Собирая время на нитку,
Я сплету ожерелье из дней.
В медальоне спрячу улыбку,
Покорившую всех королей.
Я вплету в свои косы сиянье
Ярких звёзд и далёких планет.
Я накрашу ресницы страданьем,
Нанесу я на щёки рассвет...
На запястья надену браслеты
Из сплетенных шипов алых роз.
Я украшу платье ответом
На всегда безответный вопрос..
Соберу я все слёзы в ладоши,
Растворю их в водах морей,
Чтобы каждый наш день был хорошим,
Чтобы не было больше потерь..
Приподнявшись на цыпочках нежно,
Полечу я туда, где есть Ты...
Где царят Доброта и Надежда,
Где сбываются сны и мечты...
Он говорит: «Только давай не будем сейчас о ней,
Просто не будем о ней ни слова, ни строчки.
Пусть она просто камень в саду камней,
И ерунда, что тянет и ноет других сильней,
Словно то камень и в сердце, и в голове, и в почке».
Он говорит: «Мне без неё даже лучше теперь - смотри.
Это же столько крови ушло бы и столько силы,
Это же вечно взрываться на раз-два-три,
А у меня уже просто вымерзло всё внутри.
Да на неё никакой бы жизни, знаешь ли, не хватило».
Он говорит: «Я стар, мне достаточно было других,
Пусть теперь кто-то ещё каждый раз умирает
От этой дурацкой чёлки, от этих коленок худых,
От этого взгляда её, бьющего прямо под дых…»
И, задыхаясь от нежности, он вдруг лицо закрывает.
пока закипает февраль, отстирываются пятна с сухих зеркал в той стране чудес, которая алисе даже не могла присниться...
девочка в белом платье стоит у подножия скал вроде бы с неба улыбается кто-то. девочка, это оскал тех, кого называют богами и у кого кожа никогда не лоснится...
девочка сильно боялась отдать свое сердце (по-русски: влюбиться) и утонула в том, кто сердец отродясь не брал.
Она любит черный........
Она любит черный цвет....
вы скажите – это не модно..но нужен ли ей ваш совет?
она полагает....что черный защитит от следящих глаз...она свято верит
что черный может спрятать ее
от вас....как прячет черную кошку
в доме....вот почему она любит исключительно черный цвет....
объявить себя белой вороной в наши дни - сделать выигрышный ход..
но она усмехнется и .скажет......белый ей не идет......
Кажется, всё, всё неизменно
я по-прежнему шагами комнату мерю
весь мир в моих глазах держится на доверии,
которое я никому не дарю.
Так обожжёшься однажды и больше ни разу…
Я больше не ставлю ни на чёрное, ни на красное
всё одно сплошное зеро, которое не выиграет,
я всё так же иногда курю – меня это гипнотизирует
затягиваюсь – закашливаюсь.
Примеряю на себя то жёлтое, то голубое
надеваю чёрное и валю из дома;
терроризирую тех, кто меня любит нескладными стихами,
которые опасаюсь показывать маме.
По ночам по-прежнему
/хоть и зарекалась, что больше не буду/
то реву беззвучно, то на луну гляжу…
Так смотреть на мир через розовое –
и там только положительные герои,
а если просто смотреть, -
то всё очень херово.
она разговаривала даже с птицами, перелистывая страницы
своей длинной черно-белой повести с монологом
неспокойной совести, хронически недомогающей,
протягивающей руки/а в ладонях голуби...
ей мерещатся глубокие холодные проруби
с ярко-синим дном, а потом вечность...
ее сердечность/не-до-статочность света
оставляют следы. разорванная смета
с израсходованными чернилами
цвета тёмно-синего. её бы силами,
её бы рифмами да разрушать океанские рифы,
и она знает.
выкуривает несколько за раз
и ,выдыхая углекислый газ
ложится кислородом на страницы.
она как птица....
шарф, связанный божественными спицами
ласкает её шею.
а я ей верю.....
девочка, как никто другой рисующая небо,
она глядит в тебя в упор и слепо,
молчит в тебя.
и где-то
снится ей мечта насыщенного фиолетового цвета...
Она бродит по городу собственных снов,
В алых туфельках, в платье из чёрного шёлка.
Ей знакомы названия улиц, мостов,
И мужчина, в мелькнувшей вдали треуголке.
Мостовые, прохожие, свет фонарей,
Это запах весенней и влажной сирени…
Это всё уже было, наверное, с ней,
Пару жизней назад, на исходе апреля.
«Это всё уже было»…Прошепчет листва
Тех деревьев, чьи кроны давно опустели.
Она бродит по городу собственных снов,
В алых туфельках, в платье из чёрного шёлка…
Ей знакомы названия улиц, мостов,
И мужчина, в когда-то моей, треуголке.