Кто круче упругая 19-летняя девица или опытная 29-летняя женщина? Девятнадцать всегда рулят, уверена miss-tramell за редким исключением. Как стать этим исключением?
Подруженька заявила, что решительно не понимает мужиков, которые трахают малолеток. Я так и выпала в осадок.
- От тебя ли я это слышу, май френд? – спрашиваю, ухмыляясь.
- Не, ну а х..ли их е..ать? Ничего не умеют, бабок, в основной своей массе, не имеют, что сильно отражается на внешнем виде. Чуть ли не в застиранных трусах в койку прыгают.
- А помнишь, когда нам было по девятнадцать, один из друзей Эдика притащил на тусовку тридцатилетнюю владелицу салона свадебных платьев? Ты еще тогда сильно недоумевала: как можно пердолить такой антиквариат.
- Дура была, чо.
- Ты и сейчас дура, Светочка, и ничего не понимаешь в колбасных обрезках.
- Объясни.
И вот как я ей примерно все объяснила.
Абсолютно убеждена: если взять среднестатистические 19 и среднестатистические 29 (не говоря уж о 39 и дальше), то тыкать х..ем надо туда, где 19. И даже не просто тыкать х..ем, а влюбляться, тусить, путешествовать, знакомить с друзьями. Жениться, наконец. Потому что там, где 19, -- в разы меньше мозго..бства и лучше тургор кожи. А еще пробег -- относительно маленький. За десятку-то лет, в отсутствие важного х..я мужа, можно столько пересосать пробежать... А не пробежала – ну, и дура. Кому нужна твоя заветревшаяся целомудренность?
Что же получается? Девятнадцать всегда рулят? За редким исключением – да. И если хочешь с ними конкурировать на равных, придется этим исключением стать.
Все очень просто и очень жестко: чем ты старше, тем ты должна быть красивее и (никак не или!) тем выше должен быть твой статус. Одно без другого не канает.
Если есть статус, но нет внешности, е..ать, конечно же, будут, но с определенными целями. Вспомните маму-джан Молдажанову, которая до кризиса была настолько крута, что у многих сильных и красивых в ее присутствии зуб на зуб от волнения не попадал.
Думаете, ее не е..али? Еще как, и я даже знаю, кто. Но что при этом представляли... Уж, наверняка, не ее жопу коромыслом.
А если есть внешность, но нет статуса, на х..й ты, вообще, кому нужна? Лучше вы..бать твою дочку, которая, может, и не такая ослепительная красавица, какой была ты в молодости, но милашка без двух бывших мужей и дуры-начальницы в загашнике.
А вот если выбирать между Анжелиной Джоли или какой другой красивой публичной бабой и третьекурсницей Любкой с круглой жопой и длинными ногами, то выбор очевиден. И даже не надо Джоли. Тут и Жанна Фриске – за счастье, и Лера Кудрявцева – более чем.
Так что, бабоньки, наделенные внешностью, которой может помочь ботокс и HA, запомните: хотите конкурировать с юными п..здами -- становитесь звёздами! Ну, и жрите поменьше, разумеется.
[450x346]После ужина мы поднялись в мой гостиничный номер. Он по-свойски расположился в кресле и, окинув взглядом скромную обстановку казенного жилья, спросил: «Вам нравится этот номер? Я раньше часто останавливался здесь». Опять зазвонил его телефон. Это его жена. Я подсчитала: она звонит шестой раз за этот вечер. Через пять минут опять одолела звонками любовница. Жене он беззастенчиво врал в течение всего вечера. Любовницу отключал на первом же звуке телефонной трели.
– Они чувствуют вас на расстоянии, – задумчиво сказала я.
Он сморщился в самодовольной улыбке.
– Да уж, чувствуют.
Жена, наверное, ровесница ему, а любовница – возраста его дочери, подумала я. Позже оказалось, что не ошиблась. Вот уже два месяца мы с ним знаем друг друга. Я благодарна ему за все, что он сделал для меня. Но к чувству обычной благодарности почти с самого начала нашего знакомства добавилось что-то еще. Это «еще» не дает мне покоя. У меня пропал аппетит. Я со страхом ждала день своего отъезда. И даже сегодня, в вечер прощания, старательно избегаю смотреть ему прямо в глаза…
– Расскажи мне о себе.
Я понимаю, что его просьба – всего лишь желание хоть как-то замять неловкую паузу, возникшую после перехода из шумной залы в тишину номера.
– Нет. Лучше я расскажу вам о вас. Об этих ваших звонках… «Величайшая трагедия нашей жизни состоит не в том, что люди гибнут, а в том, что они перестают любить. Тот, кого вы любите, больше вас не любит – это очень большая беда, и помочь ей трудно. Но, увы, любовь зависит от определенной секреции половых желез. В огромном большинстве случаев последние не реагируют без конца на один и тот же объект, а с течением лет атрофируются. Мы изменчивые созданья, перемена – это воздух, которым мы дышим. Люди в этом вопросе проявляют большую степень лицемерия и не желают видеть правду. Они продолжают утверждать, что любят. И называют привязанность любовью…» Это из публицистики Сомерсета Моэма. Все справедливо, не так ли?
Я знаю, что говорить с мужчиной вот так, прямо в лоб, нельзя. Это их пугает. Но мне отчего-то хочется сказать ему что-нибудь дерзкое и язвительное. Он, наклонив голову, упрямо молчит. Я представляю, как завтра улечу. А он продолжит свой «осенний марафон». От этих мыслей накатывает глухая тоска.
Вот сейчас мы расстанемся. Наверное, навсегда. Я соберу свою волю в кулак и никогда не позвоню ему. Так уже бывало со мной. Что-то нужно сказать ему важное на прощание. Что? Наверное, рассказать, что я не полностью процитировала рассуждения Моэма о любви. Что есть еще любовь – милосердие, спасающая нас от трагической бессмысленности нашей жизни. Этой любви чужда преходящность. Впрочем, нет. Так говорить с современным мужчиной тоже нельзя. А может, действительно, рассказать ему о себе… Рассказать, что я уже пережила однажды?
Я была влюблена. Объект моей влюбленности окончил школу и попробовал поступить в театральное училище. Провалился. Уже в сентябре его забрали в армию. Перед тем как уйти, он легкомысленно сказал мне: «Письма писать не люблю и не буду. Хочешь – дождись!» Позже он пояснит, что это была такая форма проверки своих и моих чувств. Проверку я не выдержала. Вышла замуж в день его прихода из армии. Он прибежал в ЗАГС. И я не узнала его среди толпы желающих поздравить меня. Очки, все дело в них. Ну какая невеста наденет их в день своей свадьбы. Потом, видимо, вспомнив о моей близорукости, он попробовал подойти ко мне еще раз. Примчался в ресторан. Попросил курящих на крыльце гостей вызвать ему невесту на разговор. Невесту не вызвали, а его побили. Тогда он стал поджидать меня поздно вечером около родительской квартиры. Просто хотел взглянуть мне в глаза, расскажет позднее он. Но для первой брачной ночи молодоженам полагался номер в гостинице. Под утро, так и не дождавшись меня, он написал кровью на стене всего два слова, ставшие для меня роковыми. Мальчишка! Возвратившись из гостиницы, я увидела маму, отмывающую стену от крови.
– Какая свадьба без мордобоя, – смущаясь, сказала моя интеллигентная мама. И я почему-то поверила ей. Встретились мы с ним только через несколько лет. Случайно. Я приехала на лето к маме. Он не стал актером, а пошел в военные. У него заканчивался отпуск, ему надо было срочно возвращаться в часть. До его отлета оставалось несколько часов. И этих часов нам хватило, чтобы прийти к решению – больше никогда не расставаться. Через неделю он прислал телеграмму, что переехал
[430x573]Мои косички заплетала так туго, что глаза становились раскосыми. В ванной мочалкой все тело раздирала до красноты. Вначале я плакала, а потом привыкла. Однажды мама запихнула меня в зимний комбинезончик, который был мал: "Тебя надо держать в строгости, чтобы не разбаловалась.
Носи что есть и не хныкай!" Я пыхтела, кряхтела и еле могла ходить. Снять комбинезон не получалось. А я захотела в туалет. Пока возилась, вся обмочилась. Было тесно, больно, а потом вдруг стало приятно от неудобства. Комбинезон тер в интимном месте, и когда мама раздела меня, я впервые испытала оргазм. Слабенький, но очень приятный. Меня аж всю передернуло. Тогда мне было 11 лет.
С тех пор я не ныла под жестким контролем мамы, заставлявшей носить колготки с тугой резинкой, тесные кофты, юбки, брюки. Мне нравилось чувствовать себя как будто в жестком футляре. Случайно делая резкое движение в неудобной одежде, я мучилась не от боли, а от сладкого наслаждения!
В 17 лет я впервые испытала яркий оргазм на выпускном вечере. Мама мне сшила платье в обтяжку, которое застегивалось на спине во всю длину на пятьдесят пуговиц. Я еле втиснулась! Меня пригласил на танец одноклассник. Потом мы с ним тайком выпили вина и он меня затащил в кабинет химии. Всю обслюнявил, целуя, и попытался задрать платье. Да куда там, без сноровки не справиться. Он разозлился и рванул на себя подол. Ткань затрещала и врезалась мне в интимное местечко. Я громко вскрикнула и тут же кончила, а мой перепуганный кавалер сбежал.
Больше никогда не целовалась с мужчиной, тем более не пыталась вступить в половой контакт. Мне это не надо. Увлекаюсь шитьем костюмов для себя. Тугой воротник, застежки на спине, чтобы было трудно одеться и раздеться, узкие фасоны. Недавно купила корсет. Хожу постоянно в предоргазменном состоянии. Не успеваю трусики менять, постоянно мокрые. На работе почти теряю сознание от острых ощущений. Вечером мне на себя страшно смотреть. Вся отечная и красная. Но даже дома надеваю самосшитую смирительную рубашку.
Источник: Женский вопрос
[449x350]
Я вышла замуж 18 лет назад. Сегодня мне 42. За годы семейной жизни (двое детей, работа, не очень большая зарплата - у мужа побольше) я, конечно, превратилась в не очень красивую и ухоженную, полноватую даму, которой можно дать и все 50.
Столько, кстати, будет в этом году мужу. Он-то еще хорош собой: хорошо одет (в первую очередь покупаем вещи ему, так как ему надо хорошо на работе выглядеть), стрижется у хорошего мастера, ходит в бассейн по субботам и играет в теннис... Дети тоже ничего - 15-летнюю дочку одеваем «с иголочки» и водим на тот же теннис (с полной одежкой), 12-летний сын имеет все необходимое - хороший компьютер, секцию горных лыж с соответствующей экипировкой..
Как-то не хватало времени на себя. Сначала не было нужды: когда сидишь с детьми, одежда вроде бы и не нужна.
Потом вышла на работу - купила на распродажах пару приличных костюмов, один из которых ношу до сих пор (ему уже лет 8, но он еще ничего), потому что приличные вещи одеваю только на работу. В гости к друзьям - пара приличных платьев, естественно, недорогих. А в остальное время - джинсы и джинсовые рубашки, летом - футболки, туфли на каблуках не покупаю - непрактично.
Получается, что все 18 лет тратила на детей и на мужа, ущемляя себя. Их устраивало, все было нормально - в ресторан с мужем по работе не ходила, так как детей не с кем оставить, поэтому «вечерних» туалетов не заимела.
Гром грянул в нашей семье на прошлой неделе. Как уже сказала, мужу будет 50. Через месяц. Он решил отпраздновать с трудовым коллективом. В ресторане. И вот решил он проверить состояние меня и моего гардероба. Что тут было!!! Муж негодовал: и толстая я стала («надо ходить в спортклуб!»), и вещей приличных нет, да и не умею я их носить..
Мои оправдания не принимались, муж не хотел слышать, что я прожила жизнь только для семьи, что с любой премии перая покупка - ему обновка, потом дочке, сыну, себе-то и не оставалось никогда. Он стыдится меня уже заранее - я не смогу в ресторан надеть платье с «голой» спиной (и платье я такое носить не умею, и складочки на спине лишние), я уже 5 лет ношу «пучок» (а надо - волну волос по голой спие пустить)... В общем, поругались так, что не разговариваем уже 5 дней.
Объясните мне, вот что надо нашим мужчинам?
Как может быть так, чтобы утром - завтрак горячий, в обед - суп и второе для детей, вечером - ужин, каждый вечер разный, в воскресенье - пироги. Дети учатся хорошо (я как мама успеваю и задания домашние проверить, и отвезти на тренировки, и постирать, и погладить - в школу ходят аккуратные...) Как это может сочетаться с умением носить вечерние платья и выглядеть, как фотомодель из ТВ?
Я никогда в жизни не была у косметолога, никогда не делала массажи-обертывания, не стригусь и не крашусь - экономия! Но зато дома - чистота, гости всегда накормлены, дети ухоженные. Неужели этого мало? Почему «для выхода» мужчинам нужны топ-модели?
И таких женщин, как я, в стране большинство: мы отдаем себя семье, работаем и не думаем, как мы там выглядим со стороны. Но - сегодня в моде передачи «как надо одеваться», сегодня везде - глянец с красавицами в вечерних туалетах.
А нам-то куда деваться? Обычным «теткам», когда-то полюбившим наших мужей, родившим им детей, заботящимся о них 18 лет? Всё? Списываем, так как каноны красоты мы не выполняем?
Я смотрю на себя в зеркало - да, некрасивая. Да, толстая. Да, с неправильно положенным макияжем и плохой прической. Но ведь все это - результат жизни для них, родных. А дочка мне сказала - «тебе, мама, в ресторан на юбилей идти не надо, папу опозоришь». Выходит, лишь внешний вид сегодня - критерий успеха в жизни?
Не хочу. Не пойду в ресторан, детей отправлю. Буду стирать, гладить и убирать квартиру - делать то, что привыкла, что всех устраивало 18 лет.
А уйдет муж к молодой красавице - пусть. Это его выбор: уют и спокойствие в доме или длинные ноги, тонкая спина и внешний лоск.
Думаю, года через 3 перестану быть нужной и дочке. Еще лет 8 - и сыну стану не нужна. Посчитала - как раз 50. Наверное, надо официально разрешить «усыплять» таких, выполнивших свое предназначение в жизни женщин в 50 лет. И государству на пенсию тратиться не надо будет...
[359x400]Я достаточно молод и холост. Все мои отношения с противоположным полом разваливались из-за моей «несерьезности». Я не готов был менять свой уклад жизни, разменивать свободу на «стабильный быт» и все в таком духе. И вот я встретил ее – единственную и неповторимую. Ту, которая тронула до глубины души. Ту, ради которой, я был готов зайти действительно далеко. Ту, с которой, я бы хотел создать семью и стать «надеждой и опорой».И я остервенело начал «обустраивать» наши отношения. Выбил повышение на работе. Взял несколько дополнительных проектов. Разрулил ситуацию с жильем. Сделал ремонт.
Не высыпался жутко. Времени на все не хватало. Но ради нее я готов был к любым трудностям.
Увлекшись «бытовой» стороной отношений, я совсем перестал уделять внимание и дарить ласку любимой. Я убивал выходные на поездки по строительным рынкам, а в будние дни – «зашивался» на работе (ради денег, хороших денег, естественно). Мне казалось – что стоит потерпеть чуть-чуть и «тыл», который я создам, будет настолько надежным, что никогда не падет.
Но она не захотела ждать «чуть-чуть». Она же женщина. Ей нужны (и очень важны!) букеты из свежих цветов, романтические прогулки по летним пригородам (а не по строительным рынкам), искорки в глазах!
И вот в наших отношениях наступил системный кризис. Я получился в этой истории черствым, рациональным мужланом, который совершенно не умеет отдыхать, общаться и дарить тепло любимой. Эх, знала бы она, что мои «бывшие», считают совсем наоборот (и так оно и есть).
Не уверен, что я смогу объяснить ей, что я сознательно «душил» в себе романтические порывы, т.к. мой жизненный опыт подсказывал мне, что «обустроить быт» - важнее. Я был слишком дальнозорок и при этом близорук. Слеп. И потерял ее (хочется верить не навсегда).
Отсюда вывод, мужики. Дарите женщинам цветы. Дарите постоянно искренние, полные любви взгляды и теплые слова.
Не душите в себе романтические порывы, даже если знаете, что одной романтикой сыт не будешь. Ведь женщины (любые!!!) дут от нас в первую очередь этого.
Учитесь чувствовать и понимать друг друга, а не тупо следовать выбранной линии, исходя из своего опыта. Опыт не всегда полезен, а иногда может и подвести. Как в моем случае.
[300x] Посвящается С.Когда она называла его «сволочью», он неизменно вопрошал:
- Если я «сволочь», зачем ты со мной общаешься?
На что так же неизменно получал ответ:
- Ну, ты же лучшая из «них»!
А началось всё с шутки. Они с подругой, на одной из вечеринок в общежитии, сидели, курили в коридоре, когда мимо них «пролетел» в танцзал стройный черноволосый усатый парень в красной куртке и зелёных брюках.
- Интересный какой! – сказала она, провожая его взглядом.
- Да, многим нравится, - меланхолично заметила подруга, стряхивая пепел в стеклянную банку из-под майонеза.
- Глазки, что-ли, ему построить? – усмехнулась она.
- Мне он тоже нравится, - сказала подруга и, вдруг, предложила, - а давай его в «орлянку» разыграем на спичечном коробке. Эта сторона – ты будешь его «кадрить», другая – я!
- А, давай! – бесшабашно рассмеялась она.
Подруга подбросила коробок, он упал, и сомнительная удача оказалась на её стороне. Подруга слегка расстроилась, хотя это была всего лишь шутка.
Когда предмет «розыгрыша» возвращался обратно, подруга схватила его за руку и выпалила, смеясь:
- Мы тебя тут на коробке спичек разыграли, ты достался ей! Я ухожу, а вы знакомьтесь поближе.
Подруга соскочила со стола, на котором они сидели, и пошла ко всем остальным танцующим.
А он сел на её место, и они принялись болтать о всяких пустяках.
Вот так они и познакомились.
Роман развивался стремительно. Поток чувств нёс их, как горная река, на скалы. Виделись они, практически, каждый день, несмотря на то, что, помимо института, он ещё и подрабатывал в одном очень интересном заведении – кинотеатре. Если они не могли встретиться, то она звонила ему на работу, и они долго разговаривали ни о чём. Он интересовался, что она делает и как развлекается. Она шутливо жаловалась:
- Развлечёшься! Столько учёбы! Даже сплю с "олигофренопедагогикой"!
- Хорошее имя - "олигофренопедагогика"!
Вот на таком «пике» страстей и вынесло их на камни. Однажды она позвонила ему, а он сообщил, что им нужно расстаться, так как вернулась к нему его прежняя девушка, которую он очень любит.
Она только ответила: «Хорошо!»
И пошла бродить в тонких сапогах по мокрому снегу, первому в том ноябре. Она шла и шла, не видя, куда, и мысленно сочиняла стихи.
Казалось бы, на этом всё должно было и закончиться, но…
Какое-то время они не виделись, хотя она была в курсе его дел (сообщали подружки). У неё хватало приятелей, с которыми она приятно проводила время – кино, кафе, танцы… Попадались среди них и очень хорошие порядочные ребята, но они ей не нравились. Она подтрунивала над ними, и они быстро «вяли», не зная, как им вести себя с ней дальше. Были бы посволочнее и понаглее, может, что и вышло бы.
Он со своей «любовью» провстречался недолго и тоже отправился в «свободный полёт». Стерва-судьба свела их снова, но теперь уже отношения у них складывались более, чем странно. Каждый, в общем-то, резвился сам по себе, ушла та внешняя безумная привязанность друг к другу, которая связывала их раньше.
Он любил повторять: «Если я чувствую, что привыкаю, то тут же делаю шаг назад. Потому что привычка – вторая натура, и от привычки труднее избавиться, чем даже от любви».
Они мирились и опять ссорились вдребезги! Но и во время ссор могли что-нибудь отчебучить. Так, он мог придти в комнату, где она сидела с друзьями, взять её за руку и сказать:
- Я пришёл за тобой! Пошли!
И уводил её из компании. Причём не на свидание, а под опеку подруг.
Или она могла заявиться к нему утром, когда он спал, и не один. Сесть на кровать и погладить его по щеке. Он подкладывал её ладонь себе под щёку и блаженно улыбался. Оба совершенно не обращали внимания на изумлённо огорчённую любовницу.
Короче, это всё было, конечно, ненормально!
Они могли не видеться по полгода, потом она ему звонила, и он огорошивал её вопросом – «Куда ты пропала?»
Её любимая подруга ненавидела его, хотя никогда не видела в глаза. И всё пыталась её образумить, говоря, что он – «сволочь, гад и дурак»! Но маниакальная зависимость не отпускала.
Наконец, она просто вышла замуж, назло ему (скорее себе, как оказалось впоследствии). Несколько месяцев спустя, женился и он. Говорили «по расчёту» на девушке из очень обеспеченной семьи.
Они опять долго не виделись, но в тот день, когда девчонки в комнате отмечали окончание института, она ему позвонила и пригласила приехать. Как ни странно, он согласился. Впервые за всё время их знакомства он приехал к ней в общежитие, где подружки смогли его, наконец, увидеть и убедиться, что он – не миф больного воображения.
Они немного посидели со всеми, а потом пошли гулять. Погода была по-летнему тёплой, и они гуляли чуть ли не утра в окрестностях ВДНХ. И опять говорили ни о чём, просто прощались друг с
[показать]Помню, как когда-то, давным-давно, собравшись на сдвинутых койках в пионерском лагере, мы, девчонки, покрываясь от волнения мурашками, шептались о самом тревожном и непонятном, что ждало нас в жизни…Мы говорили о сексе. Правда, тогда, кажется, мы и слова-то такого не знали. Однако это не мешало нам задавать друг другу вопросы: "А на каком свидании можно уже за руки держаться?", "А если он лифчик расстегнет, что делать?", "А с женихом можно целоваться с языком или нет?". Ну самым ужасным шепотом озвучивался вопрос: "А ты трусики перед мужем снимать будешь?" И нашлась, нашлась-таки у нас в отряде одна девочка (из восемнадцати), которая уверенно сказала: "Конечно!" За такой ответ ее чуть было не подвергли гонениям - уж слишком неприлично он прозвучал для наших наивных пионерских ушек. Уже и не помню, что это была за девочка, не знаю, как сложилась ее взрослая жизнь, но то ощущение ужаса и восхищения ее смелостью запало мне в душу навсегда. Сейчас, уже имея некоторый опыт супружеской жизни и 11-летнюю дочь в придачу, я в глубине души остаюсь все той же наивной пионеркой, которая до смерти боится ответить самой себе на вопрос: снимать ли трусики перед мужем. Знаю, что многим это смешно читать, но только не таким как я, и не их мужьям.
Вот, к примеру, одну мою подругу перед родами мыл, брил и клизмил супруг. Другая (кстати, совсем не газель) совершенно спокойно разгуливает по дому обнаженной (естественно, в отсутствии детей). А я… Я не пускаю мужа в ванную, когда принимаю душ, никогда не ходжу перед ним голой, не занимаюсь любовью при свете. Я не разрешаю себя обнимать, если сижу в такой позе, которая подчеркивает лишние складочки на животе. Не люблю ездить с мужем на море - стесняюсь надевать при нем открытый купальник. Он очень обижается. А я ничего не могу с собой поделать. Что уж говорить о том, чтобы станцевать перед супругом стриптиз… Это совсем не обо мне.
Но особенно обидно мужу становится, когда он замечает, что взгляды и прикосновения чужих мужчин меня совершенно не смущают. И это правда: мне ничего не стоит переодеть порванные колготки, зайдя за чисто символическое деревце. Я не пугаюсь, и не визжу, если в летний душ заглядывает незнакомый отдыхающий, а я в это время брею ноги. Честно говоря, вообще могу купаться без купальника. Однако и без мужа. Кстати, танцы (в том числе и достаточно откровенные) в его отсутствии меня тоже не смущают.
Но и это еще не все. Еще один камень преткновения - секс. Начитавшись о трепетном отношении мужчин к своей потенции и к своему "второму Я", просто не могу подобрать слов, чтобы сказать супругу о своих интимных предпочтениях. Все журнальные советы о том, что нужно разговаривать друг с другом, - не для меня: я не могу выдавить из себя ни слова. Впрочем, что ж тут удивительного, если меня до сих пор волнует вопрос, можно ли снимать перед мужем трусики.
Как выяснилось, не для меня и рекомендации по поводу "прозрачно намекающих" телодвижений, нежных направляющих поглаживаниях, недвусмысленных своевременных стонов. Я и звуки издаю вовремя, и бедрами кручу так, что с ритма сбиться невозможно, да я чуть ли не держу его руку на самом нужном месте - НЕ ПОНИМАЕТ! Ритм меняет, руку передвигает, рот зажимает поцелуем. Ну что тут сделаешь? И ведь так старается, что жалко человека разочаровывать. Поэтому и притворяешься, что все было чудесно - лучше не бывает. Получается замкнутый круг: я имитирую оргазм, а муж считает себя настоящим Казановой…
И еще одно: слышала, что есть женщины, которые любят оральный секс. В смысле - минет. Говорят, что их это заводит так, что только держись. Таких дам обычно в порнофильмах показывают. Честно - не верится. Хотя, с другой стороны, работа у них такая, рот - рабочий инструмент. Но моя техника пока страшно далека от совершенства.
- Во-первых, начинают болеть губы, в которые завернуты зубы - я же не могу поранить самое дорогое, что у нас в семье есть.
- Во-вторых, потом начинают болеть мышцы горла - оно сильно хочет покашлять, но вынуждено сдерживаться.
- В-третьих, вкус… Я уже знаю, что он зависит от того, что ел мужчина до того. Но чем бы его не кормили (я пробовала разные варианты) - вкус невкусный!
- В-четвертых, глотать - не получается. Ей Богу, раствор марганцовки и то лучше идет. Может, у меня непереносимость белка? В-пятых, не глотать - это значит куда-то выплевывать. А муж обижается - что ж это я так неуважительно с самым дорогим?! И вот к чему я все это веду: если мне минет так не в кайф, может, и супругу куннилингус совсем не по вкусу. Может, на
[показать]
Вот сейчас он ляжет рядом, положит руку на мой живот, начнет опускаться ниже, ниже… Господи, как все предсказуемо! Каждый день одно и то же!
Правда, иногда его пробивает, и он бросается прямо без прелюдий. Две-три минуты, и готово. Заваливается на спину, удовлетворенно мурлычет. А я…
Когда же его заинтересует этот праздный и совершенно не уместный в эту минуту вопрос: «А как же я? Почувствовала ли я что-то в этой торопливой, скомканной, заезженной до тошнотворного лоска нашей близости, больше похожей на просмотр рекламы, чем на романтическое свидание?»
Одни и те же слова, движения, повороты, один и тот же ритм и стиль. И полное отсутствие оргазма. Потом он уснет, а я буду долго ворочаться в постели, пытаясь не думать о плохом. Попробую сама себя потрогать там… и сям… Задышу учащенно, зажмурюсь и представлю что-нибудь из последнего голливудского фильма с красивыми постельными сценами и с горечью разделю сама с собой свой искусственный и законный оргазм. И всеми силами буду стараться подавить в своем мозгу предательский вопрос: «Зачем мне муж, если все, что необходимо моему организму, я могу получить с помощью своих рук и богатого воображения?»
Иногда я уступаю ему только потому, что боюсь. Боюсь, а вдруг он найдет кого-то, кто никогда не будет ему отказывать, и уйдет. И потом, это ведь принято, чтобы между мужем и женой был секс. Иначе, зачем тогда выходить замуж. Это обязанность…
Так вот в чем дело, меня смущает слово обязанность. Долженствование…
Я должна хотеть, должна быть готова всегда ответить ему согласием, должна испытывать оргазм. Должна, должна, должна…
Столько статей на эту тему, столько информации о том, как, где, с кем, сколько раз, в каком положении. Вагинальный секс, оральный, анальный, групповой, фистинг, петтинг, доггинг. Эротика, порнография, сексуальные игрушки – голова идет кругом. Не слишком ли сурово стоит вопрос?
По большому счету никто никому ничего не должен, кроме самого себя.
А что же я сама для себя хочу?
Однажды заставляю себя об этом подумать, серьезно и основательно. И прихожу к выводу, что нет на свете тяжелее вопроса, чем этот.
Чего бы мне хотелось? Да не знаю я толком, чего. Все так туманно. Любить и быть любимой. Откликаться на его прикосновение, хотеть прикоснуться к нему самой. Чувствовать близость и теплоту, тягу, которую невозможно создать искусственно или заставить появиться. Которая или есть, или её нет…
И все как будто у нас хорошо, он любит меня, я люблю его, и подарки друг другу дарим, и ласковые слова говорим, и о сексе тоже говорим, даже больше, чем положено. Иногда это даже заводит, а как доходит до дела, как-то все улетучивается. Может быть, я слишком много об этом думаю?
Мне вновь становится страшно. А вдруг все прошло, вдруг нет больше любви, а я просто уговариваю себя, что все в порядке. Что тогда? Начинать все сначала, снова быть одной, ждать, искать, надеяться, верить… И все по новому кругу. Неизвестно, чем закончится новый виток, не факт, что он окажется более удачным.
Но, что же, черт возьми, делать, если мне, действительно, совершенно не хочется больше секса с мужем, которого я, между прочим, люблю всей душой?
Я начинаю шарить по женским форумам, в надежде найти ответ на важный вопрос, который ставит под угрозу все, чего я достигла в личной жизни. И с ужасом и удовлетворением понимаю, что эта проблема волнует не только меня. Что эти мучительные вопросы задают себе тысячи женщин на всей планете. И как же они выходят из положения?
Читать полностью ...
[показать] Об этом состязании красоток Аня узнала из Интернета. Всего-то и требовалось - выставить свои фото на сайте конкурса, а финалисток уже выберут зрители по SMS. Муж тоже одобрил идею, и очень скоро из 600 номинанток со всего СНГ в десятку лидеров попала и украинка. Финал конкурса прошел в Киеве, где жюри безоговорочно присудило сексапильной днепропетровчанке титул «Мисс эротика». Мы разыскали Аню, чтобы узнать, изменилась ли ее жизнь после конкурса.
Формы передались по наследству
Мы договорились встретиться на пляже, чтобы воочию убедиться в размерах ее генетического достояния. Из летних кафешек тут же вывалил весь персонал мужского пола. Парни откровенно присвистывали и бросали вдогонку «ого!» или «да это силикон!». А загоравшие женщины буквально сверлили глазами хрупкую девушку (у Ани осиная талия - всего 60 см).
- Да я уже привыкла к такому, - махнула рукой девушка. - Думаю, дело тут в нашем менталитете. Кто-то тычет пальцем, другие восхищаются. Могут запросто сказануть пошлость прямо в лицо. Самое печальное, что даже пожилые позволяют себе подобные замечания...
Напишите, пожалуйста, 2-3 предложения о себе и/или создаваемом блоге.
