Это - верный признак: когда члены общества защиты животных готовы в прямом смысле слова убивать людей, раз в году выезжающих на охоту, когда борьба за мир ведётся с оружием в руках, когда первые, то есть образцовые лица страны вдруг оказываются героями грязных историй, транслируемых по всем телевизионным каналам, когда верующие фанатики пытают и убивают людей во имя своей веры, когда величайший революционер и освободитель нации становится её деспотом и тираном, когда святой гуру выжимает из своих приверженцев последние соки в духовном и финансовом смысле, это значит, что все они в своём скорее поспешном, чем успешном стремлении к добру пали жертвой собственной тени и даже не заметили этого.

Если ваш ум заполнен мыльными операми, то они и есть ваша личная реальность, а если ваши мысли устремлены к Божеству, то вашей реальностью является это Божество.

"Нам, женщинам, известно изначала,
Хоть это в школе не преподают, -
Что красота есть каждодневный труд".

Ничего не было, ничего не будет: всё есть, всё имеет реальность и настоящее.

- Ты, поди, и смерти не боишься? Думаешь, и нет её?

В полутьме Артём заметил, что его товарищ даже кивнул головой вверх, словно это не лиса, а самая смерть там и бродила.

- А что, есть? - спросил Артём.

Он-то наверняка знал, что лиса.

- Сначала он должен закончить свою картину, - заметила Дира.

- Никогда он её не закончит, - возразила мадам Девериа.

- Значит, он никогда и не умрёт.

Нет в нашей груди страсти сильней, чем желание заставить другого думать так же, как думаем мы сами.

Не в кроне суть, а в правде корневой;
Весною глупой юности моей
Хвалился я цветами и листвой;
Пора теперь усохнуть до корней.

- ... Я буду уважать вас, как должен famulus уважать soror mystica своего господина.

- Достаточно уважать, чтобы не рыться в моих бумагах?

- Возможно, не до такой степени. Я люблю знать, что происходит вокруг. Но что бы я ни нашёл, дорогая, я вас не выдам. Если бы я выбалтывал всё, что знаю, я бы никогда ничего не достиг.

Символ, в отличие от знаков, "иконок", шифров, кодов и тайнописей, никогда не бывает выдуман.

Я сшил из песен плащ,
Узорами украсил
Из древних саг и басен
От плеч до пят.
Но дураки украли
И красоваться стали
На зависть остальным.
Оставь им эти песни,
О Муза! Интересней
Ходить нагим.

К чему жадничать? Кто доволен тем, что посылает ему судьба, тот живёт счастливо. Те же, кто всегда в неволе у своих желаний, не удовлетворяется и владычеством над Вселенной.

Мне кажется, на самом деле нет ничего такого, что мы называем "учением": есть только, о друг мой, знание, и оно везде, оно - Атман, оно во мне и в тебе, и в каждом существе.

Война - это сначала надежда, что нам будет хорошо; потом - ожидание, что им будет хуже; затем удовлетворение, что им - не лучше, чем нам; и, наконец, неожиданное открытие - что плохо и нам, и им.

Ища руководства, никогда не слушайте малодушных. Будьте к ним добры, осыпьте их благословениями, польстите им, только не следуйте их советам.

Начало бедствий, равно как и их конец, всегда сопровождается небольшой дозой риторики. В первом случае ещё не утрачена привычка, а во втором она уже успела вернуться. Именно в разгар бедствий привыкаешь к правде, то есть к молчанию.

Понимание даёт силу, так как оно устанавливает двустороннюю связь между человеком и объектом его понимания - связь, в которой каждая из сторон может воздействовать на другую.

Друзья - это лишь враги, которых ты ещё не знаешь.

Ваши женщины похожи на колокола. Неудивительно, что вы уходите в море.

Но я не заплакал. Я никогда не плачу. Какой смысл? Дед говорит, что если начнёшь плакать, то уже не остановишься - столько есть разных причин для слёз.