Когда мы с мужем любили друг друга, я вставала в семь утра, чтобы сделать ему гигантские бутерброды на работу. Батон разрезать вдоль, на него масло и сыр.
Я всегда помнила, что он не любит яблоки – объелся однажды на военных сборах в городе Пугачеве.
К его приходу с работы я выходила с дочкой в коляске гулять и мы шли ему навстречу – чтобы быстрее.
Я ревновала его к его коллеге.
И смущалась перед его друзьями – вдруг я им не понравлюсь?
Я гладила ему его гигантские рубашки.
И не давала никаким другим мужчинам даже по-дружески приобнять себя.
Я почти не курила.
Когда он ушел, я просидела неподвижно и молча почти сутки.

Когда мы друг друга разлюбили, я перестала ему готовить. Я ела на работе. Он в кафе.
И однажды не смогла заставить спросить себя, куда он уезжает. И когда вернется. Мне было все равно.
Внутри себя я перестала называть его по имени. Просто «муж».
И как можно дольше не шла домой после работы. Гуляла по городу, сидела на скамеечке и смотрела на город.
Однажды я перешла с ним на «Вы» – когда он впервые не пришел домой ночевать. Я сказала, что так плевать на мои чувства может только посторонний человек.
Я стала курить.
И перестала ему рассказывать, что со мной происходит.
Когда он ушел во второй раз, – уже навсегда, – я забыла об этом час спустя.


Мы сделали так много непоправимого друг с другом, так много друг друга мучили, что сломали. Восстановлению в прежнем виде не подлежит.
Я выйду замуж второй раз в сорок лет. Наверное, я стану более смирная и терпимая. Еще недавно я была абсолютно безжалостная. И не сомневалась ни в чем, и ни в чем не раскаивалась. Уходя – уходила. Такая дама без страха и упрека. Требовала по максимуму, выставляла гамбургские счета, и понимала, что во всем мире у меня есть только я сама. Я заранее приучала себя к мысли, что все уйдут. Все друг друга покинут, куда-то денутся. И ты снова останешься одна. Тогда зачем все это? Поэтому я рушила все до того, как успевала привязаться.
Нелегко сидеть на руинах. Ничего не работает в этом мире, кроме любви. И все прочее на фиг не нужно.

Я ехала в поезде и смотрела на журнальную страницу с портретом Одри Хепберн.
Однажды она спасла меня своей улыбкой в «Римских каникулах». У нее всегда такое любящее лицо. «Люди гораздо более, чем вещи, нуждаются в том, чтобы их подобрали, поправили, пристроили к месту и простили; вы никогда никого не выбрасывайте…» Я прочитала это и не стала знать, как дальше жить, и кто кого выбросил, и непонятно было, где в поезде найти место, свободное от людей, чтобы подумать как следует и хотя бы не очень плакать. Я обнаружила, что мы не умеем прощать. Мы максималисты. Мы в этот день говорили об этом с Гулей – как, ну как восстановить отношения с тем, кто тебя ненавидит? Или презирает? Только не спрашивайте меня – зачем это делать. Затем.
В тебе видят лицемерку, предательницу, успешную суку, тупую дуру, хвастливую бабу, и не прощают, не прощают. А ты просто человек. И ты видишь в другом, в момент праведного гнева, лицемера, вруна, психопатку, завистницу и прочий зоопарк. И тоже не прощаешь. Так мы и живем, идеальные. И судим, и судимы. Особенно жестоки мы с теми, кого любим. Для прочих у нас нет такой изощренной пыточной фантазии. Зная больные места досконально, мы бьем именно туда. Чтобы так же больно, так же бы корчился, вражина. А потом ты смотришь в окно, ночью, и говоришь – кажется, у меня произошла катастрофа. Жизнь сложила крылья и рухнула посреди поля. Ошибка пилота. И ты как раз в том самом возрасте, когда понимаешь, что это так, но не понимаешь, как доживать дальше еще такую же примерно по времени жизнь.
У кого есть примеры мудрых, бережных отношений? Неважно – между супругами ли, друзьями, родителями и детьми? Что прощали ваши мамы вашим папам и наоборот? Что вы прощали сами и прощали ли вас?

Юлия Рублева (с)
http://ulitza.livejournal.com/1037.html

Подайте мне пальто, любезный,
И я покину этот дом.
Увы, старанья бесполезны,
Хоть и даются Вам с трудом.

Не улыбайтесь виновато –
Никто из нас не виноват.
Не станем спорить, как когда – то,
Кому больнее вО сто крат.

Больнее Вам? Охотно верю:
Всегда труднее отпустить.
Чем неожиданней потеря,
Тем дольше принято грустить.

Я ж совершу совсем немного
Столкнувшись с Вами на пути:
Лишь уступлю свою дорогу,
Чтоб Вы могли вперёд пройти.

© Copyright: Юлия Вихарева, 2009

Шикарной женщины
Неуловимый взгляд.
В нём страсти сказочной
Синеет водопад.
Движенья нежные,
Но в них сквозит тоска.
Начать бы женщине
Жизнь с белого листка.
Чтоб ни помарочки,
Ни слов пустых на нём.
И чтобы с милым в путь,
Да по судьбе вдвоём…
Без слёз и ревности
И без пустых ночей,
Без споров, горечи
Озлобленных речей.
Шикарной женщины
Неуловимый взгляд.
В ней всё продумано:
Манеры и наряд.
Такую женщину
Нельзя ничем купить,
Такую женщину
Опасно полюбить…

А давай загадаем –
Пусть всё непременно исполнится…
И все черные краски оставим вот здесь, в декабре…
А январь пусть встречает волшебно-хрустальною звонницей
И танцующим снегом под блики луны в серебре…

А давай загадаем –
Пусть жизнь будет долгая-долгая…
И чтоб рядом, ладони сжимая, пройти до конца…
И пусть счастье не очень петляет путями-дорогами –
Мы начертим ему свой маршрут через наши сердца…

А давай загадаем,
Чтоб горе и радости – надвое…
Ты не бойся, я тоже умею быть сильной, поверь…
И тогда каждый день будет в окна стучаться к нам радугой,
Затмевая тихонечко боль от прошедших потерь…

А давай загадаем –
Пусть всё у нас в жизни получится…
Каждый пройденный шаг пусть приблизит надежду на свет…
И когда в твоем городе ночь скроет бархатом улицы,
Я на краешке неба зажгу золотистый рассвет…

А давай загадаем – пусть всё непременно исполнится!..

Марина Есенина

Мы любим тех, с кем никогда не будем, Мы греем тех, с кем нам не по пути.
Из полувзгляда о душе мы судим , И предвещаем что там впереди.
Мы любим тех, к которым не прижаться, И не согреть безумием мечты.
Мы любим…и приходится сражаться , С самим собой сводить опять счеты.
Мы будем с тем, кто нас к себе привадил, Лишил свободы, приручил к рукам.
Прощаем тех, кто в душу часто гадил, И придаемся грусти по ночам.
Кривя душой, мы будем улыбаться, Смотря в глаза, скрывать любовь к другим.
И телом безысходно отдаваться , Но сердцем никогда не будем с ним .
Мы любим тех, которые не с нами, Мы любим лишь иллюзию, мираж.
А безответность жесткими шипами , Бросает неизбежно в абордаж.
Но надо ЖИТЬ, играть, ПРОЩАТЬ И ВЕРИТЬ! Любовь, быть может, в жизни не одна…
Не закрывайте плотно в сердце двери , Еще придет, попросится она…

Когда её кофе совсем остыл, она обхватила чашку обеими руками и присела на подоконник, переводя взгляд с тёмной кофейной жижи на далёкое серое небо. Было впечатление, будто город умер. Тяжелую тишину нарушали лишь две-три машины, проезжающие по дороге и беспардонно задевающие колесами выплаканные грязные лужи. Кофе имел отвратительное холодное послевкусие, и оставлял на языке пережженную горечь. Вскоре она отставила чашку и устроилась с ногами на подоконнике, уперевшись взглядом в никуда. Сверху срывались мелкие капли, и создавалось впечатление, что этому редкому дождю предшествовал бурный и продолжительный небесный плач, выливший на город ведро воды и сцеживающий теперь на землю последние оставшиеся капли. Она посмотрела на блестящую от влаги дорогу, на вымокшую насквозь придорожную траву, на лысые, еще не успевшие обзавестись новыми листьями, деревья. С оконного карниза шумно упало несколько тяжелых капель. Она проследила глазами, как эти капли упали в лужу под окном, беспрекословно растворившись в других каплях. Стоял пасмурный мартовский полдень. Машины проезжали мимо, не зажигая фар, поэтому вода в лужах была просто грязной и мутной. Сейчас весь мир в проеме её окна окрасился в серый, и вовсе не потому, что она сама этого хотела. На самом деле, она любила смотреть, как холодные огни машин отражаются в дорожных лужах, любила этот облизанный дождем асфальт, обожала этот мокрый свежий воздух поздним весенним вечером… И в такие моменты она не могла сидеть сложа руки – она брала свои старые, еще оставшиеся со школьных лет кисточки, краски и садилась рисовать на веранду. Или просто молча смотрела на всё это из окна, стараясь надышаться этим прозрачным, разряженным воздухом. Она широко открывала глаза, чувствуя, как холодный ветер касается ее зрачков, глотала ртом воздух, желая выпить всю свежесть этого вечера… Она хотела летать, чувствуя влагу дождя на своих руках. Хотела улыбаться ничему, зная, что никто в этот момент ее не увидит… Но сейчас цепкое опустошение протянуло свою руку к её душе и схватило мёртвой хваткой. Она просто смотрела в окно и почти ничего не чувствовала. Вдруг она перестала радоваться природе, этому дождю, вечеру. Зачем-то заварила невкусный кофе и дала ему остынуть, зная, что не сможет сделать и глотка этой холодной жидкости. Руки её не тянулись к краскам, а только меланхолично обвивали колени. Взгляд блуждал по серой улице без фонарей. Что-то случилось?... Она медленно встала и прислонилась лбом к оконному стеклу, почувствовав его холод и теплоту собственной кожи. Ей стало больно. Она поняла, что потеряла что-то, и потеряла безвозвратно. Она искренне пожалела об этом и порывисто задернула окно занавеской. Будни. Завтра все закрутится и станет таким же, как прежде – быстрым, непрекращающимся, неуловимым, загруженным. А это чувство к ней никогда не вернется. Ведь она выросла.

Не сломаюсь и буду жить,
Умирает последней надежда,
Буду верить и буду любить,
но теперь осторожней, чем прежде.
И с улыбкой встречать рассвет,
Ты поверь, я не перестану,
Счастья в жизни тебе пожелав,
Я с колен снова на ноги встану.
А тебе лишь хочу сказать:
Я теперь научилась падать,
Жаль, но в жизни боль испытать
Для сравнения каждому надо…
Только сильным под силу встать,
И собрать себя по кусочкам,
Грудь вперёд и осанку держать,
В прошлой жизни, поставив точку.

Мы понимаем смысл счастья только тогда, когда теряем друг друга, а теряем тогда, когда недооцениваем, а недооцениваем тогда, когда ищем что то лучшее... И дойдя до цели понимаем, что это лучшее - временный каприз, а настоящее счастье уходит от нас...

Вот опять ты ко мне постучалось -
Да входи же, не стой на пороге!
Незаметно и тихо подкралось,
Тронув сердце неясной тревогой.

Ты прости, что пустой холодильник,
Что в квартире бардак капитальный...
Отключу телевизор, мобильник -
Только наш этот вечер случайный.

Завтра снова начну я смеяться,
Снова милой, улыбчивой буду,
А сегодня ты можешь остаться...
Я с тобою немножко побуду...

MarikaOrange (с)

Я пишу, чтобы не было слез –
Пусть страницы под буквами рвутся.
Не пугайся, ведь я не всерьез.
Вместо слез эти строки прольются…

Мне сейчас не хватает тепла,
Что могло бы согреть мою душу.
Я такою наивной была,
А сейчас я, наверное, трушу!

Мне сейчас не хватает плеча…
Я в него бы покрепче уткнулась.
Догорает как свечка печаль,
Что внезапно тоской обернулась.

Мне сейчас не хватает тебя,
Чтобы слышать, как боль отступает.
На осколках ушедшего дня
Мне так много всего не хватает…

MarikaOrange (с)

Слушать этот музыкальный файл

Я живу со своим одиночеством уже который год. Привыкла к нему, притерлась, но иногда пробивает так, что растерянно мечешься, не понимая, куда же дальше идет твоя жизнь, если вот он, тупик, так близко к носу, что пахнет известкой и сырым холодным камнем. Но это все описательные красоты, конечно. На самом деле одинокой быть стыдно. Перед самой собой. Как это так - ты не нажила к середине жизни никого, кому можно было бы позвонить просто так, потому что страшно?

Старшие товарищи корят и цитируют, что одиночество полезно, плодотворно, и из него много чего вырастает. Наверное, из него вырастают отличные романы, плохие стихи, самоосознание и прочее само-, но пуще всего прочего из него вырастает целый куст гадких страхов.

Я помню один момент. Это был первая или вторая осень после развода- точно не помню. Когда день еще не кончился, а уже темно. У меня тогда был один-единственный близкий друг, живущий в другом городе, я с ним общалась по аське и он очень меня поддерживал. Я заснула на закат - есть такая примета, что нельзя спать на закат, силы уходят, а у меня после целого дня за компьютером так и получалось -- я еле доползала до кровати, падала и засыпала, а потом просыпалась часам к 12 ночи в страшной тоске, будто во время сна меня отнесло в незнакомое темное место, и я больше не помню ни одного близкого имени. В тот вечер я сдуру поставила фильм, не помню, как называется, что-то про эксперименты с кровью, из жанра ужасов. Села на пол перед телевизором и смотрю. Дочки дома не было. Тихо, страшно, фильм дурной, я оглядываюсь через плечо, сил выключить нет, и тогда я включила комп позади себя, включила эту аську, будто этот друг со мной и мне так надежнее и не так страшно. Он об этом и не подозревал, был отключен, и что бы я стала ему рассказывать о своих жалких попытках хоть так ощутить чье-то присутствие.

А потом мне стало это не нужно. Я закалилась. Стала твердой, как секвойя. Сжилась с состоянием "одна" и даже с ним подружилась. С одной стороны да, ты никому не нужна, а с другой - уже независима от этой нужности- ненужности. И уже совсем не помнишь, как бывает по-другому. И потом, если в тебе есть любовь, не к человеку, а вообще к жизни, ты начинаешь уметь проживать свою жизнь в удовольствии, исчезают обиды и вопросы "ну почему со мной так", и в какой- то момент ты спокойно понимаешь, что это твой выбор. Ну ведь ничто не мешает прямо сейчас завести роман или даже выйти замуж, но все не то, все не стоит твоего покоя и воли.

Когда ты становишься по настоящему, без дураков, счастливой и довольной своей жизнью - а мне для этого не много, в общем, надо - то тут и случаются всякие испытания. Ты открыта и улыбаешься миру? попробуй теперь улыбаться кому-то конкретно.

И тут ты понимаешь, что ты инвалид. После всех этих любовных войн ты в обломках, ранах и тебя продувает от каждого сквозняка, как после гриппа. Ты только что сняла панцирь и греешься на солнышке. Над тобой реет флаг, на котором написано: "Идите все на хуй". Я никогда больше не позволю себе влезть в отношения, где буду чувствовать себя ненужной. Отношения? Только без планов и без названий. Только сегодня. Надолго не хватает дыхания, нужна передышка, становится страшно: не говорите мне слов любви, она все равно умрет. Не надо быть со мной хорошим, я привыкну, а мне нельзя.

И ты делаешь больно первой, потому что ты не можешь пережить даже намека на собственную боль. Твоя инвалидность в том, что ты забыла, как бывает по-другому. И не хочешь вспоминать.

Хорошо, если встретится человек, которому ты просто нужна. Ну вот просто- нужна. Сама нужна. Именно ты. А не кто-то, кого ты наивно заменяешь по причине недосягаемости любимой женщины, потому что она в другом городе в эту ночь. Который имеет на тебя планы, виды, который разбирается в панцирях, латах и змеиных шкурах, и заставит тебя их снять. И ты много -много времени после этого еще будешь просить и требовать, чтобы он ушел сразу, оставил тебя в покое, потому что ты уже привыкла к себе вот такой и знаешь, что делать, а к себе с ним - не привыкла.

Ты держишь наготове фразу: "давай на этом все закончим" и готова ее выдохнуть, чуть что. Ты не знаешь, где здесь опасность и поджидаешь ее из-за каждого угла, ты уже забыла как это делается - "отношения", и самое главное - ты ни во что не веришь. Ты вечно тычешься в тот угол, где лежит твоя змеиная шкурка, -- на месте ли? И чуть что- хватаешь ее, чтобы слинять в свой привычный ночной лес. Если этот упорный человек тебя любит, он поймет и твои страхи, и не будет жечь эту шкурку. Я знаю такие истории, так бывает, но редко.

*Та, Василиса из сказки, исчезала каждую ночь. Но днем она любила своего царевича, пекла ему пироги и вообще всячески шла навстречу, хотя, может, ей тоже было страшно. Вдруг он не царевич, а дурак, и трахает тайком дворовую девку? Если бы он немножко потерпел, она бы совсем пообвыклась и ее шкурка так и пролежала бы без дела до конца их счастливой жизни. Но он ее сжег, лишил ее отступления, оставив один на один Читать далее...

Все хорошие девочки склонны давать мальчикам последний шанс, когда дело пахнет жареным.

Как правило, при этом мальчик не осведомлен о том, что у него, бедолаги, последний шанс.

Последний шанс бывает временной и контентный.

Временной - это когда хорошая девочка говорит себе:
-- Ебтыть, все это грустно, ах, как все это грустно. У нас так изменились отношения. Вот раньше мы трахались повсеместно, а теперь нет. Раньше я у него была любимой девочкой, а теперь хз. Он мне не позвонил опять, хотя обещал. Солнышко, как ты мог?? И в тот раз не позвонил.. И в прошлый четверг наебал...
Далее идет внутренний монолог на 40 минут, направленный на "солнышко", в процессе которого хорошая девочка самоприободряется.
Она вообще верит в хорошее. У нее Предчувствия и Интуиция. Им она верит больше, чем фактам.
Как результат- она решает дать этому товарищу еще один последний шанс. Назначает время. Например:
-- Я подожду до понедельника, потом пошлю его нахуй.

Я не знаю ни одной хорошей девочки, которая бы в понедельник это сделала.
У нее начисто выветривается из головы понедельник, потому что к дню Х она впадает в жуткий ужасный ужас, что этот тип ей так и не позвонил. Далее она готова ждать до второго пришествия, лишь бы он позвонил. Или бы приехал. Или бы прояснил наконец "непонятную" ситуацию, которая длится уже (подставьте ваше время). При этом меньше всего она хочет настоящих прояснений. Она хочет сказки.

Контентный последний шанс зависит от содержания сказки. Если наш мальчик чувак предприимчивый и все бабы у него тарифицированы, сказку он нашей девочке обеспечит. Обильно применяя "зай", "котенок" и "солнышко". Сказка обычно бывает с трагическим оттенком. После чего наша хорошая девочка- она же хорошая! - начинает его не просто жалеть и прощать. Она начинает гнобить себя, что не разглядела в близком ей, в общем-то, человеке (ну еще бы! после всего что было у них в попку - неужели не близкий?) зародыш трагедии.

Угрызясь совестью и поплакав светлыми слезами над его "Зайка, я же тебя люблю!", а также пошептав - пусть у него все будет хорошо, боженька, я тебя прошу, -- наша девочка спустя какое-то время обнаруживает, что чувак опять слился.
Тогда девочка дает ему контентный последний шанс. Едва слышные остатки здравого смысла подсказывают ей, что не может мужчина неделями и месяцами "не мочь" с ней быть. Особо хорошие девочки счет ведут на полугодия. Да, по полгода ждут-с. Когда рассосется евонная трагедия. "Пусть он отойдет от этого, -- говорит себе такая девочка. Ну в самом деле, не может же он во время этого (событие подставьте сами) хотеть со мной трахаться или поехать на пикник!"
Э, Семен Семеныч.

Может. Ответственно, на личном опыте заявляю, что когда мужчина вас хочет, он вас может во время хоть чего. И не потому что он такой циничный, а просто если он хочет с вами быть, вы для него ресурс, откуда он возьмет силы пережить любую трагедию, депрессию, неудачу и обвал на бирже. А также приползти без сил после жуткого рабочего дня и чуть передохнуть в ваших объятиях.
Поэтому если даже он сейчас внезапно возник из небытия, то скорее всего на той стороне ему почему-то не дают.
Впрочем, это временно. Та девочка тоже, как пить дать, хорошая. Поэтому он как появился, так и исчезнет. Ибо имя нам легион.

Ну ладно.
Теперь, как водится, еще несколько опознавательных признаков того, что вы в данной дерьмовой ситуации играете "хорошую девочку".
1) Вы употребляете слово "кажется" (я чувствую).
Мне кажется, он все-таки меня любит.
Мне кажется, что он нигде не найдет такую как я.
Мне кажется, это настоящее.
Мне кажется, что он меня понимает.
Мне кажется, он занят, поэтому...
Что происходит на самом деле?
На самом деле вы, мадам, не работает с фактами. Вы работаете с собственной интерпретацией.
Чем грозит?
Как минимум, если вы особенно упрямы, вам грозит узнать правду от посторонних людей. "Видела твоего N в машине с какой-то бабой. Они целовались".
Если вы после этого, поплакав, скажете себе: "мне все-таки кажется, что у нас все еще будет хорошо", то вы хронически хорошая девочка. Таких девочек лечат кувалдой: "Твой N женится в следующую субботу" (реальный пример из жизни).
2) Вы употребляете словосочетание "только он"
Только он мог так меня понять
Только с ним у меня был такой секс
Только он так любил мою кошку
Что происходит на самом деле?
На самом деле вы, мадмуазель, не видели реального человека. Вы имеете дело с собственной идеализацией.
Чем грозит?
За идеализацию кого-либо чего-либо жизнь больно бьет по башке. На самом деле потом окажется, что точно так же про "него" может сказать любая из его подруг. И кошек он любит всехних, а не только вашу. И секс у вас со следующим мужчиной может оказаться лучше. И не понимал он вас ни разу, даже не мог запомнить, сколько ложек сахара вам класть в кофе.
3) Вы сама себе говорите "ну ладно"
Ну ладно, я еще подожду.
Ну ладно, если он не может, так что же
Ну ладно, ему сейчас хуже чем мне
Что Читать далее...

Есть две исконные печали:
Любовь к Не-тем, любовь Не-тех,
И если Вы о них не знали,
Вы, видимо, счастливей всех...
Не-той дорогою спеша,
С Не-теми Вы идете рядом,
А Тот-кто-нужен, чуть дыша,
Украдкой Вас проводит взглядом,
Но Вам об этом не узнать -
Вы где-нибудь не-там, впустую,
Не-тем даете Вы понять,
О том, что Те не существуют,
И зазеркалью по утрам
Вы улыбаетесь натужно,
А жизнь какая-то Не-та.
И точно, что не Та-что-нужно...

Я прихожу к тебе, когда ты спишь...
Уже не плачу, просто разучилась,
Я жду, когда во мне переболишь...
Когда переболишь, скажи на милость?

Я глажу тебе медленно лицо,
Целую твои волосы и руки…
И на стекле оставлю письмецо -
Посланье от невидимой подруги...

Одно лишь слово - крупно – «ОТПУСТИ»…
Я знаю, когда окна запотеют,
Те мутные туманные листы
Проявят на стекле мою затею...

Однажды я исчезну навсегда…
Так будет, я серьезно, не пугаю,
Когда я на окошке изо льда
Увижу твою надпись «ОТПУСКАЮ»…

На подоконнике, у края, в клубок пушистый кот ютится.
Лимонным соком истекая, повис в окошке месяц – долька.
Я никого не упрекаю. Кто виноват, что мне не спится?
Скулит душа, не умолкая, но это лишь хандра, и только.

Присяду в кресло у окошка. Шкатулку милую открою:
На самом дне тускнеет брошка из тёмно-синего опала.
И фото выцвело немножко, где мы осеннею порою
Бредём по узенькой дорожке в тени старинного квартала.

О, как же время быстротечно! И как давно всё это было!
Ты мне сказал «ничто не вечно», исчез в круженьи листопада…
За шторой дремлет кот беспечно, и на часах уж два пробило.
Да, ты был прав, мой друг сердечный: ничто не вечно. Это правда.


Юлия Вихарева

Пушистым котенком свернувшись у ног,
Запрыгну к тебе на колени-
Порву нить разлуки и дальних дорог,
Туман расплескаю осенний.

По струнам мятежной души пробегусь,
Смахну тень усталости хмурой-
Расстает хрустальной снежинкою грусть,
Пылающих чувств увертюра.

Наполню бокалы цветущей весной,
Нырну в наслажденья пучину-
Оставив сомнения все за кормой
Холодную пристань покину.

Кружится вдали захмелевший рассвет
И звезд золотая цепочка,
На небе останется ангельский след-
Моих поцелуев дорожка…

Шаг за шагом в тишине, -
и вслед за тишиной.
Всё прошло и на душе - усталость и покой.
Сны разбиты, пепел на поле битвы,
И дым струится сквозь усталые слова, -
Еле слышно шепчет свои молитвы,
Переплетая чёрной тени кружева.

И все мосты горят в огне, -
Нет выживших в моей войне.

Прости меня за каждый миг
Бессмысленных побед,
Прости за то, что я жива, -
За то, что помню о тебе.
Прости за тот недолгий путь,
Пожалуйста, постой...
Прошу - не уходи, побудь
Ещё немножечко со мной.

Рядом тихо гаснет ночь
Беспомощных огней.
И ко мне приходит пустота, -
И я иду за ней.
Ближе к краю, в памяти боль стирая,
Послушным пламенем - ведь, что такое смерть?
Я не знаю, я ничего не знаю,
Я просто вижу свет, и в нём хочу сгореть...

Пусть все мосты сгорят в огне, -
Нет выживших в моей войне.

Прости меня за каждый миг
Бессмысленных побед,
Прости за то, что я жива,
За то, что помню о тебе.
Прости за тот недолгий путь,
Пожалуйста, постой...
Прошу, не уходи, побудь
Ещё немножечко со мной...

вельвет (с)

Две души у меня, две души,
Как две сводных сестры в сказках, злая
Шепчет на ухо «Ты же плохая,
Так возьми и другим покажи
Чтобы впредь неповадно!» Иная
Собирает по капелькам жизнь,
Шепчет, только за счастье держись!
Помогу тебе стать, кем мечтаешь…»
Две души у меня, две души.

Две судьбы у меня, две судьбы:
Быть царицей и властвовать смело,
К цели смело идти, что за дело
До невзгод и потерей любых.
Лишь бы в жизни пробиться хотелось.
(Только это проклятое «Бы»…)
А вторая торить мир тропы,
Растворяться в Любви без предела.
Две судьбы у меня, две судьбы.

Два крыла у меня, два крыла –
Рядом с белым – черней красок ночи.
Обниму тебя им , напророчу
То, что доля лихая дала,
Забирай, хочешь или не хочешь –
Всё твоё. А другие дела
Коли белого тень позвала,
Луч надежды, Любови чистой очень,
Два крыла у меня, два крыла…

А имён моих не перечесть,
Ни понять тебе их, не запомнить,
Ни принять, всех вовеки не вспомнить…
Что с того – все мои, сколько есть!
В каждом имени тайну исполнить –
Принести с собой свет, или месть,
Мёд в устах, или рваную жесть,
Иль твою рану Солнцем наполнить, -
В мир твой сонный что должно принесть.
[700x700]

Как пес, задумчиво и строго
сижу тихонько у порога.
Глаза мои открыты, да
но только где скитаюсь я.
Уж явно нет, не у порога
и не гляди так очень строго.
Печаль улыбкой заменю
наряд тоскливый я сниму.
Взобью лохматые косички,
взлетят пушистые реснички.
Свобода запахом пахнула
я в аромате утонула.
А ты спешишь одеть ярмо,
возьми пожалуйсто мое.


© Copyright: Елена Чугунова