Своего любимого я называю чудом..ЧУД МОЁ..
Чудак..Любимый мой. Чудесный. Увлекательный. Заразительный.Притягательный.Я люблю его только за то, что он – просто есть! После знакомства с ним я смотрю на все вокруг совершенно другими глазами, иначе.. Думаю по-другому.Мне теперь нечего терять, потому что и находить тоже нечего.Я все уже нашла :) Я лишь пытаюсь следовать своим чувствам, а ведь на то они и чувства, разве нет? Мне не надо плыть по течению. Я спокойно могу добраться до нужного мне смысла совсем иным путем. Мне не сложно выносить трудности жизни. Потому что у меня есть МОЕ ЧУДО. Единственное и неповторимое.

Ты -моя стена, моя крепость, моё лекарство... То, что даешь мне ты, не сможет дать ни один человек в мире..Потому что ты делаешь это с любовью.. И я тихо, на самое ушко шепчу:"Спасибо , любимый, ты меня чувствуешь, как никто другой..."

Но я знаю одно: если чего-то очень-очень сильно захотеть, захотеть от всего сердца, от всей души, всем своим существом, и сделать хоть чуть-чуть, хоть один шаг, чтобы это желаемое было - оно обязательно будет. Пусть не сегодня и не завтра, пусть через год - но будет. Потому что (мое мнение) мысль материальна, а вера творит чудеса ( я не про веру в Бога, я про веру в себя)
И я говорю:" Всё будет хорошо. ВСЁ будет" Потому что я этого очень-очень хочу.

Проснуться от пения птиц... Смотреть на свою руку, и как на ней играет бликами солнышко..Смотреть, как ветерок колышет штору... Встать, потянуться, на цыпочках подойти к окну, отдернуть шторы, запустив комнату это весеннее солнце и такой яркий и теплый день, распахнуть окно..Постоять так пять минут, вдыхая аромат цветущих под окном деревьев...
Подмигнуть ребенку, который пускал пузыри, да так и засмотрелся на тебя...
Протопать босиком в ванную, мурлыкая под нос легкую песенку, улыбнуться своему отражению..
Вскипятить чайник, сделать ароматный кофе, встретить улыбкой свое чудо, заспанное и всклокоченное, которое чмокнет тебя в макушку и пошлепает в ванну..Включить радио: легкая, светлая, любимая музыка.. Сделать мои любимые бутербродики.. Болтать ни о чем, сияя улыбкой... Никуда не пойти, а сесть перед телевизором и посмотреть вместе какой-нибудь фильм, а когда будет страшно - уткнуться носом в любимое плечо.. А потом пойти погулять по городу..Просто так, без определенного маршрута..Забрести в парк и прокатиться на Колесе обозрения.. Поесть мороженного..Выиграть в лотерею абсолютно ненужную тебе, но такую милую игрушку и радоваться ей, хлопая в ладоши..А вечером зажечь маленький светильник - и говорить, говорить шепотом обо всем на свете, боясь спугнуть что-то очень важное громким звуком, ярким светом, звонким смехом...

Все, что я говорю тебе полудвиженьем губ,
все, что шепчу в подушку перед прогулкой в сон,
формируется постепенно в теплый радужный куб,
существуя в котором, не страшно пойти на обгон.
Одно из твоих умений – притягивать солнечный свет.
Последний закатный луч, спрятанный в объектив,
заставляет верить – не смейся! – что смерти – нет,
что еще разок утопающим удастся себя спасти…
Я не знаю, с чем мне сравнивать ощущенье тебя -
это как редкий кайф – в жару выпить воды со льдом.
И пусть пожарные лихорадочно бьют в набат.
И пусть механический голос врет, что поезд следует до…

Возможно, мы оба приучены верить снам,
особенно предвещающим нарожденье дня.
Если это любовь (похоже, таки она) -
то (может, сдуру) - не хочу ничего менять.
Я не знала, что этих рыб можно ловить в Сети.
Не пытаясь стать смыслом, ты оказался - смысл.
И, сообщая об этом, вполне соблюдаю стиль,
заданный с виду простеньким словом "мы".
Не пытаясь стать домом, ты оказался - дом.
Твоя уверенность в том, что случаются чудеса,
заставляет меня забыть о расстояньи до
тебя... между нами... Но это ты знаешь сам.
Долго ли, коротко - я окажусь с тобой,
чтобы тебя украсть у всех хоть на два часа.
спрятать меж кожей и синеющей нитью вен,
где не найдут... И это ты знаешь сам.


И новое утро начнет будить меня,
словно перышком, проводя твоим именем по губам.

обними меня
будь ко мне ближе чем кровь
чем кожа моя и дыханье и голос
обними меня
руки твои теплее чем жизнь
будь ко мне ближе меня
обними меня
этот миг умрет как и все
но он не умрет
обними меня
наша любовь уходит без нас
в тело прозрачное мира
обними меня
все мне прости
я хочу возвратить это мгновенье это вот это
обними меня
рубашка слетает с плеч твоих
словно коттоновый ангел
обними меня
как беззащитны тела
кто защитит тебя от пустоты
обними меня
будь ко мне ближе любви
пусть нас любовь вспоминает
нас убивая поодиночке
обними меня

Время проходит сквозь наши души как вышивальная игла, оставляя на каждой свой неповторимый узор. Они действительно неповторимы! Как линии на ладони, как причудливый рисунок песка на барханах, как положение небесных светил каждый день.
Всё это никогда не может быть повторено. Ибо каждый из нас неповторим в каждом своём движении...
Бывает в жизни: люди не поняли друг друга. Их миры не сошлись! А если миры не сойдутся, люди вынуждены бывают расстаться, даже если один из них, или они оба хотят быть вместе. Они всё равно неминуемо расстанутся. Просто потому что миры не сошлись.
Но судьба была (и остаётся) необычайно благосклонна к нам..
Этот мир, в котором мы оба сейчас пребываем, существует сключительно для нас двоих...

Мы стояли прижавшись лбами друг к другу. Ты держал мою голову в ладонях. Ты закрыл глаза. Какое-то время я смотрела на твое лицо. Оно было так близко, что бросалась в глаза каждая морщинка, каждая чёрточка…И я чувствовала как ты устал, как тебе хочется спать и как истомило тебя долгое ожидание, как давят на плечи твои проблемы...А потом ты поцеловал меня.Ты посмотрел мне в глаза и сказал, как ты меня любишь.. В единый миг всё остальное сразу исчезло, отодвинулось, растворилось, стало мелким, ничтожным и неважным. Остались только ты и я
Была летняя ночь, солнце закатывалось за горизонт.
Я взглянула на небо…и остолбенела: с темнеющих небес на меня смотрела ярчайшая, огромная радуга! Откуда она взялась в этом позднем темнеющем небе, вобрав в себя последние лучи казалось бы, уже полностью закатившегося солнца?
Как она тут образовалась, ведь только что её здесь вовсе не было?
Ответа я не знала. Но она была. Здесь. Со мной. Для меня. Для нас.Я стояла и смотрела на неё, ошалевшая от внезапно нахлынувшего на меня счастья, улыбаясь, почти смеясь. Позднее летнее небо. Уснувший город. Никого вокруг. И - радуга, огромная радуга! " Спасибо тебе" - мысленно произнесла я Потом я оглянулась на тучи. Они всё также висели в небе. Но их присутствие не волновало меня больше. Потому что со мной была радуга. Моя радуга. И в тот самый момент я ясно осознала, что если есть тучи, всегда неподалёку будет радуга. Надо только её увидеть. И задать себе вопрос: с кем я, с чем я, на чьей я стороне, что я желаю видеть в этой жизни, тучи или радугу? Потому что в мире одновременно существуют как минимум две реальности. И одна из них - любовь.

Не надо изнурять себя страданиями, чтобы в последствии оказаться в раю. Надо просто осознать, что ты уже там. И рай появится. Тут же. Уж мы то с тобой это знаем. Ведь я - это ты, а ты - это я. Здесь, со мной, в пространстве души моей пребываешь. И звук твоего имени - перезвон, пересвет, мерцание… И ничего нет: ни города, ни домов, ни Земли. Лишь небо. И звёзды. И пронзительно- синее сияние. И я люблю тебя, слышишь, люблю! Хотя нет, "люблю" - это не то слово. Его уже слишком истаскали и опустошили. Я тебя чувствую. Всем сердцем, всем своим существом!!
Я так благодарна тебе за то, что ты просто есть. И знаешь, оглядываясь на свой Путь, я ни о чём не жалею. Ни о том, что было до этого, ни о том, что есть, ни о том, что ждёт меня впереди. Главное, в моей жизни есть ты. Всё остальное - преодолимо.

Скоро, скоро будем дома,
Скоро, милая жена!
Там за озером на горке
церковь старая видна.

Знаю, в церкви той потемки,
Там святых пробрала дрожь.
Зато в нашей комнатенке
Хорошо-то до чего ж!

Скоро, скоро будем дома
чай вприкуску попивать,
а напьемся хорошенько -
и скорее почивать.

Скоро, скоро, да не сразу,
поскорее, да не вдруг.
Ах, вприкуску - не вприкуску,
лишь бы сладко, милый друг!
Д.Сухарев

Я был так долго далеко
В дороге о тебе скучал я
Ты отведи мои печали
Ты припади ко мне щекой
Ты все что есть неси на стол
Оставь на после злые вести
Мы наконец-то снова вместе
Я прилетел часов на сто
Припев:
Скорей сними мою усталость
Сегодня долго не уснем
И не грусти пусть нам осталось
Всего лишь сто часов вдвоем
Ты изменилась похудев
И даже выглядишь моложе
Ты стала мне еще дороже
Таких не видел я нигде
Прости я снова без цветов
Но я полдня мотался в небе
А в небе взять их просто негде
Хоть за червонец хоть за сто
Припев.
Былые встречи - миражи
Меня ждет путь нелегкий дальний
Тебя - венок из ожиданий
На всю оставшуюся жизнью
Все обещанья - звук пустой
О них не может быть и речи
Но знаю ты дождешься встречи
Я прилечу часов на сто
Припев:
Скорей сними мою усталость
Сегодня долго не уснем
И не грусти пусть нам осталось
Всего лишь сто часов вдвоем

По совету друга поехала за город, на природу, чтоб бороться с апатией, которая на меня навалилась... Сидела, обняв колени и уткнув в них подбородок и растворялась в лете.. Хорошо.. Уже лучше..Но, видимо, еще не один раз прийдется съездить на природу, чтобы восполнить душу, которую я выложила на картины...

А пока предлагаю вашему вниманию один рассказ, т.к. сама ничего писать пока не могу... Период реабилитации еще не закончился..



Утренняя прохлада осела на листочек клевера прозрачными изумрудинками росы; если оглянуться назад, видны темные цепочки следов, спешащих за тобою; вдали, в круглой ложбинке, застыли растрепанные нити тумана. Легким дыханием веет от овражка, что вон там, слева; по дну его бежит речка; свежесть охмеляет, от нее сладко во рту, в увлажненных глазах; и кажется, где-то глубоко внутри тебя – так, как это бывало в детстве, – шелком шелестит и благоухает весенняя трава, сияет изумрудами, просвечивает на солнце.

Поля на рассвете в июле, после теплой или душной ночи, словно покрыты зеленым маревом, а марево легкое и какое-то призрачное – то ли звездная пыль плавает в воздухе, то ли лунный пух не уляжется. И дорога в предрассветных полях, белая, с усыпленной пылью, лениво-неповоротливая, совсем еще пустынна, а по ней вкрадчиво прохаживаются сны. Первый – сон полыни, горьковато-тревожный и запыленный; второй – сон василька, синеглазый, почти девичий; третий – сон цикория, легкий и душистый. Но не только эти сны прохаживаются по дороге, еще вдоль нее дремлет чабрец, душица, чернобыл, шиповник; стоят не шелохнувшись рожь и пшеница. Торжественно стоят они, с врожденным достоинством, которое не позаимствуешь и не изобразишь. Глядя на все это, кажется, что из зеленой воды сейчас выплывет русалка, изо ржи выйдет полевая царевна или какой-то живой дух этих просторов... И очень жалеешь, что они не выйдут и сказка в действительности невозможна.

Вдруг останавливаюсь, потому что все заметнее и ощутимее зеленоватый свод неба расширяется, растет и растет в высоту, светлеет, набирает торжественности, и не бесстрастной, а такой, что пробуждает холодок восхищения, а в глазах зажигает искры – даже ощущаешь, как засветился твой взор. Солнца еще нет, оно за горизонтом, но присутствует уже во всем: там, на востоке, тепло и мягко переливаются скупые еще краски, словно разбавленные жиденьким свечением, которое пока не сияет, однако с веселой улыбкой празднует свое появление. Там, над горизонтом, замерли малиновые крылья облаков – в тех крыльях есть перья, лиловые и розовые, и желтенький гусиный пушок. Крылья замерли как бы в парении, не шелохнутся, и окраска их неспешно меняется: лиловые перья светлеют, распушиваются, желтые выгорают, белеют, как одуванчики. Но вот невидимое солнце внезапно выпускает пучок стрел из своего колчана, и стрелы те, пронзив крылья, ранят их без боли, и они вспыхивают тихим пламенем. Славно тогда под этим огромным сводом, и мысли хорошие приходят в голову, и жаждешь хоть как-то сравняться с окружающей тебя чистотой, хотя толику перенять от природы непорочности, добра и любви. Если бы можно было перестать ощущать себя, раствориться в бесконечности, стать частицей и этой высоты, и этих красок, и этой торжественности – и в этом обрести смысл бытия!

Ровный луг покрыт росой, как звездной сбитой пыльцой, по нему идти да идти. Вот пасутся кони; прохожу мимо, а глаз сам косит на них, и я невольно забираю все левее, пока не оказываюсь рядом с ними. Чалый и карий щиплют траву так осторожно, словно своими влажными губами целуют, голубят этот луг; меня они будто и не замечают, но стоило только приблизиться к ним еще на два шага, как чалый и карий подняли головы, гривы их всплеснулись и растеклись; теперь кони настороженно всматриваются в меня, какое-то мгновение в их глазах видно бездонное удивление, потом они поворачиваются ко мне хвостами, опять пасутся, слышен короткий, с придыханием, звук, когда они срывают траву...

В.Тор

Тропинка ведёт в перламутровый сад,
Где наши повенчаны жизни;
Хрустальный спускается с гор водопад,
Разбитые капли чуть слышны...

Шелест листвы и цветов аромат,
Спелая вишня солнцем нагрета -
Сладость мгновенья. И твой нежный взгляд.
Приснилось.Почудилось. Где ты?

И дорога в горы, где каждый виток дороги
Чуть выше, чем предыдущий ее виток,
И виток дороги - еще не итог дороги,
Но виток дороги важней, чем ее итог
Левитанский

Рисунок: Морис Эшер "Поднимаясь и опускаясь"

Изгонять по утрам
Черный ворох созвездий
В ритуальном кругу
Поливая цветы.
Отмечать изменение
Текстом из песен
И пытаться запомнить
Знаки-столбы.
Биться в танце событий
Ритмическим почерком,
Облегчая теченью
Энергий проход.
Выражать откровенье
Неистовым творчеством
И фиксировать след
На поверхности вод.
Кувыркаться в рисунке,
Случайно подвергнутой,
И бежать на пролом,
Выбиваясь из сил.
Засыпать на ходу,
От терпения двинутой,
И любовью во сне
Освещать
Этот дым.

Все может только лишь казаться,
Как сон во сне реальным стать.
Так просто - взять тебя дождаться,
Так сложно все как есть принять.