[624x83]

[303x74]

Отдышавшись, Злата оглядела нового знакомого. Росточком он был невелик и походил на взъерошенный обрывок облака с огромными круглыми глазищами.
- Ты кто такой? - спросила Злата.
- Я-то - домовой тутошний, Коргоруша. А ты кто?
- Меня зовут Златой, - ответила девушка и вдруг спохватилась: - Ох, а бумага-то где?
- Какая бумага? Уж не та ли, что на полу валяется? - поинтересовался Коргоруша.
Злата осторожно выглянула из-за каминной решётки, и сердце её упало.
- Обронила. Всё кончено! Теперь Фартинг останется безнаказанным, и все мои труды напрасны, - сокрушалась она.
- Не бойся, мы эту бумажку старому скряге не отдадим, - пообещал ей Коргоруша и храбро побежал прямо к лежавшему на полу листку.
Злата чуть не вскрикнула, потому что в это самое время ростовщик заметил драгоценную записку и тоже направился к ней.
О том, что потом случилось, по городу долго ходили разные толки. Фартинг хотел поднять записку, но та сама собой сорвалась с места и медленно поплыла по комнате. Долетев до канделябра, листок завис над свечёй. Словно окаменев, ростовщик вытаращил глаза и молча взирал на
происходящее, лишь открывая рот, как рыба, выброшенная на берег. Когда бумага коснулась уголком пламени и запылала, он пришёл в себя и с криком: "Нечистая сила!" - бросился прочь из кабинета.
Кто-то считал, что эта история - чистейшая выдумка, и на самом деле ничего подобного случиться не могло, но так или иначе, а с того дня ростовщик вёл свои дела честно и даже занялся благотворительностью.
Между тем домовой по потайным лазам и простенкам привёл Злату в свои апартаменты. Коргоруша был хозяин домовитый и тащил в своё жилище всё, что плохо лежит. Чего тут только не было: и пуговицы, и лоскутки, и напёрстки, и даже ложечка от солонки.
Девушка и домовой долго потешались над испугом ростовщика.
- Только не пойму, как же Фартинг тебя не заметил? - недоумевала Злата.
- Ну уморила, - хватаясь за бока, прыснул со смеху Коргоруша. - Где это видано, чтобы человек домового углядел? Да я могу хоть камаринского перед его носом отплясывать, он и ухом не поведёт.
- Так я-то тебя вижу! Что же, я и не человек больше? - растерялась Злата.
Домовой пристально поглядел на неё и объяснил:
- Ты - другое дело. На тебе печать волшебства лежит. Однако соловья баснями не кормят, - спохватился Коргоруша и принялся собирать на стол.
Щедро выложив перед Златой всё, что у него имелось, он заварил чаю и разлив его по напёрсткам, служившим ему стаканами, стал потчевать гостью.
- Вдвоём мы славно заживём, - мечтательно произнёс домовой, отхлёбывая из блюдечка.
- Нет, мне

[624x83]

[303x74]

Злата не помнила, как добежала до города. Она ворвалась в таверну, где гномы обычно коротали вечера. Распахнув дверь, девушка застыла на пороге. Глаза её были тёмно- синими, словно омуты перед грозой, а лицо бледным, точно она только что повстречалась с призраком. Волосы разметались от быстрого бега и тяжёлой золотой лавой низвергались с плеч. Гномы молча уставились на Злату. В таверне воцарилась тишина. Девушка обвела сидевших гордым взглядом и холодно произнесла:
- Правда ли, что я - человек?
- Кто сказал тебе такую нелепицу? - спросил Многолет.
- Ведунья из Лисьей Норы.
- Так эта старая мошенница снова взялась за свои проделки! Никак не хочет жить мирно. Вечно суёт свой нос, куда не следует! - наперебой загалдели гномы. Когда все умолкли, Многолет сказал:
- Эта злая колдунья хочет посеять между нами раздор. Неужели ты
веришь ей, а не нам, твоим друзьям?
Слова старого гнома звучали так искренне, что Злата засомневалась
в правдивости предсказаний Ведуньи. Уже без прежнего пыла девушка
добавила:
- Почему я не такая, как все? Я хочу снять с головы обруч.
По комнате прошёл ропот.
- Это невозможно! - закачали головами гномы.
- Почему? - Злата упрямо топнула ногой. Её насторожило поведение гномов, и она решила дознаться правды.
За всех ответил Многолет:
- Ты - наша королева и рождена с короной. Этот обруч - часть тебя. Его нельзя снять, как нельзя снять голову.
- Разве такое возможно? - усомнилась девушка.
- Конечно. Посмотри на пчёл. Их королева тоже отличается от остальных. Разве мы не исполняем каждый твой каприз?
Злата на мгновение задумалась, а потом лукаво улыбнулась:
- Что ж, в таком случае, я хочу посмотреть алмазную штольню.
- Королева пчёл не летает по цветам, собирая нектар. А королева гномов не спускается в подземелья. У каждого своё предназначение. Ты должна дарить красоту и мир. И впредь не слушай злобных ведьм.
Дни шли. На первый взгляд, жизнь Златы не изменилась. Всё было как прежде, но нет-нет, а воспоминание о странной старухе бередило прекрасную златовласку.
Как-то раз красавица зашла в мастерскую гномов полюбоваться на их работу. На столе лежало несколько великолепных драгоценных камней. Тёмно-красный рубин походил на застывшую каплю гранатового сока; жемчуг отливал лунным светом, а лазурная бирюза синела, словно окаменевший кусочек морской волны.
- Они прекрасны! - восхищённо произнесла Злата и с облегчением улыбнулась. - Я не вижу в них иной ценности, кроме их безжизненной красоты.
- Вовсе не безжизненной. Они живые! - возразил девушке гном Золотник. У каждого камня свой характер и своя судьба. Вот, к примеру, бирюза. Она вобрала в себя лазурь неба и моря, но может поблекнуть и умереть, если попадёт в руки