Поступает она к нам в основном из Турции, Иордании и Китая — специально для российского рынка ее расписывают сюжетами, приближенными к "нашей жизни". У себя на родине производители продавать посуду такого низкого качества не рискуют — уж больно опасно есть из нее. Да и в Европе меламин не жалуют, некоторые страны так и пишут на маркировке: на территории ЕЭС, к примеру, нельзя, на экспорт — пожалуйста. Так зарубежные производители и продавцы заботятся о здоровье своих граждан. А мы?
Есть запрет Госсанэпиднадзора на реализацию этой посуды, но нет такого города в России, где бы она не продавалась.
Что же такое этот самый меламин? С виду белый и непрозрачный, бывает цвета слоновой кости (в зависимости от химических добавок), старательно маскируется "под фарфор". Но на самом деле — пластик, полимерный материал. Только более активный, чем традиционные.
Все знают, как ведет себя "в жизни" только что купленная посуда из обычного пластика. Сначала сильно пахнет чем-то химическим, запах выветривается только со временем. Как считают специалисты, изделия становятся гигиенически безупречными. Потом проходит еще время, и пластик стареет, как любая органика, — от света, ультрафиолета, соприкосновения с водой и другими жидкостями, от температурных воздействий, наконец. Пластмассовое блюдце или стакан трескаются. И это хорошо: если бы они служили дольше, продукты разрушения неминуемо перешли бы в пищу. Меламин ведет себя по-другому.
О ЧЕМ МОЛЧАЛИ КРЫСЫ?
ПОМНИТЕ, в дефицитные времена единственная мебель, которая была нам доступна, это стенки из ДСП. По ее запаху все соседи были в курсе новой покупки. Можно с уверенностью сказать, что если у кого-то она сохранилась и сегодня, то пахнет чуть менее отчаянно, чем в первые дни. И выделяет формальдегид. Этот же "принцип" и у меламина.
— Выделение формальдегидных смол продолжается практически все время, пока человек пользуется этой посудой, — говорит Людмила Кочергина, кандидат химических наук,