Без преувеличения, без капельки сомнения,
Без толики заиска, я прямо говорю:
Вы - умопомрачительна,
Премила, соблазнительна,
Умна, обворожительна,
Все правда, я не вру.
Добрейшая, честнейшая,
На вкус Вы м-м-м... вкуснейшая,
Простите за подробности,
Но знаю, так и есть.
Вы улыбнитесь мило мне,
На "да" не говорите "нет",
Откройтесь, как цветок весне -
Я все сочту за честь.
[560x700]
[700x404]
Подполковник, где ваша осанка,
Гордо поднятая голова,
Разве шли вы таким против танка
По степи, где дымилась трава.
Разве шли вы таким в наступленье,
Ни чужих, ни своих не щадя,
Чтобы с боем прорвав окруженье
Заслужить благодарность вождя.
Не ищите забвенья в стакане,
Не хрипите с надрывом о том,
Что лежит на душе у вас камень
С нарисованным кровью крестом.
Что ночами в колымском бараке
Батальон к вам являлся ни раз,
И о том, что не пишет в "Гулаге"
Капитан Солженицин о вас.
Товарищ подполковник,
Не надо горьких слёз,
Товарищ подполковник,
Шагните в полный рост.
Ведь ваш приказ исполнил
Убитый батальон,
И вы не виноваты,
[700x686]
Игорь Иртеньев
Камелия
Женщина в прозрачном платье белом,
В туфлях на высоком каблуке,
Ты зачем своим торгуешь телом
От большого дела вдалеке?
[700x640]
Не исчезай... Исчезнув из меня,
развоплотясь, ты из себя исчезнешь,
себе самой навеки изменя,
и это будет низшая нечестность.
Не исчезай... Исчезнуть - так легко.
Воскреснуть друг для друга невозможно.
Смерть втягивает слишком глубоко.
Стать мертвым хоть на миг - неосторожно.
Не исчезай... Забудь про третью тень.
В любви есть только двое. Третьих нету.
Чисты мы будем оба в Судный день,
когда нас трубы призовут к ответу.
Не исчезай... Мы искупили грех.
Мы оба неподсудны, невозбранны.
Достойны мы с тобой прощенья тех,
кому невольно причинили раны.
Не исчезай... Исчезнуть можно вмиг,
но как нам после встретиться в столетьях?
Возможен ли на свете твой двойник
и мой двойник? Лишь только в наших детях.
Не исчезай... Дай мне свою ладонь.
— Ватсон, у нас на пороге валяется что-то черное и лохматое!
— Холмс, это же собака Баскервилей!
Как же вы прошли?
— Я просто вытер об нее ноги.
[700x574]
Мы ехали шагом,
Мы мчались в боях
И "Яблочко"-песню
Держали в зубах.
Ах, песенку эту
Доныне хранит
Трава молодая -
Степной малахит.
Но песню иную
О дальней земле
Возил мой приятель
С собою в седле.
Он пел, озирая
Родные края:
"Гренада, Гренада,
Гренада моя!"
Он песенку эту
Твердил наизусть...
Откуда у хлопца
Испанская грусть?
Ответь, Александровск,
И Харьков, ответь:
Давно ль по-испански
Вы начали петь?
[700x525]
Помню от порога, прямо на восход,
Увела дорога в тот веселый год.
Кони нас носили - сто смертей нам вслед-
Рысью по России мы неслись на свет
Путь по солнцу держим, а оно давно
Уж не там, где прежде, и в глазах темно,
Ах, не до восхода - скачем на закат.
Сколько же народа не вернуть назад?
Наша жизнь - копейка, что ж тогда любовь?
Ты сказать сумей-ка, что ты хмуришь бровь?
Всех друзей скосили -сто смертей нам вслед.
Скачем по России... не на тот ли свет?
Скажи мне правду, атаман,
Зачем тебе моя любовь?
Когда по свету льется кровь-
Не до любви - она обман.
Скажи мне правду, атаман,
Я одного тебя люблю.
Скажи скорей, а то убьют,
Скажи мне правду, атаман!
Туристы попали в лапы к людоедам. Вождь говорит:
- Того, кто расскажет новый анекдот - отпустим.
Предупреждаю : ИНТЕРНЕТ - ЕСТЬ!
[700x498]
[600x700]
[539x460]
[700x674]
[539x700]
[539x532]
[680x659]
[539x460]
[539x441]
[607x700]
[700x598]
[700x666]
[700x624]
[604x700]
[632x700]
[546x700]
[675x700]
[536x700]
[638x700]
[700x516]
[539x700]
[574x700]
[700x534]
Очнулся Штирлиц в тюрьме. Темные стены, на окнах решетки... И главное он никак не может вспомнить кто его арестиовал - НКВД или ГЕСТАПО.
Он вспоминает ... и никак не может вспомнить. Тогда он решает - подождать тюремщика - на каком языке заговорит, на том и строить спасительную версию. Вот заскрипели ключи в замке. Входит надзиратель, Штирлиц напряженно ждет.
- Ну, и нашумели вы вчера на банкете , товарищ Тихонов!
[510x574]
[700x674]
[700x623]
[556x628]
[482x561]
[485x570]
[700x550]