Известен ответ Талейрана. Г-жа Сталь, в присутствии г-жи Рекамье, спросила его: "Если мы обе тонули бы, которую из нас бросились бы вы сперва спасать?" - "О, я уверен, - отвечал лукавый дипломат, - что вы отлично плавать умеете". (с)
Кажется, в Испании не говорят о человеке: он храбр, а говорят: он был храбр в такой-то день, в таком-то деле. Можно применить эту осторожность и к умным людям. (с)
Автор нескольких скучных научных статей.
По Фрейду?
Прослушав какое-то музыкальное произведение, чуть ли не Вагнера, Россини сказал: Si c'etait de la musique, ce serait bien mauvais (если это была бы музыка, то это было бы очень плохо). И о многих письменных произведениях нашего времени можно сказать: будь это литература, то оно никуда не годится; но как оно не литература, то, может быть, оно в своем роде и недурно. (с)
Есть люди, которые переплывают жизнь; еще есть люди, которые просто в ней купаются.(с)
Впрочем, мне никогда не случалось завидовать умным людям, зависть забирает меня только при виде счастливой глупости. (с)
P.S.: А вот не соглашусь, ибо всегда относила ум к числу завидных достоинств. И насчет счастливой глупости не соглашусь. На мой взгляд счастье находится в обратно пропорциональной зависимости с совестью, а завидовать бессовестным людям мне... совесть не позволяет.
"Как трудно с жизнью справиться, - говорила молодая ***. - Счастье законное, тихое, благоверное неминуемо засыпает в скуке. Счастье бурное, несколько порочное, рано или поздно кончается недочетами, разочарованием, горькими последствиями."(c)
P.S.: Соглашусь. Иногда среди тишины и покоя так хочется "страстей и событий", в придачу к которым совершаешь "массу открытий, иногда не желая того".
P.P.S.: А жизнь не любит, когда с нею не справляются. Она немного подождет "управы" и ставит перед фактом. Не управляешь жизнью - готовься справляться с проблемами. Увы, это я личным опытом делюсь.
Можно иметь некоторые свойства гениальности, но еще не быть гением. Гений есть что-то цельное, державное, всемогущее. Мы уже заметили, что гении везде редки. У нас, по многим причинам, они еще реже. Гений у нас, может быть, и был один - Петр I. Несмотря на слабости и погрешности свои, еще более свойственные времени его, чем его личности, он совершил подвиг гениальный. Вполне ли хорошо, или частью пополам с грехом, совершил он его, это другой вопрос, но отрицать никому нельзя, что он был запечатлен могучим гением и духом преобразования.
Ломоносов был более гениален, нежели гений: в нем было мало творчества, он не был гением-создателем, а разве гением-путеводителем, указателем, Моисеем в обетованной земле. Как другой Христоф-Коломб, он внутренне прозрел, угадал, предчувствовал новый мир, составил путеводители для достижения неизвестных земель, но Америкой он не овладел. Он ничего такого по себе не оставил, что могло бы служить образцом, но многое оставил, что может служить поучением.
Есть гении, так сказать, пропавшие, которые родились после времени, или неуместно. Представим себе, что какой-нибудь дикарь на далеком и пустынном острове, не знающий, что часовое мастерство давно на свете существует, изобрел и смастерил бы в юрте своей часы. Разумеется, это было бы дело гения, но какая польза вышла бы от того для человечества? Многие из таких гениев напоминают доброго немца, который, не зная, что "Телемак" писан Фенелоном, перевел его на французский язык с немецкого перевода и думал, что он обогатил и осчастливил французскую литературу, познакомив ее с бессмертным творением.
То же, что о Ломоносове, можно бы сказать о Суворове. Он был гениален. Случай, события не дозволили ему утвердить за собой неопровержимое звание гения. Судьба не свела его грудь с грудью в бой с современным гением войны. Поединок между Бонапарте и Суворовым решил бы окончательно и победоносно, кому из двух неотъемлемо принадлежат честь и слава быть военным гением.
P.S.: Не соглашаюсь и не оспариваю. Очень интересный взгляд на исторических личностей, особенно, что касается Ломоносова и противопоставления Суворова и Наполеона.
Знаменитая француженка Роллан, восходя на революционный эшафот, сказала: "О свобода, сколько преступлений совершается во имя твое!" Понизив диапазон, можно бы сказать в свою очередь: "О патриотизм (или, пожалуй, о отечестволюбие, если у кого хватит духу выговорить это слово), сколько глупостей, бестолковщины высказывается, пишется и делается под твоей благородной фирмой!"
Император Александр Павлович говорил царскосельскому садовнику: "Где увидишь протоптанную тропинку, там смело прокладывай дорожку: это указание, что есть потребность в ней".
P.S.: Мне все больше нравится Александр I. Хотя с папой, конечно, нехорошо вышло.
Приезжий из Италии рассказывал следующее. В каком-то казино, что у нас называется клубом, слышит он русские слова, напеваемые на итальянские мотивы из опер тогда наиболее в ходу на сцене. Подходит он к столу, за которым сидели и играли в карты русские и один итальянец. Любезные наши земляки мурлыкали и ворковали между собою: поди в черви, поди в бубнового короля, и так далее, на голос i tanti palpiti или: il piu triste e mortali. Добродушный итальянец удивлялся музыкальным способностям русских и вместе с тем и тому, что он все проигрывает.
Ш. вмешался в разговор и сказал: "Если имел бы я высокую честь заседать в Государственном Совете, я позволил бы себе сказать..." - "Какую-нибудь глупость", - перебил его и выстрелил в него как из пистолета генерал Бороздин.
Н.: Все же нельзя не удивляться изумительной деятельности его: посмотрите, сколько книг издал он в свет!
NN.: Нет, не издал в свет, а разве пустил по миру.
Суворов говорил, кажется, Каменскому: "Об императрице Екатерине может говорить Репнин всегда, Суворов иногда, а Каменский не должен говорить никогда". Можно бы вывести такое правило и для многих журнальных Несторов, которые, зря и мудрствуя лукаво, пишут общественные летописи про общество, которого они не знают, про людей совершенно им чуждых, с которыми они ни сблизиться, ни даже сойтись не могли, про события, которые доходят до них из третьих или четвертых рук. И эти лица и события перекладывают они на свой лад, развивают или сушат в жарко натопленной теплице своих сочувствий, благоприятных или враждебных. Хороши выходят их рассказы и картины, с коими потомству придется справляться для полного изображения минувшей эпохи! Не к одному из них, а к многим прилично применить стих:
Живет он в Чухломе, а пишет о Париже.
Как можно быстро сделать коробочку для сувенира без клея, используя одну бумагу?
Материалы и инструменты:
бумага;
ножницы;
украшения.
1. Для начала делаем крышечку от коробки. Берём отрезок бумаги размером 21.5х21.5 см. и расчеричиваем её по диагонали. Линии идут от одного угла к противоположному.
[показать]
2. Один из углов сгибаем так, чтобы он смотрел в самый центр. Затем сгибаем его еще раз, чтобы уже край этого сгиба шёл вровень с расчерченной полосой по центру.
3. Проделываем то же самое со всеми углами отрезка.
4. Делаем надрезы с двух сторон, как на фотографии.
5. И начинаем складывать поэтапно.
6. После того, как крышка от коробочки готова, нужно сделать её дно из отрезка бумаги размером чуть менее 21.2х21.2 см. Дно делается таким же образом, как и крышечка. В данном случае используется однотонная бумага.
Вот коробочка готова и её можно скрапить, главное - есть основа.
Можно делать коробочки разных размеров, но не надо забывать, что дно коробочки меньше в размере на 3 мм., чем её крышка!
Некоторая суетность, можно сказать, некоторое слабодушие встречается иногда в людях, и одаренных в прочем твердостью и независимостью самобытности. Что же тут делать! Человек вообще сложное, а не цельное создание. Он не медная статуя, которая выливается сразу и в полном составе.(c)