Мандарины лучше брать маленькие, очистить, поделить на дольки, засыпать сахаром, добавить коньяк и оставить на ночь.
2
Постивить на огонь (но до кипения не доводить), затем на минимальный огонь и томить минут 40. Остудить, переложить в банку и в холодильник(я стерелизовала банку и крышку, поэтому в кладовку)). С этой порции приблизительно 700г баночка.
Говорят, что слезы очищают, вероятно
с такими лужами пора уж стать святой
ничто не помешает, и это не напрасно,
серьезно заниматься бессмысленной игрой.
собираться с мыслями, и собирать манатки,
бежать от мира, от себя-в свободу,
Сетовать на небо, играющее в прятки,
без твоего согласия льющее на тебя воду.
сидеть ночью, и волком выть,
и дрейфить жизнь, то ли дрейфовать,
до самого океана, сидеть и ныть,
из сердца кусочки гранаты вынимать.
гранатовые косточки вкуснокрасиво давить,
и смотреть, как сок впитывается воспоминаниями,
в подушку промокшую, чтобы снами снова бередить,
и уже не отпускать, упираясь рогами-страданиями
в стену связей и немыслимых расстояний
удлиненных вдоль, поперечно сокращенных.
из которых можно упасть, если не разбежаться,
из которых не взлететь, если даже хочется.
и так уже не долго в награду получить
разделение себя на две, И распылиться
в звуках пронзительных. и волной пронестись
потеряв в дистилляции слез самое дорогое.
ТЕБЯ. [541x640]
На улице,чай,не Франция и Бродский по обычаю прав.
На улице грязь и мороз.Где людям важней закутаться в железо тепла,чем греться друг о друга.Ветер нагло бьёт по мордам.Холод батарей не освежает.Все закутались в тепло щарфов и уже не помнят о тепле душ.Каждый повесил себя на нужде.Блеск страз заменил улыбки,а стук сердец,заменил бой каблуков.
Все затерялись в образ лжи.И уже никогда не обретут себя.
Я пропитана, вся пропитана
алкоголем и сигаретами,
одинокие спят одетыми,
а бывает и неумытыми.
А бывает, совсем не спят они,
на постелях своих распятые,
и баюкают, будто спятили,
телефонные номера.
Эти судороги сердечные
- бесконечные, бесконечные,
никакого вам нахуй завтра,
никакого в пизду вчера.
Послушай: шаги мои странно и гулко и остро звучат в глубине переулка, от стен отражаясь болезненным эхом, серебряным смехом. Качаясь на пьяных своих каблучках, куда я такая? - не знаю, не знаю, мой голод, мой страх. Как ангел барочный, наивной любовью моей позолочен, убийственный мой. Однажды тебе станет жаль этой ночи, всех этих ночей не со мной. Послушай: шаги мои дальше и тише и глуше, сырой акварелью, размытою тушью становится мой силуэт. Я таю, и воздух меня растворяет, и вот меня нет. Есть город, деревья, дома и витрины, и странные надписи на осетрином, фигурная скобка моста. И до отупенья, кругами, часами, вот женщина с белыми волосами, догнал, обернулась, простите. Не та. Не знаешь, теряешь, по капле теряешь, по капле, как кровь. Не чувствуешь, я из тебя вытекаю, не видишь, не спросишь, куда я такая, и сколько шагов моих гулких и острых до точки, где мир превращается в остров, не обитаемый мной - огромный, прекрасный, волшебный, холодный, ненужный, пустой.
Не отпускай моей руки или Немного любви...18-02-2011 12:03
Не отпускай моей руки
пока длится сон,
в котором мы вместе!
и на этом месте
просыпаюсь
все когда-нибудь просыпаются!
и действительность
выстраивает нас в стройные ряды-
распаковывает по маршруткам
метро, авто и т.д.
а смирительная рубашка реальности
туго присасывается к телу
как вторая кожа.....
не слишком много свободы
когда руки,
связанны за спиной
до адской боли в ключицах...
и все , что осталось в памяти -
твоя заговорщицкая улыбка
и моя рана под левой лопаткой!!!!
все будет хорошо!!!!!
только ты -
не отпускай моей руки
пока длится этот сон...
Заброшенный дом,
ослепший на все окна
оставленный кем-то
в поисках мечты,
а может в поисках
себя
заброшенный дом
где ангелы затихли
возможно навсегда
в бело-голубой
пустыне зимы.
Мой путь идет
мимо
... Разрушенные лестницы
открытые в воспоминания
двери ...
и в памяти
пятно
как на старых фото
пожелтевших от времени
... Недописанное письмо
ничего существенного
просто ...
заброшенный дом
... Одинокий человек
чья-то
беспокойная
душа ...
Все наши мысли -- уже чужие. Потому что сосредоточиться невозможно.
Просто сесть и спокойно подумать -- не получается. Какой-нибудь шум
обязательно просочится. Певцы надрываются. Мертвецы смеются. Актеры рыдают в
голос. Все эти эмоции малыми дозами.
Кто-нибудь обязательно распыляет в воздухе свое настроение.
Магнитолы в машинах расплескивают по округе чье-то горе, чью-то злость
или радость.
Особняк в голландском колониальном стиле. Я приклеил пятьдесят шесть
окон вверх ногами, и мне пришлось его выкинуть. Замок в стиле Тюдоров на
двенадцать спален. Я прикрепил водосточные трубы не там, где нужно, и
расплавил пластмассовые фронтоны, пытаясь растворить клей химическим
растворителем.
Все это не ново.
В Древней Греции люди считали, что мысли -- это приказы свыше. Если в
голову древнего грека приходила какая-то мысль, он был уверен, что ее
ниспослали боги. Какой-то конкретный бог или богиня. Аполлон говорил
человеку, что нужно быть храбрым. Афина -- что нужно влюбиться.
Теперь люди слышат рекламу картофельных чипсов со сметаной и бросаются
их покупать; но это теперь называется свободой выбора.
Древние греки по крайней мере не лгали себе.
А правда -- она простая. Даже если однажды вечером ты читаешь жене и
ребенку вслух. Читаешь им колыбельную. А наутро ты просыпаешься, а твоя
семья -- нет. Ты лежишь в постели, прижавшись к жене. Она еще теплая, но уже
не дышит. Твоя дочка не плачет. Дом уже лихорадит от шума движения за окном,
от воплей соседского радио, от горячего пара, заключенного в трубах внутри
стены. Правда в том, что можно забыть даже этот день -- забыть на те пару
минут, пока ты завязываешь перед зеркалом галстук.
Я это знаю. Это моя жизнь.
Можно переехать, сменить квартиру, но этого мало. Надо, чтобы у тебя
было какое-то хобби. Чтоб занять руки и голову. Нужно по уши уйти в работу.
Сменить имя. Собрать все воедино -- пусть даже топорно и кое-как. Сотворить
порядок из хаоса. Каждый раз заново -- когда у тебя не болит нога и когда
есть деньги. Нужно организовать свою жизнь. До мельчайших деталей.
Это не то, что советуют психотерапевты. Но оно помогает.
Потом ты приклеиваешь к стенам двери. А стены приклеиваешь к
фундаменту. Ты собираешь пинцетом крошечные кусочки каждой печной трубы, и
пока клей подсыхает, ты делаешь крышу. Навешиваешь водосточные трубы. Все
детали аккуратно подогнаны. Ты вставляешь мансардные окна. Крепишь ставни.
Оформляешь крыльцо. Засеваешь лужайку. Сажаешь деревья.
Вдыхаешь запах апельсинов с бензином. Запах лака для волос. Ты
полностью сосредоточен на том, что делаешь. Ты обклеиваешь трубу крошечными
побегами плюща. Клей тонкой корочкой засыхает на кончиках пальцев. Пальцы
липнут друг к другу.
Ты говоришь себе: шум -- это то, чем определяется тишина. Без шума мы
не ценили бы тишину. Шум -- исключение из правил. Думай о безграничном
открытом космосе, о пронзительном холоде и тишине, где тебя ждут жена и
ребенок. Мне не нужны небеса. Тишина -- вот желанная награда.
Берешь пинцет и сажаешь цветы вдоль фундамента.
Вытянув шею, ты наклоняешься над столом. Задница напряжена, позвоночник
согнулся дугой. Верхний конец дуги упирается в боль в основании черепа.
Клеишь крошечный коврик на крыльце у передней двери. "Добро
пожаловать". Над дверью подвешиваешь фонарик. Рядом с дверью -- почтовый
ящик. На крыльце расставляешь совсем уже крошечные бутылочки с молоком.
Рядом кладешь сложенную газету.
Когда все готово -- все идеально, правильно и аккуратно, -- уже
глубокая ночь. Наверное, три часа ночи, если вообще не четыре утра -- потому
что вокруг все тихо. Пол, стены и потолок уже не дрожат. Даже мотор в
холодильнике не гудит, и поэтому слышно, как жужжат нити накаливания в
электрических лампочках. Слышно, как тикают часики на руке. Мотылек бьется в
окно с той стороны. Ты видишь пар от своего дыхания -- так холодно в кухне.
Ты подключаешь маленькую батарейку и тянешь за рычажок -- свет
зажигается в крошечных окнах. Ты ставишь домик на пол и выключаешь верхний
свет.
Стоишь над домиком в темноте. Отсюда, с такой высоты, он смотрится
безукоризненно. Замечательный дом. Надежный и безопасный. Счастливый.
Аккуратный кирпичный домик. Свет из крошечных окон озаряет цветы на лужайке.
Светятся занавески. Желтые занавески -- в детской. Синие -- в нашей спальне.
Хороший способ забыть о целом -- пристально рассмотреть детали.
Хороший способ отгородиться от боли -- сосредоточиться на мелочах.
Вот так и надо смотреть на Бога.
Как будто все хорошо.
Теперь надо снять туфлю и наступить на все это босой ногой. Потом еще
раз, и еще, и еще. Не важно, что это больно: ломкая пластмасса с острыми
сколами, дерево и стекло. Давить и давить, со всей силы, пока сосед снизу не
начинает стучать кулаком в потолок.
[показать]
Идея не моя, в книге видела. Такую симпатичную "котлету" можно делать, как из мяса, так и из рыбы. Делается просто.
Берём мясо (свинина и куриные грудки) отбиваем, а дальше вспоминаем школьные уроки труда, коврики из цветной бумаги плели?
Вот также и переплетаем наше мяско. По краям закалываем зубочисткой. Посыпаем любимыми специями.
И обжариваем на раскалённой сковородке по 3 минутки на каждой стороне.
Если б мог я ( из любимого у Гарсиа Лорки)16-02-2011 14:31
Я твое повторяю имя
по ночам во тьме молчаливой,
когда собираются звезды
к лунному водопою
и смутные листья дремлют,
свесившись над тропою.
И кажусь я себе в эту пору
пустотою из звуков и боли,
обезумевшими часами,
что о прошлом поют поневоле.
Я твое повторяю имя
этой ночью во тьме молчаливой,
и звучит оно так отдаленно,
как еще никогда не звучало.
Это имя дальше, чем звезды,
и печальней, чем дождь усталый.
Полюблю ли тебя я снова,
как любить я умел когда-то?
Разве сердце мое виновато?
И какою любовь моя станет,
когда белый туман растает?
Будет тихой и светлой?
Не знаю.
Если б мог по луне гадать я,
как ромашку, ее обрывая!
Не бойся, на счет три ты проснешься, и все будет хорошо.
«Так как было?»
Так как было. Тс-с-с ... Слушай: раз, два, три ...
Раз
Тишина ...
Окутывает легкой дымкой,
умножает внезапные воспоминания,
Звуки внезапные. Холодно..
а хочется чая со льдом.
Мера, мне невидимая,
Мира, мудрости, смысла.
Я ее могу придумать,
но - не хочу сердцем.
Хочу, чтобы все - как вчера.
Знаю, было нелегко.
«Все мы в жизни актеры»,
даже если поэтессы.
Все мы детьми приходим
и умираем - детьми.
Что остается?
воспоминания и молитвы.
Два
Нет, нет страшнее тишины,
Умирающей вокруг человека,
так, словно из пенопласта
кто-то крошит
на мгновения часов миллиарды -
Острые, словно иголки,
Загустевшие белым инеем.
Обрываю их с остервенением,
взрываюсь мощным гласом
тишины ...
Все сосуды лопнут
и вольются в плоть белым криком:
«Оказывается, я не мужественная
Пред тишины продолговатым ликом! »...
Оказывается, я - бессильна:
я не могу вспять пустить
часов безжалостные стрелы
и жизнь от них защитить.
Три
Следующая печаль - просто прошел день.
И все осталось на своих местах.
В голове - строчки ее песен,
Je t'aime, je t'aime
Comme un fou comme un soldat
Comme une star de cinema
Je t'aime, je t'aime
Петь бы - слезы в горле и на глазах.
И голос хрипнет.
И память устала.
Как белый иней-легкая, хрупкая, колючая.
Я не дрожу. Держу себя в руках
Так крепко, что где мне дрожать?
Было снежно, и снег, и лед,
И небо синее, и розы - как в крови! ...
и это...три....
"Терпи-терпи, душа моя"
не ты ли, твердила мне
"терпи, моя душа"?
Мне разум мой
Не дал ни рук, ни крыльев,
Ни сердца, ни мотора, ни шиша
"Терпи-терпи"
Куда ж еще терпеть-то?
Ничто не мило, ничего не жаль
И голова настырно лезет в петлю
А сердце просит яда иль ножа
Однкао, на сто миллионов погибельных бед
У жизни имеется ассиметричный ответ
И вот он
Если на свете не хочется жить
Надо покрепче с друзьями дружить
Вместе с друзьями, поверьте
Бросите думать о смерте
Если себя ты решил погубить
Надо сильнее любимых любить
Если любимых полюбишь
Точно себя не погубишь
При малейшей возможности быть кем-нубдь - надо быть
При малейшей возможности смыть эту муть - надо мыть
И не плакать без веских причин, мальчик мой
Ибо слезы мужчин разрушают озоновый слой
Поверьте, на тысячи-тысяч погибельных бед
У жизни имеется ассиметричный ответ
Еще раз
Если однажды не сможете пить надо красивое что-то купить
Если красивое купишь - горечь завязки притупишь
Если жену перестанешь хотеть надо ее посмешнее одеть
В ластах и каске пожарной станет супруга желанной
При малейшей возможности встать и сказать - говори
Если можно соврать, чтоб беды избежать - сразу ври
И не плачь без особых причин, мальчик мой
Ибо слезы мужчин разрушают озоновый слой
При малейшей возможности рюмку поднять - наливать
При возможности другу взаймы не давать - не давай
И не плачь без особых причин, мальчик мой
Ибо слезы мужчин, ну ты понял. Давай, бог с тобой.