[показать]

Наталья Егорова

Подует ветер - и все больше листьев,
Срываясь, улетает от ствола.
Проходят годы - и все меньше близких
Друзей сидит у моего стола.
Как ветры годы... И не жди пощады
От их хлопот: тревожное родство!..
Иные имена остаться б рады,
Да опадают с сердца моего.
Иные - сорок заморозков встретят,
Но, и замерзнув, не слетят с ветвей.

Как ни терзает ветер, как ни треплет -
Они к березе приросли своей...
Чем больше лет, чем больше лет проходит
Тем меньше за столом сидит друзей...
Быть может, солнце места не находит,
Скудея, смотрит в сторону зимы?
Или умнее делаемся мы,
Чем больше лет проходит?

Мустай Карим
Перевод Е. Николаевской

[показать]

СЧАСТЬЕ

Разговор о счастье в бараке ночью.
Первая шепотом, чтоб соседей не разбудить:
- Счастье - это дорога. Идём и хохочем.
С птицами песни поём, какие захочем.
И за нами никто не следит. -
Потом заскрипели нары; заговорила другая:
- Глядите, вот руки, как их от стужи свело!
Будь прокляты эти дороги, от них я седая!
Будь прокляты эти дороги... Зато хорошо я знаю,
Зато хорошо я знаю, что счастье - это тепло.
Тепло от печки, которая топится в доме,
Тепло от ребенка, хотя бы родить на соломе.
Тепло от налитого силой мужского плеча.
И если на этом плече я выплачусь до рассвета,
То, может, поверю: песня ещё не спета.
Может, поверю: жизнь можно снова начать. -
А третья сказала: - К чему так долго судачить?
Собака зализывать раны в овраг залезает глухой.
А я уже так устала, что не смеюсь и не плачу.
А я уже так устала, что кажется мне по-собачьи,
Что счастье - это овраг, заросший густой травой.
Овраг, где хотя бы минуту можно побыть одной.

[показать]
 

Надеждина Надежда Августиновна (1905-1992)

Поэтесса, прозаик, узница ГУЛАГа. Латышка по отцу, русская по матери. (Надеждина - по второму мужу.) Как поэтесса выступила в 20-е годы. Вышла замуж за поэта Николая Дементьева, с которым вместе училась в Литературно-художественном институте имени Брюсова, а затем в Первом МГУ. После замужества оставила поэзию и перешла на прозу, решив, по собственным словам, что "нельзя писать двоим стихи в одной маленькой комнате". Как многие студенты-комсомольцы двадцатых годов, бредившая мировой революцией, поддерживала левую оппозицию Троцкого и Зиновьева. Ей припомнили это 23 года спустя, в 1950 году, когда она была арестована как "троцкистка", и на шесть лет оказалась в мордовских лагерях (Потьма). Там она вернулась к поэзии, тайно создав цикл "Стихи без бумаги", опубликованный только в 1990 году в антологии поэтов-узников ГУЛАГа "Средь других имен" (М., Московский рабочий, 1990). Широко известны четыре строчки из этого цикла, только автора никто не знает:

Кто-то клочок раздобыл, принёс,
И сразу в бараке волненье:
То ли стукач пишет донос.
То ли дурак – прошенье.

Александр Городницкий

У евреев сегодня праздник.
Мы пришли к синагоге с Колькой.
Нешто мало их били разве,
А гляди-ка - осталось сколько!
Русской водкой жиды согрелись,
И, пихая друг друга боком,
Заплясали евреи фрейлехс
Под косые взгляды из окон.

Ты проверь, старшина, наряды,
Если что - поднимай тревогу.
И чему они, гады, рады? -
Всех ведь выведем понемногу.
Видно, мало костям их прелось
По сырым и далеким ямам.
Пусть покуда попляшут фрейлехс -
Им плясать еще, окаянным!

[показать]

Выгибая худые выи,
В середине московских сует,
Поразвесив носы кривые,
Молодые жиды танцуют.
Им встречать по баракам зрелость
Да по кладбищам - новоселье,
А евреи танцуют фрейлехс,
Что по-русски значит - веселье.

А беглянка добрым людям,
Прохожим
Ворожит.
Все, что было, все, что будет,
Расскажет, как может:

Что же с ней, беднягой, было?
Что же с ней, цыганкой, будет?

Все, что было - позабыла,
Все, что будет - позабудет.

Новелла Матвеева

И.Шварцу

Музыкант играл на скрипке - я в глаза ему
глядел.
Я не то чтоб любопытствовал - я по небу летел.
Я не то чтобы от скуки - я надеялся понять,
как способны эти руки эти звуки извлекать
из какой-то деревяшки, из каких-то бледных
жил,
из какой-то там фантазии, которой он служил?

Да еще ведь надо пальцы знать,
к чему прижать когда,
чтоб во тьме не затерялась гордых звуков
череда.
Да еще ведь надо в душу к нам проникнуть
и поджечь...
А чего с ней церемониться? Чего ее беречь?

Счастлив дом,
где голос скрипки наставляет нас на путь
и вселяет в нас надежды...
Остальное как-нибудь.
Счастлив инструмент, прижатый к угловатому
плечу,
по чьему благословению я по небу лечу.

Счастлив он, чей путь недолог,
пальцы злы, смычок остер,
музыкант, соорудивший из души моей костер.
А душа, уж это точно, ежели обожжена,
справедливей, милосерднее и праведней она.

Б.Окуджава

[800x]

	
	стремительно и остро
танцует танго осень ,
по красным листьям  страсти,
по жёлтой  мишуре
из  горестей и счастья,
до  первого  ненастья,
до  белого  причастья
в холодном  декабре.
не вспоминай, не  надо,
пока  я здесь , я рядом,
пусть грусть растает ядом
в рябиновых кострах.
и ничего  не жалко,
томительно и   манко
танцует  осень  танго
в разбитых  зеркалах..