Варварство выражается в невнимательности к миру и в непонимании.

Я почти никогда не делилась с ней сокровенным, потому что берегла ее. Почему-то я боялась, что мои проблемы буквально ее убьют. Но тогда все стало по-другому. Я обнаружила между нами такую огромную пропасть, что если бы сделала шаг навстречу маме, то упала бы и разбилась.

Возможно всё, но не всё должно.

Бен взял свой экзаменационный лист и ушел, благодарный богам, покровительствующим одиннадцатилетним толстякам.

Понимаешь ли: нужно понимать время, чтобы освободиться от мелких чувств. Обида, скажем, продолжается час или год. У них хватает воображения на год. А на тысячу лет они не разгонятся.

Смерть — не полярная жизни субстанция. Смерть изначально существует во мне.

Но не думай, что пустота высосет тебя сразу. Пустота экономна и расчетлива, ты ей будешь нужна все пять лет.

Бешено наматывался клубок непоправимости.

Чтобы понять самую обыкновенную жизнь, необходимо к ней что-то прибавить...

Действие является самым ясным и выразительным раскрытием человека.

Что не так в этой картине? В смысле, кто умер и оставил меня за главную?

— Ты врач? Я думал, ты кок.

— Ножи есть ножи, мясо есть мясо.

Иные поступки сами в себе содержат наказание. Как спальни со встроенными шкафами. Им всем, и довольно скоро, предстояло узнать о наказаниях кое-что новое. Что они бывают разных размеров. Иные такие необъятные, что похожи на шкафы со встроенными спальнями. В них можно провести всю жизнь, бродя по тёмным полкам.

Нельзя принимать всерьёз всё, что говорится в музее.

— Знаешь, что происходит, когда рушится привычная система ценностей?

— Это когда хорошая собачка становится плохой?

Любая реальность реальна лишь относительно.

Вечная ирония — любимое, а главное — единственное оружие беззащитных.

О матери своей я могу сказать только вот что: она была самоотверженна и трудолюбива, и на ее примере я увидела, как бесполезны эти достоинства, если они не соединены с разумом и отвагой.

Откуда происходит любая власть? Как ты получаешь ее? Как ты ее используешь?

Я не освободитель. Освободителей не существует. В этом только Райан и был прав. Эти люди освободят себя сами! Им просто нужен человек, который скажет, что это возможно.