Люди могут жить под одной крышей, пить вместе, заниматься любовью, но только совместное занятие идиотизмом указывает на душевную и духовную близость...

Коля, всё так некстати –
Проповеди, заповеди…
Осень листву сняла, город стих.
Облако за облаком, ветер гоняет мысли вдоль нашей набережной,
Ты послал бы к черту всё, не будь ты таким– греховным и набожным.
Надо же?.. С кем этот бог целуется, кого этот бес касается?
Словно он не знает, что есть на свете такая красавица,
Которая бухтит напротив теня фигню за другой,
Остатки осени переворачивая ногой.
скажи, ка, Коля..

Чем мы живём Коля, - шарами хрустальными, кофейными гущами.
Становимся голыми, злыми, душевно нищими.
Если любви на веку вот столько отпущено,
Давай бросим всё, и сорвемся, её разыщем, и
Скажем, глядя в глаза своему антиподу ли, отражению
«Ну и зачем мы расходимся, на ком мы женимся?»
Если ты узнаешь ее в толпе по движению правой руки, нажимающей кнопки.
Если слышишь ее звонки, когда телефон не снимается с блокировки.

Сутки, Коля, это целая жизнь в жизни.
Век, написанный на веку.
Обними это небо, сожми и стисни,
Взгляд опуская в осень-реку.
Проходи этажи, не касаясь рукой перил,
Неси в себе всё, что никогда не дарил –
Ночи украдены, сняты с предохранителя, готовые выдать боль.
А на глазах твоих-мои рифмы, непрописанные, подкованные как сталь.
Затянись воздухом, или правдой, вливай в себя алкоголь,
Только, пожалуйста, сними свою жизнь с креста.
Мне бы еще слов, еще правильных образов, или просто обнять тебя.
Поговорить под виски, глотая твои понятия.
Ты наверное спятил, Коля,либо-наверное Я спятила.

Только одно внутри не дает мне покоя –
Если друг друга воистину любят двое,
Но не могут быть вместе – по закону жизни ли, подлости,

Любовь, Коля, не нуждается в сроках годности?..

Все точим зубы друг на друга?
Сожрать готовы мы друг друга...
Где, сэр, найти такого друга,
Чтобы не видеть в нем врага?
Всех унижаем, и готовы
Втоптать всех в грязь, и жаждем всходов.
И верим, сэр, в статью доходов?
- Наверняка.
Беседу начинаем просто.
Дипломатического пОста
Хватило вам, чтоб очень хлестко
Кольнуть меня исподтишка.
Пупком земли себя считаем,
Копаем под других, зеваем,
Теряем, меру отвергаем,
Дрова ломаем сгоряча?
Как скучно с вами, сэр, до смерти
За вас мне больно, но поверьте,
Что все ж под "серостью" своей
Я вас честнее и светлей!
Что ж, ваше право, сэр, но Совесть -
Ее ничем не успокоишь...
Ведь с ней нельзя так как всегда -
Ни с полпинка, ни с полтычка.

Любимой (кровной) подруге посвящается…

Во избежание накоплений в виде ненаписанных эссе на разные темы (обрывки идей и фраз в последнее время грозят захламить мою больную голову, превратившись в гору букофф под заголовком «Из ненаписанного, потому что забытого на полпути к ноуту») я решила записать и в процессе развить последнюю идею: « Письма к подруге или эпистолярка, как способ структурирования мыслей в хаосе истерики и других «веселых» случаях вашей жизни».

Короче.

Бывают ли у вас, друзья мои, ситуации в жизни, когда в теме письма, вы можете с легкостью написать «а на фоне всеобщего п…ца мы лихо консервируем аджику»?

Когда все ваши мысли в панике бегают по больной черепушке, натыкаясь друг на друга и создавая незабываемое ощущение наркотического прихода с отлетом одновременно?

Когда фразы типа «кругом 16» и «за нами Москва» становятся близки и понятны, как таблица умножения, заученная в первом классе?

Когда вы уверены - все что могло случиться, уже случилось, и вам только остается последовать совету предков « махнуть рукой и пусть само как-нибудь рассосется» (другими словами затихариться и притвориться веником, ибо какой с веника спрос?), потому что вы, уж точно, ничего поделать не можете, случается еще н е ч т о, с легкостью доказывающее вам как же вы ошибались, и все интересное только начинает продолжаться?

Когда мысль о срочной госпитализации, пусть даже в наши больничные палаты, кажется вам не лишенной привлекательности?

Когда целую неделю , вашей самой большой радостью становится отсутствие новостей (так и тянет написать с фронта).

Когда нет желания и морально «не стоит» ни на что, включая собственных детей, мужей, любовников и иже с ними?

Если да, то вам безумно повезло, если вы обладаете двумя вещами:
1. Являетесь поклонниками эпистолярного жанра
2. У вас есть подруга, которая разделяет ваше увлечение:)
Ибо тогда, друзья мои, ваш МОЗГ спасен!)

На подступах истерии, вы, аки Матросов на дзот, бросаетесь за ноутом, вводите в строку адрес и ваяете нетленку на тему «А кому на Руси жить хорошо» с различными вариациями.

И получаете в ответ :
«Вообще ту часть твоего письма, где про весну и загубленную жизнь я читала с
тревожной улыбкой, похожей на оскал - ну ты думаешь ваще чё говоришь? Но, тем не менее, живи я в таких условиях - трупы закапывала бы в горшках с цветами»
Или:
«во всем этом сумасшедшем доме есть один положительный момент - наверняка ты похудела так, что теперь влезешь даже в мои дородовые платья, не то, что в
свои)) Выслать тебе парочку? *радушно*».
Ну и конечно ободряющее:
«Люблю тебя, терпи и держись - не за горами день нашего триумфа, коньяка, сигареты и вкусного шоколада».

И жизнь налаживается :)) потому что вы чувствуете, что к вам возвращается самое дорогое – чувство юмора, а вместе с ним и уверенность в том, что «не под таким лежала» еще не раз нокаутирует очередную ситуацию на взлете и предотвратит катастрофу глобального масштаба вашей личной Вселенной.

Иногда мне так хочется просто побыть слабой…
Зачеркнуть свою гордость и выпасть за рамки свободы…
Каждый раз прикреплять себе ценник обычной бабы. –
Это трудно… Я особь слишком другой породы…
Я вдыхаю рассветы, а выдыхаю – закаты…
По карманам ищу свою власть…Раздаю нищим…
Мне не всё подойдет… Я на свет родилась крылатой…
Замороженный плод, может быть, слишком терпкой вишни…
Я смотрю сквозь зрачки… Я умею влюблять словом…
Понимаю ответ даже сквозь молчаливые рты…
Про меня говорят – “Посмотри…Ничего святого…”
Улыбаясь, нагая, прячусь за край фаты…
Я мечты сочинять не умею – жесть не пускает!
Я страдаю реально… Порой не найдя причины…
Тридцать семь полных лет я иду по ТАКОМУ краю…
И тяну свои па… Так смешно претворясь балериной.
Я глотаю запоями строки, ссыпаясь в пепел…
Недокуренной трубки мира с собственной плотью.
Зажигаю все звезды – я очень люблю – при свете
Наблюдать, как мои “половинки” кусают локти…
Мне так трудно быть мамой… Я сказок не знаю вовсе…
Я сжимаю ладошки, надеясь, что мама …в меру…
В меру женщина, в меру твоя… Полюбившая осень…
В меру дочь… В меру шлюха… На кисть накрутившая нервы…
Я безмерно вхожу в этот мир… Разбиваясь в крошку..
Я боюсь не успеть надышаться телом мужчины…
В бочке мёда всех судеб, я, видно, та самая ложка…
Того самого дёгтя, который хотят… Без причины…
Иногда мне так хочется просто побыть нежной…
Ощутить принадлежность рукам сексуального Будды…
И застрять в его жизни… Вот так… Навсегда… Между…
Жить стихами… Шептать его имя… Лечить от простуды…
Одурманенный ум – суицидное прошлое кроет…
Тридцать семь одуревших иллюзий развратного блуда…
Я — иная порода… Меня понимать не стоит…
Я бесценная тварь… И иной никогда не буду…

Я хожу по земле, я хожу в магазин и в гости.
На вопросы о смерти я отвечаю - "Бросьте!"
Там, где пролита кровь, - растут виноградные гроздья.

...А зато я узнала точно, почём фунт лиха.
Нет, соседи спали, никто не услышал крика.
Я сожгла все письма и спрятала все улики.

Будешь просто зелёный, или тебе с жасмином?
А симптомы считают банальным сезонным сплином.
Очень точный удар. Прямо в сердце, хотя и в спину.

расставаться любя -
это больше, чем просто риск,
и глупее, чем взрыв
или выстрелы по приказу;
будто в танце над бездной, не глядя,
с обрыва вниз, -
захлебнутся слезами от зависти
камикадзе

садо-мазо всех стран
были рады за нас с тобой,
видя, как я легко
покидала родную пристань;
расставаться любя -
это больше, чем просто боль,
и, конечно, намного опасней
самоубийства, -

это смерть из-за веры,
что вещи сильней любви
могут быть моим смыслом, -
расслабься, дыши свободно:
я уже умерла -
хоть вполне хороша на вид
и способна ввести в заблужденье
кого угодно.

Ей нравится прыгать с разбега в холодный северный водоём.
Ей нравятся те, у кого тяжела рука.
Она не боится боли;
её болевой приём
бодрит, как глоток воды из чистого родника.

Где сыщешь того, кто хотел бы остаться с ней?
Спроси, что ей нравится - будешь и сам не рад.
Она не боится ни крыс, ни пиявок, ни пауков, ни змей,
ни стаи голодных собак посреди двора.

Она не боится быть замужем за никем:
ей нравятся перемены, и ветер, и дрожь огней.
Её одиночество бродит на поводке
из дома в дом, прирученное, за ней.

Она не боится силы, а силе метит в ученики;
не боится, что небо однажды разверзнется над головой.

А только того, что он просто придёт, и коснётся её руки,
и скажет:
"Ну ладно, хватит.
Пойдём домой".

нужно сказать но забыла слова да и нахуй тебе моё
кожа изодрана в кружево видишь какое на мне бельё
странный мой маленький принц если бы знала я who you are
боль алкоголь мы проспали наш новый год наступил в ЮАР
я никому ничего не должна у меня есть манера жить
если ты хочешь добраться до дна набери меня и держи
буду хрипеть не закусывать спирт и закусывать удила
чтобы моих лошадиных хватило до твоего угла
стану одной из твоих магдалин строй свой храм на моей крови
я не пытаюсь спастись видит бог я хотела такой любви
буду послушной твоею юродивой буду носить рваньё
лишь бы твой новый соломенный нимб не склевало моё вороньё
сводишь с ума водишь за руку сводишь мои беспределы к нулю
к черту десерты позволь мне слизнуть с твоего языка люблю
это бывает лишь раз благословенный смертельный бой
всё что сломает раздавит убьет не ебёт пока я с тобой

Прости меня. Я больше не могу
Любить тебя. Надорванный билет
Мне сунет в руку пьяненький кондуктор.
И я уеду. К черту этот рай.
Парное утро. Белая роса.
Я по росе босая… Или нет…
Пока роса коси, коса, давай,
Траву и одуванчики срезай,
Оставь дождю щекотную щетину,
Пускай почешется. Коси, пока остра
Моя тоска. Коси, покуда утро.
Прости меня. Прости. Пожалуйста.

Пусти меня. Я не могу. Совсем.
Я ухожу, надорванное сердце
Зажав в ладони. Пьяненький трамвай
(Трамваев здесь в помине не бывало)
Везет меня. Всевышний контролер,
Закутанный в верблюжье одеяло,
Меня пропустит к северу. Туда,
Где я смогу не вспоминать тебя,
Не думать, что бы я в ответ сказала.

Прочти меня, пожалуйста, прочти
Усталыми глазами и губами
За мною каждый слог произнеси.
Я далеко, за сорок тысяч лье.

Прочти меня совсем, до дна, до капли.

И отпусти. Пусти. В который раз
Сама себе выламываю руки,
Рта не сомкнув, не размыкая глаз.
Мне все мерещится, что я Офелия.
Я извлекаю сладостные звуки…
Я оборачиваюсь… Пьяница Морфей…
Пускай потешится. Когда, как ни теперь.

Ты умер.А я падаю в постель
В подушку с недосмотренными снами
И хочется сказать, что ты мне снился,
Но некому. Поэтому теперь
Я чаще сплю с открытыми глазами....

Ей не хватает чего – то огнеопасного.
Она купила себе сапоги/ей улыбнулся мальчик/она на минуту счастлива.
Кутаясь в одеяло, думала.
Кого она недолюбила/кого обманула/кого ей тогда нагадали (она взяла на него и плюнула)
Морщила нос.
Всё собирала себе по квадратикам новую страну OZ (чтобы потом разбить)
Недосмотрела сон. В котором кричала с балкона «Ай лав Джим Моррисон!!»
и поливала прохожих виски.
Сыпала на головы конфетти.
1) Проверка почты
2) Традиционная Cup of Tea
3) Капля парфюма в белую ванну.
(она обнимает мысленно Пако Робана. И говорит «спасибо»
Красивокрасиво. У меня всё красиво.
*листая глянцевые буклеты*
Мнёт нервными пальцами сигареты,
так любит платья цвета волны и лето, но штормовое предупреждение.
Она до жжения в свои отражения.
Гуляя по лабиринтам памяти.
*Слушая Doors* возьмёт и задремлет в транспорте.
И с девяти до пяти - шести.
Белая фея в плену у цифр, кофе – машины, офисных войн и мелких перепитИй.
*если чего – то хотеть.. я думаю – всё получится*
Пришло СМС
Он :
>Привет, давай встретимся,я соскучился!)))
Она отвечает»
>May be)))
Глядя на девочек би, качающих под столом ногами.
Деньги на ветер, крах моногамий.
И торжество золотых локонов.
Улица клонов и дорогих клоунов.
Она щёлкает серый ОФФ, берёт сумку.
Немного играет в суку.
Немного ловит масляные глаза.
Там кто – то привет ей, по тормозам.. она ему средний палец.
И упорхнула в свой радио wave и глянец.
>Мам, еду домой (Доставлено)
-Печальнопечально, у меня всё печально.
Она отказывает во встрече, и разбивает новую свою чашку.
Нечаянно. Надо бросать курить.
Я выгляжу уже ненормально. (вечерние поиски куража)
Залить бы слезами дом. До первого этажа. (как это делают обычно пожарные)
Ну да и Бог бы с ними.
Она выбирает свой самый синий.
Прыгаю в джинсах под Light My Fire.
Кошка на крыше, и
>Мама, смотри, я летаю!
Так пахнет лекарствами, я не с вами.
Я падаю за него
Падаю на бордюр
Падаю в белый сон
>Мама, Ай лав Джим Моррисон!
(Доставлено)

Это цитата сообщения T-L Оригинальное сообщение

Описание всех клавиш

Для появления подсказки щелкните по заинтересовавшей вас клавише.

Слышишь,
твои следы застывают льдом
даже в самый разгар раскалённой лавы.
Рушатся будто кристаллы, которые созданы,
чтобы смягчать горький привкус чая.
Я не ручаюсь,
что ты станешь центром истины мною созданной ойкумены,
но даже одним из выбывших до расправы
стать всё же нужно,
чтобы как-то меня прикончить.
В мыслях твоих - эта тонкая леска,
которая держит крепко
камешки для забавы –
ты перережешь нить
и распадутся судьбы,
громко, как праздничный залп оркестра.
Я научу тебя – как выбрать место и написать слова,
чтобы стыд до конца стирался.
Я покажу, как любить не муча,
и мучить так, чтобы ночь была лишь секундой…

Come on!
Мой бесконечный сон близится к завершению
[поболит и отпустит]
Я разрываю нить, ухожу молчком
Для того, чтобы ты рассыпал мне новых бусин
Слов бесконечно терпких и мною на-
изусть выученных задолго до этих розог.
Я понимаю отчетливо, что больна
чувством огня – своей стихотворной прозой
я ухожу, задумав передышать
на плече у тебя крылатость щемящим адом
я ухожу туда, где твоя душа
будет мою терзать, засыпая рядом
ядом
простым набором
[прощай/прости]
В стих сплетённое бешенство поцелуя
Я засыпаю в поиске паутин
И просыпаюсь, нас бесконечно чуя
И хочу я
Чуда
[это зовётся - блуд]
Остро в одно железное – фифти/фифти
Всё как ты можешь хотеть
Рифма/пряник/кнут
Я буду тут
Я хочу, чтоб меня похитил
Именно – нежный мальчик, земной божок
С грустью в конце пути мимолётной встречи
[ты и не знаешь, как ты меня обжёг]
Это не лечат –
От этого странно легче…

[380x384]

Стройные вышивки букв, разодетых в былое…
Алые платьица чувств, стон назад бывших песней…
Если есть силы и тех, и других успокоить,
Значит пора обходиться без этого «если»…
Выплакав море тоски от душевного сплина,
Следующий вдох обретет глубину поднебесья!
Надо ли жизнь подвергать ритму нот половинных
На партитуре умело не сыгранной пьесы…
Каждая мысль о свободе присыпана пеплом…
Мысли так часто, увы, ни на что не пригодны…
Страх, аплодируя, скалится: «Великолепна!»
Дам ему «с левой», он слишком «не в тему» сегодня!
Не приземлить свет души зеркалам скучных судеб,
Знаю, мой ангел подставит и крылья, и спину!
Ярче надежда, смелей, значит всё еще будет!...
Вспыхнет любовь и уже ни на миг не покинет…