Теперь толкуют о деньгах
В любых заброшенных снегах,
В портах, постелях, поездах,
Под всяким мелким зодиаком.
Тот век рассыпался как мел,
Который словом жить умел,
Что начиналось с буквы "Л",
Заканчиваясь мягким знаком.

О, жгучий взгляд из-под бровей!
Листанье сборника кровей!
Что было содержаньем дней -
То стало приложеньем вроде.
Вот новоявленный МоцАрт
Сродни менялам и купцам,
Забыв про двор, где ждут сердца,
К двору монетному приходит.

Все на продажу понеслось,
И что продать - увы - нашлось:
В цене все то, что удалось,
И спрос не сходит на интриги.
Явились всюду чудеса,
Рубли раздув как паруса,
И рыцарские голоса
Смехоподобны, как вериги.

Моя надежда на того,
Кто, не присвоив ничего,
Свое святое естество
Сберег в дворцах или в бараках,
Кто посреди обычных дел
За словом следовать посмел,
Что начиналось с буквы "Л",
Заканчиваясь мягким знаком.

Юрий Визбор

А как ты считаешь… - непросто быть Богом?
Бессменно две тысячи лет в карауле…
Смотреть на баранов, упёршихся рогом –
То предали снова, то вновь обманули…
Входить ежедневно в скорбящие лики,
По пальцам безгрешные души считая,
И слёзы ронять на лампадные блики,
И что-то простить, всё на свете прощая…
Коситься на тех, кто подолгу у власти –
Не писан Завет им ни Старый, ни Новый …
А тем, кто наивно мечтает о счастье,
Вручать как подарок венец свой терновый.
В глазах отражаться, где боль и терпенье,
Молитвой, как лезвием, вспарывать вены,
И видеть как те, кому даришь спасенье,
В своих откровеньях не так откровенны.
А сердце болит, оно не отстрадало,
За всю бесконечность в нём собраны муки -
Есть много ума, да вот разума мало,
Есть счастье любить, да всё чаще в разлуке…
Так хочется знать, чем закончится это,
Дай Бог тебе, Господи, Божье терпенье,
Пока слышу Слово – есть повод для Света,
Пока дышит совесть – нет страха забвенья.
И всё-таки лгу, и краду…, и едва ли
На этот раз нам избежать катастрофы…
Но чтобы к спасенью мы ближе чуть стали,
Он каждый свой день начинает с голгофы…

Сказоч-Ник

... и научусь любить зелёный чай…, честно!
С маленькими мятными пряниками, ...c ладони?
А мне даже просто молчать с тобой интересно,
Коротая весь вечер рядышком в нашем доме.
Белой мукой рассыпается с неба пороша,
С сахарным хрустом ложатся на стёкла узоры,
- Знаешь, а Кай…, он несчастный и очень хороший,
Просто с разбитых зеркал начинаются ссоры.
Просятся, дверь, расцарапав когтями, метели,
Нам бы пустить их с тобой, прилетевших из леса…
- Как ты считаешь, а если б тогда, на дуэли…
Было бы честно под выстрел подставить Дантеса?
Пахнет с поленьев смолой, и огонь веселится…
- Вспомнила что-то? Смеёшься? Да так мне и надо!
Нет, ты скажи, ну и как же мне было не злиться -
Ты же чуть замуж не вышла за этого Блада!
Сколько земных полнолуний прошло с нашей встречи?
Тысячи сонных столетий судьба нас сводила,
И лишь вчера, поменяв свои крылья на плечи,
Ты мне призналась, что всё это время любила.
А за окном снова минус зашкалил за двадцать,
И, как всегда, ровно в полночь начнётся охота…
Даже не думай! Давай хоть в медовый не клацать
Ржавым забралом, доставшимся от Дон-Кихота!
Ну почему нами бабы, как хочется, вертят!!!
Мы ведь и крылья сдирали, аж перья звенели!
Может разочек ещё…? Блин! И час не потерпят?!
Через сто лет обещаешь? Ну что ж… полетели.

Сказоч-Ник

Когда неловкий дождь стучит по крыше
Так робко и растерянно немножко,
Ты, может быть, опять шаги услышишь
Той девочки с походкой кошки.

Когда танцует в подворотне ветер,
Мечтая с листьями кружить и впредь бы,
Ты будешь знать - еще живет на свете
Та девочка с глазами ведьмы.

Когда все небо звездным покрывалом
Укроют чьи-то ласковые руки,
Ты помолись о том, чтоб легче стало
Той девочке с душой старухи.

А у вас аврал, ваши мозги пора расклепывать,
Ты вчера наврал, значит, нынче будешь расхлебывать.
Выдох-вдох на шаг, вправо-влево, а в центре лужина.
Дождь сопит в ушах, как ежонок, хотящий ужинать.

Бродят люди цвета воска,
Дремлют на лету.
У меня есть конь в полоску
С васильком во рту.

Вечер мимо нот тополиным пухом чихается,
А у вас цейтнот суетится и чертыхается,
С корабля на бал, скоро, блин, голосуешь частнику,
Молотком в набат, поможите, люди, хоть часиком.

Только всё же дело к лету,
Корабли в порту.
У меня есть лошадь в клетку
С розочкой во рту.

А у вас июнь, а у вас час за часом гонится,
На вокзале который раз поезда вагонятся,
И какой-то важнейший чин, заикаясь фразами,
Что-то умное вам кричит, и зовет заразами.

Разворачивай дебаты,
Говори не то.
У меня есть конь горбатый
В бежевом пальто.

А у вас бега тараканьи по кругу вертятся,
И коса находит на камень, и в смех не верится,
Далеко покой, даже дальше, наверно, полюса.
Но подходит конь и лохматит дыханьем волосы.

И значит, не важно, что делаем я и ты.
У нас есть лошадь, во рту у нее цветы.

Алька Кудряшова

А если б меня не стало…
Вот так вот, бабах, и сразу, -
Ты б горько вздохнул: «Зараза…
Допрыгалась!» И устало
Достал бы краюшку хлеба
И водкой стакан наполнил
И тихо промолвил: «Помню,
Как я заблуждался слепо».
Родня и подружки хором
Завыли б, кривясь от горя.
Я б тоже рыдала, спорим,
Взирая с небес на город?!
Мои конкурентки с воплем:
«Откинулась, слава Богу!»
Помчались бы бить тревогу,
Парням утирая сопли,
Забавно-смешную челку
Нашедшим дразняще-жаркой.
А кто-то сказал бы: «Жалко…
Такая была девчонка!!!»

kkareglazaya

Серая крошащаяся фотка:
Девочка в морщинистых колготках
Волочёт, не глядя, за собой
Паровозик с треснувшей трубой.

По ступенькам тащит и по лужам,
Он уже изгажен и контужен,
Дважды вмят в подножие столба
(Оттого и треснула труба).

Из вагонов падают игрушки -
Лысый заяц, две облезлых хрюшки.
Чебурашка рухнул под забор.
Девочка не видит их в упор.

Утонула в луже обезьянка.
Но с упорством маленького танка,
Растеряв колёса по пути,
Продолжает девочка идти...

И к каким вратам какого рая
Девочка так яростно шагает?..
Вот и цель. Сырой панельный дом.
Тётка в кресле. На столе альбом.

Пальцами, разбитыми артрозом,
Тётка гладит фотку с паровозом.
Скоро, скоро девочка дойдёт.
Двадцать лет… еще двенадцать… Год…

Ближе… Ближе… Ближе… Дошагала!
И альбом захлопнула устало.
Жизнь прекрасна. К чёрту паровоз.
Нет ни слёз, ни повода для слёз.

мила

Мальчики играли в бога...
Деревянный крест.
Запылённая дорога,
Вдоль дороги лес.
Молоток, моток шпагата,
Несколько гвоздей,
Кот ни в чем не виноватый,
Четверо друзей...
На костре пекут картофель
Четверо ребят.
Под сосной, как на Голгофе,
Рыжий кот распят.
Лижет...
Лижет...
Лижет воздух...
Рядом - пустота.
Смерть кошачья ходит возле
Страшного креста.
"Вроде сдох - сказал Серёга -
По домам пора..."
...Мальчики играли в бога,
Кончилась игра...

Плющиков Владимир,

Коли б тобі бажав я сліз і муки,
І кари найстрашнішої бажав,
Я б не викручував твої тендітні руки
І в хмурім підземеллі не держав.

Ні, я б не став тебе вогнем палити,
З тобою б розквитався без жалю:
Я б побажав тобі когось отак любити,
Як я тебе люблю.

В. А. Симоненко

Она живет по собственным часам
В уютной однокомнатной квартирке…
С работы забежать в универсам,
А в выходные глаженье и стирка.
Ничто не изменяет этот ход
Судьбою предначертанных событий,
Единственный свидетель и хранитель,
Единственный свидетель и хранитель –
Безмолвный постаревший рыжий кот.

Он знает все слова наперечет,
Он помнит все капризы и привычки,
Но ухом ни за что не поведет,
Услышав свою собственную кличку.
Здесь время как наваристый кисель
Из смеси одиночества и скуки
И бывшие вчерашние подруги,
И бывшие вчерашние подруги
Давно уже за тридевять земель.

Покладиста, приветлива, добра,
Фигурка и походка ровной строчкой -
Прекрасный дар Адамова ребра,
А за спиною слышит «Одиночка».
Но, боль обиды комкая в груди,
Она навесит маску хохотушки...
Ах, кто бы знал, как мокрая подушка,
Ах, кто бы знал, как мокрая подушка
Осенним утром щеку холодит.

Смотритель Маяка

сарафан от ветра пузырИтся,
я зарделась – рУки не разжать,
челка занавесила ресницы -
глаз смущенных кверху не поднять…

ветер мне облизывал лодыжки,
а потом в затылок целовал,
ты меня - /обидеться?/ «мормышкой»,
улыбаясь, снова называл…

пальчиками намертво вцепилась,
в первый раз – качели «для больших»,
в первый раз я в жизни так влюбилась,
что сама боялась чувств своих…

«что, мормышка, напугалась неба?»
сгреб меня в ручищи и обнял,
я на цыпочках – /повыше!/ - мне бы
как «большую» чтоб поцеловал…

и, страшась от той любви проснуться,
я к тебе прижалась, вся дрожа…
и сумев сквозь кожу прикоснуться,
приросла к Твоей – Моя душа…

…стУдит ветер ссадины в зеленке,
млею в неге незнакомых струй
навсегда запомнится девчонке
первый в жизни взрослый поцелуй…


Скорпиошка

а давай превратимся в козявочек,
с парой ажурных крыльев,
и выроем в небе ямочку,
устлав её звездной пылью,
подушки набьем из облака,
свет лунный впрядем в лампочку,
из сумерек сшитым пологом
окутаем нашу кроваточку.
и будем так жить - до старости,
от солнечных лучиков - жмурится,
с зарей просыпаться - в радости,
закаты встречать - без хмурости,
на завтрак - росу хрустальную,
без прежнего чаепития,
земными, коль быть устанем мы,
то будем с тобой - небожители…

давай превратимся в козявочек,
с теплыми мягкими лапками,
обнявшись, в пушистой ямочке,
друг друга любить будем сладко мы…

Скорпиошка

тряпочки-веревочки,
глазки – угольком…
прокалю иголочку
над свечным огнем.

зеркальце осколками
режет – не боюсь!
не срослось – с иконками,
с чертом сговорюсь!

кровью сердце крашу я
на твоей груди.
милый, не выпрашивай
ведьминой любви!

в полумраке зОлотом
волосы горят.
острием исколота
куколка твоя…

ох, в аду мне скажется
ведьмы отворот.
с нелюбовью справится
Бог мне – не дает…

пройдены - исхожены-
разные пути
проклинай, хороший мой,
и, забыв, – прости!

тряпочки-веревочки
тлеют в угольках…
от любви осколочки
перетерлись в прах…


Скорпиошка

пусть меня обвиняют в банальности,
поэтической лжи и безвкусице!
мне — плевать, я ударилась в крайности,
мне хандрить надоело и кукситься!

« я люблю тебя, нежный мой, ласковый!!»
/ох, презрительно критики морщатся/
да, лубочно счастливыми сказками
зачитаться и грезить мне хочется!

к черту камерность, смысл и метафоры,
«зацелую тебя исступленно я!!»
/ ох, испуганно пятятся авторы/
вы же были и сами влюбленные!

вы сопливо— любовные пресности,
знаки, сплошь восклицательно рьяные! -
мне простите, эстеты словесности,
говорю, не цензуря, как пьяная!

«Я хочу, чтобы вместе — навеки мы!!»
/ох, образчик моей примитивности/..
вы побудьте чуть-чуть человеками,
а не скопищем пафосной живности!

не вменяйте в вину мне шаблонности,
вы, ответа на стёб не нашедшие,
что в период острейшей влюбленности
мы становимся все сумасшедшими.

..вы не бойтесь, вернусь — протрезвевшая,
отлюблю…
и сумею исправиться!
и писать буду мудро, как прежняя,
только мне —
та, влюбленная, нравится..

Скорпиошка

я обратно не в силах вернуться –
или сыграны просто спектакли?
параллели не пересекутся
/идиотский закон./ Не так ли?


нафталином засыпаны маски –
перемеряны были… /пустое.../
ты хотел – хоть какой-то встряски?
потрясло…. Жертв не много. Двое

мы, смеясь, выбегали из роли –
и - в другую / как в омут/ – до днища
имена, адресаты, пароли…
сны чужие…азарт… пылища..

где-то мы, не заметив границы,
распалясь от премьер и успехов
позабыли, как выглядят лица
друг у друга. И, с линии съехав,

мы летим по своим параллелям –
вроде рядом – а тошно - до боли…
отыграли свое… отболели…
два колючих перекати – поля…

Скорпиошка

В очень маленьком пряничном домике,
Под корнями огромной сосны
Спали мирно три крохотных гномика
В ожидании новой весны…

На кроватках из мягкого желудя
Аккуратно висят колпачки,
У порога, свернувшись от холода –
Узконосые спят башмачки…

На подушках из трех одуванчиков
Щек румяных три пары лежат
Три десятка малюсеньких пальчиков
На ладошках…под щечками спят

Засыпай…и окажешься в домике,
В этом сказочном зимнем лесу..

Вот четыре сопят уже гномика
Парой дырочек в каждом носу

Скорпиошка

экологически чистая, без химикатов взращённая,
вся обезжиренная и дистиллированная,
с низким содержанием сахара и холестерина,
РН-нейтральная и низкокалорийная,
Водонепроницаемая и огнеупорная,
пылеотталкивающая, сплошь эталонная,
на-детекторе-лжи-вся-проверенная,
равносторонняя и равнобедренная,
противоударная, жаропрочная,
вся – по-московскому времени точная,
ОТК прошедшая, обеззараженная,
в прививках от оспы - и прочего важного,
моральноустойчива, политически - ориентирована,
вся отглажена, накрахмалена и выровнена..

Не содержащая вредных красителей
ни консервантов, ни загустителей
пронумерована и прошнурована,
печатью заверена, и упакована

Любовь твоя - стерильная, от края -и до края…
Уж лучше никакой любви, чем – просто НИКАКАЯ…

Скорпиошка

оно её свернуло в жгут…
и резануло по живому…
бредет туда, где молча ждут.
оттуда — где нужна другому..

оно – рассыпалось на ней,
и – намертво врастает в кожу…
буравит «крылья» на спине
тот взгляд… но он никак не может..

ни хлопнуть, крикнуть, задержать,
обнять до боли под ключицей!
и целовать….
и — целовать….
но вот трамвай последний мчится,
туда где встретят без «коррид»
и сварят кофе.. по-привычке..

а в ванной – навзничь, — и навзрыд!
и – сигарету мокрой спичкой,…


на запотевший потолок –
молитву, как — перед иконой
и – завязала узелок…
и – полетела по наклонной…


Скорпиошка

В наше с тобой предложение –
без объявленья войны –
вторглось вдруг местоимение
словно гроза средь зимы…

Надо же! По-настоящему
стало: то в жар…то знобить…
мне, твоему подлежащему –
что-то мешает любить..

кто-то нарушил идиллию,
став вдруг не там запятой…
и заметалась в бессилии..
я между ним и тобой..

вторгся… и ненаказуемо
шулером – стал тасовать…
только двум сразу сказуемым
рядом со мной не бывать..

съежившийся от предательства,
сник восклицательный знак..
Он влез таким обстоятельством,
что не объехать никак…

и образцово-построенность –
катится – в тартарары
как оказалось вдруг - трое нас
средь только парной игры?

в прежде простом предложении –
смута… – и не разобрать…
кто с кем в каких отношениях,
вашу, грамматика, мать..

ходим по кругу, как коники…
в спину друг другу глядя…
в нашем теперь треугольнике –
лишняя, кажется… я

Скорпиошка

А говорили – пролетят за миг…
Мне кажется, плывут они часами…
Вот звон стекла… /летит отцовский крик /
И, плача, утыкаюсь в фартук маме…

Вот Санька. Мы к Мамаихе во двор
За яблоками лезем, предвкушая…
Мне пол-штанины «откусил» забор..
бежим «задами», небо чертыхая

Вот с дедом у костра… Ночное. Луг
Щекотит ноздри запах самокрутки…
И фырканье коней… и мошек круг,
И где-то там покрякивают утки..

Вот выпускной…наш клуб… девчата в ряд –
И все как на подбор – красивы статью..
Но у одной глаза огнем горят -
Так, что смотреть не в силах перестать я..

Прощальный вальс… и в волосах - сирень..
И я от этой свежести смелею..
И, нервно пальцы спрятав за ремень,
Несу о светлых чувствах ахинею..

.. Вот полустанок… мамины глаза..
Так непривычно холодит затылок.
И жмет – размером меньшая кирза,
Сигнал… толпа забилась и завыла.

И вдруг – она… и вышитый кисет
/хорошая, когда же ты успела?/
И что-то шепчешь... я шепчу в ответ..

А после полетело…полетело..

Как жаль – воспоминаний – только горсть…
Что накопил в свои я восемнадцать?
Мне даже мужем стать – не довелось…
Я лишь едва успел поцеловаться…

..А говорили, страх не выносим.
/Глупцы, нас закалили в комсомоле/
Но почему же «Господи, спаси!!» -
Ору /без звука/ одурев от боли…


Куда-то крутит… жжет зачем-то снег
Набился в ворот… и течет за плечи

На небе чиркнут дату, Имярек.
И тихо колпачком затушат свечи…


Скорпиошка