[показать]МОЛИТВА ПРЕПОДОБНОМУ СЕРАФИМУ САРОВСКОМУ
[316x450] О, великий угодниче Божий, преподобне и Богоносне отче наш Серафиме! Призри от горния славы на нас смиренных и немощных, обремененных грехми многими, твоея помощи и утешения просящих. Проникни к нам благосердием твоим и помози нас заповеди Господни непорочно сохраняти, веру православную крепко содержати, покаяние во гресех наших усердно Богу приносити, во благочестии христианстем благодатно преуспевати и достойны быти твоего о нас молитвенного к Богу предстательства. Ей, святче Божий, услыши нас молящихся тебе с верою и любовию и не презри нас требующих твоего заступления: ныне и в час кончины нашея помози нам и заступи нас молитвами твоими от злобных наветов диавольских, да не обладает нами тех сила, но да сподобимся помощию твоею наследовати блаженство обители райская. На тя бо упование наше ныне возлагаем, отче благосердый: буди нам воистинну ко спасению путевождь и приведи нас к невечернему свету жизни вечныя Богоприятным предстательством твоим у престола Пресвятыя Троицы, да славим и поем со всеми святыми достопокланяемое имя Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь.
Преподобный Серафим Саровский преподавал всем следующее молитвенное правило: "Вставши от сна, всякий христианин, став пред святыми иконами, пусть прочитает молитву Господню Отче наш трижды, в честь Пресвятой Троицы, потом песнь Богородице Богородице Дево, радуйся также трижды и, наконец Символ Веры единожды. - Совершив это правило, пусть занимается своим делом, на которое поставлен или призван. Во время же работы дома или в пути куда-нибудь пусть тихо читает Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного или грешную, а если окружают его другие, то, занимаясь делом, пусть говорит умом только Господи, помилуй и продолжает до обеда. - Перед самым же обедом пусть совершает вышеуказанное утреннее правило. После обеда, исполняя свое дело, - читает тихо Пресвятая Богородице, спаси мя грешного или же Господи Иисусе Христе, Богородицею помилуй мя грешного или грешную, и это пусть продолжает до самого сна. - Отходя ко сну, всякий христианин пусть снова прочитает вышеуказанное утреннее правило; после того пусть засыпает, оградив себя крестным знамением". - "Держась этого правила, - говорит отец Серафим, - можно достигнуть меры христианского совершенства, ибо означенные три молитвы - основание христианства: первая, как молитва, данная Самим Господом, есть образец всех молитв; вторая принесена с неба Архангелом в приветствие Деве Марии, Матери Господа; Символ же вкратце содержит в себе спасительные догматы христианской веры". Тем, кому по разным обстоятельствам невозможно выполнять и этого малого правила, преподобный Серафим советовал читать его во всяком положении: и во время занятий, и на ходьбе, и даже в постели, представляя основанием для того слова Святого Писания: Всякий, кто призовет имя Господне, спасется.
|
[351x450]
[633x67]
|
[390x599]
Луис Джон Рид (Louis Rhead) – (1858 – 1926), американский художник.
Уроженец Англии, сын художника по керамике, трудившегося на фирме Веджвуд.
В юные годы учился живописи в Париже.
В 1880-х уехал в США, где работал художественным директором у нью-йоркского издателя Д.Эплтона.
В 1891 году Луис путешествовал по Европе и во время пребывания в Париже посетил там выставку Э.Грассе, известного европейского художника-плакатиста. Его работы затронули Рида и после личной встречи с Грассе он решил заняться дизайном плаката.
По возвращении в Нью-Йорк в течение второй половины 1890-х он нарисовал около ста работ. Основная часть работ художника была выполнена для различных периодических изданий (таких, как «The Sun», «The Morning Star», «The Century», «The Journal»). Он также работал и для промышленности, создавая рекламные образы для сигарет, мыла, духов и т.п. Луис оказался практически единственным, кто попытался перенести французский ар-нуво на американскую территорию и этот опыт оказался весьма и весьма удачным. Как художник, он был признан практически до конца своей жизни. В частности, в 1895 у него была персональная выставка в Нью-Йорке, на Международной выставке плаката в Бостоне он стал лауреатом золотой медали. В Париже была устроена его персональная выставка в «Салоне ста».
В творчестве Рида хорошо видно влияние Грассе, но сильно американизированное: гораздо более яркие цвета, наглядность (кто-то может сказать – упрощённость), определённая смелость в чередовании простых и сложных элементов. Он также часто использует образы женщин, одетых в узорчатые платья весьма сложной компоновки. Использует также в своих работах основные цвета (а не пастельные). Источник
[показать]
[700x560]
[450x319]
[450x590]
[523x699]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[525x700]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[699x583]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x394]
[700x394]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x525]
[700x394]
[479x359]
[525x700]
[700x525]
[700x525]
[699x544]
[498x698]
[700x525]
[показать]
[700x525]
[300x424]
[200x250]
[300x408]Игорь Тальков родился 4 ноября 1956 года в городе Щекино Тульской области. В детстве и отрочестве он удивлялся тому, почему все родственники живут в Москве, а их семья - в Щекино. Причину этого Игорь узнал только в 1878 году, после смерти отца, который при жизни не только не вступал в разговоры по этому поводу, но и запрещал делать это своей жене. Отца, имевшего суровый жизненный опыт, пугала нестандартность мышления подростка и его необычайная правдивость, поскольку за теже достоинства , за стремление жить по совести и по правде, он отсидел десять лет в Сибири в сталинские времена, которые оставались свежи в памяти. Там же в "зоне", он познакомился со своей будущей женой Ольгой Юльевной,- матерью Игоря и родившегося еще в заключении первенца Володи. Эта информация неохотно была выдана сыну Ольгой Юльевной при серьезном семейном конфликте, когда она позволила себе нелицеприятно отозваться о властях вообще и о тогдашнем лидере Брежневе, в частности, на что сын заявил ей, что уйдет из дома, если такое повторится. Тогда и пришлось Ольге Юльевне впервые приоткрыть перед Игорем завесу этой семейной тайны. "Отсидели" родители по 58-ой статье, как "враги народа", отец- зато, что не так преподавал историю в колонии для несовершеннолетних и учил жить честно, а мама- за то, что на допросе отказалась в 18 лет отречься от своего первого мужа - тоже "врага народа". После лагеря родители были отправлены для дальнейшего проживания в рабочий поселок Щекино, за 201 км от Москвы с запретом на иное место жительства. Позже, интересуясь генеалогическим древом своего рода, Игорь узнал от мамы, что до революции род Тальковых принадлежал к служивому дворянскому сословию, дед Игоря был военным инженером, дядья - офицерами русской армии.