Комфортное и недорогое жилье: снять квартиру на сутки в минске, аренда квартир минск, снять жилье для студентов в минске, комнаты посуточно минск
В нашем агентстве недвижимости можно : купить квартиру в минске, продать квартиру в минске, купить дом, продать дом, купить участок, продать участок, снять комнату, сдать комнату, снять квартиру, сдать квартиру
За 2-5 дней и за $50-250 создадим сайт для вашего бизнеса: одностраничник, визитку, интернет-магазин
Премия «На Благо Мира» - это благотворительный проект, направленный на улучшение культурной и духовной атмосферы в обществе
С Рождеством!!!
[показать]
СЕГОДНЯ СТОИТ ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ НА:
Горожанка Веснянка 07.01.2012
Пока в доме елка
(Городское собрание)
Количество показов: 3
[показать]
Горожанка Нежное лето 06.01.2012
Размышления об истинном смысле Рождества
(Проза малого объема (небольшие рассказы, заметки...))
Количество показов: 24 Рейтинг: 3.66
[показать]
Горожанин alvi 06.01.2012
Поезд
(Проза (Рассказы, статьи, ...))
Количество показов: 23 Рейтинг: 3.39
Деревни Горохово давно уже не значилось ни на одной новой карте —все дома были разобраны на дрова, срубы покрепче кто купил, кто украл и перевез на свои участки, чтобы построить курятники да свинарники. Жители – старики разъехались, кто к детям в город, кто еще куда-то. Одному Николаю по кличке Велосипед, немощному и старому одинокому человеку, деваться было некуда.
Перекошенный домишко, возрастом постарше самого Велосипеда, пришел уже в такую негодность, что страшно было на ночь оставаться — непонятно, на чем там крыша держится, если сквозь щели над печкой уже и птицы залетать стали, как к себе домой.
Николай был уже больной «наскрозь», как он сам говорил, а какой болезнью — Бог один знает, может, даже просто старостью обыкновенной.
Он всегда был человеком хмурым, а в последнее время — и нелюдимым. Потому еще, что людей просто не видел почти. Разве что, грибники да охотники какие-нибудь летом могли заблудиться да заглянуть за водичкой из старого колодца или дорогу спросить, а так…
Он давно привык к одиночеству, но сейчас, когда одной ногой стоял уже в могиле, сильно хотелось, чтобы хоть кто-то был рядом, хоть собака или кошка какая-нибудь. Собаки у него не приживались — дохли или убегали почему-то. Он это дело неблагодарное и забросил со временем. Ни телевизора, ни радио работающего уже не осталось. Да и к чему они, когда борьба с перебоями электроэнергии закончилась не в его пользу несколько лет назад — электричества, просто вовсе не стало.
Когда был покрепче, бывало на своем верном и единственном друге, старом велосипеде, Николай добирался до райцентра, чтобы запастись крупами да тушенкой на всю зиму. Потом и он «заржавел», как старая развалина – велосипед, и уже никуда не выбирался, перебиваясь скудным ассортиментом овощей с поросшего сорняками, заброшенного, когда-то большого огорода. У охотников иногда дичь покупал, а то и жалели, дарили. Да еще грибы сильно выручали. Слава богу, этого добра было полно у самого порога. На рыбалку не ходил, потому что крючка не видел давно. Вместе со зрением и слух покидал, и память куда-то улетучивалась постепенно.
Бывало, выйдет из дома и смотрит непонимающим взглядом — куда это все дома, люди подевались.
В это утро Николай проснулся бодрым и каким-то помолодевшим. И сразу отправился в сарай искать то, что осталось от велосипеда. Какая-то неизвестная сила или чья-то неведомая воля управляла желанием починить транспорт и ехать. Куда-нибудь, но ехать.
Три дня ушло на ремонт ржавого железа, а желание — странное дело — не то, что не уходило, а только крепчало до невыносимости.
Наконец, попробовав силы вдоль забора, чтоб опора была, если что, он вернулся в хату, взял деньги, котомку с зачерствевшей уже лепешкой, сел на своего железного «коня» и потихоньку отправился по заросшей дороге в сторону райцентра.
Силы покидали через каждый километр. Он останавливался, отдыхал, тяжело дыша, опять седлал своего «рысака» и двигался дальше и дальше.
Он не знал, зачем и куда едет, он сейчас, как никогда раньше, просто хотел к людям. Раз в месяц приезжала почтальонка, выдавала пенсию, почти не разговаривая, и тут же уходила из хаты, презрительно зажимая нос двумя оттопыренными пальцами.
Велосипеда никто не любил и раньше, а теперь, когда он стал похож на потрепанный мешок из-под картошки, и вовсе шарахались все, кто знал.
Да, если честно, он и сам никого не любил, за всю жизнь ни другом, ни родственником не обзавелся. Были какие-то родные, да на что они ему нужны были? А со временем и вовсе все следы братьев-сестер да племянников потерял. И детей у него не было. А откуда ж им быть, если «жена – «стерва», сбежала на второй год жизни. Поколачивал он ее, видишь ли! Заслужила — вот и поколачивал» — так объяснял он на вопросы сильно любопытных. «Лыбилась каждому, радовалась всему подряд по поводу и без повода, и курице, и подсолнуху, и соседке с соседом».
Слышал потом, что «счастлива она, видите ли, замуж вышла, детей кучу нарожала, муж ее уважает, видите ли…».
А сейчас хотелось, очень хотелось, чтоб кто-то и расспросил, и выслушал, и пожалел. А может, накормил бы мясом или борщом со сметаной или сальцем зажаренным.
Он ехал, останавливался, сидел, вздыхал. И ехал, ехал вперед, к ним, людям, не таким сейчас ненавистным.
Николай стал вдруг бояться, что вот помрет, да и будет валяться в избе, пока в мумию не превратится. Не жил нормально, а вот умереть почему-то хотелось чуть-чуть поторжественнее этого,
Приглашаем начинающих писателей к публикациям, общению, работе в сети и изданию в печатном журнале!
Когда я была маленькой, я мечтала, наверное, как и все девчонки, о конфетах, куклах и мужиках. Этот бессознательный период пропускаю.
Когда я была школьницей, я мечтала стать ассенизатором. Над Ленкой и Наташкой, соседками и одноклассницами, все ржали, потому что их батя работал на говновозке. А мне хотелось такие же сапоги – чулки на платформе, как у них, такие же джинсы — варенки и такие же бутерброды с вкусной колбасой, а не с сыром.
Потом я мечтала иметь пакет «Marlboro», который стоил аж десять рублей и был вместо портфеля почти у каждого уважающего себя одноклассника.
Потом я мечтала иметь бобинный магнитофон и каждый месяц покупать "Кругозор” с голубыми пластинками, чтобы слушать «The Beatles».
Потом я мечтала вырваться из дома, куда угодно.
Потом я мечтала окончить инъяз, чтобы понимать Битлов и «Голос Америки».
Потом я мечтала выйти замуж три раза и опять удачно.
Потом я целую неделю после «Мартина Идена» и «Театра» мечтала стать писательницей, а лучше актрисой. На худой конец, певицей.
Потом я стала курить, и певица «отпала».
Потом меня отлупила за вранье бабушка, и я перестала брехать. Актриса тоже «отпала».
Потом умерла бабуля, и я опять стала врать.
Потом я мечтала иметь дом, семью, сад, машину, работу и не иметь друзей и подруг. Надоели. Сбылось, но как-то бесит, что каждый раз за откачку канализации приходится платить пятьдесят баксов.
Я мечтаю купить ассенизаторскую машину и заработать денег на сапоги – чулки.
Они сейчас опять в моде, но у меня нет пока говновозки.
Я стану старухой и популярной писательницей, продам миллион книг, куплю ассенизаторку, откачаю дворов десять и куплю сапоги – чулки! Черные, на платформе. В них так удобно ходить, когда дерьма по колено.
Здорово, что у меня есть цель, на душе спокойно.
[показать]
[показать]