(из серии "Как это было на самом деле")

[400x] Геракл добывает пояс Ипполиты Николаус Кнюпфер. [показать] — Ох ты ж... Ох ты... — игриво пыхтела Ипполита, переступая с ноги на ногу. При каждом рывке Геракла необъятная туша царицы колыхалась, но от земли не отрывалась. Движения героя становились всё медленнее, площадка, на которой боролись предводители, уже была мокрой от пота, катившегося с Геракла. Наконец герой поскользнулся и со всего размаху шлёпнулся на каменные плиты. Ипполита вразвалочку подошла к Гераклу и приподняла его за хитон. — Ничо так мужчинка, — одобрительно кивнула она, повернувшись к амазонкам. — Девочки, представляете — он меня чуть с места не сдвинул! Амазонки шумно засвистели и захлопали ладонями по кожаным доспехам. Греки уважительно перешёптывались и качали головами. — Слушайте все! Он меня победил! — объявила Ипполита и добавила угрожающе: — А если кто не согласен, я тому башку оторву! Оба войска невольно подались назад. Царица обвела воинов грозным взглядом, но предполагаемых смутьянов так и не обнаружила. Повернувшись к Гераклу, она улыбнулась и хлопнула в ладоши. — Ширму мне!

От возмущения я прямо весь бледнею.
В то время как весь трудовой народ…
А вот отдельно взятые евреи
Справляют раньше прочих Новый год!

Когда мне некогда на службе выпить чаю…
И Президент, и вся моя страна…
Отдельно взятые евреи отмечают!
У них с чего-то вдруг Рош а-Шана!

Мы трудимся, а эти отдыхают…
А жизнь и так не слишком-то легка!
Отдельно взятые евреи! Поздравляю!
Лехайм! Шана това у-метука! 

i_manmarcus

[показать]

(из серии "Как это было на самом деле")

[показать] [300x] Ещё один?! Да сколько можно! Поубиваю летавиц. Жалостливые нашлись, т-твою душу... Корзинка на крыльце заходится плачем. Через сплетенные прутья крышки видно, как внутри шевелится что-то розовое и белое. Вот делать мне, старухе, нечего, только о человеческих щенятах заботиться. Дура я всё-таки. Нельзя феям быть добрыми, это нарушение законов природы. Снег тает весной, волки едят зайцев, все феи — равнодушные эгоистки. И вообще я тут проездом. Длительным, но проездом. Тише, свёрток, не надо пищать. Сейчас тебя равнодушная эгоистка куда-нибудь пристроит, не впервой. Только доужинаю, не могу же я натощак колдовать, потом изжога страшная... Не хочешь сока? Смотрит он... Или ты — "она"? Нет, по-моему, всё-таки он. Хм, действительно, ярко выраженный "он". И на мордашку приятный. Но всё равно, насколько проще с котятами: "А вот кому крысолова, к песочку приучен, отдам в хорошие руки..." — и всё, в очередь выстраиваются хорошие руки. А ты явно к песочку не приучен, так ведь? И крыс не ловишь. И лишний твой рот никому не нужен. Сколько тебе — пару месяцев? Или больше? Давай я вот так тебя успокою, поспи немножко, во-от, совсем другое дело. И нечего хныкать, не верю, у тебя сон сейчас светлый и радостный, я его как раз для таких случаев сочиняла. Пришлось. Куда ж тебя приткнуть-то?

"Все-таки странно, насколько наш разум и чувства подчинены органам пищеварения. Нельзя ни работать, ни думать без разрешения желудка. Желудок определяет наши ощущения, наши настроения, наши страсти. После яичницы с беконом он велит: «Работай!» После бифштекса и портера он говорит: «Спи!» После чашки чая (две ложки чая на чашку, настаивать не больше трех минут) он приказывает мозгу: «А ну-ка воспрянь и покажи, на что ты способен. Будь красноречив, и глубок, и тонок; загляни проникновенным взором в тайны природы; простри свои белоснежные крыла - трепещущую мечту и богоравный дух - и воспари над суетным миром и направь свой полет сквозь сияющие россыпи звезд к вратам вечности!"

Джером К. Джером (английский беллетрист, юморист), «Трое в лодке»

[показать]

Georges Croegaert  Чаепитие (Teatime)

  и еще немного о чае

(из серии "Как это было на самом деле")

— Не садись на пенёк! — донеслось из вечернего сумрака.
Медведь повертел головой, недоумённо пожал плечами и опять занёс толстую задницу над широким тёмным столбиком.
— Я тебе говорю, не садись на пенёк! — истерически пискнул тот же голос.
Медведь чуть наклонил голову, прислушиваясь, потом раздражённо плюнул и сел. Раздался громкий треск, что-то чавкнуло, и медведь испуганно вскочил. Из дыры между корнями протиснулась наружу маленькая мышка, вся покрытая липким зелёным месивом.
— Что, скотина толстомясая, доволен? — заорала она, громко всхлипывая. — Лягушка, подруженька, — начала она причитать, повернувшись к груде деревянных обломков, — зачем мы с тобой дежурствами поменялись?! Уж лучше б меня этот брюхан раздавил!
Медведь тупо глядел на убитую горем мышку.
— Пирожка хочешь? — наконец предложил он.
— Да подавись своим пирожком! — истерично пропищала мышка, незаметно покосившись на золотистую корочку, примятую медвежьими когтями. — Вы только посмотрите на него, звери! За кулебяку из лучших друзей он мне предлагает комок вонючей капусты!
— Ой, ну возьми всю корзину! — заревел медведь, прикрывая уши. — Только не вопи так истошно, я же совсем оглохну!
Он поспешно сбросил с плеча ремень, привязанный к корзине, опустился на все четыре лапы и дал дёру в лес.
Мышка проводила его негодующим взглядом, вздохнула, подцепила с плеча немного зелёной кашицы и облизала лапку.
— Хорошие огурчики, — удовлетворённо отметила она, дожевав. — Кстати, можете вылезать. Пирожки пока не трогать, в запас пойдут.
Из кустов, травы и даже придорожной канавы показались любопытные морды мышкиных соседей. Звери расселись кружком и почтительно вытаращились на предводительницу.
— Где лиса? До сих пор не вернулась? Совсем мышей... э-э... совсем обнаглела, лишний раз ногами поработать ленится, — привычно заворчала мышка. — Ладно, у кого ещё какие идеи, как на хлеб заработать?
Все дружно уставились в землю. Впрочем, командирша на ответ явно не надеялась.
— Надо в деревню сходить, вдруг работа приспеет, — размышляла мышка вслух, лузгая семечки. — Знаю я этих бестолочей деревенских: без меня даже огород убрать не смогут, всё им организуй, ещё и сама лапу приложи, чтобы дело пошло... А ведь потом меня, поди, и не вспомнят, когда байки вечерами травить будут. Кому серая мелочь интересна? Вот медведь — это да, что хочешь с ним делай: хочешь — сказку сложи, хочешь — мяса нажарь, хочешь — вообще шкуру на стену повесь и любуйся... Хотя, может, это и к лучшему, что не замечают?
Из кустов выскользнула лисица, подбежала к мышке и что-то зашептала ей на ухо. Заяц навострил длинные уши, но и они улавливали лишь обрывки разговора:
— ...у пёстрой курицы... ...тяжёлое, жёлтое и блестящее... ...согласны заменить на обычное... ...десять процентов... ...зажралась... ...сама бегай... ...шесть, не больше... ...восемь... ...ладно...
Явно довольная результатом лиса протянула мышке лапу, та согласным жестом припечатала её сверху.
— А теперь вперёд, за рыбой! — скомандовала мышка. — Ворона уже каркает, что мужик удочки собирает. Всё помнишь, не перепутаешь?
Лисица презрительно фыркнула и исчезла в зарослях.
— Эй, а ну-ка, по местам! — зарычала мышка. — Вон дымок над рощей клубится, наверняка Емеля с мельницы едет. Серый, тащи свеколки, да поспелее, чтобы в кровавую кашу размазалась! Будем зайца хоронить. Меньше чем на мешок муки не соглашусь — зима в этом году обещает быть холодной...

 Олег Пелипейченко (pelipejchenko)
 

[показать]

А.Хохорь - "Клёны"

Стихи:Ундина 

Raymond Leech

[показать]

[показать]

[показать]

"Наконец я перебрался через это болото, взобрался на маленький пригорок
и теперь мог хорошо рассмотреть хату. Это даже была не хата, а именно
сказочная избушка на курьих ножках. Она не касалась полом земли, а была
построена на сваях, вероятно, ввиду половодья, затопляющего весною весь
Ириновский лес. Но одна сторона ее от времени осела, и это придавало
избушке хромой и печальный вид. В окнах недоставало нескольких стекол; их
заменили какие-то грязные ветошки, выпиравшиеся горбом наружу.
Я нажал на клямку и отворил дверь. В хате было очень темно, а у меня,
после того как я долго глядел на снег, ходили перед глазами фиолетовые
круги; поэтому я долго не мог разобрать, есть ли кто-нибудь в хате."

А.Куприн "ОЛЕСЯ"

[показать]

Клевер Юлий Юлиевич  

Просмотреть изображение в реальном размере
 

Четыре картины сами собой сложились воедино баловство всё это :))

Здравствуйте, милый папенька!
Кланяются Вам дочери Агнета и Катарина.
Письмо это Вы получите, вероятно, не раньше 15-го октября, а потому прежде мы поздравляем Вас с днем Ангела и желаем Вам всего хорошего, в особенности здоровья. Простите, что так долго не писали. Собирались, но вспомнили о именинах, и отложили все до этого дня. Теперь исполняем данное обещание, пишем письмо, по Вашему желанию, со всеми подробностями, какие только можем припомнить. Просим, прочтите сначала только поздравление, а все остальное можно прочесть и после, когда будет свободное время.


Max Hammerl «Letter to Father» 1883

Спасибо Вам за всяких птиц, дрозда, витютеней. Они нас радуют. Да, папенька, а юбка и туфли за подарок не считаются. Матушка благодарит за огурцы, мускатные груши и за розового алтея, которого теперь уж довольно. На прошлой неделе к соседям приехал мальчик. Он такой! Такой…, что до прошлой недели все наши дни жизни не засчитываются.
Отпишите, как поживают утки, куры, гуси, и с ними наш любимый ослик?

Поклонитесь всем добрым приятелям и будьте здоровы и веселы.
Целуем Ваши ручки, и просим Вашего родительского благословения.
Агнета, Катарина и матушка.

В книге Бытия немало примеров наказания тех, кто ослушался воли Господа. В то же время нельзя сказать, чтобы этим путем был достигнут серьезный воспитательный эффект.

Сирил Норткот Паркинсон (1909–1993), английский публицист