[показать]Вдова Литвиненко утверждает, что российские власти препятствуют расследованию убийства
[360x203]16/02/2010
Сегодня в Лондоне перед высоким судом предстала вдова бывшего российского шпиона Александра Литвиненко, который умер в 2006 году от отравления радиоактивным изотопом. Она намерена опровергнуть «пропагандистские» заявления, что за убийством ее супруга стоит известный миллиардер, бывший в действительности его другом и благодетелем.
Марина Литвиненко также обвинила российские власти в том, что они держат ее «в состоянии неопределенности», чиня препятствия расследованию гибели ее супруга. Она выступает в качестве свидетельницы по делу российского олигарха Бориса Березовского, обвиняющего в клевете некоего Владимира Терлюка. Ярый критик Кремля Березовский, попросивший в 2003 году политического убежища в Соединенном Королевстве, утверждает, что Терлюк, под псевдонимом «Петр», в 2007 году на российском телешоу обвинил его в причастности к убийству Литвиненко.
Терлюк отрицает, что он и Петр – одно лицо. Однако вчера он рассказал, что Литвиненко запугивал его, вынуждая сделать ложное признание в том, что он российский агент КГБ, которому было приказано убить Березовского. Это признание было впоследствии успешно использовано в подкрепление просьбы Березовского о политическом убежище, чтобы показать, что его страх стать жертвой преследований реально обоснован, заявил он.
В ходе рассмотрения вопроса о предоставлении Березовскому политического убежища в 2003 году Литвиненко дал показания, согласно которым Терлюк рассказал ему, что получил задание провести рекогносцировку помещений в суде магистрата на Боу-стрит, где должен был появиться Березовский, и посмотреть, возможно ли организовать там убийство российского олигарха.
- Моей целью было установить, есть ли возможность пронести не прошедшие проверку ручки и сигареты и позволяет ли конфигурация служебных помещений подойти человеку под видом журналиста достаточно близко к Березовскому и капнуть жидкостью из ручки ему на одежду или обувь, а потом зажечь сигарету, направив струю дыма на эту жидкость, - передавал его слова Литвиненко, выступавший в качестве свидетеля, как явствует из документов, поступивших сегодня в высокий суд.
- Сигаретный дым мог сработать как своего рода катализатор, - добавил он. Суд уже слышал, что Березовский считал Литвиненко одним из своих «самых верных друзей в Лондоне». Он приютил семью Литвиненко в Лондоне, куда они бежали из России после того, как Литвиненко оказался подсадной уткой и рассказал, как ему поручали убить Березовского. На вопрос, заданный защитником Березовского, адвокатом Дезмондом Брауном (Desmond Browne) жене Литвиненко, есть ли у нее основания подозревать, что Березовский был причастен к убийству ее мужа, Марина ответила: «Нет никаких оснований».
- Я знала, что обвинение против Бориса было пропагандистской уловкой, но я знала и то, что в русскоязычной общине найдутся люди, которые с радостью поведутся на эту пропаганду, - говорит она в своих свидетельских показаниях.
Марина Литвиненко заявила суду: «После смерти мужа, я пережила расследование. Но я по-прежнему не знаю, кто его убил, потому что российские власти всячески препятствуют отправлению правосудия. Они отказались выдать Андрея Лугового, которому Британский уголовный суд хотел предъявить обвинение в убийстве». Дело продолжается.
Малоизвестная хроника жестокостей одной горячей военной зоны.
("The Irish Times", Ирландия)
Дэниэл МакЛафлин (DANIEL McLAUGHLIN)
[360x203]
© NewsTeam | Купить иллюстрацию
![]()
15/02/2010
НЕ ПОБЕСПОКОИВ составителей броских сенсаций в мировой прессе, более 30 человек в прошлом месяце погибли в горах российского Кавказа – живописнейшей и опаснейшей области, расположенной между побережьем Черного и Каспийского морей. Они погибли в перестрелках и засадах, каждый день вспыхивающих в Чечне, Дагестане и Ингушетии, главных мусульманских республиках, представляющих для России, по словам президента Дмитрия Медведев, ее самую большую внутриполитическую проблему.
Только в прошлую весну официальные представители России объявили об окончании антитеррористических операций в Чечне, ставшей с 1994 года ареной двух жестоких войн. Может быть, полномасштабная война в Чечне и закончилась; однако она породила восстание в регионе с сильным исламистским элементом, который вероятно является большей угрозой российской стабильности, чем когда-либо представляли борцы за независимость Чечни.
В своей книге Эмма Гиллиган (Emma Gilligan) описывает полную жестокостей хронику реакции Москвы на требование республики о свободе; стремительное нападение, разгром мирного чеченского сообщества, поддерживаемое вооруженное сопротивление на всем Кавказе и породило новое поколение жестоких экстремистов. Она сосредотачивается на второй чеченской войне, начатой Борисом Ельциным осенью 1999 года, которую продолжил Владимир Путин, когда она занял пост премьер министра в Кремле в 2000 году.
Она рассматривает беспорядочные бомбардировки чеченских городов и сел в 1999-2000 гг., унесших жизни до 10 тысяч граждан и заставивший 250 тысяч мирных жителей оставить свои дома и бежать в соседнюю Ингушетию, отчаянно бедную республику, не имеющую возможности справиться с таким нашествием. Россия, сделавшая из собственных граждан беженцев, очень мало сделала для того, чтобы облегчить их жалкую участь, и даже бомбардировала их, когда они бежали.
Гиллиган, преподаватель по истории России и по правам человека в Коннектикутском университете, изучает также феномен «зачистки», которая ныне стала символом государственного террора в Чечне. Прочесывания для обеспечения безопасности и проверки документов полицией, армией и вооруженными формированиями часто заканчиваются исчезновением подвергнутых зачистке в аду незаконного задержания, требованиями выкупа от родственников, ложными обвинениями, пытками и даже казнями без суда. Массовые захоронения, упоминаемые Гиллиган – свидетельства ужасов грязной войны России в Чечне.
Во второй части книги исследуется реакция на Российскую кампанию: мятежные нападения на гражданские объекты, включая театр на Дубровке в Москве и школу в Беслане; отважная работа журналистов, подобных покойной Анне Политковской; и безуспешные попытки Европы, Америки и ООН и других международных организаций призвать Москву к ответу за события в Чечне.
Гиллиган находит редкие проблески надежды в Европейском суде по правам человека, где многие выиграли
Dispatsch: Кремлевские войны - первые выстрелы
("Stratfor", США)
Марла Дайал (Marla Dial)
Сюжет: Верю - не верю: Реакция на речь Медведева
Комментарии:14
12/11/2009
Нам стало известно, что Кремль инициировал расследования в отношении нескольких компаний, которые обвиняются в преступной неэффективности - злоупотреблении бюджетными средствами во время кризиса.
Это – первый залп политической войны, которая, вероятно, изменит российскую экономику и - российское правительство.
Вы смотрите Dispatch, меня зовут Марла Дайал (Marla Dial).
Перед тем как выступить с посланием, которого все ожидают с нетерпением, российский президент Дмитрий Медведев, по сообщениям, одобрил уголовное расследование в отношении 22 принадлежащих государству компаний, которые подозреваются в финансовой несостоятельности и преступной деятельности.
Все компании связаны с Федеральной службой безопасности, ФСБ, или с политической группировкой под названием “силовики” – то есть, сильные люди. Ее возглавляет зампредседателя правительства Игорь Сечин.
Источники нам сообщили, что Медведев и, соответственно, премьер-министр Владимир Путин разрешили генеральному прокурору осуществить ревизию государственных компаний и принять меры в отношении тех, деятельность которых ненадлежащая и неэффективная.
Это – часть плана, цель которого – избавиться от следов советского прошлого, рационализовать экономику и сделать Россию более привлекательной для западных инвестиций.
Новый экономический план продвигался группировкой во главе с первым заместителем главы администрации президента Владиславом Сурковым. Технократы, авторы плана, фокусируются на экономике, тогда как цели Суркова – политические. Он, похоже, намеревается использовать план для того, чтобы убрать с должности своего соперника Сечина, и получить больше власти.
Если уголовные расследования и правда начались, то, значит, внутри Кремля вырисовывается новая схема.
Дина Мингалиева, ИноСМИ
Оригинал публикации: Dispatch: The Opening Shots in a Kremlin War
О
[показать]Кремлевский аналитический центр предлагает радикальную перестройку России
[360x203]04/02/2010
В недалеком будущем Россия становится процветающей многопартийной демократией, где средства массовой информации свободны от государственного контроля. Она входит в состав НАТО и подумывает о вступлении в Евросоюз.
Фантазия безумца? Нет, это концепция, которую представил в среду созданный президентом Дмитрием Медведевым "мозговой центр". В ней говорится о том пути, по которому должна пойти Россия в предстоящие годы.
Среди других радикальных предложений – превращение российской армии в добровольную силовую структуру сокращенного состава, восстановление выборов губернаторов регионов, а также резкое снижение участия
ИНТЕРВЬЮ
Без полония виноватый?
[показать]
Тесты на содержание полония-210 в биологических материалах.
[показать]Следы оставлял, да - везде нагадил, наследил. Но веществ не перевозил. Это было, в общем, понятно с самого начала, но следствию нужно было убедиться
[показать]
ТЕМЫ ДНЯ / ОБЩЕСТВО
Энциклопедия ядов от Сталина до Путина
[показать]
В книге Бориса Володарского история смешивается с современностью самым ядовитым образом
[показать]Кульминация - начальник личной охраны Путина Виктор Золотов. Одновременно он является заместителем руководителя Федеральной службы охраны
[показать]
Фабрика ядов
[показать]
''Фабрика ядов КГБ'' Бориса Володарского
Президент сидит в президентском дворце или в резиденции, в крайнем случае в администрации. Министры сидят в министерствах. Все они вместе живут в городе-столице и передвигаются кортежами, включая мигалки и прижимая случайных проезжих к обочине. А ещё правительство разговаривает по телевизору, собирает налоги, содержит армию и полицию, которые открыто носят форму и оружие. Это – власть, так мы думаем.
Всё правильно, это и есть государственная, то есть
публичная, власть. О государстве можно говорить только при наличии территории, граждан, налогов, законов и публичной, явной, открытой власти. Открытой не в смысле «хорошей, честной, доброй, открытой своей душой навстречу сердцам людей и всё такое», а в смысле открыто устанавливающей и отправляющей власть.
Поэтому сами по себе идея, сообщество, тайная сеть государством не являются. Точка. Никакого государства имарат-эмират-имамат и прочий каганат на территории, где открыто отправляет власть публичная светская администрация, быть не может. Государственный суверенитет означает, что в одно время на одной территории не может существовать более одного государства. Иначе в понятии государства не остаётся никакого смысла.
В обществе помимо государственной власти существуют и другие системы влияния и управления людьми. Например, семья. Или начальство на работе. Есть ещё механизмы влияния на общественное мнение: СМИ и уважаемые люди - учёные, писатели, епископы, фигуристы, боксёры, философы, модели, теноры, муфтии и ведущие ток-шоу. Но все структуры влияния, даже криминальные авторитеты, действуют не вопреки государственной власти, то есть не игнорируя её, а сообразуясь, находя лакуны и прочее – то есть работают параллельно.
Но возможно и другое геометрическое решение.
Саму власть, её суть и цели можно понимать по-разному. Можно как самоцель, и тогда сидеть в администрации, ездить с мигалками и всеми командовать – это и есть цель обладания властью, ради которой власть осуществляется. Можно видеть во власти средство достижения иных целей, допустим, экономического процветания для себя и своего окружения. Тогда власть нужно получить, чтобы наворовать, а удерживать власть – чтобы не отняли наворованное.
Но можно видеть суть власти иначе. В другом определении власть – это способность оказывать на систему влияние, в результате которого характеристики системы изменяются с первоначальных на заданные.
Никакой конспирологии, простая социальная кибернетика.
И в этом смысле имараты живут и побеждают.
Официальная власть думает, что это она побеждает. Она побеждает и побеждает, с каждым годом побеждает всё больше и больше, это такое вечное побеждание. Её немного смущает то, что она никак не победит окончательно. Но только чуть-чуть смущает, самую малость. Никакой опасности официальная власть не видит, никаких успехов соперника не замечает.
Почему?
Потому что мыслит стандартно: кабинеты-мигалки-форма-оружие-налоги-телевизор. И пока кабинетам и мигалкам ничего не угрожает – полная стабильность, всё под контролем. И поскольку бородатым имаратчикам никак, ну реально, братаны, никак не светит занять кабинеты с мигалками – они лузеры, побеждённые, неудачники.
Официальная власть не способна понять, что некто или нечто может бороться за власть иную, без мигалок. И не способна увидеть, что земля ушла из-под ног. Кабинеты остались, и мигалки, и телевизор. А землёй правят другие. Другие задают вектор.
Но власть это не беспокоит. Потому что для неё остаются все властные атрибуты и возможность руководить экономикой, стричь бонусы, а людишек гнуть. Что до сакральных материй, то это приложится.
В действительности же сакральная власть не прикладывается. Не становится ещё одной параллельной линией. Но встаёт колом, перпендикуляром.
Сакральная власть не значит снова «хорошая, святая, вся такая чистая, праведная». Сакральной я называю власть, основанную на иррациональной жертвенности. Потому что во все времена настоящая сакральная власть обреталась не победой на выборах и не престолонаследием, а лишь принесением жертвы.
Чтобы уничтожение и самоуничтожение можно было рассматривать как жертвоприношение для обретения сакральной власти, оно должно быть иррациональным. Это не может быть просто «боевая операция» с тактическими и стратегическими целями и задачами. Принесение в жертву не имеет разумного смысла и оправдания и именно поэтому служит достижению целей другого порядка.
Операции боевиков Ичкерии были именно операциями, даже террористические акты совершались с какой-то политической целью: заявлялись требования, велись переговоры и т.д.
Операции имаратчиков – это в чистом виде сакральные жертвоприношения. Никакого военного смысла в них нет. Никого они никогда не победят, рассылая по улицам велосипедистов-смертников. Урон боевым ресурсам
[382x246]5 февраля 2010 · Prague Watchdog / Усам Байсаев · ВЕРСИЯ ДЛЯ ПЕЧАТИ · ОТПРАВИТЬ ПО ЭЛ. ПОЧТЕ · ЯЗЫКОВЫЕ ВЕРСИИ: До Новых Алдов и после Усам Байсаев, специально для Prague Watchdog Осло Начало февраля 2000 года было холодным, мерзким, серым. Как будто природа откликалась на ужас происходящего и разлитый повсюду человеческий страх. Оставляя по пути убитых и раненых, ушли в горы чеченские бойцы, оборонявшие Грозный. Российских генералов и политиков, почувствовавших вкус реальной победы, остановить стало почти невозможно. Кто сумел вырваться из зоны боев, уже не ждали скорого окончания войны, они готовились выживать в условиях страшного, непредсказуемого будущего. Но такие настроения были характерны для тех, кто наблюдал за происходящим хотя бы чуть-чуть, но со стороны. Оставшиеся в Грозном люди не пытались заглянуть так далеко вперед. Даже на неделю, не говоря уже о месяцах и годах. Они радовались каждому прожитому дню и в ужасе ждали следующего. Что он принесет, как сложится судьба, удастся ли дожить до вечера, ночи, утра?.. И так два месяца подряд, каждую минуту и секунду, от последнего взрыва и до следующего, между которыми опять же только минуты и секунды. Жителям Грозного и его пригородов – поселков, участков и городков – уход чеченских отрядов давал шанс на выживание. По крайней мере так им тогда казалось. 3 февраля обстрелы города перестали быть массированными. На следующий день они и вовсе прекратились. В разных районах, сначала осторожно – по сто раз оглядываясь, озираясь, притираясь к развалинам, - но потом все увереннее, стали появляться российские военные и бронетехника. Вид их мало кого радовал, но и беды особой не предвещал. В любом случае их контроль над городом, думали люди, положит конец круглосуточным и беспорядочным бомбардировкам, когда никто не может предугадать, где и через какое время взорвется следующий снаряд или ракета. Хотелось верить, что самое трудное и опасное уже позади. Те же новоалдынцы на следующий день после прекращения обстрелов начали латать крыши, чинить и заделывать стены и окна домов. Именно за этим занятием некоторые потом и встретили свою смерть… Не буду описывать, каким образом проходила "зачистка" в поселке, сколько и как было убито людей. Обо всем этом подробно рассказано в докладе Правозащитного центра "Мемориал". Только одно уточнение: в Новых Алдах российское воинство не совершило ничего необычного или нехарактерного для себя. Это не вершина их жестокости и никак не тянет на сверхзлодейство. Не менее страшные преступления совершались в других частях города и соседних с ним селах. И длились они по времени куда как больше. В конце ноября 1999 года, например, российские войска взяли Алхан-Юрт. "Шамановский" 15-й гвардейский Шауляйский полк под командованием подполковника (теперь уже генерал-майора) Сергея Лукашова в течение двух недель убивал здесь и грабил. Иногда с запредельной жестокостью. Одному из местных жителей гвардейцы отрубили голову, имитируя средневековую казнь: топор, деревянная чурка и тело на коленях с завязанными сзади руками. А в стороне окровавленная голова. Или другой описанный нами сюжет. Не менее страшный, хотя в итоге и завершившийся относительно благополучно. Боясь изнасилования, мать заставила дочерей лечь в воронку, оставшуюся после взрыва снаряда, положила сверху доски и забросала навозом. Там они провели несколько дней. Освобождение наступило после появления в селе Малика Сайдулаева, будущего претендента на президентский пост республики в 2003 и 2004 годах. Прослышав об ограблении родительского дома, он поспешил туда в сопровождении представителя российского правительства в Чечне Николая Кошмана и журналистов. А до этого, когда убийства были в самом разгаре, почему-то не удосужился. Хотя всегда находился рядом. Во главе своего непонятно кем и когда сформированного "Госсовета" шел в обозе не у кого-нибудь, а у самого Владимира Шаманова... В Алхан-Юрте в ходе пьяного двухнедельного разгула российские военные убили столько же примерно людей, сколько потом и в Новых Алдах. Больше сорока, но точно пока никто не сумел сосчитать. Но даже приблизительно неизвестно, сколько людей уничтожено в Старопромысловском районе Грозного. После того, как чеченские бойцы вынужденно оставили этот вытянувшийся и тонкий, словно аппендикс, район города, там в течение целого месяца продолжалась мясорубка. Выживший сегодня мог быть убит завтра. Или послезавтра, а может, через неделю. Времени у военных было достаточно. Им никто не мешал. В основном убийства сопутствовали мелкому мародерству военных – они отправляли людей на тот свет походя, во время рейдов за продовольствием или просто приметив на женщине какое-нибудь украшение. Снять с трупа сережки или кольцо проще, чем с живого человека. Часто убивали и без всякой причины. Просто потому, что чеченец, враг. Или ингуш, который ничем не лучше. И русских за то, что не уехали,
В Алды чеченская война не закончилась
[показать]
Российский флаг вблизи знаменитой Грозненской площади Минутка 9 февраля 2000 года - через 4 дня после трагедии в поселке Новые Алды.
[показать]Сначала мы хотели пригласить десятерых школьников и двух учителей из Алдов и показать им другой Петербург – культурный, добрый
[показать]