Немногие смотрели мне в глаза,
Осмеливаясь правду говорить,
И туго-туго лживости лоза
Вкруг шеи обвилась, пытаясь задушить.

Я не искала дружбы у врагов,
Но от друзей предательства ждала.
Твердили сотни и десятки голосов:
«От недоверия останешься одна».

И были правы, что уж тут скрывать?
Но о прощении я не попросила.
Ведь будь они друзья, им было бы плевать,
Что их подруга чуточку сглупила.

Я не жалею – что уж тут жалеть!
Но в сердце есть тоска – не скрою.
Позволю вот закату догореть
И прочь уйду, укрывшись тьмой ночною.

Дороги вечные, неровные пути...
Я не боюсь, но все же опасаюсь,
Ведь с другом, как ты не крути
Тропа светлее бы казалась.

А нынче, доля мне – скитаться,
Идти, куда ведет полночный лунный свет.
Простите, мама, не смогу остаться,
Оставлю в память свой браслет...


Ну и немножко эксперементальное...

На странных улицах осенних городов,
Где двое кажутся толпой,
Потерян для меня покой былой
От запаха твоих духов.

Где двое кажутся толпой,
Один - песчинка в океане.
Ко дну иду я, оказавшись за буйками
И разучившись думать головой.

Потерян для меня покой былой,
Воспоминания прежних дней теперь бесценны,
Но счастье - на минуту оказаться легковерным
И, как дитя, обжечься о любовь.

От запаха твоих духов,
В мозгу определенно что-то замыкает,
И я готов признать, мне не хватает
Тебя. И улиц странных городов.

Черт... У меня отвратнейший характер! Люди, которые меня терпят, как вам это удается?! Я стараюсь себя сдерживать, но время от времени вся эта гадость таки прорывается! А главное - я не чувствую себя виноватой...
И хватит уже! Хватит совать нос в чужие дела! Ничего хорошего это не приносит, это никому не нужно, а я все равно наступаю на одни и те же грабли!
Потому что... Открываешься человеку, думаешь, что с ним можно быть самой собой, ан нет! Дура! Перед всеми и каждым нужно выставлять себя конфеткой. И заткнись. Просто заткнись!

Пустоту заполняет музыка. Она дарит мне новые мысли, эмоции. Я впитываю и принимаю их.
Я – уже не я. Склеена из цветных осколков – собственных персонажей. Я теряюсь в них, забываю, где есть правда, а где – вымысел.
И возвращаюсь, только когда слушаю музыку. Они не любят ее. Боятся?
Не могу собраться. Слишком много для меня. Они рвут мое сознание в клочья; взрывы буквенных конфетти мелькают перед глазами... оседают беспомощными, но отравляющими словами.
Я их придумала. Они – это я. Или те, кем я хотела бы быть.
Моя жизнь утекает в строки. А что остается здесь, снаружи? Чувство неудовлетворенности. Я должна вернуться туда, к светящемуся белым монитору. Завершить историю. Все истории. И больше не писать?
НЕ ПИСАТЬ. Звучит, как приговор. Пожизненное заключение в реальности.
Бессонница. И десятки, сотни голосов, образов. Одни шепчут, другие кричат. Я отпускаю их, ставлю последнюю точку. Нет, не так. Я запираю их. В страницы. Предложения...
Другие придут. Я буду ждать. Чтобы подарить им их собственную вселенную.

Пауза
Я ищу кнопку "пауза",
Чтоб хоть на день замедлить жизнь.
Но такие шалости
Мне не смогут наверное простить.

В суете городской, торопливой
И минуты свободной нет.
Люди смотрят уныло
И у каждого свой секрет.

Я бы вам рассказать хотела
О далеких мирах-морях
Но немножечко не успела...
Отравил ваши души стах.

Вы меня не услышите, знаю.
Ведь для вас я всегда дитя.
В скором времени я растаю,
Коль замерзнуть, как вы не смогла...


Отравлюсь
Я отравлюсь.
Нажму на крючок спусковой или просто дышать перестану,
Я за тебя помолюсь.
И за надежду (чтобы не умирала).

Душа улетит,
Мерцая остатками пагубной жизни
Теперь ничего не болит,
Но спутаны следствия и причины.

А раньше хуже:
Под солнцем палящим мечтала о стуже
И ноги в кровь стирала, шагая по кислотным лужам,
Не зная, кто я внутри, а кто снаружи.

И на рассвете
Дарила улыбки поганому миру,
Извлекая ноты фальшивые эти
Из поломанной бронзовой лиры.

И вроде бы как-то... жила...
Понемногу питалась чужим счастьем,
А когда оставалась одна,
Убивала себя дальше.

Я отравлюсь.
Нажму на крючок спусковой или просто дышать перестану,
Я ничего не боюсь,
В конце концов... и прежде умирала.


Три совета
Дорогая подруга, не верь в предрассудки
Мы с тобой не умрем так легко.
Даже если Земле быть останутся сутки,
Обопрись на мое плечо.

Дорогая подруга, не слушай сплетен
В них глупости больше, чем слов.
Клевету пусть горячий развеет ветер
И врагам бросит пыль в лицо.

Дорогая подруга! Препятствий не бойся!
В них и есть наша жизнь! Да-да.
Вот платок. На, поплачь, успокойся.
И за дружбу мы выпьем до дна!

И снова за старое. Изучать людей. Они убивают меня медленно, растаскивая по кусочкам. Первый, второй, третий - не заметно. А потом вдруг дырка в голове или в сердце.
Все они разные. Каждый со своим особенным очарованием. Со своим взглядом. Со своим голосом, походкой, манерой мыслить и говорить.

Я говорю слишком много.
Откинуть голову назад, закрыть глаза и отключить нервные окончания.
Кто я? Что я? Органическая масса из тысяч клеточек, которые живут по приказу мозга? Но тогда почему я не помню, как этот приказ был отдан?

И люди ждут от меня чего-то. Но я не оправдываю ожиданий, и это злит их. На столько злит, что у меня начинают гореть глаза.
Я уже не знаю, что говорю им всем. Это тупик. Тупик. Тупик...

Но тупик никогда не означает конец пути. Можно перелезть через стену или разобрать ее по кирпичику и собрать снова, но теперь уже за своей спиной так, чтобы никто не смог подкрасться сзади с ножом в руке.

Я боюсь.
Но бумага всегда выслушает.

Вчера был отвратительный, мерзкий, ужасный день! Я проснулась в пять утра, потому что мне приснилось, что зазвонил будильник. Потом опять уснула, проснулась полседьмого. Потом опять уснула, проснулась в семь теперь уже от настоящего будильника. С горем пополам собралась на учебу. На физ-ру. На Шартаж. Поехала. Простояла на остановке, дожидаясь трамвая. Позвонила одногруппнице, чтобы договориться встретиться на остановке. Договорились. Подошел трамвай. Я доехала. Позвонила одгруппнице, у нее отрубился телефон. Позвонила другой одногруппнице, с которой вместе ехала первая. Оказалось, что они заколебались ждать трамвай и уехали домой. Я несколько раз мысленно наомнила себе, что я приличная девушка и матом не ругаюсь. Прокляла все, всех и особенно Шартаж. Через лес я одна не пойду ни за что. Как идиотка села на тот же трамвай и поехала обратно. Трамвай сломался, не доехав до арха. Снова напомнила себе, что я не ругаюсь матом. Позвонила маме, вкраце обрисовала ситьюэйшн. Забила на экологию и поехала домой. Бесило все.

Сегодня с утра температура 38.
Сегодня с утра голос такой мерзкий. Постоянно варьируется от бездарного баритона до еще более бездарного сопрано.
Сегодня с утра в маске, чтобы никого не заразить.

А сегодня я узнала что такое старостат...
(если кто е в курсе - это такая шняга, на которую ходят старосты)
Знающий человек спросит: "А тебя какими чертями туда занесло?!" на что я отвечу: "Эля заставила идти вместо больной старосты".
Так вот на этот самом собрании старост обсуждалась какая-то хрень. К нам пришла тетя, которая работает в институте уже две ндели (!) и приянлась рассказывать о том, как она с мужем открыла собственный бизнесс, как этот бизнесс ее достал за десять лет и она решила вернуться в культурную сферу. Говорила она быстро, шепеляво и постоянно закатывала глаза. Из бесконечного потока информации я выделила полты на марс, команду КВН и... все. Еще приходил директор института и начал разгонять про дыру в бюджете. Говорил он долго, нудно. В итоге я сбежала на пару английского.

Вообще все у меня хорошо. Разглядываю незнакомых людей. Делаю странные выводы. Разговариваю сама с собой, с калькулятором и с компьютером. Иногда с кошкой.

Завтра полторы пары КСЕ с информатиками... За что, блин?! Не охота ораторствовать с докладом перед ними.

Я не схожу с ума,
Я просто чувствую, как медленно съезжает моя крыша.
Я не схожу с ума,
И мне плевать на то, чего я может быть ни разу не услышу.

Я не схожу с ума,
Но по квартире задом на перёд шагаю.
Я не схожу с ума,
Но для чего-то глупости совершаю.

Я не схожу с ума...
Болею?.. Да... Наверное...
Я не схожу с ума
По понедельникам и средам.

Я не схожу с ума.
Жаль, все-таки сегодня не среда.
Я не схожу с ума.
Не понедельник даже! Вот ведь в чем беда!

Я не схожу с ума...
Не забываю даты дней рождения.
Я не схожу с ума...
Не верю в НЛО и приведений.

Я не схожу с ума!
Я просто чувствую, как медленно съезжает моя крыша!
"Я не схожу с ума!!!"-
Кричу... и этот крик не могут не услышать...

Сегодня я проснулась почти на час раньше чем надо было, соответственно, на час раньшепоявилась в институте.
На математике учительница заметила, что я ничего не делала, а на английском я... тоже нмчего не делала, мне было скучно.
Я узнала, что за препод будет вести КСЕ. И еще узнала, что и он и препод по Компьютерному програмированию - самые ужасные.
Везет, что сказать...
Хочу, чтобы что-то интересное случилось.
Собираюсь прочитать Анну Каренину и никак не собирусь. Читаю Булгакова.
Приближается пятница. Приближается физкультура. Говорят, у нас сменится препод. А я не хочу мерзнуть на остановке, мерзнуть в трамвае и кататься на лыжах. И не хочу еще две пары после этого ужаса.

Вторник прошел.
Я устала.
Но есгодня спала уже не три, а четыре часа!
А завтра вообще ко второй паре, так что высплюсь.
"Компьютероное моделирование" страшная вещь...
Со скрытым ужасом ожидаю КСЕ потому как про преподавателя ходят слухи, что он валит на зечетах и экзаменах.

Вот и первый учебный день.
Ночью спала только три часа.
Две пары математики убивают надежду на счастливое существование.

Вышла утром из маршрутки и поняла, что соскучилась по... метро. А потом вдруг в голове мысль: "Да ни за что!".
Что именно "ни за что" я так и не поняла, но мысль была такой четкой, что я чуть не выкрикнула ее.

Расписание на завтра:
- встать
- выключить будильник
- проснуться
- позавтракать
- собраться
- выйти из дома
- сесть в маршрутку
- заплатить за проезд
- передать за чей-то проезд
- заснуть
- проснуться
- выйти из из маршрутки
- со скорбью посмотреть на цирк
- отправиться в арх (а вы тоже заметили созвучие арх-ад?)
- отсидеть пару Истории архитектуры
- повалять дурака в библиотеке
- поесть
- уехать на уралмаш
- отсидеть пару правоведения
- отсидеть пару компьютерного моделирования
- отсидеть пару компьютерного моделирования
- поржать над собой для поднятия духа
- проехаться в метро
- скорбно посмотреть на пицемию и проклянуть ее за то что запахи консервантов выходят на улицу
- сесть в маршрутку
- передать за проезд
- притвориться спящей и не передать за чужой проезд
- заснуть
- проснуться
- выйти из маршрутки
- прийти домой
- лечь в кроватку
- проклянуть вторник

А еще сегодня после учебы я опять ехала на метро. Когда только спустилась по лестнице, вдруг поняла, что со мной никто не разговаривает. Мне стало себя жалко. Я решила подбодрить себя и заговорить с собой. И знаете, я очень интересный собеседник.

Я выпила чашку кофе с молоком и с сахаром. И мне почему-то так здорово.
А за окном уже темно, но небо ясное и это тоже классно.
День такой спокойный...
И не надо никуда спешить...
И так странно не чувствовать усталости от дороги...
Главное сильно не привыкать к каникулам.

Проснулась. Закурила.
Дым заполнил небольшое пространство вокруг. Стены с обшарпанными обоями, немытые полы, грязные стекла окон... Посеревшее постельное белье, просевшая скрипучая кровать... Пустой холодильник, покрытый пылью стол, стул без ножки... Ржавая ванна, треснутый унитаз... Тусклое зеркало, отражающее паршивую реальность.
В этом зеркале я вижу себя. Раньше я ненавидела свое отражение, теперь – привыкла. Среднего роста исхудалое тело, покрытое синяками практически всех цветов радуги: от кроваво-красных подтеков, до сиренево-черных пятен. Кожа болезненно-бледная и в местах, избежавших побоев, виднелась синяя сеточка капилляров, вен и сосудов. Правая половина лица изуродована ужасным ожогом, который, к счастью, уже зажил, но отметина останется на всю мою (надеюсь, более или менее долгую) жизнь. Тонкие губы напоминали шрам, а на переносице запеклась кровь от недавнего перелома. Руки покрыты рубцами, два ногтя почернели от ушибов и, кажется, во рту не хватает зуба (повезло, что не переднего). Черные волосы висят, словно пакля, хотя я вымыла их только вчера, как только забралась в эту квартиру. Из всех увечий самым страшным я считаю произошедшее с моими глазами. На первый взгляд, они не изменились: такие же ярко-голубые с черным ободком, но... Иногда мне кажется, что из них исчезло все человеческое. В них не найти милосердия или сострадания. Не найти доброты, заботы, нежности. Осталось только безмерное, неудержимое желание жить. Хотя нет, не желание. Это скорее инстинкт.
Я затушила сигарету о прогнивший подоконник и выдохнула последнюю порцию дыма. Пора бросать курить.
Постиранная вчера одежда уже высохла и я не спеша оделась. Как редко я могу позволить себе медлительность...
Заношенная водолазка, джинсы, относительно теплая куртка, кроссовки - вот мой скромный гардероб, в цветовой палитре ограниченный черным. Ах да, еще, конечно, шапка, которую следует одевать так, чтобы волосами прикрыть изуродованную часть лица.
Могло ли быть хуже? Да. Могло. Смерть. Смерть хуже.
Я вышла из полуразвалившегося дома, ставшего моим пристанищем на последнюю ночь, и зашагала вдоль по улице, пряча лицо в ворот куртки.
Шел снег. Мокрый и липкий. Падая на землю, он тут же таял, от чего лужи постепенно становились все больше.
Людей на улице было мало. Даже не знаю, хорошо это или плохо.
Несмотря на то, что было довольно тепло, я мерзла. Еще бы! Если не есть трое суток, организму не из чего вырабатывать энергию, нечем греть тело. А в плане физических нагрузок на поблажки рассчитывать не приходится.
Я продолжала шагать вперед, глазами выискивая человека, который, сам того не зная, сегодня спасет мне жизнь. Итак, вон какой-то парень стоит на перекрестке, ждет, пока загорится зеленый свет и разговаривает по телефону.
Я спокойно подошла к нему, словно тоже собираясь переходить дорогу и, будто случайно, поскользнулась, машинально ухватившись за незнакомца одной рукой, а второй аккуратно залезая в его карман. Мне хватило и доли секунды, чтобы выудить все содержимое кармана и переложить к себе. Парень даже не заметил. Только чуть напрягся, увидев мой пострадавший нос и синяк на скуле. К счастью ожог был надежно прикрыт волосами: лишнее внимание мне ни к чему.
-Извините, пожалуйста,- проговорила я и зашагала вперед на зеленый свет.
-Ничего страшного,- машинально ответил незнакомец, продолжая разговор по телефону.
Как ни в чем не бывало, я направилась к ближайшему сигаретному киоску. Денег я вытащила баксов семьдесят, не так уж и плохо. Купив пачку сигарет, я закурила и пошла в сторону телефонной будки.
Онемевшими пальцами я набрала заученный номер и стала ждать ответа.
-Да,- через несколько гудков ответил знакомый голос.
-Эрик. Это я – Майя.
Тишина. Ну еще бы! Это ведь как звонок с того света.
-Майя?
-Да, да! Мне что десять раз повторить?!- зло прошептала я.
-Прости... Где ты?
-Не важно. Я могу к тебе приехать?
-Конечно! Боже... После твоего последнего звонка я думал, ты мертва.
-Я тоже так думала. К счастью, ошибалась.
-Когда тебя ждать?
-Сегодня вечером. Спасибо, Эрик, ты единственный на кого я могу положиться.
-Брось... Ты же знаешь, я всегда готов помочь. Ну... как ты?
Я оглянулась по сторонам. Нет, конечно, сейчас за мной врядли следили, но это было уже выработанным рефлексом.
-Бывало и хуже... Но бывало и лучше. В общем, как всегда. Извини, мне пора. До вечера.
-До вечера, Майя, удачи.
-Удача в обиде на меня, Эрик. Так что твои слова можно расценивать как проклятье,- усмехнулась я и в ответ услышала заливистый смех парня.
-В таком случае, ни пуха, ни пера.
-К черту.
Я положила трубку и быстрым шагом пошла прочь. Очень хотелось есть... и пить. Но вместо того чтобы зайти в любой магазин и элементарно купить хоть что-нибудь, я закурила. Сначала нужно дойти до вокзала. Тут недалеко.
Добравшись до места, я тут же направилась к кассе. Поезд до Ричфолда отправлялся через час, так что я нашла столовую и наконец-таки поела. Желудок успокоился и все внутри как будто расслабилось...
Поезд уже был на Читать далее...

Снежная буря никак не унималась.
Кемерон посмотрел на небо и подумал о том, что там, наверху, за многокилометровым слоем облаков, светят звезды. И в сотнях парсеков отсюда светит его родная звезда – Солнце. И Солнце согревает Землю. А на Земле его дочь и его мать. А он тут, среди тысячелетней мерзлоты, среди сугробов и ветра.
Мужчина опустил голову, присел на корточки, разгреб руками снег, не мягкий и пушистый, столь часто выпадающий на Земле под новый год, а мелкий, колючий, больше похожий на песок или крошечные льдинки, и начал вкручивать в обледенелую почву пятнадцатисантиметровый штатив, на который чуть позже прикрепил небольшое устройство, на первый взгляд напоминающее полукруглую лампочку. Устройство тут же замигало красным, сканируя местность. Через час данные отправятся на Землю.
Кемерон выпрямился и продолжил путь. Костюм защищал его от холода, специальная маска – от летящего в лицо снега. За спиной у него был рюкзак, в котором находился специальный фильтр, подающий согретый и очищенный воздух.
Спустя полчаса наручный сканер Кемерона обнаружил неподалеку ледяную пещеру, чему мужчина несказанно обрадовался, ведь это значит, что сегодня ему не придется устанавливать палатку под открытым небом.
Кемерон ускорил шаг и вскоре оказался перед снежно-ледяной горой. В месте, которое сканер обозначил как вход, он принялся разгребать снег, и через минуту в горе образовалось отверстие диаметром в полметра. Мужчина снял рюкзак, впихнул его внутрь, а затем влез в пещеру сам. Было темно. Кемерон нажал на кнопку, находящуюся у него на поясе, и тут же приятным светом загорелся фонарик. Стены пещеры целиком были из замерзшей воды. Любой другой посчитал бы многовековые ледяные узоры, по меньшей мере, красивыми, но только не Кемерон. Слишком много он повидал их за прошедшие месяцы.
Мужчина достал из рюкзака небольшой желтый сверток, переключил какой-то рычажок и положил его в центр пещеры, а затем отошел к стене, прихватив с собой и рюкзак. Уже через несколько секунд в пещере развернулась кубическая палатка высотой, шириной и длиной в два метра, но Кемерон не спешил в нее заходить: нужно дождаться пока палатка наполнится приемлемым для его организма воздухом. Только когда раздался короткий звуковой сигнал, похожий на телефонный гудок, мужчина подошел к эластичной желтой стенке и навалился на нее всем телом. Ткань, словно обхватила Кемерона, и вот он уже в палатке.
Первым делом мужчина отстегнул от пояса фонарик и закрепил его на потолке, затем снял маску и глубоко вздохнул. Волосы, почти касавшиеся его плеч, растрепались, Кемерон достал из-за шиворота свалившуюся черную резинку и собрал их в маленьких хвост на затылке. Одна прядь, как всегда выпала и мужчина привычным жестом завел ее за ухо.
За последние восемь часов тишина осточертела, и Кемерон как всегда включил проигрыватель, в памяти которого хранились тысячи песен. За все свое пребывание на этой планете он так и не переслушал все. Музыка заиграла тихо, словно подстраиваясь под окружающую атмосферу, и Кемерону это нравилось. Мужчина сел на пол, скрестив ноги, вытащил из рюкзака пластиковую коробку, размером чуть больше футляра для очков, открыл ее, затем с помощью зубов стянул с руки перчатку и пальцем подцепил тонкую прозрачную пластинку, которую немедленно положил на язык. Вкуса он, конечно же, не почувствовал, но теперь организм получил запас энергии на ближайшие сутки. И таких пластинок у Кемерона было еще много. Их вполне хватит на десятилетия... Хотя, есть еще таблетка во внутреннем кармане костюма, на всякий случай. Например, если он потеряет рюкзак или... желание жить. По правде сказать, второе Кемерон потерял уже давно, и именно поэтому он сейчас здесь.
Мужчина закрыл коробку и спрятал ее.
На дне рюкзака лежал белый конверт. В нем была копия подписанного Кемероном контракта, по которому он отказывается от претензий и добровольно соглашается провести остаток своих дней на планете Тэгэтэл в поисках жизни на ней. И Кемерон не один такой. Десятки людей разбросаны по вселенной, обследуя планеты.
Мужчина вытянул ноги, снял вторую перчатку и ботинки и лег по диагонали палатки. А сейчас самое время было нахлынуть воспоминаниям. Кемерон положил руки под голову и закрыл глаза.
Первым в его памяти всплыло лицо дочери. Она была единственным человеком, перед которым он чувствовал вину за то что улетел. Его мать дала ему полную свободу действий, и Кемерон знал, что за него она не переживает, более того, какой-то частью души она даже рада, что ей выпал шанс воспитывать любимую внучку. Маленькая Дизоль действительно покорила старуху, и та отдавала ей всю любовь, все тепло, которым когда-то обделяла собственных детей.
Кемерон невыносимо скучал по дочери, но боль расставания и сравниться не могла с той болью, которую он испытывал на Земле, где все вокруг напоминало ему об умершей жене.
Мужчина перевернулся на бок и невидящим взглядом уставился на желтую стенку палатки.
Он все еще помнил, как просыпался по утрам, лежа на животе, Мегги запрыгивала ему на Читать далее...

Предновогоднее настроение на нуле.
К черту все.
Хочу ругаюсь на кошку, пью кофе и пишу всякую фигню.
скачивается фильм "Фонтан" завтра смотреть буду :)
Хочу что-нибудь хорошее такое. И конфет. И чтоб Луна полная.
Досмотрела наконец "Долгую помолвку" классный такой фильм...
Что же мне так гадко-то а?

"Новый день - новая жизнь!" - воскликнул оптимист, проснувшись утром.
"Еще одна гребаная жизнь! Везет кошкам - у них их всего девять"- пробурчал писсемист.
Реалист оторвал голову от подушки: "Ну раз вы в это действительно верите..." достал из-под подушки пистолет и застрелил обоих "То встретимся завтра, а сейчас, я спать хочу"

Не знаю что за бред я написала выше.

Сегодня я убиралась в шкафу. Заставила маму выкинуть много-много всего... Хотя хламу все еще очень много.
Еще я сегодня около часа ощущала себя настоящей дурой. Не знаю, почему.
Еще фасоль на ужин какая то невкусная была. Как песок.
Еще... у меня обязательства и я не знаю, что я тут делаю.

Подведем итоги, Валентина. Разложим этот непростой год по полочкам.
Что ж, помнится мне, начался 2010 не самым лучшим образом. Во-первых, нещадные морозы под сорок (стоит отметить, что заканчивается год не лучше), во-вторых, что-то непонятно тревожное на душе, от чего всегда приходилось сбегать, пряча проблемы даже от самой себя.
Позже, подготовки у экзаменам, нервы. Куча времени проведенного без пользы. Апатия. Да, апатия стала неотъемлимой частью меня в этом году, и теперь уж не поделать ничего. "Учиться на своих и чужих ошибках"- лучшее, что могу себе посоветовать.
Экзамены. И нервы уже истрепаны настолько, что волнения не ощущалось.
Поступление. И поездки туда-сюда, перебранки с матерью, из-за того что не сдала нужные экзамены, постоянное желание остаться одной хотя бы на день, чтобы все обдумать. И так страшно от неизвестности, что хочется кричать...
Но вот, поступила. Период жизни, который должен был начаться как-то ярко и интересно, быстро приелся-притерся, стал невыносимой рутиной. Жизнь начала делиться не на дни, а на недели. Пережить пять дней, и два можно дышать спокойно. Порой не замечашь даже, как день пролетел. Проснулась - оделась - поела - уехала - отучилась - приехала - поела - спать.
Пролетает два месяца, спрашиваешь у подруги, которая еще в школе учится "Когда у вас каникулы?" и в ответ "Так заканчиваются сегодня." И странно так, не замечаешь ничего вокруг. Каждые пять - шесть дней закупаешь партию жетонов на метро и успеваешь только удивляться тому, что они закончились уже. Сначала развлекаешь себя разглядыванием людей, но потом они все сливаются в единую массу, частью которой становишься и ты.
"Хуже быть не может!"-думаешь ты и это твоя первая ошибка. Наступают холода. И по пятницам, простаивая час на остановке, хочется плакать от какой-то детской обиды на свою неудачливость, но нельзя, потому что тогда щеки обветрятся, а это конечно неприятно.
"Хуже быть не может!"-истерично смеешься ты. И вновь промах.
Следующий удар по твоим стальным нервишкам наносит несокрушимый противник. Смерть. Ты даже не понимаешь еще, что как и почему. Так непривычно. Не знаешь что делать, как реагировать, а плакать не хочется.
И это худший месяц, потому что он унес три жизни.
Гораздо тяжелее, когда умирает кто-то младше тебя. Даже на несколько месяцев. Просто невозможно поначалу представить, что это правда.
Эге-гей! Ты все еще студент! У тебя сессия на носу!
Произошло уже столько всего, что сдача экзаменов кажется ну просто пустяковым событием! Зачеты - автоматом. И даже по одному экзамену! Вот здорово-то, да?
Не без проблем, но сессия сдана. Не идеально, но отделаться легким испугом никто и не надеялся.
И вот она свобода, о которой я мечтала последние недели. Почему же я не чувствую облегчения? Может завтра, когда высплюсь?

Столько всего произошло... Единственное, что я не сделала, так это не влюбилась!

Наверное на прочтние этой записи у каждого свои причины. Быть может кому-то действительно интересно узнать что со мной происходит, а кому-то просто нечего делать в данный момент...
Впрочем, меня это не интересует.
Вы можете понять уже на этой строчке, что врядли в этой записи будет что-то интересное и нажать на крестик в правом верхнем углу.
Не важно. Совсем не важно.
А я устала. От всего. От едва начавшейся зимы, от холода, от снега, от тепла бесчувственных зданий, от улыбок знакомых, которые я просто не в состоянии понять.
Устала от того, что мне не кому сказать, что я устала.

Хочу, чтобы пахло новым годом...

Я ем по вечерам грейпфруты и это лучшие минуты за весь день.

У моей жизни появляются рваные края, я не знаю как их склеить и хочу заснуть часов на сорок.

Устала от пробок, от лекций, от людей, от светофоров, от электрического света.
Происходит слишком много и слишком мало всего одновременно. Все осядает на веки тяжелой ртутной пылью.

Я хочу обнять свою кошку и чтобы она мурлыкала мне в ухо. Она еинственнаая, кого я могу вынести.
Хочу уткнуться лицом в колени, накрыть голову руками и покатиться с горы, словно огромный снежок. ...и растаять весной.

Что ж, продолжим изучение премудростей жизни.

Во-первых, при "-20" на Шарташе пальцы ног не отваливаются, хотя и теряют чувствительность, но от употребления жидкости на кануне лучше отказаться.

Во-вторых, поднимаясь по лестнице арха, не доставайте свой телефон из кармана джинсов.

В-третьих, засыпая в библиотеке арха, проверьте, что вы легли удобно и не рискуете отлежать глаз (это неприятно).

В-четвертых, мысли матеиальны, но это правило не действует в отношении Энтропии (как бы сильно вы ни хотели ее увидеть, она вам не покажется).

В-пятых, верить на 100% можно только тому мужчине, который на фразу "Я тебя люблю" говорит "Агу" и какает.

В-шестых, "Кармен" написал Бизе, а "Сусанина" Глинка.

В-седьмых, превращение "человек -> студент" происходит за первых курс, иногда быстрее.

В-восьмых, жизнь не справедлива, и не стоит удивляться этому всякий раз, сталкиваясь с несправедливостью.

В-девятых, возвращась домой в снегопад падающим снегом не наесться.

В-десятых, смысл жизни и счастье в градостроительстве.

В-одиннадцатых, перечитав сторочку выше надо покрутить пальцем у виска и поржать.