяться и не хочу… и не могу!
И зафлажковано отчаянье – вперед, назад ли… всюду боль;
И алый парус рвет нечаянно прикосновением Ассоль…
Сминая панцири картонные, в живое проникает сталь;
Твои глаза… глаза бездонные, в которых гибнет Персиваль.
Да не строкой ли обозначено – по снегу красные следы!
И сжато пальцами, и схвачено сердцебиение в груди…
Просторы заперты границами, и бьют капканы по ноге
Твоими черными ресницами, и мясом в ласковой руке…
Возьми меня к себе лохматым черным псом –
Я буду охранять твое земное счастье,
Чтоб не вошла беда в твой незакрытый дом,
Чтоб не осталось в нем осеннее ненастье…
Возьми меня к себе, и я свернусь у ног,
Чтоб ты смогла согреть их в этой мягкой шкуре,
Я не впущу года в наш дом через порог,
Где ярок свет звезды в торшерном абажуре
Я буду мокрый нос пихать в твою ладонь,
И преданно смотреть в твои глаза, как в небо,
Мечтать, что мотыльком лечу на твой огонь,
И лишь с твоей руки брать тонкий ломтик хлеба...
Я не сомкну глаза, когда ты будешь спать,
Когда луна скользнет в прозрачное оконце,
И, скалясь, заворчу: - Не вздумай помешать!
Мы в этом сне вдвоем, как Облако и Солнце…
А утром небо вновь прольется с твоих глаз,
Где заспанные сны еще не растворились,
Где ты в моей судьбе,где мы опять сейчас,
Наверно, в сотый раз влюбленными приснились…
Возьми меня к себе
Хотя бы псом пожить,
И голову мою прижми к груди покрепче,
Мне Бог тебя послал
В последний раз любить,
А рядом ждать тебя немного будет легче…
***************************************** ЮРИЙ ЕГОРОВ
ЕВТУШЕНКО
Он ударил цветок и заплакал
от тоски запредельной, а люди
подходили к нему и смеялись
лепестками убитых цветов
(Mengirov Karen)
ОВЕН
Бах,
Рафаэль
Декарт,
Гойя,
Гайдн,
Бисмарк.
Медичи Екатерина и Золя.
Жизнь на пределе,
жизнь на взлете.
Не остановите его,
не повернете.
Он - через все препоны - только лбом.
Честолюбив.
Упрям.
В нём кровь с огнем.
Задорен.
Раздражителен.
Неистов.
Он - в крестоносцах,
он же - в атеистах.
Завоеватель.
Пионер,
Герой.
Он - деспот.
Грубый.
Смелый.
Злой.
Леонардо да Винчи,
Гитлер и Чаплин,
В нём всего - чересчур.
В нём всего не по капле.
Всё - через край.
Всё - до предела.
Чтоб всё играло и кипело.
Не спорьте с Овном - он убить посмеет,
Потом об этом, правда, пожалеет.
Не виноват он в этом.
Просто - это в нём.
Сначала - действия.
Анализы - потом.
Из всех «огней»- он самый огневой.
Нетерпеливый.
Страшный.
И - Взрывной.далее
Прекрасные цветы для милых дам!!!
[700x606]
[700x525]Прогулка по весеннему Бостону!
[700x579]
[699x464]Весенний привет!!! Автор натюрмортов inna korobova.
[700x525]
[700x525]