...Ты ему сердце свое отдала...
Сколько ночей ты потом не спала!
Сколько ты плакала!.. Он не оставил,
Волей ли, нет ли, он дело поправил -
Бог не без милости - ты спасена...
Что же ты так безнадежно грустна?
Ждет тебя много попреков жестоких,
Дней трудовых, вечеров одиноких:
Будешь ребенка больного качать,
Буйного мужа домой поджидать,
Плакать, работать - да думать уныло,
Что тебе жизнь молодая сулила,
Н.Некрасов
Jean Francois Raffaelli (1850-1924)
Les Habitues De Cafe
Снежно бел проём оконный
За картинкой ледяной…
Жду, когда ты, ангел сонный,
Сложишь крылья за спиной.
Вот уже зеваешь сладко,
За день выбившись из сил.
Забираешься в кроватку,
Пёрышки роняя с крыл…
Что ты, ангел мой, лепечешь?
Я не разберу и треть.
Задувать ли просишь свечи?
Колыбельную ли спеть?
Что ты, милый ангел, хочешь?
Прикасаешься рукой…
О душе моей хлопочешь?
Рядом ты и в ней покой.
Дай-ка, лучше, нимбик тонкий
Выпутаю из кудрей…
Лучше нет тебя ребёнка,
Ни красивей, ни добрей…
Сестра Риммовна
Кудряшова, Екатерина Павловна
Ах, продумано всё было тонко.
Чётко выверен каждый шажок.
Целый день из небесной солонки
Высыпался на город снежок.
Он летел то быстрее, то тише.
Ждал, когда нам наскучат дома.
Он летел, он хотел, чтоб мы вышли…
– Здравствуй! –
– Здравствуй! –
– Какая зима! –
Закружил, припустился вдогонку
И висок мне губами обжог.
Ах, продумано всё было тонко.
Чётко выверен каждый шажок.
 [775x578] |
||||||
|
история любви
Принцессы из приличной семьи к реальному пацану
| ||||||
ловно горечь в сахарной облатке…
ыцарей напрасно мчали кони.Это цитата сообщения Эльпида-Амальди Оригинальное сообщение
Пишет Сумеречный Макс (darkmeister)
@ 2006-11-24 09:40:00
«Дракон был бородавчатый, трёхголовый,
огнедышащий и огнепукающий…»
Из меня, любимого.
- На кой чёрт всё это надо? – ругалась Принцесса. – Кто вообще придумал это паскудство с маханием железяками, смертоубийствами, дымящимися лужами крови? Или этот неведомый сценарист тихо тащился от вида обугленных трупов? На хрена этот балаган?
- Молчи! – рыкнул Дракон. – Традиции есть традиции, и соблюдать их – святой долг! Твой, между прочим, тоже, как монаршей особы.
- А почему моя монаршая особа должна морозить свою монаршую жопу в этой промозглой пещере? – не унималась Принцесса. – А во дворце, между прочим, сейчас ужин… Макароны…
Это цитата сообщения Эльпида-Амальди Оригинальное сообщение
Пишет Ирина (mirkina)
@ 2008-04-18 11:25:00
Метки данной записи: мир сказок
Дракон
- Так что... ты в самом деле его убил? - неверяще переспросила принцесса.
Принц снова подошел к краю обрыва и глянул вниз. Глубина пропасти и нагромождение скал и камней на её дне не оставляли шансов на спасение никому, кто упал бы с этого обрыва.
- Совершенно верно, Ваше Высочество. Вы можете быть абсолютно уверены, что Ваш мучитель погиб!
- Мучитель?! - горький смех принцессы стал для победителя совершеннейшей неожиданностью. - Да как ты смеешь так его называть!! Он был моим другом!
Принц с сочувствием посмотрел на девушку и попытался утешительно взять её за руку.
Обычные люди, обычные лица,
Обычные двери обычных домов.
Обычное что-то под утро приснится.
Доверю обычной бумаге пять слов.
Обычное утро. Обычные люди
К себе на работу обычно спешат,
Обычно мечтают о маленьком чуде,
Обычно на маленький дождик грешат.
Обычные парочки бродят по скверу,
Ютясь под защитой обычных зонтов,
Обычно смеясь, принимают на веру
Обычную магию простеньких слов…
Обычные дети, обычное солнце.
Обычные классики делят асфальт.
Обычное лето стучится в оконце,
Обычные птицы поют, словно альт.
Обычное что-то под вечер родится,
Оставив набор ровных строк "для себя".
Обычное дело – обычные лица,
Обычные люди, обычнейший я.
Ты с детства вечно делал все не так: ходил не там, не с теми и не в ногу. На выходки и глупости мастак, ты знал, что дураки угодны богу. Азартный и уверенный игрок, романтик и потомок Монте Кристо... казалось очевидным: дайте срок - тебя сошлют на остров лет на триста. Ты верил всеми фибрами души в мальчишеский наивный кодекс чести: не Робин Гуд, считающий гроши, но Рэмбо, заряжающий винчестер. Девчонок защищая от парней - пускай смеется кто-то, да катись он! - ты в драку лез до крови и соплей. Девчонки усмехались: "дуралей"... Ну что же, дуракам закон не писан.
Ты быстро рос. И был насыщен мир событиями, вкусами, цветами. То мягкий, как тончайший кашемир, то жесткий и шершавый, как татами - он был неоднозначен и непрост, и полон поворотов и кюветов. На правильно поставленный вопрос таил он десять правильных ответов. И ты спешил увидеть и собрать развилки расходящихся дорожек. Твой мир был словно старая тетрадь: запретный и заманчивый до дрожи. Ты вечно лез в любой горячий спор. Задорный и всегда готовый к бою, галопом, без седла, кнута и шпор, ты мчал по жизни, мчал во весь опор, и жизнь не поспевала за тобою.
Но дни бегут, как горная река, и каждый день приносит перемены: как будто бы смещаются слегка какие-то мельчайшие домены. Привычный мир теряет не спеша нюансы, послевкусия, детали. Тупеет острие карандаша, и правит, правосудие верша, святая простота ли, пустота ли.
Пустынны и унылы вечера в закатном свете, слабом и недужном. И то, что было значимым вчера, сегодня - непонятно и ненужно. В тяжелой голове, как после сна, неспешно разливается истома... Ты думаешь: "тенденция ясна: движение от сложного к простому. Скудеют языки. Скудеет мир. Нет слова - нет и вещи. Вся недолга. Забудь и спи спокойно, мон ами, с иллюзией исполненного долга. К чертям нюансы! Хватит сотни лет, чтоб мир забыл о пурпуре, кармине. Останется лишь чистый красный цвет, оттенков же не будет и в помине. Останется с десяток жестких форм, три ноты на октаву, пара жестов. Встречайте мир простых и ясных норм: для сложных в языках не будет места. Исчезнут снарк и хливкие шорьки, исчезнут де Лакло и Мураками. Всевышнему угодны дураки, и скоро все мы станем дураками."
Но за какой же грех тебе дана возможность наблюдать процесс развала - глядеть, как приближается стена, и не иметь педалей и штурвала? Стремлению ослепнуть вопреки, ты видишь всё и мучишься безвинно... Всевышнему угодны дураки - зачем ему дурак наполовину? Ты заперт, словно белка в колесе, в пустеющем, чужом и страшном мире. Ты дорого бы дал, чтоб быть как все, не видеть, что вокруг - сплошные дыры... но ты игрок. По-прежнему игрок, победу вырывающий зубами. Почти банкрот, но бедность - не порог и не предел в игре, где ставка - память. Пускай с судьбою спорить не с руки - судьба твоя упряма и стервозна - фортуне доверяют игроки, и коль Ему угодны дураки, играй, дурак. Играй, пока не поздно.
Колодец вырыт был давно.
Все камнем выложено дно,
А по бокам, пахуч и груб,
Сработан плотником был сруб.
Он сажен на семь в глубину
И уже виделся ко дну.
А там, у дна, вода видна,
Как смоль густа, как смоль черна.
Но опускаю я бадью,
И слышен всплеск едва-едва,
И ключевую воду пьют
Со мной и солнце и трава.
Вода нисколько не густа,
Она как стеклышко чиста,
Она нисколько не черна
Ни здесь, в бадье, ни там у дна.
Владимир Солоухин
Маркчева Елена "Колодец с воротом"
У меня температура.
Мама вызвала врача.
Врач пришёл, принёс микстуру,
И меня лечить начáл.
Посмотрел мне горло ложкой,
Маму пожурил немножко.
— В детский сад нельзя — ангина.
Прописал мне аспирина,
Чай с лимоном на меду,
И сказал: „Ещё приду.
Посмотрю вас послезавтра.
Дайте ей пирог на завтрак,
И печенья полкило…
Если будет тяжело —
Не кормите её кашей.
Дайте лучше Даше нашей
Шоколад и молоко.
Да, ещё, чуть не забыл,
У соседей ваших был,
И заметил, им варенье
Помогло неимоверно!
Так что действуйте, мамаша.
Чтоб была здорова Даша
Надо все её капризы
Непременно выполнять,
И внимание на шалости
Не стоит обращать".
Так сказал нам добрый доктор
Закричала я УРРААА!!!
Хорошо, что есть на свете
Вот такие доктора!
2008/04/21 © Дарья Пономарева
[показать]
Norman Rockwell
Прибоем у моря к ногам твоим пеной
с шипением ляжет, на мир оскорбясь,
большая волна, отголосок вселенной.
Понять не дано ей тебя отродясь …
По лунной дорожке, лежащей на море,
твой взгляд пробежит, поневоле искрясь.
Притихшие чайки уснули не споря …
у теплого моря таинственна связь
с царицей ночною, затмившей все звезды,
сияньем своим разгоняющей мрак …
А ты не уходишь, хотя очень поздно,
[255x32]Синий вечер, тихий ветер
И (целуя руки эти)
В небе розовом до края -
Догорая, умирая...
В небе розовом до муки
Плыли птицы или звезды,
И (целуя эти руки)
Было рано или поздно -
В небе розовом до края,
Тихо кануть в сумрак томный,
Ничего, как жизнь, не зная,
Ничего, как смерть, не помня.
Георгий Иванов
Л.Сидорова. Синий вечер
Виолетта Базалий. "Серенада для тети Сони"
Виолетта Базалий - "Кормилица тётя Соня"
|
|
||
Viktor Oliva
|
|||
Это цитата сообщения Марианна_Ви Оригинальное сообщение
| [показать] |
| [показать] |
Когда звучит португальское фадо, даже мужчины плачут
Треска, портвейн и фадо – вот три главных источника и три составных части португальской жизни. И если с двумя первыми частями все более-менее понятно, то фадо – штука особая, деликатная и труднообъяснимая. Впрочем, как и любое настоящее искусство, его не надо объяснять – его надо чувствовать.
Фадо – это уникальный музыкальный жанр, который существует только в Португалии. Он зародился в XII веке, во времена французских трубадуров, потом набрался греческих, арабских и бразильских черт и по-настоящему расцвел в XIX веке.
Фадо называют городским романсом. Только не пытайтесь сравнивать его с русским романсом - вряд ли найдется хоть что-то общее в манере исполнения и мелодии. Разве что содержание…
Безответная любовь и безнадежная тоска, любовь до гробовой доски, безумная ревность, душераздирающая страсть, долгая разлука – вот о чем поется в этих романсах. А еще – о ностальгии, светлой грусти и безвозвратности ушедшего. Все это определяется емким португальским словом saudade - то есть печаль, слезы, одиночество, меланхолия или просто беспричинная светлая грусть.
Исполнители португальских романсов – фадишты - говорят о своем жанре так: это чаще всего песни о боли. Но о такой, когда рана перестала кровоточить и успела слегка затянуться. Название “фадо” происходит от слова “фатум”, “судьба”. Так что комментарии, как говорится, излишни.
Впрочем, в Португалии известны не только традиционные лирические романсы, но и патриотические, и политические. Несколько десятилетий назад были очень актуальны сатирические фадо. А в наши дни поют вообще обо всем подряд, даже о гаджетах, Интернете и об электронной почте.
Существует два основных центра фадо: Лиссабон и Коимбра – небольшой город с населением чуть больше 100 тыс. человек. В этих местах люди приходят послушать романсы в так называемые casas do fado – дома фадо. Они напоминают кабаре: слушатели сидят за столиками с вином и закусками, а перед ними на сцене обнажает душу фадишта. Еда на столе стоит в основном для украшения. Ведь жевать во время исполнения песни – значит, продемонстрировать в высшей степени дурные манеры и глубочайшее неуважение к артисту. Когда звучит фадо, принято нервно ломать пальцы, скидывать с плеч шаль, тайком смахивать скупую слезу… Ну, в крайнем случае, нервно курить и пить, запрокинув голову. Но только не есть.
Часто фадо исполняют мужчины - и делают это бесподобно: искренне и трогательно. Но прославила этот жанр все-таки женщина, жительница Лиссабона Амалия Родригес. Она родилась в 1920 г. в квартале Алкантара, в бедной семье, где было 9 детей. Амалия начала петь в 4 года, а в 20 с небольшим ее уже стали называть “голосом Португалии”, “королевой фадо” и “португальской Эдит Пиаф”. Первые записи Амалия сделала в Бразилии, много гастролировала по Европе – особенно ее полюбили в Париже. Ну, а в Лиссабоне эту феерическую женщину просто носили на руках. Ее яркий, сильный голос, ее как бы зазубренная манера исполнения, ее мощная энергетика привораживали публику. Миллионы людей влюбились в Амалию с первой песни – и на всю жизнь.
Когда 6 октября 1999 г. королева фадо умерла, в Португалии был объявлен национальный траур.
В современной Португалии у Амалии Родригес есть множество подражателей. И еще больше самобытных, ни на кого не похожих исполнителей. В любой день их можно послушать в casas do fado. А в июне в Лиссабоне проходит фестиваль фадо – тогда романсы исполняют на многочисленных концертных площадках города. И даже в знаменитом лиссабонском трамвае № 28, который проходит через весь старый город. Поездка в нем с успехом может заменить туристам экскурсию по городу.
Читая хроники, старинные сонеты
И гимны красоты - когда я вижу там,
Как вдохновлялись ей отжившие поэты -
И славой рыцарей, и блеском пышных дам, -
Я вижу, что, когда они воспеть хотели
Ланиты, пышный стан, и очи, и уста, -
Поэты дней былых - тебя, тебя воспели,
Прославлена твоя в их песнях красота,
Пророчества полны былые песнопенья,
Они стремились все создать лишь твой портрет,
Но, видя образ твой очами вдохновенья,
Вполне воспеть тебя не мог былой поэт!
Мы видим образ твой телесными очами,
Но красоту твою нельзя воспеть словами!..
В.Шекспир
William Powell Frith (1819-1909)
The Signal