Стану старой - куплю велосипед,
Буду ездить по улицам Праги,
Буду красть без зазренья варенье в продмаге,
Колбасу и кулёчки конфет.

Буду прямо в постели курить папиросы,
Разваляся вальяжно как светские львы,
Будут мне улыбаться шальные матросы,
А консьержки не будут, увы.

Никому никакого наследства,
Всё спущу я в рулетку к чертям!
Я об этом мечтала аж с самого детства,
Я мечты не предам, не предам.

Я буду видом божий одуванчик
Я буду сердцем дикий альбатрос.
Стучи, бренчи, мой жестяной веселый барабанчик,
Кружись, дымок французских папирос.

В отвлечённой любви к человечеству любишь почти всегда одного себя.

Мне вчера приснилось, что я сплю
С тобой в одной коробке
У тебя на шее поводок
А у меня веревка
Чистою была ночь
В ожерелье всех звезд

Мы бродили ровно сотню лет
И полторы недели
Брали на двоих один билет
И в тамбуре сидели
А теперь устали и сопим
Столько лет скитались, хоть поспим

И мелькают перегоны
Лица, лица
Бесконечные вагоны
Спицы
Фары да хвосты
И пегий пес вдоль моря
Мчится, мчится
Опережая горе
И на шаг вперед с ним рядом
Ты
Полная луна
И
Набежит волна
Тает след
Тает ночь
Тает век
Мчится пес
Краем моря на рассвет

И гналась за нами детвора
Свистя, до поворота
И печальный ветер по пути
Нам открывал ворота
А потом была ночь
Под гирляндой всех звезд

Мы бродили по чужим дворам
Заглядывали в окна
Мы запоминали номера
Дверей, где вдруг помогут
А теперь нашли уютный дом
Где мы помещаемся вдвоем

И мелькают перегоны
Лица, лица
Бесконечные вагоны
Спицы
Фары да хвосты
И пегий пес вдоль моря
Мчится, мчится
Опережая горе
И на шаг вперед с ним рядом
Ты
Полная луна
И
Набежит волна
Тает след
Тает ночь
Тает век
Мчится пес
Краем моря на рассвет
Мчится пёс
Краем мира на рассвет

Ничто так не способствует созданию будущего, как смелые мечты. Сегодня утопия, завтра - плоть и кровь.

Памятники для живых, а не для мертвых.

Я украл серьги твои кольца.
Шёл к церквям – а там на тебя молятся…
От людей тянутся тени-хвосты.
Я тебе… я тебе постыл…
Облетай, раскидистый мой дуб!
Чахнет лето, я больше тебе не люб.
Губы разомкнёшь – выползет змея.
Подпевай. Отпевай меня.

Буду есть жёлуди, отруби!
Серьги забери – руки отруби!
Кольца забери – руки отруби!
Возмущённым городом протруби!
Облетай, раскидистый мой дуб!
Встану в полный рост – снова упаду…
Сердце бьётся, так больно колотится!
Перепутал я, Богородица.

Если всё стало другим - это не значит, что всё изменилось.

Знание одно. Его деление на дисциплины есть уступка человеческой слабости.

Хотя до Бога и далеко, расстояние между ним и человеком не должно быть таким, как расстояние между начальником тюрьмы и заключённым.

Океан, состоящий из капель, велик.
Из пылинки слагается материк.
Твой приход и уход не имеют значенья.
Просто муха в окно залетела на миг...

Покуда не попробовал, никто не докажет мне, что я не могу.

Моё солнце,
Тебя так мало —
Захлебнулось в ливнях...
Моё солнце
Остывало в синих линиях.
Моё солнце
Ненастья за горы загнали,
Бросили в море.
Моё солнце,
Гори, не гасни,
Или горе мне, горе!

Сколото
С неба ветрами,
Брошено на дно
Золото —
Единственное, одно.
Упаду в моря,
Утону там, где ты —
Тело моё забери.
Лишь бы только не зря!
Только из темноты
Свети, гори,
Моё солнце!
Моё солнце!

Моё солнце,
Чуть ниже ключицы
Пронзи, как копьё!
Моё солнце,
Мне тревожные птицы
Кричат "Больше не твоё!".
Моё солнце,
Осколки твои
Ищу в лохмотьях туч...
Моё солнце,
Сохраню в груди
Твой последний луч.

Сколото
С неба ветрами,
Брошено на дно
Золото —
Единственное, одно.
Упаду в моря,
Утону там, где ты —
Тело моё забери.
Лишь бы только не зря!
Только из темноты
Свети, гори,
Моё солнце!
Моё солнце!
Моё солнце!
Моё солнце!
Моё солнце!
Моё солнце!
Моё солнце!
Моё солнце!

- А тебе не приходилось объяснять, кто ты такой?
- Обычным людям? Нет. Это без толку: если они поверят, то решат, что они спятили, но скорее всего они не поверят и решат, что спятил ты. В любом случае возникнет напряжение.

Когда долго живёшь один, ты привыкаешь быть тем, кто ты есть.

Сказано: среди бегущих остановись, среди кричащих замолчи.

Жизнь дана нам не для того, чтобы прокладывать курс, огибающий болевые точки.

- Святой отец, разве в библии не говорится много всяких слов об убийстве?
- Много, но об убийстве. Про коленные чашечки там ничего не сказано.

Богатство человека измеряется числом вещей, от которых ему легко отказаться.

Те, кто живёт у воды, самые приятные люди.

Ты плохо растёшь, потому что всё время оглядываешься.