Тонкой струйкой рисуют костры, ароматные дольки заката,
в твоем небе - гербарий листвы и спешащие вдаль медвежата.
улыбаясь стрекочет рояль, вспоминая дыхание лета
раздается летящее `ля ` серебристо - жемчужного цвета.
а в далеких - далеких краях…там, где память, как рожь колосится
убегает девчоночка вдаль, с мотыльками на тонких ресницах.

Репетирует соло - метель, примеряя в кристалликах платье…
в твоем городе кружится снег, липнет к варежкам хрупкое счастье.
а мы строим игрушечный мир, из - снежинок и искорок смеха...
нам бы вместе, вдвоем до звезды, где хранится снегов табакерка…
нам бы вместе…небесный кальян, разукрасить - зеленым, в горошек.
и спешащих вдали медвежат приласкать, улыбаясь, ладошкой.

Ты, как маленький, ласковый барс, мне уткнешься под - шарфиком в шею…
твое озеро солнечных глаз…
восхищаюсь...немею…немею…
улыбаясь стрекочет рояль, вспоминая дыхание лета...
раздается летящее `ля`
серебристо - жемчужного цвета…
а в далеких - далеких краях, там где память, как рожь колосится
убегает девчоночка вдаль, с мотыльками на тонких ресницах…


Аленушка Вергунова
………………………………………………………………………………………………..


© Copyright: Аленушка Вергунова, 2009
Свидетельство о публикации №1912146155

Открой глаза — увидишь небо —
Огромный лазуритный свод.
Ты — точка на границе вод.
Попробуй у богов потребуй

Бессмертного вина глоток.
А без него на сколько хватит
Тебя, проветренный искатель
Судьбы? Как жребий твой жесток.

Наперекор всему. Безумно.
Ты должен выстоять. Стоять.
Ты должен сам себя понять,
Почувствовать себя подспудно.

Предназначенье в чем твое?
За красоту прощают боги
И люди. Жалкие подобья
Осужденные в бытие,

Где воплощая воплотиться
Не в силах. Камень свой кати.
Еще пол жизни впереди.
Сорвался?! Снова на пути
Подъем на гору.
Птица...
Пти—и—ца!!!

Александр Шишкин

***
В деревне Бог живет не по углам,
как думают насмешники , а всюду.
Он освещает кровлю и посуду
и честно делит двери пополам.
В деревне - он в избытке. В чугуне
он варит по субботам чечевицу,
приплясывает сонно на огне,
подмигивает мне, как очевидцу.
Он изгороди ставит. Выдает
девицу за лесничего. И, в шутку,
устраивает вечный недолет
объездчику, стреляющему в утку.
Возможность же все это наблюдать,
к осеннему прислушиваясь свисту,
единственная, в общем, благодать,
доступная в деревне атеисту.

Иосиф Бродский

С тех пор, как сделан первый вздох,
И до последнего мгновенья
"Я верю в Бога, дай мне Бог" -
Мы шепчем, как стихотворенье.

Мы уповаем на Него,
Поскольку с нами Он повсюду,
И жизни этой естество
Ему обязано, как чуду.

А Он - во всем, а Он - везде,
А Он присутствует незримо
В земле, и в небе, и в воде
Всегда быстротекущей мимо...

Как бессловесный часовой, -
На грани зрения и слуха
Он - Луговой и Домовой,
И Чур, и Леший, и Воструха...

Он - Велес, Ящер и Сварог,
Семаргл и Макошь, и Купало...
Я верю в Бога... Дай мне Бог!
Дай столько, чтобы всем хватало:

Земле - и солнца, и дождей,
Душе - и счастья, и тревоги,
Заблудшему - живых людей,
А путнику - его дороги...

Паук – мизгирь, павук, тенетник.
Диковинное животное, не зверь, не насекомое, ткущее невероятно прекрасные паутины, спасающие мир от полчищ паразитов и (о несправедливость!) вызывающее в людях омерзение и страх. Ядовитый вампир, холодный и беспощадный убийца, пожиратель безобидных мух. Паучихи убивают самцов после спаривания, чтобы в свою очередь умереть, отложив яйца.

Сложный, противоречивый, обросший мхом домыслов, образ. Многие представления о пауках неверны, другие нашептаны страхом ко всему, что шевелится и банальному незнанию. Во-первых, паук – не насекомое, у него восемь, а не шесть ног. Как писал Н.А. Заболоцкий: “спит животное-паук”. Во-вторых, почти все пауки ядовиты, но смертельно опасных среди них не так много.В средней полосе стоит опасаться, пожалуй, только крестовика. Но первым паук не нападает, а дурной нрав черных вдов связан исключительно с плохим зрением. Кровь он тоже не пьет, а впрыскивает желудочный сок под хитиновый покров жертвы и оставляет довариваться на пару дней. Получаются такие вот своеобразные консервы с надежной природной упаковкой.

Потом, где видели пауков, стаями атакующих человеческие жилища? Гадящих на обои, поганящих пищу, кусающих до крови и откладывающих яйца продукты. Трудно даже представить такое. А вот мухи, слепни и комары (основная пища пауков) вытворяют все это с непростительной частотой.

Казалось бы, что стоит отвести паукам пару темных углов в доме, не давить их при всяком удобном и неудобном случае. Не рвать паутинки в лесу, не верить американским, дешевым по смыслу и бюджету боевикам про гигантских спайдеров. Нет, страх сильнее любых разумных доводов. Страх цивилизованного человека перед законами природы, перед лучшими ее созданиями.

К слову, предки наши относились к паукам куда с большим почтением. В отточенной красоте и симметрии паутины видели они солнечные лучи, разбегающиеся от единого центра. Как будто уже тогда предвидели, что Вселенную нашу астрономы представят в виде ячеистой структуры, сходной со строением паутины. И что геометрический центр паутины точно совпадает с ее центром тяжести. Всего этого они знать не могли, но уже тогда чувствовали, восхищаясь на рассвете радужными переливами солнечных лучей в тонких ниточках паутины.

Многие народа мира считают паука одним из творцов этого мира, соткавшего из своего тела каркас Вселенной. Причем, как правило, это не паук, а паучиха. Например, Мать Солнца или Бабка-Паучиха. Видимо поэтому и называют второю половину сентября, время паучьего гона, когда по воздуху носятся паутинки – бабьем летом, в память о Прабабке Мира, Рожанице. Восьмое сентября, за неделю до начала “лета старых женщин” посвящено Роду, преемнику верований о двух Рожаницах. Возможно, что паук – одно из его воплощений.

Многогранный языческий символ плодородия, солнечного света, единства бега времени и незыблемости пространства – свастика, напоминает паука, а узор на теле крестовика – символ плодородия. Как и имя паука, свастика давно покрылась грязью, отмыть которую почти невозможно. За отторжением символа приходит забвение и лишь фольклор будет хранить его очень долго. Паук в нем – признак счастья, гармонии, солнечная мать всего живого.

Роль паука - творец, борец с вампирами
Время паука - начало осени. Цвета - черный, серый, белый
Пословицы и приметы:

- Убить паука - загубить свое счастье, к пожару или разорения
- Паутинка прилепилась в бабье лето - повезет
- Паук спустился на паутинке - к письму или известию

Наш век - как капля из ковша,
Как кем-то брошенное слово.
Зачем же ждешь венца земного,
Землей плененная душа?

О чем мечтаешь, чуть дыша?
Зачем ты мучаешься снова?
Сними с очей своих оковы
И к небу обратись спеша.

Там свет, которого ты жаждешь,
Там отдых, о котором страждешь
Средь ежедневной суеты.

И - напряги воображенье -
Увидишь там отображенье
Здесь позабытой красоты.

Дю Белле

Отправиться бы в те места,
Где лес шумит, бежит река,
Нетронутая красота
Откроет для души простор,
Где нет разлук и бранных ссор,
Где солнце осветит лучом
Свои бескрайние владенья,
И воздух до изнеможенья
Вдохну и погоню бичом
Тоску и траурные мысли:
Они давно из моды вышли.
Вдали увижу гор волну,
Им не нужны чины, награды,
Поутру встретить солнце рады,
А ночью – сонную луну.
Слезою скатится лавина,
Их белоснежная вершина-
Приют для вечных облаков,
Туманов и больших ветров.
Внизу о скалы море бьется,
Из тесных рук на волю рвется-
Земля окольцевала воду,
Молит и просит дать свободу.
Здесь не увижу мрачных лиц,
Мне только звонкий голос птиц
Сквозь благозвучный шум листвы
Споет о мире и любви.
В тени садов найду прохладу,
Возьму волшебную усладу,
Напьюсь блаженством красоты
От этой дивной простоты.

Еще горят лучи под сводами дорог,
Но там, между ветвей, все глуше и немее:
Так улыбается бледнеющий игрок,
Ударов жребия считать уже не смея.

Уж день за шторами. С туманом по земле
Влекутся медленно унылые призывы...
А с ним все душный пир, дробится в хрустале
Еще вчерашний блеск, и только астры живы...

Иль это - шествие белеет сквозь листы?
И там огни дрожат под матовой короной,
Дрожат и говорят: "А ты? Когда же ты?"
На медном языке истомы похоронной...

Игру ли кончили, гробница ль уплыла,
Но проясняются на сердце впечатленья;
О, как я понял вас: и вкрадчивость тепла,
И роскошь цветников, где проступает тленье...

ИННОКЕНТИЙ АННЕНСКИЙ

Хорс - славянский бог Солнца - светила, сын Рода, брат Велеса
Не все боги у славян и русов были общими. Например, до прихода на берега Днепра русов здесь не знали Хорса. Лишь князь Владимир установил его изображение рядом с Перуном. Зато он был известен у других арийских народов: среди иранцев, персов, зороастриицев, где поклонялись богу восходящего солнца — Хорсету. Это слово имело и более широкое значение — «сияние», «блеск», а также «слава», «величие», иногда
«царское достоинство» и даже «хварна» — особая отмеченность богами, избранность.
Ученые долго не могли определить природу русского бога Хорса. Получалось, что на Руси одновременно существовало, по крайней мере, три бога солнца: Даждьбог, Хорс и Ярило. В чем состояло их различие?
Даждьбог противостоял миру Тьмы, Нави. Он олицетворял собой небесный свет, проливающийся на землю, в мир Яви. Он есть всегда, даже в дождливый и пасмурный день, когда небо затянуто тучами. Это был Белый свет, которым называли наш мир, так и говорили: «Обойти весь белый свет». Совсем иное дело, когда светит солнце: на душе сразу становится веселее, и жизнь кажется прекрасной.
Хорс — бог солнечного, желтого, света. Солнечное настроение и имя бога отражены во многих наших словах: хороший, похорошеть, прихорашиваться, а также — хоровод, хоромы. У многих народов словом «хоро» обозначали солнечный диск, круг. Отсюда и название танца по кругу и круговых построек. Даже город Корсунь раньше назывался по имени бога солнечного света — Хорсунь.
А все неприятное, несимпатичное, лишенное радости, называлось нехорошим. Скажут «нехорошо!» — и будто солнце скроется за тучи, ветром студеным повеет. И дело тут не только в настроении, а еще и в том, что при солнечном свете любое дело спорится, наливаются соком колосья и плоды. Поэтому Хорс считался заботливым помощником земледельцев. На Руси о нем пели песню:
Идет полем мужик-пахарь,
Над ним идет Добрый Знахарь,
А что мужик в поле робит,
То и Знахарь в Небе дробит!
Это означало, что все происходящее на нашей земле — в мире Яви, повторяется и в небесном мире — Прави. Пашет мужик поле, а над ним следом идет Хорс, пашет Синюю Сваргу. Так что Хорс был небесным тружеником и за то получил признание людей. «Хороший бог, труженик», — с уважением говорили о нем.

При этом Хорс никогда не появлялся один, а всегда в компании с другими богами. Не может, например, солнце быть без дневного света, поэтому Даждьбог и Хорс всегда рядом. Но одних только света и солнечного тепла для хорошего урожая недостаточно, нужен еще и дождь, а уж это прямое дело других богов. Подует Стрибог, нагонит Перуновы тучи, тот громыхнет, вспыхнут молнии и прольется небесная влага на поле. И тогда будет хороший урожай.
Культ солнца-светила известен уже у земледельцев Неолита, а в бронзовом веке он стал ассоциироваться с образом всадника. Днем этот всадник медленно двигается по небу, а ночью возвращается обратно по подземному «Морю мрака», чтобы утром вновь появиться на небосклоне. Имя «Хорс» происходит от корня «хор», обозначает «круг», «окружность», что так же отражается его связь с солнцем.
В «Повести временных лет» рассказывается, что изображение Хорса стояло в Киеве на холме в числе главнейших богов.
А автор «Слова о полку Игореве» пишет, что Всеслав Полоцкий, превратившись в волка, перебегал путь великому Хорсу. "Всеслав князь людем судяше, князем грады рядяше, а сам в ночь волком рыскаше; из Кыева дорискаше до кур Тмутороканя, великому Хорсови волком путь прерыскаше".
Культ Хорса был настолько популярным, что не угас с появлением христианства. В апокрифическом памятнике «Хождение Богородицы по мукам» записано:
«Хорса, Велеса, Перуна на боги обратила».
То есть, говориться о том, что славянами был создан культ упомянутых богов.
Имя бога Хорса упомянуто во многих русских летописях: пантеоне кн. Владимира, в апокрифе "Хождение Богородицы по мукам", в записях "О идолах Владимировых", "Память и похвала Владимиру" и житии "блаженного Володимера"; "Слове некоего Христолюбца", "Слове о том, како первое погани суще языци кланялися идолом", поминается он и в "Беседе трех святителей".

Немец Вундерер, путешествовавший по Руси позже 1581 года описал изображение Хорса близ Пскова : "Корс (т.е. Хорс), который стоит на змее, имея в одной руке меч, а в другой - огненный луч". Надо отметить несомненно значительный труд исследователя из России Алексея Бычкова, который, привлек множество недоступных нам ранее западных источников , похожим образом описывающих Хорса (и ряд иных славянских богов в позднем средневековье).

С именем Хорса, вероятно, связаны в русском языке такие слова: хорошо, хорувь, хор, связанные с истинным порядком вещей (правью) и совместным делом. Хорс - бог миропорядка, связанного с ходом солнца. Хорс и Даждьбог соотносятся как греческие Гелиос и Аполлон. Бог Нави мог именоваться в противоположность ему Черным Хоросом, т.е. тем же солнечным диском, но находящимся на ночной стороне мира. Образ восходит ко временам глубокой древности и змееборческому Читать далее...

Помнишь ли ты море, черный закат?
...Слышишь, как шумят волны?
И играют, и поют. Помнишь?
А большие волны помнишь?.. Помнишь,
какой шар света ты принесла
мне тогда, когда я еще не знал тебя?
Говори со мной, говори много, часто,
как говорила еще до нашей встречи.
И всегда держи в своих ладонях
этот великий огонь...

Я полечу в очень далекие миры,
в края вечной красоты, солнца и сказки,
фантазии, в зачарованную страну,
самую прекрасную на земле. И буду
долго, долго смотреть на все,
чтоб ты обо всем прочитала в моих глазах...

М.К.Чюрлёнис

Я сожгла свои слезы на дне глазном,
На сетчатке остался пепел,
Чтобы гость незваный в дому моем
Их не видел, и друг их не пил.

Я могла бы слезами землю залить
Перед тем, как в небо отчалить.
Но к чему мне недруга веселить
И к чему мне друга печалить.

Я речами сыта ветвистыми
И делами сыта бесславными, -
Раб крадет и грабит хозяин.
И по горло сыта убийствами
Заказными да и державными
От Москвы до самых окраин.

Все ж надежду мою не выветрить
Да и веры моей не вытравить
Солью лжи, сулемой событий.
Слезы жгу, и они пылью пепельной
На глазах, как на коже мебельной, -
Не глядите в глаза, не глядите!

Не глядите в глаза мои пыльные,
Твари темные, светы небесные,
Не глядите, Авель и Каин.
У меня ведь силы стожильные,
И, конечно, нервы железные,
И, конечно, сердце что камень.

И. Лиснянская

Творить из мглы, расцветов и лучей,
Включить в оправу стройную сонета
Две капельки росы, три брызга света
И помысел, что вот еще ничей.

Узнать в цветах огонь родных очей,
В журчанье птиц расслышать звук привета,
И так прожить весну, и грезить лето,
И в стужу целоваться горячей.

Не это ли веселая наука,
Которой полный круг, в расцвете лет,
Пройти повинен мыслящий поэт?

И вновь следить в духовных безднах звука,
Не вспыхнул ли еще не бывший след
От лёта сказок, духов и комет.

Константин Бальмонт

Раннее прохладное утро около четырех часов подняло меня с постели и позвало перед дневным зноем в мой любимый сад. Туда мы добрались за долго до начала трудового дня. Солнце еще только поднялось из-за линии горизонта хорошо видимой на просторах убранных от зерновых полей. Легкий ветерок поигрывал листвой и в воздухе, еще на подъезде к саду, разливался запах сухой травы и спелых яблок. Еле уловимый, но так щемящий душу.

Разговаривать ни с кем не хотелось... Я сразу пошла в сад и попала в детство, в волшебную сказку. На деревьях,на моих любимых яблонях, дозревают великолепные яблоки. Идешь по междурядью, а они наклоняют к тебе отяжелевшие ветки и просят сорвать созревшие плоды. Наливные яблочки тихо шепчут на ухо - съешь меня.

Глаза выбрали красивое на вид и очень аппетитное яблоко и не ошиблись. Яблоко оказалось действительно наливным, даже прозрачным на солнце. Вот только блюдечка с золотой каемочкой по близости не было. А так хотелось заглянуть в будущее, прошептав заветные слова - катись, катись яблочко да по каемочке... Но ничего - свое будущее буду строить сама.

Светло -лазурная тишина и нега, разлившиеся вокруг, окутали меня словно вуалью, и я не заметила как дошла до излучины реки. Вода текла тихо, почти не заметно, вот только берега у нашей реченьки - истоке крупной реки - обыкновенные, не кисельные, но очень красивые. Голубое небо с кучкой перистых легких облаков притягивало взгляд и уже никуда не хотелось спешить и идти.

Оторвать взгляд от открывшегося пейзажа было просто не возможно. Я удобно устроилась под яблонькой, благо времени в запасе оставалось много, и впала в нирвану. Уже не было жаль ничего в прошлом и будущее никуда не звало, просто душа наслаждалась этим необыкновенно красивым и спокойным моментом.

Только вовремя проснувшееся чувство ответственности возвратило меня в действительность. Вернувшись в контору я заглянула на кухню. От туда был слышен звон посуды о доносился аромат яблок. Там, в эти ранние часы, привычно хлопотала около плиты любимица всех тетя Глаша - Глафира Андреевна - добрейшей души человек и прекрасный повар. Она уже замесила тесто для пирожков с яблоками и разжигала духовку.
Вот и сказочная печка с пирожками повстречалась мне в это волшебное утро.

После несколько затянувшейся планерки мы полакомились успевшими испечься румяными пирожками со свежезаваренным на травах, припасенных еще с конца весны, ароматным и очень вкусным чаем и вернулись на работу. Солнце к этому времени уже высоко поднялось и начало основательно припекать. Так что безо всякого сожаления я вернулась к своей обычной работе - бесконечной текучке отчетов, расчетов и ответов на нескончаемый поток вопросов. Но все это после утреннего положительного заряда не вызвало обычного раздражения. Только на лице целый день играла добрая улыбка.

При наличии такой красоты и гармонии в природе, убеждаешься, что все в нашей жизни поправимо. Все плохое уйдет в прошлое и впереди светлый путь, если ты сам в него веришь. И если даже кто-то не понял тебя, не оценил твоего отношения и помощи, то это его и только его проблемы. Значит впереди тебя ждет новый этап жизни, который непременно окажется светлее и добрее.

Скоро, уже совсем скоро, в свои права вступит моя самая любимая пора - волшебница осень. Пойдут дожди и зацветут земные звезды - астры. Придет переосмысление прожитого, которое может вызвать тихую грусть, но это очень временно. НАДЕЖДЫ маленький оркестрик на фоне буйства осенних красок не даст мне долго грустить, ведь вокруг так много красоты и гармонии. Пусть они входят в мою жизнь и наполняют ее своим светом. Я принимаю все лучшее и радуюсь переменам. И даже бытовые, житейские проблемы, вызванные потоком негатива, сейчас не заденут меня. Жизнь продолжается и радость с добротою и сказкой всегда рядом не смотря ни на кого и ни на что...

- Беззащитно сердце человеческое. А защищенное — оно лишено света, и горсти в нем горячих углей, не хватит даже, чтобы согреть руки.

- Никогда не бойся ошибаться — ни увлечений, ни разочарований бояться не надо. Разочарование есть плата за что-то прежде полученное, может быть, несоразмерная иногда, но будь щедр. Бойся лишь обобщать разочарование и не окрашивай им все остальное. Тогда ты приобретешь силу сопротивляться злу и правильно оценишь ее хорошие стороны.

- О главном надо говорить сразу, или оно заснет, как волна, политая с корабля маслом.

- Одиночество — вот проклятая вещь! Вот что может погубить человека.

- Потребность необычайного — может быть, самая сильная после сна, голода и любви.

- Люди глупо доверчивы... Вся реклама мира основана на трех принципах: «Хорошо, много и даром». Поэтому можно давать скверно, мало и дорого.

- Мы делаемся иногда моложе, иногда — старше.

- Надо верить тому, кого любишь, — нет высшего доказательства любви.

- Я понял одну нехитрую истину. Она в том, чтобы делать чудеса своими руками...

- Немыслимо провести границу там, где кончаются предчувствия и начинается подлинная любовь.

- Слово бьет иногда насмерть.

- Теперь дети не играют, а учатся. Они все учатся, учатся и никогда не начнут жить.

- Все, что неожиданно изменяет нашу жизнь, — не случайность. Оно — в нас самих и ждет лишь внешнего повода для выражения действием.

- Где слабый ненавидит — сильный уничтожает.

- Если любовь велика, все должно умолкнуть, все другие соображения.

- Человеку... довольно иногда созданного им самим призрака, чтобы решить дело в любую сторону, а затем — легче умереть, чем признаться в ошибке.

Александр Грин, цитаты

Сады моей души всегда узорны,
В них ветры так свежи и тиховейны,
В них золотой песок и мрамор черный,
Глубокие, прозрачные бассейны.

Растенья в них, как сны, необычайны,
Как воды утром, розовеют птицы,
И — кто поймет намек старинной тайны?
В них девушка в венке великой жрицы.

Глаза, как отблеск чистой серой стали,
Изящный лоб, белей восточных лилий,
Уста, что никого не целовали
И никогда ни с кем не говорили.

И щеки — розоватый жемчуг юга,
Сокровище немыслимых фантазий,
И руки, что ласкали лишь друг друга,
Переплетясь в молитвенном экстазе.

У ног ее — две черные пантеры
С отливом металлическим на шкуре.
Взлетев от роз таинственной пещеры,
Ее фламинго плавает в лазури

Я не смотрю на мир бегущих линий,
Мои мечты лишь вечному покорны.
Пускай сирокко бесится в пустыне,
Сады моей души всегда узорны.

Николай Гумилев

Окружены изменчивым пространством,
Малейший в жизни отмечая крен,
Мы лишь в себе с упорным постоянством
Не замечаем вечных перемен.

Мы слово смыслом наполняем вещим,
Мы глиною ложимся на каркас
И создаем и изменяем вещи,—
А эти вещи изменяют нас.

Нет пустоты. И все всегда в полете,
В движенье на пылинке и звезде,
Живая мысль меняющейся плоти
Настойчиво пульсирует везде.

Сплетаются глубинные коренья
Раздробленного в мире естества.
Над мировым законом тяготенья
Царит закон всемирного родства.

Михаил Дудин.

Август - странное время. Свет иссякающего лета редеет, становится прозрачнее, и кажется, иногда, что вот-вот сквозь тонкий слой небесной синевы посреди дня проступят звезды. Это полдень августа.


Желтеющие лица деревьев источают больничный покой. По небу катится светило - возница жизни, уводящий за собой живых и мертвых в далекое путешествие по зиме. Для кого-то из них она уже стала, а для других еще только станет последней. Это скорбь августа.


Птицы уже предвкушают даль. И люди вместе с ними остро, как никогда более в году, ощущают зуд в лопатках. И кто-то манит тебя из леса, обманывает, шепчет, зовет последний раз хлебнуть летней патоки. Это просто крылья августа зовут тебя.
И смех везде, и перезвон, и шелест канцелярской мелочи - первоклашки готовятся. Ничто еще не предвещает беды, но земля словно бы склонила голову, прислушиваясь и ожидая. Август, милый август, последний обманщик лета. Чахоточный красавец в красочной суете своих собственных похорон. Близок конец августа. Или конец всему?

АНТОН ЧЕРНЫЙ

Заря занималась…
И утро рождалось
В тумане смятенья,
В тумане сближенья.
Зачатья, рожденья.
А я не приму никакого решенья…
Я стану природой…

Прости мне, природа, за это вторженье,
Мы вместе разучим твое назначенье,
Оно в превращенье
И в вечном движенье,
В мерцании звезд и земном тяготенье,
И я не приму никакого решенья,
Я просто сольюсь непрерывным круженьем.

Сольюсь с мотыльком…
Я его не спрошу, для чего он рожден.
Хоть мал и не значен –
Он просто прекрасен,
Прекрасен в раскраске, дрожащем вращенье,
И в этом, лишь в этом его назначенье,
Оно – в красоте, хоть живет он неделю…

Но – странное дело:
Личинка-урод проживает годами,
Чтоб выпустить радугу крылышек в небо
На срок столь короткий…
Я стану природой,
Я стану травинкой, одной, а не лугом.
Они друг без друга –
Настолько ничтожны,
Но вместе рождают зеленое море,
И в каждой живет назначенье природы!

Сольюсь с биоритмом.
Сегодня – мне можно,
Ведь я –единица, как эта травинка,
Чего-то большого.

Влад Овицкий

Как ясен август, нежный и спокойный,
Сознавший мимолетность красоты.
Позолотив древесные листы,
Он чувства заключил в порядок стройный.

В нем кажется ошибкой полдень знойный,
С ним больше сродны грустные мечты,
Прохлада, прелесть тихой простоты
И отдыха от жизни беспокойной.

В последний раз, пред острием серпа,
Красуются колосья наливные,
Взамен цветов везде плоды земные.

Отраден вид тяжелого снопа,
А в небе журавлей летит толпа
И криком шлет "прости" в места родные.

КОНСТАНТИН БАЛЬМОНТ

…….
Владей собой среди толпы смятенной,
Тебя клянущей за смятенье всех,
Верь сам в себя, наперекор вселенной,
И маловерным отпусти их грех;
Пусть час не пробил, жди, не уставая,
Пусть лгут лжецы, не снисходи до них;
Умей прощать и не кажись, прощая,
Великодушней и мудрей других.
Умей мечтать, не став рабом мечтанья,
И мыслить, мысли не обожествив;
Равно встречай успех и поруганье,
Не забывая, что их голос лжив;
Останься тих, когда твое же слово
Калечит плут, чтоб уровнять глупцов,
Когда вся жизнь разрушена, и снова
Ты должен все воссоздавать с основ.
Умей поставить, в радостной надежде,
На карту все, что накопил с трудом,
Все проиграть и нищим стать, как прежде,
И никогда не пожалеть о том;
Умей принудить сердце, нервы, тело
Тебе служить, когда в твоей груди
Уже давно все пусто, все сгорело,
И только Воля говорит: «Иди!»
Останься прост, беседуя с царями,
Останься честен, говоря с толпой;
Будь прям и тверд с врагами и друзьями,
Пусть все, в свой час, считаются с тобой;
Наполни смыслом каждое мгновенье,
Часов и дней неумолимый бег, -
Тогда весь мир ты примешь, как владенье,
Тогда - ты будешь Человек!

Р. Киплинг

Это стихотворение дает мощную позитивную энергию. В нем есть все для того, чтобы научиться верить в себя и обрести внутреннюю силу.