Однажды, когда я жил в другом мире, похожем на обратную сторону луны, в двери моего дома постучала клювом птица без крыльев и попросила приютить ее на два срока ее жизни. Тогда я еще не знал, что у некоторых птиц после их смерти остаются жить их песни. Я согласился, и птица в благодарность научила меня слушать молчание и говорить на языке пустоты. Через год она умерла, потому что бескрылые птицы живут недолго. Но голос ее остался и свил гнездо в моем сердце. Он звучал во мне еще несколько лет, а потом перестал. И я понял, что душа этой птицы обрела новое тело.
Те кто думают, что они видят глазами весь мир, ошибаются. Большая часть нашего мира погружена в океан безмолвия, и чтобы увидеть его дно, надо быть рыбой или камнем. Точно так же и мир видит в нас лишь то, что может назвать словами. Но слова имеют свойство, столкнувшись с другими словами, менять свое значение, и чтобы их понимать, надо внимательно следить за тем, в каком направлении движется мысль говорящего. Поэтому мир видит нас как волны, плещущие на поверхности океана безмолвия. Слова же наши похожи на ветер. Их понимаешь только когда их слышишь. Потом они улетают и смысл их теряется.
Наша реальность похожа на тонкую пленочку воды на поверхности моря, или пруда, или росинки. Но мы так малы, что даже эта пленочка кажется нам чрезмерной. И если сквозь нижние или верхние слои реальности мы вдруг замечаем тени, скользящие в темных глубинах безмерности, то мы спешим отвернуться и называем это иллюзиями. Нам не хватает смелости признаться, что разум – это не самый совершенный из инструментов познания.
Все наши границы существуют снаружи, внутри себя мы безмерны, и это сильно пугает ребенка, которого мы оставили одного с той стороны себя.
Те, кто живут наружу – поют песни, чтобы заглушить тишину, а те кто живут внутрь – слушают тишину, чтобы слагать песни.
Реальность дня уходит в никуда, но колесо раскручивая мысли,
Мы наблюдаем прежние года, что в паутине памяти зависли.
Забавный сон, наивное кино, пустой стакан, что некогда был полон
Росою слез, разбавивших вино высоких чувств, напиток пьян и солон.
Наполним вновь, но чем-нибудь иным, янтарным соком солнечного мая.
И смесь восторга, гнева и вины ударит в кровь, терпение ломая.
Пускай летят обломки бытия за грань причины, времени и места.
И там, в нигде, смятение тая, мы скажем «да», что более уместно.
Для тонких тел, чем ханжеское «нет». Да будет свет! И вызвав в небе эхо,
Вернемся в мир, где столько долгих лет нам не хватало радости и смеха.
Да будет свет! Отныне и всегда он с нами, вглубь ли движемся мы, ввысь ли.
Реальность дня уходит в никуда, а с ней и наши суетные мысли.
KURTZS_POL IN WONDERFULLAND
Из сотни слов венок совью,
В латынь с кириллицей вплетя
Тишайший выдох: «I Love You»…
Примерь его, любви дитя!
Где мы находимся, когда смотрим на Мир? Правильно, внутри «себя». И наше представление о себе может очень сильно отличаться от того, что мы видим в своих зеркалах. Почему? Потому что изнутри мы себя не «видим», а «ЗНАЕМ». Правда, на то, чтобы объяснить ЧТО мы знаем и ПОЧЕМУ мы это знаем, потребовалось бы намного больше времени, чем вся наша жизнь, ну где-то примерно так миллиардов 13 лет. А то и больше, если учесть, что начинать надо «ab ovo», а кто снёс это самое «ovo» нам неизвестно.
Вполне возможно, что мы и это «знаем», вот только добраться до этого знания сложно, потому что чем дальше в лес, тем больше дроф, а дрофы – это такие птицы, из которых ни слова в их простоте не вытянешь. Потому что курица – она и в Африке курица. Хотя по внешнему виду и образу жизни дрофа напоминает скорей небольшого страуса. У неё длинные, очень мощные ноги, длинная шея, голова с коротким клювом. Она неплохо бегает и летает. Но самое забавное заключается в том, что дрофа прекрасно летая, почему-то предпочитает передвигаться пешком. Даже в случае опасности она пытается сначала убежать, развивая при этом довольно высокую скорость. Но это летом, а осенью под проливными дождями оперение дроф быстро намокает и смерзается при первых заморозках. Неспособных улететь птиц злые люди бьют палкой. Поэтому во многих местах дрофы уже полностью исчезли. Так вот, несмотря на то, что они исчезают и многие из нас их и в глаза не видели, мы, тем не менее, о них очень многое ЗНАЕМ. Потому что когда-то где-то мы о них прочитали и это знание осело в нашем Предмыслии.
А наше Предмыслие - это и есть та самая Страна Чудес, куда попала Алиса. Где надо бежать, чтобы остаться на месте, и где для того, чтобы найти себя, надо сначала себя потерять.
Вьется тонкая мысли пряжа,
С этим страшно и сладко жить.
Снова память узлами вяжет
Наших судеб тугую нить.
Завтра, новым узором вышит,
Полог неба укроет нас
На Земле что покоем дышит
В мягком свете весёлых глаз.
Где ни звуком себя не выдав,
Ни предательской дрожью рук,
Мы умножили вдох на выдох
Разомкнув сновидений круг.
Как покинувшей клетку птице
С этим страшно и сладко жить.
Только сердце порвать боиться
Уводящую в бездну нить.
Три времени жизни: вчера, сегодня и завтра.
Я плыву, но меня сносит.
Возникает вопрос, почему именно ты?
Но слова осыпаются с писем, а значит пришла осень.
И на площади снова стоит эшафот.
Обезвоживание организма методом Жанны д,Арк.
Возникает ответ: ты достаточно безумна.
И потом, осенью принято жечь листья.
А для этого нужен повод, даже если палач пьян,
Казнь должна состояться, ты же знаешь, как это скучно;
Все вчера, да вчера…
Черт возьми, это все-таки жизнь!
А не Клуб Благородных Девиц имени Святой Инквизиции.
Кажется меня опять сносит. Впрочем, Жанна,
Есть еще время опомниться. Отрекись!
И Ангел в нас и Демон в нас подчас
Не разделимы, разве что на глаз
Того, кто символ выдав за реал
Привычный образ нам нарисовал,
Где Ангел бел, гламурен и крылат,
А Демон страстью сумрачной объят.
Но как делить нам жизни круговерть,
Где День и Ночь, Рождение и Смерть
Любовь и Похоть, слитые в поток,
Для нас лишь жалкий вечности глоток?
И Ангел в нас и Демон в нас подчас
Не разделимы, разве что на глаз,
Когда художник, разумом лукав,
Рисует образ, логику поправ…
Душа и Тело, Свет, рожденный Тьмой -
Две ипостаси Истины одной.
С причала камешки бросая,
Под крики чаек на просторе,.
Пройдя вдоль берега босая,
Не ври себе, что знаешь Море.
В пучину мрачную ныряя,
За жизнь свою с волнами споря,
Любимых в странствиях теряя,
Не верь тому кто знает Море.
Они сетями слов пустыми
Трясут, легендам глупым вторя.
Что значит "море"? Просто имя.
Имен немеряно у Моря.
Кто знает истинное? Бездна
Любви и страсти, слёз и горя...
Вот море Жизни, друг любезный,
Стань им - и ты узнаешь Море.
Приливы и отливы, и штили и шторма.
Не будем суетливы, она решит сама,
Воинственная дева, что так порой груба,
Босая королева по имени Судьба.
Под грохот барабана, под хокку и Басё,
Она же и обманет, она же и спасет,
А если и напрасно, так то ее дела,
Но жизнь была прекрасна! Признайся, что была.
Мы знаем в самом жутком и самом черном сне
Всегда есть место шуткам, веселью и весне.
Не бегайте налево, не верьте, что слепа
Насмешливая дева по имени Судьба.
Под грохот барабана, под хокку и Басё,
Она же и обманет, она же и спасет.
А если и напрасно, так то ее дела.
Но жизнь была прекрасна! Признайся, что была.
Чтоб мир не отбрасывать с глаз как прядь
Волос надоевших. Чтоб в голос свыше
Поверить. Мне надо хотя бы знать,
Что ты мне тихонько в затылок дышишь.
Мне, даже когда я иду на дно,
Достаточно мыслью тебя коснуться,
Чтоб ради улыбки твоей одной
Из самых кошмарных глубин проснуться….
Не вдох. И не выдох. Но где-то меж
Времён и событий открыт незримо
Портал для свиданий, любви, надежд.
И где вероятность необратима.
Где нам не предъявят за воду счёт,
Что льётся из глаз, наполняя Лету.
Где сняты запреты. И где течёт
Что здесь бы замёрзло уже к рассвету…
Незримых сил вселенная полна, здесь даже мысль - энергии волна.
Взгляни на мир, на звёзды, на меня - в нас каждый атом соткан из огня!
Мы словно сеть, которую плетёт рыбак, король заполненных пустот,
Сливая в нас энергии поток. Что ловит он? Не жизни ли глоток?
И жизнь течёт, похожая на сон, и сладок вдох, и выдох невесом,
И весел смех, и светел каждый миг, того, кто чей взор в сокрытое проник.
Король-рыбак процессом увлечен, он вяжет сети солнечным лучём.
Но где тут смысл? Не спрашивай, живи! Взгляни на мир, он соткан из любви!
[699x526]
Возможно нас и не было и нет.
Что пустоте до тающего света?
Смотрю в окно и вижу силуэт
Того, кто смотрит взглядом силуэта.
Закрой глаза и мысленно представь:
Внутри нас ночь и та же ночь снаружи.
И то и та – отчетливая явь,
Определенно выдумки не хуже.
Когда глядишь на полную луну,
Она так явно гвоздиком прибита,
Что если я нечаянно моргну,
То от луны отвалиться орбита.
Есть поезда, в которых мы не спим,
И поезда, где мы уже уснули…
Лишь в пустоте мы новый мир творим,
На силуэт ли глядя, на луну ли.
Крик тишины, проглоченный туманом,
Упал росой... и только лунный глаз
Следил за тем, как в мире этом странном
Сны наших снов разыскивают нас...
[471x600]

Джошуа Либман
Однажды, по пути домой, Мудрец повстречался с человеком, который куда-то настолько сильно спешил, что, обгоняя по пути, случайно задел его плечом. Тот в свою очередь спокойно и вежливо обратился к нему с вопросом:
Иногда мы уходим туда, где нас нет, и тогда нас нет ни здесь и ни там.
Мало кто, любуясь рассветом, помнит о том, как он выглядел в зеркале ночи.
С утра мне надо посеять ветер, днем пожать бурю, вечером вычерпать море и ночью проснуться во сне, чтобы перевести в своем Доме стрелку часов на день вперед. Когда-нибудь я забуду это сделать и время перестанет иметь для меня значение, но это не огорчает. Это делает меня смешливым.
Каждое утро я открываю глаза и вижу мир, в котором нет ничего из того, что я понял вчера.