ИСТОРИЯ ПЕСЕН
«Волшебник-недоучка» и «Куда уходит детство»
Алла Борисовна Пугачёва стала не только последней народной артисткой СССР, но и последней крупной «звездой» советской эстрады. Главная конкурентка певицы — София Михайловна Ротару — всё-таки уступала Пугачёвой и в популярности, и в количестве народных хитов. А, возможно, ещё и потому, что не вызывала в публике ту горючую смесь восхищения и раздражения, которая только подстёгивает интерес.
Раздражать и провоцировать Пугачёва умела, но я здесь не буду подробно разбирать недостатки певицы (и повод не тот, и претензии у каждого свои). Гораздо важнее отметить сильные стороны, которые сделали её творчество своеобразным явлением в позднем СССР.
Конечно, вокальный диапазон Пугачёвой был достаточно широк (особенно в начале карьеры), но не это выделяло её среди прочих певиц. Есть такое понятие — актёрское пение, где доминирует эмоциональность исполнения, при этом обычно — в ущерб мелодичности. А вот Пугачёва умела удивительно гармонично сочетать в голосе артистизм и пение, как таковое. Чаще всего это достигалось за счёт (не побоюсь этого слова) гениального умения расставлять акценты. Взять, хотя бы, смех в «Арлекино», «хо-хо» во «Всё могут короли» или то, как певица произносит фразу «Н’ст’ящий полковник!» (главную «изюминку» песни). Именно по этим причинам перепеть песни Пугачёвой по-другому крайне трудно — уж слишком хорошо и тщательно проработаны оригиналы.
Разумеется, артистичность певицы проявлялась не только в голосе (хотя это самое сложное), но и на сцене. Для каждой песни была своя подача и пластика. В дело шли даже наряды — например, знаменитое платье-балахон, специально придуманное модельером Вячеславом Зайцевым, которое можно было по-разному «обыграть». За один концерт Пугачёва могла сменить множество масок: от робкой лирической героини — до разбитной бабёнки, от озорной девчонки до неприступной светской дамы.
Другим секретом успеха певицы стало её свободное, раскованное и непринуждённое поведение на сцене. Большинство советских певцов вели себя крайне зажато и редко напрямую контактировали с залом. Пугачёва же, наоборот, пыталась разрушить барьер между ней и публикой. За всё это певицу нередко обвиняли в вульгарности.
Ещё одной особенностью Пугачёвой я бы назвал умение улавливать «дух времени» и быстро реагировать на свежие музыкальные тенденции. Не все смены образа и стиля можно назвать удачными, но без этого творчество любого исполнителя обречено на «застой» и угасание.
Надо сказать, что я никогда не «млел» от творчества Пугачёвой, и то, как поп-тусовка «лебезит» перед «звездой» вызывало у меня чувство глубокого отвращения. Но, как бы то ни было, всё моё детство прошло под песни Аллы Борисовны. Поэтому я решил ограничить свой рассказ хитами советского периода певицы, который хорошо знаю и помню.
Итак, поехали!
Несмотря на громкий успех песен из к-ф «Ирония судьбы», самое плодотворное сотрудничество в сфере кино было у Пугачёвой не с Таривердиевым, а с Александром Зацепиным — знаменитым хитмейкером комедий Гайдая. По воспоминаниям Зацепина, его знакомство с певицей состоялось ещё задолго до славной эпохи «Арлекино».
А. Зацепин (из книги «Есть толко миг»):
«В начале 70-х мой приятель Виталий Клейнот, хороший музыкант, помогавший мне тогда делать аранжировки к таджикскому фильму «Отважный Ширак», говорит:
— В ДК Горбунова проходит финал смотра самодеятельности. Там будет певица Алла Пугачёва. Послушайте её, может, она вам понравится.
Я пошёл туда. Пугачева, кажется, пела «Посидим-поокаем» и что-то еще. И она мне понравилась. И голос понравился красивый, и эмоциональность.
Я подошел к ней, поздравил и предложил работать.
— Давайте, — сказал, — запишем одну песню, а потом для кино будем записывать!
Она сразу же согласилась».
Так начался один из лучших периодов в творчестве певицы, в котором также принимал непосредственное участие постоянный напарник Зацепина — поэт Леонид Дербенёв. Судя по воспоминаниям, всем сторонам «творческого треугольника» работалось очень комфортно. Зацепину нравилось, что Пугачёва всегда пела очень точно, была творческой и ответственной.
А. Зацепин:
«Алла знала, ЧТО поет. Не просто ноты, а характер, образ… Помню, записывали песню «Волшебник-недоучка». Пугачева спела один дубль, потом послушала и сказала: «Не-е-ет, эту песню надо по-другому делать…» — и запела мальчишеским голосом».
Певица же была в восторге, как от песен, так и от домашней студии композитора (частная студия в СССР была редким прецедентом), где можно было без спешки работать над всеми нюансами записи. Когда Пугачёва станет «звездой», она разыграет настоящий спектакль перед журналистами, выдав квартиру Зацепина за свою (уж очень не хотелось ей «блистать» на фоне скромной жилплощади). В мистификации даже приняла участие жена композитора, которая сыграла роль… домашней прислуги певицы.
Но это будет потом, а пока Пугачёва продолжала скромно петь за кадром.
Тут надо сказать, что Зацепин не чурался никакой работы. При этом он писал
Читать далее...