Ко мне в Нью-Йорк приехал в гости из Израиля брат со своей семьей. Мама решила показать детям, как празднуют Christmas (Рождество) в Америке. У нас уже сложилась традиция посещать центр города и разглядывать витрины, которые в эти дни представляют собой сказочную зимнюю страну, где живут
двигающиеся, как живые, фигурки рождественских героев. Брата, раввина, беспокоило, какой будет реакция его пятилетнего сынишки на рождественскую перегрузку. Он попытался объяснить ребенку, что мы, евреи, не празднуем Christmas.
- Это превосходный праздник, - говорил он, - но не еврейский. Христианский религиозный праздник. У нас, евреев, нет праздника Christmas, у нас есть праздник Ханука, который отмечается примерно в то же время. Брат представлял себе, что ребенок может трогать елки и фонарики в торговом центре, тревожила его мысль и о Санта-Клаусе.
- Все дети в магазине ждут толстого мужчину в красном костюме, - предвидел он. - Они будут забираться на него, говорить ему о своих пожеланиях, подарках, которые хотели бы получить, фотографироваться с ним. Санта-Клаус как бы сказочный персонаж, но он - рождественский персонаж. Мы можем наблюдать за ним, но не должны принимать от него подарков.
- Где же он все-таки живет? В магазине или в книжке? – интересовался мальчик.
- Он перемещается по кругу, - последовал ответ.
Брат не учел того, что у нас обоих, у меня и у него, сохранились фотографии, где мы, когда были детьми, запечатлены вместе с Санта Клаусом. Задолго до того как стать раввином, он в детском саду даже участвовал в пышном рождественском представлении.
Итак, моего маленького племянника отлично “подковали”. Отправляясь в центральные магазины, он твердо знал, что Санта-Клаус не для него. Естественно, дети там стояли в длинной очереди, чтобы посидеть на коленях у Санта Клауса. Наш мальчик, и не помышляя становиться в эту очередь, не мог противиться желанию хотя бы понаблюдать за происходящим.
Словно скользя, он делал шаг за шагом и незаметно для себя приближался к другим детям, не имея, однако, намерения присоединиться к ним. Но Санта-Клаус обратил внимание на одинокого ребенка, движущегося по
течению в магазине. Возможно, он заметил желание в его глазах и, не исключено, разглядел кипу на его головке. Скоро он помахал ему рукой и спросил:
- Почему ты не в очереди, малыш? Тебе не хочется посидеть на коленях у Санта-Клауса?
- Мы - евреи, - пояснил мальчик.
- Я вижу.
Племянник подошел ближе и продолжил:
- Мы не празднуем Christmas. У нас Ханука. Это не то же самое, но примерно в то же время.
- Откуда ты? - спросил Санта-Клаус.
- Из Израиля.
Тут Санта-Клаус заговорил на иврите. Выяснилось, что он недавно вернулся из Иерусалима, где два года учился в иешиве. Конечно, учителя молодого человека не были бы в восторге от его костюма и занятия, но он очень
нуждался в деньгах, а это была единственная работа, которую ему, толстяку, удалось получить. И к тому же, веселая.
Не знаю, что подумали другие дети о мальчике, который по приглашению самого Санта-Клауса нарушил очередь и на непонятном языке минут пятнадцать разговаривал с ним. Сам он по дороге домой был крайне возбужден и торопился встретиться с отцом.
С порога он закричал:
- Папа! Папа! Ты можешь больше не волноваться! Санта-Клаус - еврей!!!
|
|||||||
Музыка: Andrea Bocelli Pieta signore
Самые жадные ростовщики воздвигают самые красивые и роскошные часовни в надежде умилостивить Бога десятью тысячами дукатов, истраченных на постройку этих зданий, и расплатиться с ним за те сто тысяч, которые они награбили. Как будто Господь не умеет считать!
Маргарита Наваррская (1492–1549), королева Наварры,
[показать]
Анатолий Куршин
|
Этому дому, наверно, двести лет. Он стоит, маленький, совсем ветхий, и
как-то неловко чувствует себя среди прекрасных домов нового времени.
Трудно понять, каким чудом он сохранился. Его грудь не украшают
мемориальные доски, его стены не подкрепляет авторитет великих людей,
которые жили в нем или хотя бы останавливались проездом.
Но все-таки он не зря простоял столько лет, все-таки и в нем жили люди.
Может, они тоже были великими, только никто этого не заметил?
Феликс Кривин
Рыбакова Ирина. Листопад
Палач тяжело дышал.
– Сил моих нету! Прямо детский сад, а не серьезное заведение!
– Чтобы рубить головы, надо свою сохранить на плечах, – мягко улыбнулся царь Ирод.
– Трудно с ними, – всхлипнул палач. – Сущие ведь младенцы!
– Младенцы? – Ирод встал из-за стола. – Младенцы? – Ирод вышел на середину кабинета. – Запомни, палач: если думать о будущем, младенцы – это самый опасный возраст. Сегодня младенец, а завтра Иисус Христос!
Феликс Кривин
Джотто ди Бондоне Избиение младенцев
|
| |||||||
|
|
|||||||
| |||||||
|
Стихи Максим Нестеренко
|
| |||||||
|
|
Николай Оцуп (1894, Царское Село – 1958, Париж)
«Человек, случайно не убитый…» Поэт-эгоцентрик так мог написать только о себе. Если бы всё, что хотел сказать Николай Оцуп, ограничивалось одной этой строкой, вряд ли бы я процитировал ее. Строка явно бьет на жалость, создает жертвенный ореол вокруг автора. Но уже следующая строка укрупняет сказанное до всечеловечности:
…Человек, случайно не убитый,
То есть каждый современник наш…
И это точнейшее определение для человека XX века.
У меня даже дух перехватило, настолько просто и страшно это было выговорено между 39-м и 45-м, в промежутке истории, похожем на черный адский провал, набитый трупами, а вот почти никем не услышано.
Подумать обо всех, думая о себе, не каждому дано. Но и услышать дано не каждому. Как странно,
|
Грязную тучу тошнило над городом.
Шмыгали ноги. Чмокали шины.
Шоферы ругались, переезжая прохожих.
М.Волошин
И.Медведев. Метель
Картинка утащена из Кладовки http://levkonoe.livejournal.com/6312807.html
Помните блатное выражение 70 годов «попал на химию»? Так говорили о зэках, сосланных на народные стройки. Так вот, домашний женский труд порою хочется назвать расхожей фразой «бытовая химия».
А.В. Иванов