Шаг за шагом, по краю ступая,
бьётся жизнь, словно рыба об лёд.
Похудевшая, еле живая,
серый цвет ей совсем не идет,
ищет, словно, в тумане дорогу,
где не будет подводных камней.
Ей и нужно совсем-то немного:
возвратиться к себе поскорей.
Время то замирает, то мчится,
за окошком раздолье весны.
Надо ж было такому случиться...
чтоб понять, как друг другу нужны.
[402x700]

Затерялась душа, став внезапно ничьей.
Очень трудно, когда через силу…
Затерялась душа среди лет и вещей,
Бога тихо просила:
-Помилуй.
И никто не заметил пропажи такой.
Вроде тело на месте – и ладно.
А душа ощущала себя сиротой,
и не знала дороги обратно.
Не могла быть натянутой, словно струна,
без тепла не могла и без близких.
Ей казалось: она никому не нужна,
и ушла в никуда - по-английски.
Унесла в себе нежность, любовь и тепло,
и хранила, как нечто святое.
А бездушное тело привычно жило,
пило кофе и ело жаркое,
принимало гостей и смотрело кино,
покупало наряды, болело.
И, казалось, что людям вокруг
[700x568]

Закрытая на все замки, душа живёт под новой маской,
назло, во имя, вопреки. Лишённая любви и ласки,
она придумала свой мир, без боли, грёз, тепла и света,
без пьедестала, где кумир...
Все чувства в кучу - под запретом.
Вчерашний день - игра без правил, пороки в ряд и налицо -
двуликость, как на карнавале. И очень трудно быть бойцом,
когда медведь в овечьей шкуре, а яд похож на сладкий мёд,
когда всё, кажется в ажуре, но перекрыли кислород,
когда предали и продали тебя уже давным-давно,
когда ни чести, ни морали, и только слово "суждено"
как будто расставляет точки, смягчая боль твоей души.
И вот пустая оболочка.
Мечты, надежды, миражи - исчезли, словно, в одночасье.
Реальность бьёт в колокола.
Спасает только безучастье и прогоревшее дотла.
Ты думаешь, с тобой всевышний и тихо молишься ему.
Ты просто оказалась лишней. Ты не расскажешь никому
о том, как сильно наболело,
о том, как тяжело терять и у судьбы быть под прицелом.
И умирая - выживать.

Закрытая на все замки, душа живёт под новой маской,
назло, во имя, вопреки.
[700x663]

читайте:
вот она - душа,
вся наизнанку, вся наружу.
как в клетке в теле, чуть дыша,
убийцей мне невольно служит.
смотрите:
вот она - душа,
разорванная на кусочки,
где смех - игра для куража,
где боль лавиною на строчки.

одной судьбы - две половинки,
две стороны, как в домино,
любовь и ненависть - в обнимку,
и время,
как в немом кино.
всё притяжение земное
я разом скину, словно кладь.
душа не может быть рабою,
ей предназначено летать!
[700x590]

Всё мечется, всё ищет, не находит
пристанища усталая душа.
Она, как карта лишняя в колоде,
или карман, в котором ни гроша.
Хотелось ей, казалось бы - немного,
но этого - никто не обещал.
Тернистая и скользкая дорога,
упавший с пьедестала идеал,
какие-то потери, расставанья,
бессонницы неслышные шаги
и посланные Богом испытанья -
судьбы моей бесчётные круги.
Уходит незаметно бабье лето.
Осенний лист кружит над головой.
Затерянное счастье бродит где-то,
оставив мне на память выходной.
[638x700]

В моих руках всего лишь я сама.
Как скудно выдается подаянье
судьбой, что раскрошила все желанья,
опустошив былые закрома.

И шаг вперед - с оглядкою назад -
в наследство оставляет только шрамы.
Разрушенные шалаши и храмы
нам очень долго душу бередят.

Моя душа, невидимая глазу -
источник радостей, уныний, бед,
родник извечной суеты сует -
есть добродетель и грехи - все сразу.

Моя душа давным-давно молчит,
и безмятежность ей всего дороже.
Нам столько раз давали с ней по роже,
что за один раз сдачи - Бог простит.
[699x674]

Душа измучена. Седое небо
и беспросветности всё тот же круг.
А для души любовь -
кусочек хлеба
из чьих-то добрых и желанных рук.
Метель и холод. Всё длиннее ночи,
и клетка... из безмолвных белых стен.
Слепое сердце болью кровоточит,
и нескончаем горько-сладкий плен.
[662x526]

Память острее любого кинжала.
Сладкое – горько, когда в одиночку.
Капельки яда на кончике жала
жизнь подарила с лихвою –
в рассрочку.
Горечь обиды, что мёртвое поле,
то, где кругами бродила в потёмках.
Я выхожу всепрощеньем на волю,
и за плечами - пустая котомка.
Время расставило чётко печати:
что предначертано - входит без стука.
Время ослепшего делает зрячим.
Память - довольно странная штука.
[468x599]

чистый лист не обжит, не исхожен,
не исписан, как все остальные,
и надежда закралась... «быть может»...
всё когда-то бывает впервые.
то, что прожито – вьелось корнями
и до кончиков пальцев знакомо,
смаковала когда-то глотками,
а оно обернулось вдруг комом.
и осталось бездушное тело,
и дороги на выбор - земные,
а душа... а душа улетела,
не по нраву ей игры чужие.
[550x441]

Забытое навек – вдруг отзовется снова,
толкнув тебя легко, без всякого труда.
И вот они - осколки бывшего святого:
протёртые до дыр счастливые года.
Уходишь от себя. Сгоревшее былое
приходит невзначай, ожив во снах твоих,
и возвращает чувство, ставшее изгоем,
рождённое когда-то сразу для двоих
[700x553]

Любовь… она живёт не здесь,
К ней не измерить путь
шагами…
Ёе серебряную взвесь
Ловлю, как первый снег,
губами.
Вдохнув пьянящий аромат,
Мешаю кровь свою с весною,
Ах, как же пишется закат
Её прозрачною рукою!
Ах, как же всё совсем не так,
Когда сбивается дыханье,
И бьётся сердце с чьим-то в
такт
Под выдох тихого признанья.
О том, что в мире — только
мы,
О том, что вечность — это
мало,
Что в одиночестве зимы
Ты обо мне одном мечтала.
Любовь придёт издалека,
Нам не узнать с тобой —
откуда,
Она, быть может, шла века,
Чтоб подарить нам это чудо.
Мы ничего не украдём,
Ведь нам с тобой так мало
надо —
Делить Вселенную вдвоём
На близость губ и близость
взгляда.
Где даже мёртвый свет луны,
Что прилипает ночью к коже,
Сливаясь лужицами в сны,
Теплее станет и моложе.
Где всё теперь совсем не так
Юрий Егоров
[550x441]

Черная полоса бывает взлетной,
и пусть уходит земля из-под ног,
теряется что-то бесповоротно,
и кажется будто покинул Бог,
и то, что осталось – жизни обьедки –
какой-то тупик, и выхода нет,
и ты бездушная марионетка
на той полосе, где выключен свет.
Но эта дорога бывает взлетной!
Она поднимет тебя над собой,
и то, что было таким безысходным
окажется светлою полосой.
[700x485]

игра без правил,
где ни лиц, ни чувств,
ни победивших и ни виноватых,
ни огонька, ни искры, ни безумств.
реальностью лишь стрелка циферблата,
остывший чай и непосильный груз...
невидимый,
душой не убиенный.
я поменяла минусы на плюс,
согрев дыханием чужие стены,
и выбросив полжизни в никуда,
поверив в то, что Господу виднее.
казненная словами навсегда -
я становилась от потерь мудрее.
лелеяла свой необжитый лист,
где никогда не будет больше боли.
мне так хотелось,
чтоб любовь на «бис»...
но не всегда мы выбираем роли.
[558x700]

Ухожу, возвращаюсь, на месте топчусь.
Ни вперед, ни назад, заколдована, что ли?
Мои черти смакуют вселенскую грусть,
и, танцуя, ликуют на поприще боли.
Я просила у Бога немного тепла,
чтобы он разорвал эти цепи собачьи,
чтобы то, что горит - прогорело дотла,
а слепую, заблудшую - сделал бы зрячей.

В этом красочном мире так много всего,
затеряться бы ветром в каком-нибудь поле,
позабыв на мгновенье о статусе-кво
и избавив себя от душевных мозолей.
Мне бы радость примерить, внести её в дом,
зацепиться за луч, устремившись к рассвету,
пробежаться по звездам мечты босиком...
(позабыв, что когда-то я знала всё это)
[700x519]

Я женщина до кончиков ресниц,
Я ангел во плоти - внутри и с виду.
Но не люблю фальшивость слов и лиц,
Терпеть не стану грубость и обиду.
Парю, лечу, плыву, даря улыбки,
По жизни, как по лезвию, по льду -
Я не имею права на ошибки.
Я женщина до кончиков ногтей,
Прытка - свободной ни одной минутки.
Люблю открытость, честность без затей,
Друзей, хороший юмор, шутки.
Танцующей походкой не спеша,
Я грациозна, словно львица в схватке,
Вокруг я созерцаю, чуть дыша.
Всегда всё в жизни у меня в порядке
Я женщина до кончиков волос,
Нежна, очарованием опасна,
Хоть огорчаться мне не раз пришлось,
Рассчитывать на слабости - напрасно.
Танцующей походкой от бедра
По жизни - беззаботней мотылька
Мне дуют лишь попутные ветра,
Плыву, парю, как в небе облака.
Я женщина до кончиков ногтей,
Я женщина по сути и по виду.
Поклонников перевожу в друзей,
Гашу улыбкой их обиду
[454x599]

Ночь развесила звёзды-точки.
Белоснежна луна, круглолица.
Родилась я не в белой сорочке,
а пыталась летать словно птица.
Всё казалось – заветное рядом,
всё казалось: счастливое – будет.
Но судьба, порешив, что так надо,
забирала без лишних прелюдий.
Повела по ухабам да кочкам,
и держала, как дичь, под прицелом.
Превратилась звезда моя в точку,
и погасла. Душа опустела.
[550x455]

Обесценилось дорогое.
И невзрачное стало ближе.
То, что было вчера святое -
я сегодня в упор не вижу,
и живу заводной игрушкой,
той, что больше в воде не тонет.
Чай не пить из разбитой кружки.
Забываю тепло... тех ладоней.
[700x465]

кем только ни была:
отвергнутой, любимой,
парила высоко и падала не раз
и кем-то я была больна неизлечимо,
никак не ожидая, что он меня предаст.
казался мир тогда холодно-чёрно-белым,
хрустела под ногами осенняя листва,
и что-то детвора раскрашивала мелом,
а я всё удивлялась, что до сих пор жива.
кем только ни была:
царицею, изгоем,
и ангелом и бесом, и мудрою и злой.
на трон я возвела сгоревшее былое,
пленившее когда-то своею красотой.
готовая убить – прощала поневоле,
и снова хоронила сжигавшее дотла.
я думаю, Господь остался мной доволен,
себя я отмолила, какой бы ни была.
[514x700]

Вот и всё. Собрав все многоточья -
подвожу я прошлому черту.
Невозможно, когда небо - в клочья,
и без сердца жить невмоготу.
Отмолила я себя у жизни,
обойдя все замки из песка.
Отшумели грозовые ливни,
улеглась безумная тоска.
Необжитый мир позвал куда-то,
словно свежий ветер перемен.
Я перед собою виновата:
у любви не самый лучший плен.
Прожила от корки и до корки
незабытое своё вчера,
и осадок ядовито-горький
пеплом стал недавнего костра.
Отпускаю прошлое на волю.
Видно, наконец-то вышел срок,
и прощаясь с незавидной ролью,
распускаю боли узелок.
[700x517]

Что тебе надо, неугомонная?
Что же ты бьёшься, как рыба об лёд.
Пропасть...она ведь такая
бездонная,
станет жестоким бескрылый полёт.
Что тебе надо,
неугомонная,
непозабытых и ласковых слов?
Тащишь зачем-то неразделённую,
горько-медовую эту любовь.
Что тебе надо,
неугомонная?
Ветром развеян дворец из песка.
На пепелище гуляют вороны.
Мёртвая зона. И лишь облака
тихо плывут.
Сердце бьётся неровно.
Время свои укрепляет права.
Казнь отношений прошла хладнокровно.
Неубиенная память жива.
...
Что тебе надо,
неугомонная?
[687x700]