[540x699]
6
Стоит только сказать: "Ширма с муками ада", - как эта страшная картина
так и встает у меня перед глазами.
Если взять другие изображения мук ада, то надо сказать вот что: то, что
нарисовал Есихидэ, не похоже на картины других художников, прежде всего,
как бы это сказать, по расположению. В углу на одной створке мелко
нарисованы десять князей преисподней, а по всему остальному пространству
бушует такое яростное пламя, что можно подумать, будто пылают меч-горы,
поросшие нож-деревом [детали пейзажа ада по буддийским представлениям (см.
изображение ада в рассказе "Ду Цзычунь")]. Только кое-где желтыми или
синими крапинками пробивается китайская одежда адских слуг, а так, куда ни
кинь взгляд, все сплошь залито алым пламенем, и среди огненных языков,
изогнувшись, как крест мандзи [буддийский символ в виде свастики, но с
концами, загнутыми налево; древнеиндийский символ вечности и блаженства],
бешено вьется черный дым разбрызганной туши и летят горящие искры
развеянной золотой пыли.
Уже в этом одном сила кисти поражает взор, но и грешники, корчащиеся в
огне, - таких тоже почти что не бывает на обычных картинах ада. Среди
множества грешников Есихидэ изобразил людей всякого звания, от высшей
знати до последнего нищего. Важные сановники в придворных одеяниях,
очаровательные юные дамы в шелковых нарядах, буддийские монахи с четками,
молодые слуги на высоких асида [деревянная обувь в виде подошвы с двумя
поперечными деревянными подставками], отроковицы в длинных узких платьях,
гадатели со своими принадлежностями - перечислять их всех, так и конца не
будет! В бушующем пламени и дыму, истязуемые адскими слугами с бычьими и
конскими головами, эти люди судорожно мечутся во все стороны, как
разлетающиеся по ветру листья. Там женщина, видно, жрица, подхваченная за
волосы на вилы, корчится со скрюченными, как лапы у паука, ногами и
руками. Тут мужчина, должно быть, какой-нибудь наместник, с грудью,
насквозь пронзенной мечом, висит вниз головою, будто летучая мышь. Кого
стегают железными бичами, кто придушен тяжестью камней, которых не сдвинет
и тысяча человек, кого терзают клювы хищных птиц, в кого впились зубы
ядовитого дракона, - пыток, как и грешников, там столько, что не
перечесть.
Читать далее