На воду рек смотреть люблю,
Моя душа об этом просит,
Мгновенья радости ловлю,
Вода печаль мою уносит.

Бежит без устали вода,
Лишь ветер волны подымает.
За чем стремится и куда?
Так жизнь бесцельно утекает.

Вода шумит, как в бурю лес,
Или журчит, как пташек трели,
Ведь главное всегда – процесс,
Он сам найдёт дорогу к цели.

x x x

Дрёмны плески вечернего звона,
Мглистей дали, туманнее бор.
От закатной черты небосклона
Ты не сводишь молитвенный взор.

О туманах, о северном лете,
О пустыне моленья твои,
Обо всех, кто томится на свете,
И кто ищет ко Свету пути.

Отлетят лебединые зори,
Мрак и вьюги на землю сойдут,
И на тлеюще-дымном просторе
Безотзывно молитвы замрут.

Николай Клюев

Славяне среди других деревьев особо выделяли и почитали дуб. Возможно, по началу вообще все деревья они называли словом "дуб". Не случайно происходящие от него слова "дубина", "дубинушка" относятся не только к дубовой палице.

Дуб почитался как божество. К его подножию приносились жертвы. Из дубового дерева тесали идолов. И огонь на капище можно было "подкармливать" лишь дубовыми дровами. В народе дуб считался связанным неземными нитями с верховным божеством Перуном. Ведь это дерево словно притягивало к себе молнии. И сегодня в грозу не стоит укрываться под дубом - опасно.

Преимущественно к дубу относили наши предки и предания о мировом древе. Эта вера и поклонение продолжалось так долго, что уже после принятия Русью христианства под страхом церковного суда запрещалось "перед дубом молебни пети". Ведь как боги решали судьбы всего мира и людей в частности, под мировым древом сидя, так и творили суд под могучими дубами, веря, что приговоры, изреченные здесь, освящены божеством.

Существовали целые заповедные священные дубовые рощи. Зайти в такую гуляючи, а тем более сорвать с дерева ветку считалось кощунством. За это волхвы-жрецы могли осудить "святотатца" даже на смерть.

Немало сохранилось в народе поверий и примет, связанных с этим могучим зеленым великаном. Если у человека болит спина, хорошо при первом весеннем громе прислониться к дубовому стволу. Чтобы унять зубную боль, надо кусать больным зубом дубовую щепочку. А еще лучше отыскать в лесу старый дуб, рядом с которым пробиваются из-под земли родники, содрать с веточки кору и вымочить ее в родниковой воле. Если носить такой оберег в ладанке, зубы и вовсе никогда не потревожат.

И сегодня могучий дуб пользуется подсознательной любовью людей. О нем складывают песни, его изображают на своих полотнах художники.

* * *
О, всеединство разума, духа и бренной плоти!
Тайна жизни, которая в вечном круговороте.

От века не прерывается, исполненная огня,
В небе игра волшебная звездных ночей и дня.
Вселенная воплощает тревоги свои в океанах,
В скалах крутых - суровость, нежность - в зорях
багряных.

Сплетенье существований, движущихся повсюду,
Каждый в себе ощущает, как волшебство и чудо.
Сквозь душу порой проносятся неведомых волн
колебания,
Каждый в себе вмещает вечное мироздание.

Ложе соединенья с владыкою и творцом,
Престол божества бессмертный ношу я в сердце моем.
О, красота беспредельная! О, царь земли и небес!
Я создан тобою, как самое чудесное из чудес.

Рабиндрат Тагор.

Бесхитростные и ведающие предки наши свои чувства переносили на явления природы, объясняя происходящее рядом с ними "по человечески". В жизни полей, гор, лесов вечных и постоянно меняющихся, видели они извечную борьбу божественных сил. Одушевляя природу, наши прородители слышали в шелесте листвы загадочные разговоры, которые между собою ведут деревья. Капли смолы, текущие по стволу они воспринимали как слезы. Треск ломаемой ветки звучал для них стоном, жалобой обиженного существа.

Дерево, как и человек, зимой страдало от морозов, радовалось весной, возрождалось к новой жизни, украшаясь зеленью и цветами. Но невозмутимые зеленые гиганты, проживающие несколько человеческих веков, казались незыблемыми и вечными , знающими тайны божеств и состоящими с ними в каких-то своих, особых отношениях. Следовательно, они сами были частицей великого непознанного, недоступного разуму, священного.

Такими священными со временем стали считаться многие леса и рощи, красота и величие которых наводили на мысль об их неземном происхождении. Подобно небесным райским садам, где на ветвях тенистых туч растут волшебные плоды, дарящие вечную молодость и красоту.

За этими чудесными молодильными яблоками отправлялись многие герои русских сказок. Ведь в народном представлении эти золотые шары, обладающие теми же свойствами, что и живая вода, зреют весеннюю порою на деревьях-тучах. И оберегают их страшные драконы.

Обычный сюжет сказки таков. Состарился царь-отец. Сед, немощен стал. Любящий сын-царевич, чтобы вернуть отцу силы и молодость, должен добыть для него живую воду и молодильные яблоки. И после немалых испытаний ему это удается. Вкусив плодов, царь вновь обретает крепость и здоровье, из дряхлого старца превращается в цветущего юношу.

Сказка эта - один из древнейших мифов, рассказывающих о зимнем угасании природы, которую олицетворяет старый, дряхлый царь. И о ее возрождении, когда омоют ее "живые воды" весенних дождей, согреют и обласкают золотые солнечные лучи, выступающие в роли молодильных яблок. И тогда старость вновь прорастает молодостью, смерть - жизнью, безобразие - красотой....

Древний человек мечтал о таких райских садах-тучах на земле. И тем рощам, дубравам, что окружали его, придавал какие-то черты воображаемых, небесных. Он населял свои леса необыкновенными существами....

Погружался я в море клевера,
Окруженный сказками пчел.
Но ветер, зовущий с севера,
Мое детское сердце нашел.

Призывал на битву равнинную -
Побороться с дыханьем небес.
Показал мне дорогу пустынную,
Уходящую в темный лес.

Я иду по ней косогорами
И смотрю неустанно вперед,
Впереди с невинными взорами
Мое детское сердце идет.

Пусть глаза утомятся бессонные,
Запоет, заалеет пыль...
Мне цветы и пчелы влюбленные
Рассказали не сказку - быль.

Александр Блок.

Когда ты склоняешься в поклоне перед Вселенной - она кланяется в ответ,
когда ты называешь имя Бога - оно отзывается эхом внутри тебя.

Любовь готова все прощать,
когда она -- любовь,
умеет беспредельно ждать,
когда она --любовь,
любовь не может грешной быть,
когда она -- любовь,
ее немыслимо забыть,
когда она --любовь,
она способна жизнь отдать,
когда она -- любовь,
она -- спасенье, благодать,
когда она -- любовь,
полна безмерной доброты,
когда она -- любовь,
она естественна, как ты,
когда она -- любовь.
* * *
Эльдар Рязанов

Как много песен о любви к Отчизне!
Певцы со всех экранов и эстрад,
что, мол, для Родины не пожалеют жизни,
через динамики на всю страну кричат.

А я б о том, что глубоко интимно,
не декламировал, не пел бы, не орал.
Когда о сокровенном пишут гимны,
похоже, наживают капитал.

Земля не фразы требует, а плуга.
Как ей осточертели трепачи!
Вот мы с землей посмотрим друг на друга
и о любви взаимной помолчим!

Эльдар Рязанов

Как много дней, что выброшены зря,
дней, что погибли как-то между прочим.
Их надо вычесть из календаря,
и жизнь становится еще короче.

Был занят бестолковой суетой,
день проскочил -- я не увидел друга
и не пожал его руки живой...
Что ж! Этот день я должен сбросить с круга.

А если я за день не вспомнил мать,
не позвонил хоть раз сестре иль брату,
то в оправданье нечего сказать:
тот день пропал! Бесценная растрата!

Я поленился или же устал --
не посмотрел веселого спектакля,
стихов магических не почитал
и в чем-то обделил себя, не так ли?

А если я кому-то не помог,
не сочинил ни кадра и ни строчки,
то обокрал сегодняшний итог
и сделал жизнь еще на день короче.

Сложить -- так страшно, сколько промотал
на сборищах, где ни тепло, ни жарко...
А главных слов любимой не сказал
и не купил цветов или подарка.

Как много дней, что выброшены зря,
дней, что погибли как-то между прочим.
Их надо вычесть из календаря
и мерить свою жизнь еще короче.

Эльдар Рязанов

* * *
Ради грядущего утра, что счастья зажжет огни,
Отчизна моя, мужайся и чистоту храни.
Будь и в цепях свободной, свой храм, устремленный
ввысь,
Праздничными цветами украсить поторопись.
И пусть благоухания воздух твой напоят,
И пусть вознесется к небу растений твоих аромат,
В безмолвии ожиданья, пред вечностью преклонясь,
Со светом незаходимым живую почувствуй связь.
Что же еще утешит, возрадует, укрепит
Среди тяжелых напастей, утрат, испытаний, обид?
И славы сверканье чистое твое озарит чело,
И станет внезапно всюду торжественно и светло.
Престолы свои в подножье Грядущего преврати,
Для которого все планеты - лишь пыль на его пути.

Рабиндрат Тагор.

Зелёный водопад плакучих ив
Беззвучно ниспадает в гуще сада.
Не от него ли так легка прохлада?
Не потому ли вечер так красив?

И очень жаль, что рядом нет тебя,
Что эту красоту ты не увидишь.
Вон тополь встал -
Как будто древний витязь,
Поводья еле слышно теребя.

Вот выкована ель из серебра -
Таких красивых не встречал я сроду.
О, как бы ни любили мы природу,
Нам век не оплатить ее добра.
Благословляю тихий звон дубрав
И красоту, что вновь неповторима.
Мне в сердце проливается незримо
Покой деревьев и доверье трав.

Мы все в гостях у этой красоты.
Приходим в мир -
Её любить и помнить.
Потом однажды -
Утром или в полночь -
Уйдём,
Оставив легкие следы.

Андрей Дементьев

Собери облака на папирусе писем,
По дождинке небес - многоточием слов…
А поверх каждой строчки - пыльцой золотистой,
Отогрей мою грусть, в легком мареве снов.

Мотыльками стихов разбуди мое утро,
Поцелуем коснись, в свете алой зари,
Я его сохраню, на душе перламутром,
Я его сохраню ... буду вечно хранить.

Раны воском закрою, губами дотронусь.
Ты хранимый судьбой, на запястье времен,
Я любовью своей - одиночество вскрою,
Мы с тобою близки...одной крови...вдвоем.

Собери облака, подари мне однажды…
По дождинке небес - многоточие слов.
Отогрей мою грусть, утоли мою жажду,
И коснись моих рук - мотыльками стихов..

Аленушка Вергунова

Ты - Моцарта ясность, Шопена лазурь,
Ты - гром вдохновенных бетховенских бурь,
Ты - взлет к небесам сладкопевца Яреда,
Ты - к жизни порыв и над смертью победа.
Как солнце, щедра и чиста, как луна,
Ты светлой гармонии вечно полна.
Ты влагой созвучий сердца орошаешь,
Иссохшие стебли души воскрешаешь,
И, свежестью звонкого ливня дыша,
Тебе восхищенно внимает душа.
Отчизна твоя в первозданном Эдеме,
Ничто пред тобою пространство и время,
Ты в звуки земные умеешь вдохнуть
Небесных мелодий нездешнюю суть.
Родившись на небе, ты духом крылатым
На землю нисходишь, струя ароматы,
Ты - мускус волнений, ты - ладан разлук,
Ты - ангельской речи неслыханный звук.
О музыка, музыка, ты - колесница,
Какая во сне лишь и может присниться.
Житейской, обыденной прозе чужда,
Откуда ты мчишься, несешься куда?
О музыка, музыка! Нужно вглядеться
В глубины души и в излучины сердца,
Чтоб все твои тайны постичь до конца:
Душа и мелодия - два близнеца.
Сложна и загадочна ваша природа,
Ваш общий удел - неземная свобода,
Но вы остаетесь у плоти в плену,
Неведомо чью искупая вину.
Вы здесь пребываете, а не живете,
Гниете в оковах безжалостной плоти,
Но время придет - и велит вам Господь
Навеки стряхнуть с себя ветхую плоть.
Вы сосланы в мир этот на поселенье
И видите в смерти свое избавленье:
Пусть был приговор не оправданно строг,
Окончится Богом предписанный срок.
Но душу ввергают в наш мир как должницу,
А музыка сходит в земную темницу
По собственной воле вослед за сестрой,
Её утешая своею игрой.
О музыка, спутница рода людского,
Ты с неба спускаешься снова и снова,
Ты вечная странница, вестница звезд,
Ведущий нас к Богу таинственный мост.

Кэббэдэ Микаэль

* * *
Какая теплая и темная заря!
Давным-давно закат, чуть тлея, чуть горя,
Померк над сонными весенними полями,
И мягкими на все ложится ночь тенями,
В вечерние мечты, в раздумье погрузив
Все, от затихших рощ до придорожных ив,
И только вдалеке вечерней тьмой не скрыты
На горизонте грустные ракиты.
Над садом облака нахмурившись стоят;
Весенней сыростью наполнен тихий сад;
Над лугом, над прудом, куда ведут аллеи,
Ночные облака немного посветлее,
Но в чаще, где, сокрыв весенние цветы,
Склонились кущами зеленые кусты,
И темь, и теплота...

И.А .Бунин.

Мне кажется, что мы очень много потеряли отказавшись от обрядовых танцев. В настоящее время хоровод водят только в детском саду и то под Новый год. А ведь этот танец несет очень важный смысл в раскрытии тайны зарождения жизни на Земле.


Хоровод, или как его называют в Усть-Цильме, «хождение под песню», радикально отличается от общепринятых представлений о хороводе. Он состоит из шести фигур, в строгой последовательности переходящих одна в другую, причем каждая из них выполняется под определенную песню, имеет свое имя и выполняется в определенном ритме.

Начавшись неторопливо, от фигуры к фигуре, от действия к действию, темп хоровода постепенно наращивается, убыстряется ритм. Этот обряд образно демонстрирует древнейшие, восходящие к первичной арийской мифологии, представления славян о рождении вселенной и сотворении мира. Сначала все участники выстраиваются неподвижным большим квадратом «Столбы», который символизирует Высшую Истину, изначальное единство неба и земли (единство мужского и женского начал). Сами Столбы в древнеарийских представлениях означают четыре первоэлемента природы (огонь, воздух, вода и земля). Весь мир, вся вселенная формируется в результате их смешения и взаимодействия.

Этот процесс творения демонстрирует вторая фигура, непосредственно вытекающая из первой – «Вожжа», которая представляет собой волнистую линию (космические воды недифференцированного хаоса), постепенно уменьшающуюся в амплитуде и переходящую в точку (Семя Вселенной, Мировое Яйцо).

Вторая фигура символизирует нарушение изначального равновесия, поляризацию, разделение на мужское и женское начало, а именно: момент, когда начинается еще невидимое формирование вселенной. Со времен неолита волнистая линия символизировала волны океана Хаоса, бездну космических вод – слияние первых элементов. Из нее все рождается и, в конечном итоге, в нее все возвращается, это начало и конец всего сущего.

Затем следует третья фигура, называемая «Плетень», которая представляется в виде исходящей из центральной точки (Семени) спирали, постепенно увеличивающейся в размерах. Точно так же, как ремесленник, постепенно плетущий свою корзину из центральной точки, Высший Разум Вселенной с помощью своей супруги, Великой богини - производительной силы природы, созидает из точки (Мирового Яйца) вселенную.

Четвертая фигура представляет собой Круг, показывая тем самым цикличность космоса и вселенной на протяжении всего их существования.

Пятая фигура - «Сторона на сторону». При ее исполнении все участники, разделившись на мужчин и женщин, выстраиваются в линии друг против друга; они то поочередно сходятся (при этом мужчины и женщины вступают в непосредственный контакт, символически поправляя друг другу одежду), то опять расходятся.

Эта фигура показывает психическую активность вселенной, выраженную в виде взаимодействия двух первоначал – мужского (небо) и женского (земля). Все в мире существует только благодаря их постоянному взаимодействию.

Последняя фигура – «На четыре стороны» – завершает процесс формирования вселенной. Она представляет собой квадрат (четыре стороны света), который демонстрирует рождение жизни, устойчивость и гармонию проявленного мира во времени и пространстве.

Этот изначальный, объединяющий, сакральный обряд, лежащий в основе всех античных мистерий, пробуждает подсознание участвующих, вызывая тем самым глубинное переживание единства космоса и всех его частей, находящихся в полной гармонии и взаимосвязи.

Люди, участвующие в нем, выходят духовно окрепшими и просветленными, с чувством осознания того, что не передать никакими словами или их письменным выражением.

А именно этого, на мой взгляд, нам сейчас и не хватает. Нам надо начинать водить хороводы. Попробуйте это сделать когда вы со своими семьями и друзьями выедете на природу.

Сегодня небо покрыто серыми тучами, но мир от этого не кажется угрюмым. На всех газонах и лугах много солнышек расцвело. Само солнце не захотело оставит всех нас без своего света и тепла. Поэтому оно оставило свои лучики в зеленой траве. Это цветут одуванчики.

Почти все деревья уже расцвели белым пышным цветом,а некоторые стоят покрытые не просто зеленой, а зелено-белой вуалью. А в воздухе разлит такой аромат весны, что люди идут и улыбаются. Они говорят вслух - спасибо природа за такую красу.

В станице субботник. Школьники побелили деревья вокруг школ и прилегающих улиц. И еще светлее становится мир. И идут они домой веселой ватагой с шутками и улыбками, которыми только и могут светиться их юные лица. Перепачканные известкой, но счастливые, в ожидании своей первой любви, которая разлита вокруг и зовет их в свой хоровод.

Тепла и света у приРОДы хватает всем. Пусть и вам сейчас станет светло и тепло. А скоро и в ваших, более холодных краях, зацветут эти волшебные одуванчики. Просто вы посмотрите на них не один раз. И ваши лица тоже засветятся улыбкой доброты.


Златокудрый лёгкий одуванчик,
Очень непохожий на других,
Вселюдской любовию охвачен -
Самоцвет в кругу подруг своих.

Ц в е т и к
ясноокий, желтоглазый -
Солнечное Божество лугов!
Колдовской нектар от чар и сглаза,
И дурман для сердца..
И - Л ю б о в ь !

Во мне проснулся дух природы,
и снова хочет от меня
безумных танцев в честь восхода
у первобытного огня,
каких-то древних песнопений,
какой-то радостной волшбы,
забыв, что мы с порой весенней
когда-то перешли на Вы...
А аромат земли так тонок,
так манит древняя игра,
что я, как маленький ребёнок,
дождаться не могу утра.
И вот, на рынок за рассадой
успев сгонять часам к шести,
я начинаю вместе с садом
тянуться к солнцу и расти.
Обрежу старую малину,
с корнями выкопаю хмель,
и прополю ростки люпина...
А вечером приходит Лель -
бог всех ростков и всех влюблённых,
уходит майская жара,
и в тихих сумерках зелёных
рассаду высадить пора.
А после, гору старых веток
сложивши в яму у ворот,
поджечь, оставив горстку пепла
от всех своих дневных забот,
воображать что ты в пещере,
вдыхая дымный аромат,
и в древней первобытной вере
огню молитву воздавать...
И кажется, что нет резона,
чтоб уголёк в моих руках
не начал рисовать бизона
с небрежной точностью штриха.
И кажется, что нет причины
не понимать, что я - одно
с ростками хрупкими люпина,
с зелёной нежностью земной.

Марина Ратнер

Ночь. Успели мы всем насладиться.
Что ж нам делать? Не хочется спать.
Мы теперь бы готовы молиться,
Но не знаем, чего пожелать.

Пожелаем тому доброй ночи,
Кто все терпит, во имя Христа,
Чьи не плачут суровые очи,
Чьи не ропщут немые уста,

Чьи работают грубые руки,
Предоставив почтительно нам
Погружаться в искусства, в науки,
Предаваться мечтам и страстям;

Кто бредет по житейской дороге
В безрассветной, глубокой ночи,
Без понятья о праве, о боге,
Как в подземной тюрьме без свечи...

Н.А.Некрасов.

Черный цвет никогда не становится белым,
Единицей не станет написанный ноль.
Трус, на поле войны, не становится смелым,
Ну а в шахматах, пешкой не станет король.

Черным вороном белая чайка не станет,
Волк не будет собакой, стервятник – орлом.
Не поднимутся волны в налитом стакане,
А разбросанный пепел – не станет огнем.

Не помогут стране ни Пророк, ни Спаситель,
Если в них не поверит всем сердцем народ.
Не покажет дорогу слепому Учитель:
Он Его не увидит, за Ним не пойдет.

И пока не сумеем мы все измениться,
Аксиому простую не сможем понять:
Не изменится власть, поменяв только лица,
На пустую страницу – не ставят печать.

Юрий Шмидт