Всё куда-то я бегу, -
На душе темно и тошно,
У кого-то я долгу,
У кого - не помню точно.
Всё труднее я дышу,
Но дышу - не умираю,
Всё к кому-то я спешу,
А к кому и сам не знаю.
Ничего, что я один,
Ничего, что я напился,
Где-то я необходим,
Только адрес позабылся.
Ничего, что, я сопя,
Мчусь по замкнутому кругу, -
Я придумал для себя,
Что спешу к больному другу.
Опрокинуться в стогу,
Увидать Кассиопею, -
Вероятно, не смогу,
Вероятно, не успею.
Я бы доверился другу-врачу,
Вечно уставшему, толку что гений…
Веришь? – сказал бы ему – не хочу…
А он бы все понял без объяснений.
Смял бы окурок и вновь закурил,
Встал бы к окну в своем мятом и белом…
- Может, попробуем? Я бы зашил
Так, что оно снова стало бы целым.
Осень за окнами, серый рассвет…
Время разлук и невольной тревоги;
- Не обижайся - ответ будет “нет”,
Ты – врач от Бога…, но люди не боги.
Просто оно перестало болеть,
Просто в груди стало нечему биться,
Стоит ли клетку пустую жалеть,
Если из клетки отпущена птица?
Вот и не хочется больше летать,
То ли крыла, то ли неба мне мало,
Стало казаться, что глупо мечтать,
Стало казаться, что сердце устало.
А “эскулап” мне согласно кивнет –
Да, не поможет здесь скальпель и нитка,
Сердце, оно без любви не живет,
Жить без взаимности – тоже ошибка.
Если один на один с пустотой,
Нужно ли синее небо влюбленным?
Он чертыхнется… да черт бы с тобой!
Станешь единственным мной не спасенным…
Мы поболтаем еще ни о чем -
Дружеский треп об ушедшем и светлом…
Он через час снова станет врачом,
Я – безнадежным его пациентом.
Мы столько всего ожидали вначале…
От каждой минуты, от каждого дня.
А жизнь так богата была на печали,
И щедро дарила тебя и меня…
То школьные годы с тобой торопили,
То время в разлуке, то будние дни…
И только впоследствии мы ощутили,
Что мчатся и так очень быстро они.
Плывём по реке меж святым и беспутным…
И то ль чертыхайся, а то ли – божись…
Мы вовсе ещё и не жили, как будто,
Ещё не вкусили, не поняли жизнь.
Мы столько всего ожидали вначале,
Когда нам сказали: вертись и кружись!
И вот мы стоим на пустынном причале
Отчалил кораблик с названием «Жизнь».
Дегустация силы воли...
Я – непризнанный сомелье.
/не привычно/ смакую роли,
Что не свойственны вовсе мне:
Мега_Стерва с холодным взглядом,
Отрицанием общих тем,
С лексиконом – смертельным ядом.
И набором «Escape», «пробел».
Доминирует трезвость жизни.
Не в ходу кружевА, жабО,
Кринолин. Я крахмалю мысли
Анти_розовым «шёл бы...» - « Go!»
Удивляться не нужно... Просто...
Я - создание «рук» твоих!
Изуродовать душу можно –
Залатает случайный стих...
Только больше в глазах не будет
Отражения первой весны...
И шаман своим стуком в бубен
Не пробудит к тебе любви.
Замолчи!/по добру - здорОву/,
Не пиши: «Как дела, малыш?»
Мега_Стерва не верит слову!
Ты словами не дорожишь!
Две души на закате столкнулись…нереально, но вероятно?
Две души по домам не вернулись… разве что-то здесь непонятно?
Два изодранных в клочья мима из комедий разных театров,
Пролетая друг друга мимо, вдруг столкнулись… Невероятно?
Сложный танец над океаном - невозможный, призрачно-дикий…
То ли поздно все, то ли рано… все смешалось: песни и крики.
Силы крыльев не ощущая, все летают странные души -
Рай друг другу не обещая, не спешат вернуться на сушу.
Крепко связаны тонкой нитью, что случайно на свет явилась
И свила беглецам обитель, на леченье не поскупилась.
При луне ли, в потоках света нить колышется, но не рвется.
Хоть и странная, но примета - значит снова все обойдется.
Значит выживут, вероятно, две души - два продрогших мима,
Значит снова все непонятно, все туманно-необъяснимо.
Значит снова веровать в вечность, и в свободу над облаками,
И в печальных дней быстротечность, и в полет души над волнами…
Бог не послал ей легкости.
Ни в чем.
Ни в рифме,
ни в терпенье,
ни в привычке.
И всё – как будто камень за плечом,
А не крыло…
О, есть живут по-птичьи,
Живут – парЯт,
кружат поверх голов,
Земли едва и нехотя касаясь,
С них узких желтых глаз не сводит зависть,
Их не ломают бедность и любовь.
Весь век играть удачей,
как мячом,
Легко уйти…
Пусть легкий след – непрочен…
Бог не послал ей легкости ни в чем.
Пожадничал…
Иль верил ей не очень?
Долго мы судили и рядили:
Что всего нужнее на земле?
Вспоминали небылицы, были,
Говорили о добре и зле,
Об искусстве толковали дружно,
Непременно думали решить,
Что кому на белом свете нужно
Для того, чтобы счастливым быть.
Оказалось, многое: дорога,
Чудо звёзд, баллад, симфоний, рек...
Но сказал ты, помолчав немного:
Человеку нужен человек.
В неудаче, в болезни, в горе,
А вернее сказать - всегда!
На огромном земном просторе
Человеку нужна звезда.
Пусть порою за облаками
Еле-еле она видна,
Пусть её не достать руками,
Словно жемчуг с морского дна.
Пусть её не поймаешь в сети , --
От неё бы сгорела сеть, --
Без неё не прожить на свете,
Не прожить и не умереть.
Неизвестно ей, безымянной,
Что я верно её люблю,
Что все горести, все обманы
Под сияньем её стерплю.
Если даже выдумка - это,
Сохрани её, сбереги,
Без её далёкого света
Мне порой не видать ни зги.
Перед тем, как усну в гробу я
Приоткрыть окно попрошу --
Полюбуюсь на голубую
И сама её погашу.
Подруга, все пройдет, и станет легче.
И время псом залижет наши раны.
Ну, а сегодня - просто грустный вечер,
Ну, а сегодня - мы совсем чуть-чуть устали.
Ну, а сегодня - красное в бокалы
За нас с тобой, а лучше за "чёрт с ними".
Не мы, подруга, счастье прозевали,
А те, что нас, увы, не долюбили.
Давай закурим. До утра еще так долго.
Под тиканье часов и пачку «кента»
Обсудим, в чём косяк наш перед Богом,
В чём мы не разобрали суть момента.
Ты плачешь? вот досада! да я тоже...
Предательская влага на ладони.
Хотя, чего уж там... сейчас, пожалуй, можно.
Ты только спрячь подальше телефоны.
И пусть рыдают с нами воском свечи,
И с ними догорают все печали...
Сегодня просто очень грустный вечер,
Сегодня мы немножечко устали.
Снова вата за окном – растуманилось,
Стынет влажностью река там, за стеклами,
Но уже у кромки свет – ночь откланялась,
Отрыдала по домам снами мокрыми.
А у рыжего кота счет к будильнику –
Самых сладких пять минут спать не дадено:
Проорет и хвост трубой – к холодильнику;
Как же он меня достал, эта гадина!
Сигарета натощак – с привыканием!
Душ холодный по плечам – уже дышится.
Просыпаюсь, а в ушах заклинанием
Лишь одно твое мне имя и слышится…
Значит все у нас путем – шарик вертится ,
И за окнами февраль – как положено ,
Ангел перышком скрипит – строчка чертится ,
Да вот только снова ты в ней отложена…
Кофемолка заурчит и отключится –
Правда нравится, когда ароматное?
А увидеть мне тебя… не получится.
Вот словечко-то какое… занятное.
Значит надо о другом… что на улице?
Растащило… а деревья все в инее!
Как же я люблю на солнышко щуриться…
Как же я люблю глаза твои синие…
И не сладкого глоток – обжигающе,
Сквозняком из щели – штора колышется;
Кот наелся и глядит понимающе:
Все наладится, хозяин… или спишется.
- Хватит попусту болтать... Ты – за старшего.
На работу опоздаю - доиграешься!
…Гладь нетронутого снега, упавшего…
Мое Солнышко, а ты просыпаешься?