[показать]
[показать]
[930x]

[930x]
[830x]
[показать]
[604x401]
[604x401]
[401x604]
[604x401]
[604x408]
[показать]
[показать]— Вы провели в космосе почти полтора года, три полета были длительными: около полугода каждый. Каково это — находиться столь долго в космосе? Это сложнее физически, психологически или в бытовом плане?
— С каждым разом полет переносится все легче и легче. Первый полет был короткий — он пролетел как одно мгновение. Второй был самый длительный — и оттуда больше всего воспоминаний. Нельзя сказать, что что-то одно превалирует. Иногда раздражают бытовые вещи. Ребята, вернувшиеся с первого годового полета, — Владимир Титов, Муса Манаров рассказывали, что хочется только одного: чтобы чашка чая была на столе, никуда не плыла. И кусочек хлеба с маслом тоже лежал на тарелочке — вот это, говорят, счастье. Когда на печеньку джем выжимаешь в подвешенном состоянии или водой друг друга поишь на расстоянии — это все красиво для фильма, но совершенно неудобно с точки зрения быта. Психологически, безусловно, сложно. По вечерам бывает ностальгия. Помню, я вечернюю Москву снимал: стоишь у иллюминатора, поджидаешь, смотришь на северо-восток, где-то там Щелковский район. Думаешь: мои теперь, наверное, сидят чай пьют. У нас в семье традиция — чайные церемонии по вечерам. Пролетаешь над районами, где родители, где друзья, где семья, — радуешься за них, обязательно сфотографируешь, чтобы потом передать. Где-то в середине полета — так называемый экватор: уже и питание приедается, хочется что-то изменить.


[930x]
[показать]
[730x]
[530x]

[830x]
[1030x]
[показать]
[830x]