Повесил на ржавый гвоздик старую шляпу
И долго сидел прислонившись щеками к ладоням.
Я сильно грустил и по-моему горько плакал -
Такая тоска,что как-же здесь не заплачешь...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Ответили краткой ухмылкой на длинные слёзы
Мне вежливо мыли мозги люди в белых халатах.
Профессор в смущеньи поглаживал чистую шею
Пытался понять меня своей сединою...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Я ничего не делал,лишь улыбался
Слёзы и грусть мои прошли незаметно
Душу мою и мозги затянули бинтами
Так что теперь у меня здоровый рассудок...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Признали меня всё равно социально опасным
И спрятали в тёмную,тёплую мякоть шкатулки.
Теперь достают меня лишь по субботам,
Чтобы отвлечь уставший народ от работы...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
Идиот,идиот,идиот,идиот,идиот...
декабрь1998 :)))

Эх,знать бы где левый берег,а где правый...И есть ли человек ,который хоть в чём-то прав...или неправ...Знать наверняка - разбита ли твоя армия наголову,или это просто хитрый манёвр и готовится контрнаступление...Иногда все эти упражнения в красноречии и любовании собой со стороны ужасно надоедают.Тогда забиваешся в какой-нибудь тёмный угол и начинаешь просто прислушиваться к себе...Начинаешь слушать как бьётся твоё сердце:тук-тук-тук-тук...Мощный мотор, работающий внутри тебя на низких оборотах.И тогда в голову закрадётся озорная мальчишеская мысль:"А не проверить-ка нам этот моторчик на вшивость?"Выдержит ли он двойную,тройную,десятикратную нагрузку?Тогда хочеться выйти из угла и закричать звонким голосом:"Кролик ,беги!"И пуститься во всю прыть, позвякивая чугунными гирями морали и праведности на ногах.Ужаленный в зад доморощенным страхом .Подгоняемый в спину дарёной гордостью.Бежать безоглядно,без направления...Просто бежать...И сквозь свистящий в ушах ветер ,иногда слышать нарастание оборотов твоего ,ещё непотёртого,местами даже в заводской смазке, мотора.Увеличиваешь скорость до предела,в тайной надежде,что вот ,сейчас, он засбоит,заклинит...Но, предсказуемо тебя подводят слабые ноги и ты мешком валишься в мокрую и скользкую траву,а то и того хуже, в вязкую сырую пахоту.Некоторое время молча лежишь,судорожно глотая воздух.Затем,немного отдышавшись,медленно поднимаешься,утираешь рукавом пот и грязь с лица и бредёшь назад.Делаешь ты это уже неспешно.Проклиная свою глупость и сожалея о перепачканых грязью коленях.Домой приходишь ,обычно, тихим и виноватым.Не требуйте от людей многого - у них слишком слабые ноги,а может ещё довольно новенький мотор...Но я буду пытаться ещё и ещё...Пока ,наконец, мне не удасться раскурочить эту чёртову машинку!Буду снова и снова!!!Зачем?А просто так...Потому что если ты кролик - то беги!

Слушать этот музыкальный файл

Слушать этот музыкальный файл

Слушать этот музыкальный файл

Слушать этот музыкальный файл

..."-- И что я, по-твоему, должен сделать? -- спросил он.
-- Не знаю, -- ответила Фернанда. -- Это мужская забота.
-- Хорошо, -- сказал Аурелиано Второй, -- что-нибудь да
придумаю, когда утихнет дождь.
Он по-прежнему больше интересовался энциклопедией, чем
домашними делами, хотя на обед ему давали жалкий обрезок мяса и
горстку риса. "Сейчас ничего нельзя предпринять, -- говорил он.
-- Не может же дождь лить вечно". Чем дальше он откладывал
заботы о пополнении кладовой, тем больше нарастало возмущение
Фернанды, пока наконец ее бессвязные жалобы и редкие вспышки
гнева не слились в один сплошной, неудержимый поток слов; шум
его, начавшийся однажды поутру и напоминавший монотонное
звучание басовых струн гитары, к вечеру постепенно поднялся до
высоких нот, насыщаясь при этом все более богатыми, все более
яркими оттенками. Аурелиано Второй поначалу не обратил внимания
на эту какофонию, но на следующий день после завтрака его
оглушило жужжание еще более назойливое и громкое, чем шум
дождя. Это Фернанда бродила по всему дому, жалуясь, что
воспитали ее как королеву, а она превратилась в служанку в этом
сумасшедшем доме, мыкается с мужем -- бездельником, безбожником
и бабником, который валится на кровать, разевает пасть и ждет,
что ему туда посыплется манна небесная, пока она гнет спину и
тащит на себе этот дом, который держится на честном слове, дом,
где она все чистит, убирает, чинит с рассвета до поздней ночи,
и, как спать ложится, у нее глаза жжет, словно в них песку
насыпали, и никто никогда не скажет ей: добрый день, Фернанда,
хорошо ли тебе спалось, Фернанда, никто не спросит ее, хотя бы
из вежливости, почему она так бледна, почему она просыпается с
такими синяками под глазами, хотя, конечно, она и не ждет
никакого внимания от этой семьи, в конце концов они всегда
относились к ней как к помехе, как к тряпке, которой снимают с
плиты горячие котелки, как к уродцу, намалеванному на стене,
эта семейка всегда интриговала против нее по углам, называла ее
ханжой, называла ее фарисейкой, называла ее притворой, и
Амаранта -- упокой, Господи, ее душу -- даже во всеуслышание
объявила, что она, Фернанда, из тех, кто путает задний проход с
великим постом, -- Боже милостивый, что за выражение, -- она
сносила все покорно, подчиняясь воле Всевышнего, но терпению ее
пришел конец, когда этот негодяй, Хосе Аркадио Второй, сказал,
что семья погибла, потому что впустила в дом качако в юбке,
вообразите себе властолюбивого качако в юбке -- прости,
Господи, мое прегрешение, -- качако сучьей породы, из тех
качако, что правительство послало убивать рабочих, и --
подумать только -- он имел в виду ее, Фернанду, крестницу
герцога Альбы, даму столь знатного происхождения, что супруги
президентов ей завидовали, чистокровную дворянку, которая имеет
право подписываться одиннадцатью испанскими именами,
единственную смертную в этом городишке ублюдков, которую не
может смутить стол на шестнадцать кувертов, а этот грязный
прелюбодей, ее муж, сказал, умирая со смеху, что столько ложек
и вилок и столько ножей и чайных ложечек потребно не добрым
христианам, а разве что сороконожкам, и ведь только она одна
знает, когда следует подавать белое вино и с какой руки и в
какой бокал наливать и когда следует подавать красное вино и с
какой руки и в какой бокал наливать, не то что эта деревенщина-- Амаранта -- упокой, Господи, ее душу, -- которая считала,
что белое вино пьют днем, а красное вечером, она, Фернанда,
единственная на всем побережье, может похвастаться тем, что
ходит только в золотой ночной горшок, а у этого злостного
франкмасона полковника Аурелиано Буэндиа -- упокой, Господи,
его душу -- хватило дерзости спросить, почему она заслужила эту
привилегию, не потому ли, что испражняется хризантемами,
представьте себе, так он и сказал, этими самыми словами, -- а
Рената, ее собственная дочь, нагло подсмотрела, как она
справляет большую нужду в спальне, и потом рассказывала, что
горшок действительно весь золотой и со многими гербами, но
внутри его простое дерьмо, самое обыкновенное дерьмо, и даже
хуже, чем обыкновенное, -- дерьмо качако, -- представьте себе,
ее собственная, родная дочь; что правда, то правда, она никогда
не обманывалась относительно других членов семейства, но, во
всяком случае, имела право ожидать хоть малую толику уважения
со стороны своего мужа, ибо, как ни говори, он ее супруг перед
Богом и людьми, ее господин, ее заступник, который возложил на
себя по своей доброй воле и по воле Божьей великую
ответственность и взял ее из родительского дома, где она жила,
не зная нужды и забот, где она плела похоронные венки только
ради времяпрепровождения, ведь ее крестный прислал ей письмо,
скрепленное его собственноручной подписью и оттиском его
перстня на сургучной печати, письмо, подтверждающее, что руки
его крестницы сотворены не для трудов земных, а для игры на
клавикордах, и, однако, этот бесчувственный чурбан, ее муж,
извлек ее из родительского дома и, Читать далее...

Слушать этот музыкальный файл

СЛУШАЙТЕ МОИ ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА В ЛЮБОМ ИЗ МИРОВ. СЛУШАЙТЕ ВСЕ ВЫ, МИНИСТЕРСТВА, СИНДИКАТЫ, ПРАВИТЕЛЬСТВА. И ВЫ, СИЛЫ, В ЧЕЙ ВЛАСТИ ГНУСНЫЕ ДЕЛИШКИ, СВАРГАНЕННЫЕ В НЕИЗВЕСТНО КАКИХ СОРТИРАХ, ЧТОБЫ ЗАХВАТИТЬ ЧУЖОЕ ДОБРО. ЧТОБЫ ПРОДАТЬ ЗЕМЛЮ ИЗ-ПОД НЕРОЖДЕННЫХ НОГ. СЛУШАЙТЕ. ТО, ЧТО Я ХОЧУ СКАЗАТЬ ПРЕДНАЗНАЧЕНО ДЛЯ ВСЕХ МУЖЧИН ПОВСЮДУ. Я ПОВТОРЯЮ ДЛЯ ВСЕХ. НИ ОДИН НЕ ОТВЕРГНУТ. БЕСПЛАТНО ДЛЯ ВСЕХ, КТО ПЛАТИТ. БЕСПЛАТНО ДЛЯ ВСЕХ, КТО ПЛАТИТ БОЛЬЮ.
ЧТО НАПУГАЛО ВАС ВСЕХ И ЗАГНАЛО ВО ВРЕМЯ? ЧТО НАПУГАЛО ВАС ВСЕХ И ЗАГНАЛО В ВАШИ ТЕЛА? В ДЕРЬМО НАВСЕГДА? НЕУЖЕЛИ ВЫ ХОТИТЕ ОСТАТЬСЯ В НЕМ НАВСЕГДА? ТОГДА СЛУШАЙТЕ ПОСЛЕДНИЕ СЛОВА ХАССАНА САББАХА. СЛУШАЙТЕ, СМОТРИТЕ ИЛИ ДЕРЬМО НАВСЕГДА. СЛУШАЙТЕ, СМОТРИТЕ ИЛИ ДЕРЬМО НАВСЕГДА. ЧТО НАПУГАЛО ВАС И ЗАГНАЛО ВО ВРЕМЯ? В ТЕЛО? В ДЕРЬМО? Я СКАЖУ ВАМ. СЛОВО. ВАШЕ БЛЯДСКОЕ СЛОВО. В НАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО. НАПУГАЛО ВАС ВСЕХ В ДЕРЬМО НАВСЕГДА. ВЫХОДИ НАВСЕГДА. ВЫХОДИ ИЗ ВРЕМЕНИ СЛОВА НАВСЕГДА. ВЫХОДИ ИЗ ТЕЛА СЛОВА НАВСЕГДА. ВЫХОДИ ИЗ ДЕРЬМА СЛОВА НАВСЕГДА. ВСЕ ПРОЧЬ ОТ ВРЕМЕНИ И В КОСМОС. НАВСЕГДА. НЕЧЕГО БОЯТЬСЯ. НИЧЕГО НЕТ ТАКОГО В КОСМОСЕ. ЭТО ВСЕ ВСЕ ВСЕ ХАССАН САББАХ. НЕЧЕГО БОЯТЬСЯ СЛОВА. НЕТ НИКАКОГО СЛОВА. ЭТО ВСЕ ВСЕ ВСЕ ХАССАН САББАХ. ЕСЛИ ХОТИТЕ, Я ЗАЧЕРКНУ ВСЕ ВАШИ СЛОВА НАВСЕГДА. И СЛОВА ХАССАНА ИБН САББАХА Я ТОЖЕ ЗАЧЕРКНУ. ВЗГЛЯДОМ ПРОНЗИВ НЕБЕСА УЗРИТЕ МОЛЧАЛИВОЕ ПИСАНИЕ БРАЙОНА ГАЙСИНА ХАССАНА ИБН САББАХА. ПИСАНИЕ КОСМОСА. ПИСАНИЕ ТИШИНЫ.
СМОТРИТЕ СМОТРИТЕ СМОТРИТЕ
AMIGOS MUCHACHOS A TRAVES DE TODOS SUS CIELOS VEA LA ESCRITURA SILENCIOSA DE BRION GYSIN HASSAN SABBAH. LA ESCRITURA DE SILENCIO LA ESCRITURA DE ESPACIO. ESO ES TODO TODO TODO HASSAN SABBAH.
VEA VEA VEA
Уильям Берроуз.

Слушать этот музыкальный файл

Когда я стоял укуренный на берегу лимана - смешной мальчик,согнутый в три погибели и созерцающий небо ,засунув себе голову между ног,ко мне пришли...Ко мне явились,мне улыбнулись,легонько погладили меня по голове и шепнули лёгким ветром:"Всё истинно..."Я помню это...ВЕРУЮ В ЭТО...ВСЁ ИСТИННО...

Слушать этот музыкальный файл

Слушать этот музыкальный файл

Какими волшебными у меня выдались последние несколько дней:))Просто - сказка:)Наслаждаюсь полётом:)))Может и упаду, потом ,больно на задницу,ну а пока вот так:)))))))))))))Как в "Андрее Рублёве "-"Лечу-y-y!!!Лечу-ю-ю-ю-y!!!!!:)))Вспомнил сегодня о Достоевском.Знаете,для меня он- особенный...Можно сказать,что это мой папа:))Но он всегда очень тесно был связан с "Преступлением и наказанием".Моя любимая книга.И ,незнаю почему,но как-то так вышло,совсем неожиданно для меня,что сейчас всё смешалось во мне...Мир меняется прямо на глазах...Буквально всё...Запахи,солнце,дома,люди,кошки,вкусы,привычки...всё...Как-буто другими глазами смотрю на Вселенную:)Так вот,вдруг,сегодня - Достоевский "Белые ночи".Вспомнил...Читал их,конечно,но очень давно.А сегодня открыл и...Незнаю...Сейчас это моё:)Именно сейчас,именно в эту минуту "Белые ночи" живут,поют,голосят во мне:)))Вот оно:
..."- Послушайте, вы хотите знать, кто я таков?
- Ну, да, да!
- В строгом смысле слова?
- В самом строгом смысле слова!
- Извольте, я - тип.
- Тип, тип! какой тип? - закричала девушка, захохотав так, как будто ей
целый год не удавалось смеяться. - Да с вами превесело! Смотрите: вот здесь
есть скамейка; сядем! Здесь никто не ходит, нас никто не услышит, и -
начинайте же вашу историю! потому что, уж вы меня не уверите, у вас есть
история, а вы только скрываетесь. Во-первых, что это такое тип?
- Тип? тип - это оригинал, это такой смешной человек! - отвечал я, сам
расхохотавшись вслед за ее детским смехом. - Это такой характер. Слушайте:
знаете вы, что такое мечтатель?
- Мечтатель? позвольте, да как не знать? я сама мечтатель! Иной раз
сидишь подле бабушки и чего-чего в голову не войдет. Ну, вот и начнешь
мечтать, да так раздумаешься - ну, просто за китайского принца выхожу... А
ведь это в другой раз и хорошо - мечтать! Нет, впрочем, бог знает! Особенно
если есть и без этого о чем думать, - прибавила девушка на этот раз довольно
серьезно.
- Превосходно! Уж коли раз вы выходили за богдыхана китайского, так,
стало быть, совершенно поймете меня. Ну, слушайте ... Но позвольте: ведь я
еще не знаю, как вас зовут?
- Наконец-то! вот рано вспомнили!
- Ах, боже мой! да мне и на ум не пришло, мне было и так хорошо...
- Меня зовут - Настенька.
- Настенька! и только?
- Только! да неужели вам мало, ненасытный вы этакой!
- Мало ли? Много, много, напротив, очень много, Настенька, добренькая
вы девушка, коли с первого разу вы для меня стали Настенькой!
- То-то же! ну!
- Ну, вот, Настенька, слушайте-ка, какая тут выходит смешная история.
Я уселся подле нее, принял педантски-серьезную позу и начал словно
по-писаному:
- Есть, Настенька, если вы того не знаете, есть в Петербурге довольно
странные уголки. В эти места как будто не заглядывает то же солнце, которое
светит для всех петербургских людей, а заглядывает какое-то другое, новое,
как будто нарочно заказанное для этих углов, и светит на все иным, особенным
светом. В этих углах, милая Настенька, выживается как будто совсем другая
жизнь, не похожая на ту, которая возле нас кипит, а такая, которая может
быть в тридесятом неведомом царстве, а не у нас, в наше
серьезное-пресерьезное время. Вот эта-то жизнь и есть смесь чего-то чисто
фантастического, горячо-идеального и вместе с тем (увы, Настенька!)
тускло-прозаичного и обыкновенного, чтоб не сказать: до невероятности
пошлого.
- Фу! господи боже мой! какое предисловие! Что же это я такое услышу?
- Услышите вы, Настенька (мне кажется, я никогда не устану называть вас
Настенькой), услышите вы, что в этих углах проживают странные люди -
мечтатели. Мечтатель - если нужно его подробное определение - не человек, а,
знаете, какое-то существо среднего рода. Селится он большею частию
где-нибудь в неприступном углу, как будто таится в нем даже от дневного
света, и уж если заберется к себе, то так и прирастет к своему углу, как
улитка, или, по крайней мере, он очень похож в этом отношении на то
занимательное животное, которое и животное и дом вместе, которое называется
черепахой. Как вы думаете, отчего он так любит свои четыре стены,
выкрашенные непременно зеленою краскою, закоптелые, унылые и непозволительно
обкуренные? Зачем этот смешной господин, когда его приходит навестить
кто-нибудь из его редких знакомых (а кончает он тем, что знакомые у него все
переводятся), зачем этот смешной человек встречает его, так сконфузившись,
так изменившись в лице и в таком замешательстве, как будто он только что
сделал в своих четырех стенах преступление, как будто он фабриковал
фальшивые бумажки или какие-нибудь стишки для отсылки в журнал при анонимном
письме, в котором обозначается, что настоящий поэт уже умер и что друг его
считает священным долгом опубликовать его Читать далее...

Слушать этот музыкальный файл

Хочется сегодня сказать о Родине...Есть одно очень дорогое место для меня.Шелюги.Это моя Родина.Есть такое ощущение,что я там родился.Да,я родился немного в другом месте.Немного промахнулся:)Всего-то несколько десятков км:)Да, я видел места красивее этих,но...Здесь дело не в красоте,а в ощущении.Знаете,я очень люблю Крым.Когда-то я почувствовал,что это рай на Земле.Но ,когда я там бывал ,то у меня всегда было чувство,что я в гостях...А вот Шелюги...Сюда я не приезжаю...Я возвращаюсь к себе домой...Именно здесь я могу дышать полной грудью.Это моё место силы.Скоро лето и я снова буду там...На своей Родине.
[567x425]
[567x425]
[567x425]

Слушать этот музыкальный файл

Слушать этот музыкальный файл

..."Она считала,что это вполне в моём стиле:дескать,чего еще и ждать от такого подонка.Впрочем ,из её тона явствовало,что подонки - народ,не лишенный приятности и обаяния."...
Генри Миллер "Плексус".

Это цитата сообщения asc Оригинальное сообщение

Милан Кундера "Невыносимая лёгкость бытия" ч.1



Всё, что происходит по необходимости, что ожидаемо, что повторяется всякий день, то немо. Лишь случайность о чём-то говорит нам.
(...)
Да, именно случайность полна волшебства, необходимости оно неведомо. Ежели любви суждено стать незабываемой, с первой же минуты к ней должны слетаться случайности...

_______
Человек, ведомый чувством красоты, превращает случайное событие (...) в мотив, который навсегда останется в композиции его жизни. Он возвращается к нему, повторяет его, изменяет, развивает, как композитор - тему своей сонаты(...) Сам того не ведая, человек творит свою жизнь по законам красоты даже в пору самой глубокой безысходности.
Нельзя, следовательно, упрекать роман, что он заворожен тайными встречами случайностей (...), но можно справедливо упрекать человека, что в своей повседневной жизни он слеп к таким случайностям. Его жизнь тем самым утрачивает своё измерение красоты.

_______
То, что отличает человека учившегося от самоучки, измеряется не знаниями, а иной степенью жизнеспособности и самосознания.

_______
Тот, кто постоянно устремлён "куда-то выше", должен считаться с тем, что однажды у него закружится голова.


.