Итак, попытки Пауля Маузера получить в разных странах престижные и выгодные военные заказы на пистолет С.96 оказались малоуспешны. За исключением относительно небольших поставок «Брумхендлов» итальянскому флоту, а так же телохранителям турецкого султана и Сиамского правителя больше ни одна армия мира не захотела принять на вооружение его сложный и, главное, очень дорогой пистолет. Даже на родине, в Германии, где высоко котировались его винтовки, со своим пистолетом Маузер не смог добиться успеха в военной среде: немецкая армия после длительных испытаний приняла (под обозначением Р.08 «Парабеллум») пистолет Георга Люгера.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Опробовали Маузер С.96 в боях и американцы, хотя, как и в Великобритании, в Соединенных Штатах этот пистолет на официальном вооружении не состоял. Между тем небольшое количество американских офицеров из любопытства приватно закупило в Европе за свой счет Маузеры С.96, чтобы посмотреть, «что это за штука такая – самозарядный пистолет». Эти частные Маузеры и были использованы их владельцами в ходе испано-американской (1898) и филиппино–американской (1899-1902) войн. После этих боев в США тоже появилась «тоненькая прослойка» поклонников С.96, полюбивших Маузер за его скорострельность, дальнобойность, кучность и точность. Но в основной массе офицеров США, повоевавших против горячих латиноамериканцев и особенно против стойких к ранениям тихоокеанских аборигенов, сложилось мнение, близкое к мнению англичан. Они признали Маузер не совсем подходящим для ближнего боя с туземцами. Участники рукопашных схваток тех войн пришли к выводу, что 7,63-мм пули Маузера, как впрочем, и пули состоявшего на вооружении США револьвера Кольт калибра .38 Long, слишком легки для быстрого и надежного вывода из строя крепких и стойких «дикарей». Маузеровская пуля мгновенно выводила из строя противника лишь в случае попадания в кости, дробя их на мелкие куски и передавая через них пораженному всю свою энергию, что вызывало шок. В остальных случаях пуля прошивала тело противника насквозь и летела дальше, затратив на пробитие лишь часть своей энергии. Если же враг был приучен терпеть боль (как многие туземцы), да еще и свиреп, и мотивирован на уничтожение врага любой ценой (что не раз встречалось среди «дикарей»), то даже с пулей в сердце, за секунду-другую до своей смерти, он еще мог успеть убить американского солдата.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

«Met Got En Die Mauser!»
«С Богом и с Маузером!»
Девиз генерала армии буров Бена Вильхена (Англо-Бурская война 1899-1902 гг.)

С самого момента решения о выпуске пистолета С.96 Петер-Пауль Маузер начал поиски военного заказа на это оружие – причем, сразу в целом ряде государств. Коммерческая розничная продажа оружия не может сравниться с государственным военным заказом – ни по прибыльности, ни по престижу. Ведь армия потребляет сразу же значительное количество «стволов» для вооружения тысяч военнослужащих, а затем регулярно пополняет запасы вооружения и боеприпасов на случай возможной войны. А официальное принятие государством какого либо образца оружия фактически является признанием военными его высокой боеспособности, что приносит разработчику славу и новые заказы – уже армиями других стран. Поэтому все оружейники мира стремятся добиться интереса правительства и генералитета именно к своему образцу оружия, чтобы выиграть тендер, сулящий фирме значительные прибыли, и приобрести известность не только в своей стране, но и во всем мире.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

После отражения обвинений в воровстве чужих идей Маузер занялся доработкой дизайна будущего пистолета, которому он присвоил свое имя. Как уже говорилось, первым дизайнерским шагом Петера-Пауля стала «разработка» рукояти оружия, которая и породила прозвище С.96 – «Брумхендл»; его впоследствии дали этому пистолету англичане. «Broomhandle» - дословно: «ручка метлы»; джентльмены воспитания 19-го века не могли себе позволить называть оружие «ручкой от унитаза» (если англичане вообще знали, как «родилась» рукоятка Маузера). Кроме этой «туалетной ручки» Маузер внес в пистолет еще ряд важных дополнений. Именно им, а не Федерле, была разработана и введена в комплект оружия деревянная кобура-приклад. Эта жесткая кобура при пристегивании к рукояти пистолета превращала его в полу-карабин, способный стрелять на большие дистанции. И именно Петер-Пауль «пришпандорил» к пистолету секторный прицел винтовочного типа, насеченный на стрельбу до 1000 метров! Конечно, хорошо разбиравшийся в оружейном деле Маузер отлично понимал, что в цель, находящуюся от стрелка в километре, из пистолета слабосильным патроном попасть практически невозможно – ведь даже из длинноствольной винтовки, стреляющей намного более мощным патроном, на такой дистанции поразить мишень может далеко не каждый стрелок. Насечка прицела пистолета на 1000 метров была маркетинговым ходом Маузера, рассчитанным на увеличение продаж по принципу «пипл все равно не поймет, но придет в восторг, и потому схавает». И действительно, ход оказался гениальным: покупатели «велись» на 1000-метровую насечку, поражаясь невероятной дальнобойности этого оружия. Однако справедливости ради нужно сказать, что длинноствольный Маузер и на самом деле получился дальнобойным: с пристегнутой кобурой-прикладом хороший стрелок из этого пистолета имел шанс «завалить» цель на дальности до 300 метров – дистанции, недостижимой для других револьверов и пистолетов (даже современных!).
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Харизматичный пистолет Маузер К.96 (нем. Mauser C.96) по прозвищу «Broomhandle» (англ. «Ручка метлы»)… В советское время этот пистолет благодаря кинематографу стал настоящим символом революции и гражданской войны в России. Маузер появлялся буквально в каждом советском фильме о гражданской войне; им размахивали суровые комиссары и увитые пулеметными лентами революционные матросы, одним видом своей громадной «ручной гаубицы» распугивая всех врагов. Однако участие Маузера в русской революции и гражданской войне было лишь эпизодом в долгой и бурной биографии этого немецкого пистолета, который и сегодня воспринимается многими любителями оружия всего мира как самый легендарный образец во всем семействе «короткостволов»…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Особенностью австро-венгерской авиации было то, что в ней длительное время не только не существовало специализированных истребительных подразделений, но и самих самолетов-истребителей не было вплоть до начала зимы 1916 года (6 присланных немцами «в помощь» потрепанных Фоккеров Е.1 «погоды не делали»). Поэтому подавляющее большинство австрийских асов в действительности являлись воздушными разведчиками, летавшими на двухместных машинах. А числившиеся на их счету победы зачастую были одержаны при самообороне, а не при нападении. Хотя и в Австро-Венгерской авиации имелся ряд достаточно агрессивных пилотов, которые даже на тяжелых «двухместках» нападали на врага, чтобы уничтожить его. Именно к таким агрессивным пилотам и принадлежали первые асы «Лоскутной империи». Что касается системы учета побед, то австрийцы просто скопировали ее у «старших братьев» - немцев…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Наиболее многочисленными в ударной авиации всех стран во 2-й мировой войне являлись средние бомбардировщики (в СССР их называли «фронтовыми»). Эти (как правило, двухмоторные) самолеты уступали тяжелым бомбардировщикам и по дальности полета, и по бомбовой нагрузке, которую они способны были поднять. Зато их производство обходилась дешевле, а постройка протекала более быстро, что позволяло в относительно короткий срок обеспечить авиацию значительной массой ударных самолетов. К тому же и дальность полета, и бомбовая нагрузка этих машин все же были не слишком маленькими, и так называемые «фронтовые» бомбардировщики были способны наносить удары не только по ближним целям в прифронтовой полосе, но и по довольно удаленным тыловым объектам противника. Фактически средние бомбардировщики являлись универсальными, «гибкими» ударными самолетами 2-й мировой войны, дальность полета которых напрямую зависела от того, сколько бомбового груза принято на борт, а мощь наносимого удара – от того, насколько далеко расположена цель.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

В ВВС Четверного союза сложилось ситуация, подобная той, что была и в противостоявшей ему Антанте. Наиболее передовая в плане развития авиации Германия уже на раннем этапе 1-й мировой войны обзавелась истребителями, и уже в 1915 году в ней появились первые асы. А в менее развитой в авиационном плане Австро-Венгерской империи летчики начали добиваться первых титулов асов только в 1916 году. Что же касается входивших в союз Турции и Болгарии, то в этих странах состояние ВВС находилось на гораздо более низком уровне, и они практически полностью зависели от поддержки германской авиации. Но об этом – в следующей статье…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Бельгийская военная авиация появилась поздно, и она была немногочисленной; истребительных же подразделений у бельгийцев было всего три. Поэтому среди малочисленных бельгийских летчиков, занимавшихся воздушным боем, всего несколько человек смогли стать асами. И первые асы в бельгийских ВВС появились только в 1917 году…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Авиация Франции и Великобритании была наиболее развитой среди всех стран Антанты; поэтому их ВВС раньше других заимели в своем составе истребители и начали вести воздушные бои. Соответственно, именно в этих государствах асы появились раньше, чем в других союзных ВВС. Теперь же я продолжу рассказ о первых асах - уже тех стран Антанты, в которых истребительная авиация оформилась позже, и рождение асов в этих ВВС так же несколько запоздало…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Прагматичные британцы задумались над проблемой, как они будут вести воздушные бои, еще до войны: уже в 1913 году они стали устанавливать на некоторые военные самолеты пулеметы. Однако в отличие от пылких шустрых французов, любивших «куролесить» в воздухе индивидуально, и потому первыми «додумавшихся» до одноместного истребителя с жестко закрепленным пулеметом, стрелявшим только вперед, англичане даже после начала военных действий еще долго были убеждены, что истребитель должен быть двухместным. Они считали, что дело пилота – вести машину, а стрелять по врагу из поворотного пулемета будет второй член экипажа - стрелок. При этом победа, одержанная стрелком, записывалась и на счет пилота. Кстати, о подсчете англичанами побед: их система была самой разветвленной, запутанной и при этом наименее строгой. Если у французов или немцев победа засчитывалась только в случае, если обломки жертвы можно было «пощупать», в крайнем случае – если гибель врага подтверждали многочисленные незаинтересованные очевидцы, то у англичан для зачета победы было достаточно «слова джентльмена». Да и сама победа определялась не только в случае гибели противника, но и при его простом бегстве с поля боя (главное – чтобы до этого в него удалось хоть раз попасть). Такая «демократичная» система открывала британским летчикам возможность достичь титула аса, имея на счету в реальности менее 5 достоверных побед…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Обычно среди любителей истории авиации широко известны имена наиболее выдающихся асов, имевших самые большие победные счета и самые высокие награды. Так, любой интересующийся историей ВВС времен 1-й мировой войны сразу скажет вам, что самыми результативными асами в той войне были: во Франции Рене Фонк (75 побед), в Великобритании – Вильям Бишоп (72 победы), в Германии – Манфред фон Рихтгофен (80 побед). Все знают, что лучшим австрийским асом был Годвин Брумовский (35 побед), итальянским – Франческо Баракка (34 победы), а русским – Александр Козаков (20 побед). Но вот вряд ли многие назовут имена тех летчиков, которые первыми, еще в начале войны достигли титула аса, фактически открыв список виртуозов воздушного боя. Имена этих героев редко присутствуют в рейтинге лучших асов 1-й мировой, так как мало кто из них дожил до конца войны и смог добиться высокой результативности. Ведь в эпоху полетов на собранных из тонких реечек полотняных «этажерках», норовивших развалиться даже без воздействия противника, смертность авиаторов (к тому же еще просто не имевших парашютов!) за год боев доходила до 100%! И шансы выжить у летчиков, начинавших воевать в 1914 – 1916 годах были минимальны. А возможность сбить врага при помощи личного пистолета или перезаряжавшегося вручную пехотного карабина была практически просто маловероятной. И даже после появления на самолетах пулеметов шансы добиться победы выросли не на много. Ведь первые истребители имели всего по одному пулемету, к тому же в то время обычно не синхронизированному. Поэтому, чтобы не отстрелить себе лопасти винта, это оружие приходилось крепить под такими углами, что целиться во врага становилось почти невозможно. Это резко снижало вероятность точно поразить цель, а плотности огня одного ствола зачастую просто не хватало для нанесения фатальных повреждений летающей «ажурной этажерке». Это потом, на заключительном этапе войны пилоты получили более крепкие машины с двумя расположенными прямо перед летчиком пулеметами, что облегчило прицеливание, увеличило плотность огня и вероятность надежного поражения цели. И благодаря совершенствованию техники, а так же оплаченному кровью предшественников опыту летчики-истребители 1917 – 1918 годов смогли достичь высоких цифр побед (большинство самых результативных асов той войны «набили» свои победы именно в 1917 и в 1918 годах). Но к тому времени самые первые асы уже или погибли, или лежали покалеченными в госпиталях. Однако их небольшие (относительно рейтинга последующих летчиков) победные счета были добыты не меньшим напряжением сил и были оплачены дорогой ценой. Поэтому тех безвестных сегодня авиаторов зари авиации все же стоит вспомнить - ведь они были ПЕРВЫМИ!
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Недостаток даже самого лучшего трофейного оружия заключается в том, что его количество ограничено, и организовать копийное производство этого образца собственными силами, как правило, невозможно. Поэтому, как бы ни хороша была использовавшаяся немцами на своих истребителях танков трофейная советская пушка Ф-22, ограниченные запасы этих трофеев потребовали разработки для германских САУ своего, не менее мощного орудия. И таким орудием стала новая противотанковая пушка Рак.40, пошедшая в серийное производство в начале 1942 года…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

«Мардер» (нем. Marder – Куница) – это семейство немецких легких истребителей танков. Они с 1942 года (наряду со знаменитыми средними истребителями StuG.III) являлись основным вооружением противотанковых артдивизионов танковых и моторизованных дивизий Вермахта. Эти самоходки были спешно разработаны после нападения в 1941 году Германии на СССР, и встречи германских войск с советскими танками Т-34 и КВ, с которыми не справлялась немецкая полевая противотанковая артиллерия.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Этот лучший на момент его создания истребитель французского конструктора Франция на вооружение так и не приняла. Зато отвергнутую французами крылатую машину очень полюбили асы Италии и Бельгии…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

В советской авиации в 30-е годы подсчет побед для присвоения летчику титула «ас» (так же как и в Японии) не велся. В советской авиации 30-х годов не было принято подсчитывать личные победы, так как в коллективистской стране коллективизм пропагандировался на всех уровнях, и потому среди «сталинских соколов» ценились только групповые победы, которые шли не на счет отдельного летчика, а записывались в общий счет подразделения. Именно из-за этого сегодня достаточно сложно составить точный список советских асов Халхин-Гола, тем более определить их места по рейтингу. Однако исследователи, получившие в конце 20-го века доступ к архивам, попытались все же составить такой рейтинг, опираясь на отчеты «сталинских соколов» о проведенных боях. Конечно, утверждать, что получившийся список точен «на сто процентов» нельзя, однако пока ничего более достоверного историки предложить не могут…
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Понятие «ас» появилось в годы 1-й мировой войны, и оно обозначало опытного летчика, сбившего в воздушных боях лично не менее 5 вражеских самолетов. Правда, для получения этого титула летчик и его командование должны были вести тщательный подсчет подтвержденных побед, чтобы определить точно, когда пилот-истребитель стал асом. А вот с этим в японской авиации были большие проблемы...
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

В конце июня - начале июля советские войска в Монголии усилили свою воздушную мощь за счет прибывших в район боев нескольких авиаполков, среди которых был истребительный 56-й ИАП. В это же время советская авиация в Монголии получила первые образцы новой техники. На аэродром Тамсаг-Булак прилетела из Союза эскадрилья новейших истребителей-бипланов И-153 «Чайка» (15 машин). По скорости и скороподъёмности «Чайка» заметно превосходила своего предшественника И-152 (И-15бис), и это не могло не сказаться на результатах боёв, тем более, что за штурвалами «Чаек» сидели опытные пилоты – асы испанской войны. Ещё одной советской новинкой, поступившей на фронт в начале июля, стала эскадрилья из семи истребителей И-16 тип 17, вооружённых не только двумя синхронными пулемётами, но еще и двумя крыльевыми 20-миллиметровыми пушками ШВАК. Хорошо вооруженный И-16 тип 17 по огневой мощи кардинально превосходил Ki-27.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Маньчжурия - обширный район с малочисленным населением на востоке Китая, граничащий с Кореей, Советским Союзом и Монголией. Она уже давно привлекала японцев своими богатыми природными ресурсами; поэтому на протяжении 2000-км границы между Маньчжоу-го, Монголией и Советским Союзом постоянно происходили вооруженные инциденты. И вот 11 мая 1939 года японские отряды пересекли монгольскую границу около реки Халхин-Гол и озера Буир-Нур. В ответ на это на следующий день подразделение монгольской конницы переправилось через реку и атаковало посты японских войск. Японское руководство сочло это актом агрессии, и 28 мая Квантунская армия начала боевые действия на монгольской территории. Советский Союз тут же заявил, что Красная Армия будет защищать монгольскую границу как свою собственную, и ввел в район инцидента войска. Военные действия, развернувшиеся на монгольской границе у холмов Номонган, в СССР получили наименование «Сражение на Халхин-Голе», а в Японии - «Номонганский инцидент».
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ

Авиационную разведку в советской авиации вели одномоторные бипланы Р-5, они же использовались и как легкие фронтовые бомбардировщики; их разновидность Р-5Ш была приспособлена для штурмовок войск противника с малых высот. Бомбежками вражеских тыловых объектов в основном занимались средние двухмоторные бомбардировщики СБ-2. Так же на Халхин-Голе действовало некоторое количество тяжелых дальних бомбардировщиков ТБ-3. Однако их использование в боях было относительно минимальным: в основном огромные ТБ-3 исполняли роль воздушного транспорта и санитарных самолетов. Лишь на заключительном этапе эскадрилью ТБ-3 привлекли к ночным бомбежкам противника.
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ