[700x305]
Пётр Петрович Вершигора (1905-1963) - партизан, генерал-майор, Герой Советского Союза, писатель, лауреат Сталинской премии.
Родился в селе в Приднестровье в семье учителя. По национальности украинец. Работал секретарём сельсовета, заведующим избой-читальней, режиссёром драмкружка. В 1925 году пошёл добровольцем в Красную армию и стал старшиной музкоманды. В 1927—1930 годах учился в институте имени Бетховена (на отделении режиссуры), по окончании был режиссёром театра рабочей молодёжи. В 1938 окончил Киноакадемию в Москве. Был актёром и кинорежиссёром на Киевской киностудии. С началом Великой Отечественной войны в июле - августе 1941 года участвовал в битве за Киев в качестве помкомвзвода, комвзвода, комроты. Был ранен, после излечения был переведён в роту резерва комсостава, которая попала в окружение в районе города Лубны. Захватив немецкую машину, Вершигора вместе с группой бойцов прорвался к линии фронта, проехав за сутки более 100 км по оккупированной территории. С сентября 1941 по апрель 1942 года — военкор. 13 июня был переброшен за линию фронта, на Малую землю — в партизанскую зону в брянских лесах на правобережье Десны.
С августа 1942 года — заместитель командира по разведке партизанского соединения С. А. Ковпака, с декабря 1943 — командир соединения, которое было переименовано в Первую Украинскую партизанскую дивизию им. дважды Героя Советского Союза С. А. Ковпака. Дивизия под его командованием совершила в 1944 году рейд в Польшу и Неманский рейд. 3 июля 1944 года дивизия соединилась с частями Красной Армии в районе Барановичей и была расформирована.
В 1954 году опубликовал в журнале «Октябрь» статью с критикой искажения исторической правды в первом томе академической «Истории Украинской ССР». «Правда» назвала эту критику «очернением», «грубой ошибкой» и «безответственным выступлением», после чего редакторы «Октября» — Ф. И. Панферов и И. Г. Падерин — были освобождены от занимаемых должностей.
Главная его книга — документальная повесть «Люди с чистой совестью» (1946). Несмотря на то, что книга удостоилась высокой награды -Сталинской премии, позднее в 1951, под давлением критики, автору пришлось подвергнуть её переработке в духе официозного представления о войне. Повесть, выдержанная как рассказ от первого лица, в своё время была очень популярна; благодаря напряжённости и стилевой ясности изложения она принадлежит к той части советской литературы о войне, которая воспринимается всерьёз. В переработанной редакции некоторые места повести — особенно о бесплановости партизанских действий — обретают совершенно противоположный смысл. «Карпатский рейд» (1950) и «Рейд на Сан и Вислу» (1959) составили заключительные книги эпопеи «Люди с чистой совестью». В 1960 опубликовал сборник рассказов «Иван-герой», в 1962 — роман «Дом родной».
Из книги Юрия Оклянского "Переодетый генерал"
Однажды, в конце “перестроечных” времен, мы разговорились на близкую тему с давним моим приятелем Алесем Адамовичем. (Алесь Адамович - известный белорусский писатель, бывший партизан. Книги А. Адамовича, в особенности “Хатынская повесть” (1972), документальная трагедия “Я из огненной деревни...” (1975) и “Каратели” (1980), бесспорно, принадлежат к лучшему, что создано литературой послесталинской поры о партизанском движении). Я поделился с Александром Михайловичем впервые мелькнувшим у меня намерением написать о покойном П.П.Вершигоре.
— Понимаешь, — говорил Адамович, — у нас, в Белоруссии, — топи, леса, болота. Есть где землянки откопать, и даже, если повезет, приспособить кое-что из хозяйства — козу или корову. За чащи и торфяники немцы без большой подготовки не нагрянут. А уж ночь — отместка и расплата им за все, что сотворили. Считай, девяносто процентов в составе лесных отрядов — это самостийники, жители сожженных немцами деревень. Сколько Хатыней заживо спалено! Каждый четвертый белорус погиб от войны! Обычно в отрядах только процентов десять не местные: прибившиеся окруженцы, кадровые военные и так далее... Другое дело — на Украине...
— А что там?
— Украина — она ведь какая? По крайней мере та ее часть, откуда больше шли в партизаны? — продолжал Адамович. — Это степь или лесостепь. Почти оголенные пространства. Естественных укрытий никаких. Там больше было организации сверху. Подпольные партийные комитеты, заброшенные через фронт элитные армейские подразделения, которые наращивались добровольцами или мобилизованными из местного населения. Пропорция по составу если и не обратная, чем в Белоруссии, то близко к тому. А на открытых пространствах лучшей подмогой для налетов и маневров становились быстроногие кони. Та самая “тачанка-ростовчанка”, известная еще со времен Гражданской войны. Рейды, удары и мгновенные исчезновения! Там действовала полурегулярная армия, даже иногда в воинской форме, кавалерийские части и все прочее. Все так, как описано в книге Медведева, о которой ты
Читать далее...