На грани. Или особые случаи.
Адольф Милованов
30 апр 202182 года, Москва
На грани. Или особые случаи.
Я пролетал на вертолётах, и включая, аэроклубы на самолётах - более 40 лет. Слава богу, за это время не было таких аварийных случаев, когда было бы разбито воздушное судно или, в результате поломки или грубой посадки, кто-либо из экипажа или пассажиров попал бы в больницу.
Но, если вспоминать, то можно припомнить такие моменты, которые могли кончиться трагически, а некоторые не забудутся никогда.
Аэроклубы
1. Наверное, самый первый случай произошёл на первом году полётов в 1-ом Московском городском аэроклубе на аэродроме в Клязьма в 1959 году на самолёте Як-18 (с хвостовым колесом). Нас, кроме всего прочего, учили, как исправить ошибку, если после 4-го разворота вышел высоковато, т.е. с перелётом. Нужно применить скольжение, т.е. на планировании даёшь ногу вправо, ручку влево и самолёт снижается энергичнее. Но здесь надо не переборщить, иначе можно свалиться в штопор, а малая высота не позволит из него выйти. И вот я, выполняя самостоятельный полёт на последней прямой вижу, что перелёт, энергично применяю скольжение. Приземлился у посадочных знаков, как и положено. Но когда после полёта пришёл в квадрат (место у машины РП - руководителя полётов, где находятся все пилоты перед полётом и после полёта), то получил большой нагоняй от командира звена Шаровой. Она выпускала меня и наблюдала мой полёт и, видимо, сильно испугалась, что при таком сильном скольжении, могло произойти ужасное.
2. Второй случай тоже был в аэроклубе. На этот раз в 1962 году в Тушино в ЦАК им. Чкалова. Отрабатывали на самолёте Як-18А («Акробат», с передним колесом) полёт строем. На первом самолёте инструктор – ведущий (Радченко, женщина), а я на втором – ведомый. После взлёта я пристраиваюсь к ведущему справа сзади, как мне кажется, довольно удачно, т.к. инструктор молчит. Потом вижу, она по радио ничего не говорит, но из кабины чего-то показывает. То ли близко пристроился, то ли далеко. В общем, я толком ничего не понял, только держусь рядом. Она меняет режимы и я. Так летали какое-то время. Вдруг, она видимо резко погасила скорость, и я пролетел у неё фактически под крылом. Когда развернулся, чтоб её увидеть, она заходит на посадку. Думаю, нет, садиться парой нас пока не учили. Строю полёт по кругу, запрашиваю заход на посадку – никто не отвечает, посадку – молчание. Ну, думаю, отказала связь, хоть вроде и не я виноват, но сейчас мне будет… Сажусь, заруливаю, вылезаю. Навстречу идёт спокойно командир отряда, а за ним мой инструктор громко, ругаясь, на меня. Командир спрашивает, в чём дело. Я – отказала связь. Он садится в кабину, одевает шлемофон и видит, что шнур шлемофона не соединён с колодкой (розеткой). Всё ясно, видимо, было не плотное соединение, он и отошёл. Все тогда говорили, что я устроил воздушный бой. Кстати, не помню, чтобы меня сильно ругали по этому поводу. Может, действительно у меня неплохо получалось, глядя с земли. В последующие дни я продолжал летать по программе.
3. На этом же аэродроме в январе 1962 года, когда летали на лыжах, меня после посадки на пробеге развернуло на 270 градусов, но не опрокинуло. Зарулил нормально.
4. А при полёте в зону, при выполнении каких-то фигур, кратковременно вошёл в облако. При выходе из него обратил внимание, что самолёт не в том положении, в каком должен быть. Я быстро сообразил бросить взгляд на авиагоризонт и восстановил положение. Наверное, этот случай приучил меня серьёзно относиться к показаниям приборов, т.к. в будущем для меня не было проблем при полётах в облаках, тумане или плохой видимости.
Училище
5. В училище (1963 или 1964), запомнился один случай при полёте на МИ-4 по маршруту с инструктором Шудровым. В горизонтальном полёте вдруг резко начало дёргать ручку в разные стороны, вертолёт тоже задёргался. Думаю, одновременно с инструктором изменили режим, немного сбросив рычаг «шаг-газа». Когда всё восстановилось через считанные секунды, инструктор на меня, ты чего, мол, делаешь. Видимо было кратковременное заклинивание золотников гидросистемы и произошёл кратковременный резонанс (очень опасное явление, в результате которого воздушное судно может рассыпаться в воздухе).
В 248 ЛО, Якутия
6. Первое боевое крещение в производственной работе на Колыме произошло буквально в первую командировку. После окончания училища в начале сентября 1964 года полетел в командировку на оперативную точку в районе Большого Анюя с командиром вертолёта Юрием Добротворцевым. Работа для экспедиции заканчивалась. Надо было перевезти подготовленный для перевозки груз на основную базу. Загрузили всё. Командир завис, но не высоко, начал потихоньку взлетать, но… Площадка была ограниченных размеров, по курсу взлёта сплошные камни громадных размеров (не присесть), а впереди начинался лес… Командир, видя, что не сможет набрать высоты, чтобы перелететь лес, прерывает взлёт, находясь над камнями, и старается задом переместиться назад на площадку.
Читать далее...