[200x266]"Меня вообще удивляет этот конкурс. Я не могу понять,
как Столыпин мог набрать больше голосов, чем благоверный князь Александр Невский, на примере которого все-таки воспитывался наш народ, а о Столыпине большинство вообще не слышало. Культ Александра Невского существует уже 700 лет, а Столыпин, имя которого в советское время вообще было запрещено к упоминанию, вдруг получил такую популярность. Так что
очень сомнительны все эти подсчеты", - сказал в интервью "Русской линии" петербургский предприниматель и общественный деятель
Василий Бидолах, комментируя первое место П.А.Столыпина
в телепроекте "Имя Россия". Мнение В.В.Бидолаха по этому вопросу особенно интересно, не только потому, что он занимается предпринимательской деятельностью и знает проблему изнутри, но и потому, что он родился и вырос в деревне, где застал еще последние островки общинного духа. Именно поэтому мы попросили оценить реформы П.А.Столыпина представителя того самого среднего бизнеса, о пользе которого, как утверждается, заботился премьер-министр Царской России.
"Как человек Столыпин, безусловно, был героем, рыцарем, но он был рыцарем именно в европейском понимании, а не русским православным витязем. То, что он делал, ничего общего не имело с традициями, и патриархальный русский человек, живущий понятиями общинных, родовых отношений и приходской жизни, был ему чужд и даже враждебен. Его идеалом был некий "новый" русский человек, им же самим запрограммированный и выпестованный. Столыпин пытался вывести новый тип русского человека, индивидуалиста, некоего "Джона-Ивана-американца", который должен был думать только о норме прибыли", - считает В.Бидолах.
Отметив, что он сам имеет крестьянские корни, предприниматель выразил мнение, что Столыпин был человеком, не понимавшим уклада деревенской жизни: "Столыпин своими циркулярами, т.е. чисто административными методами,
разрушал русскую общину, приготовляя тем самым путь для прихода к власти Ленина и Сталина, которые, кстати, усовершенствовали столыпинскую систему административного управления деревней через бюрократический аппарат. В передаче проекта «Имя Россия», посвященной Столыпину, Илья Глазунов рассказал интересный факт, как на его расспросы сибирских старожилов о том, как давали землю, бабушка ему ответила, что земли давали столько, сколько можешь обработать. Но решение о том, может или не может крестьянин обработать землю, принимала-то бюрократия! В результате человек зависел от оценки начальника. А в общине земля была неприкосновенна. И вне зависимости от того, хорошо или плохо ты её обрабатывал - земля оставалась за крестьянином, за общиной, в которой у каждого была своя доля. Люди, живя в общине, друг друга подтягивали, и слабых не было. Например, Суворов, приехав в своё Новгородское поместье и увидев, что у одного из крестьян только одна корова, купил ему за свои деньги вторую корову. После этого он собрал общину и сказал: если он увидит, что у всех по две коровы, а у кого-то одна, то он накажет всю общину за то, что крестьяне не помогают друг другу".
"Община воспринималась русским человеком, как система взаимовыручки. Я, живя до 15 лет в деревне, видел, как люди помогали друг другу: вместе сено косили, дома строили, все делали сообща. А когда в конце 1980-х вместо колхозов стали давать землю в частные руки, то люди тут же перестали друг другу помогать. А посмотрите, кто скупает сейчас земельные паи в Новгородской и Псковской областях? Крестьян там и в помине нет, только дельцы из Петербурга и Москвы, выходцы с Северного Кавказа, подставные европейские фирмы, т.е. идет скупка паев так же, как она шла при Столыпине, когда землю скупали держатели винных лавок, городские мещане, те, которые в сельском хозяйстве вообще ничего не понимали. Известный ученый С.Кара-Мурза приводит данные, что в результате столыпинской реформы спекулянты скупали землю по 40 рублей за десятину, а перепродавали по 150, тем самым разоряя крестьян, которые оказались к моменту революции без земли, оказавшейся в руках у т.н. кулаков. Сталинская система, кстати, многое здесь унаследовала. Взять хотя бы стахановское движение, когда сильного прославляли и поддерживали, а слабого заставляли выполнять непосильные нормы", -