Спрашиваю себя: «В чем причина?» Не нахожу определенного ответа. Просто что‑то остановилось, выгорело, остыло, потухло или стерлось. Да что угодно, можно подобрать сотню сравнений. Факт остается фактом: нас нет. Есть я, есть ты – по отдельности. Когда я вижу тебя онлайн, я понимаю, что люблю тебя безумно, что готова целовать экран, на котором просто есть твое имя. Когда не вижу тебя в сети, воображаю тьму разных событий, которые могли с тобой приключиться, большей частью почему‑то трагических... Все понимаю, все‑все, но ничего сделать не могу. Будто что‑то умерло. Во мне. И в тебе, кажется, тоже. Ты же тоже не пишешь. Хочешь молчать? Хочешь разглядеть будущее? Интересно, ты меня все еще любишь?..
(с) Эльчин Сафарли, "Нет воспоминаний без тебя"
Стиснув зубы, ежеминутно утирая пот со лба, Сизиф упрямо катил камень в гору. В полуденном небе полыхало жаркое древнегреческое солнце.
В воздухе мелькнули крылатые сандалии, и перед Сизифом возник Гермес.
- Радуйся, Сизиф! – торжественно возвестил он. – Ты прощён!
Сизиф замер.
- И мне больше не надо втаскивать этот проклятый камень? – неверяще спросил он.
- Не надо, - подтвердил Гермес.
- Прощён… - произнёс Сизиф. Голос его окреп. – Проклятый булыжник! Как я тебя ненавижу!
И он толкнул камень вниз. Всё ускоряясь, тот покатился по склону, пока не рухнул у подножия в клубах пыли.
- И я смогу наконец заняться скульптурой, - мечтательно произнёс Сизиф.
Гермес кашлянул и улыбнулся:
- С первым апреля, Сизиф!
И добавил, исчезая:
- Камешек-то подбери.
* * * * *
- Так, говоришь, смерть твоя в яйце? - у Ивана уже челюсть болела от смеха.
- В яйце, - хмуро подтвердил Кащей. - А яйцо….
- Знаю, знаю! Не учи учёного! - Иван размазывал по щекам слёзы. - Это же надо такое придумать! Ну, ты и силён на выдумку, мужик! А вот мы сейчас и проверим, в какой такой утке!
И Иван, всхлипывая, взмахнул мечом-кладенцом.
Кащей взвыл и повалился замертво.
- А говорил - в утке, - Иван старательно вытер меч. - Это пусть дураки тебе верят в первое апреля!
* * * * *
- Молилась ли ты на ночь, Дездемона?! - мавр был в ярости, как никогда.
- Да что молитвы те….. приди в мои объятья! - Дездемона часто заколыхалась пышным бюстом.
- Ты самка мерзкая, беспутная притом! - нелогично воскликнул Отелло, страшно вращая глазами; в голове всё путалось. - Я удавлю тебя, как бедную Муму! Платком - тем самым! - обовью вкруг шеи! И труп потом повешу я на сук!
- Отелло… любимый, - зевнула Дездемона. - Ну надоело уже, слушай! Ну каждый вечер одно и то же. Давай уже, переходи к действиям, наконец. Пади ко мне на грудь, и всё такое. От поступательно-возвратных колыханий уж всяко больше пользы, чем от крика. Прелюдию кончай; я вся пылаю.
- … Платок увидев? Это ль не улика?! Горит на воре шапка, правду бают! Я сей же час финиту, ля, комедь!!!
В дверь настойчиво постучали, и Отелло неохотно отнял руки от посиневшей шеи жены. Вошёл Яго, пританцовывая, с трудом сдерживая рвущийся наружу хохот.
- Ну что, брат, классную шутку я придумал с платочком? Ты заценил? С первым апреля!
* * * * *
Гонец, задыхаясь, вбежал на площадь.
- Афиняне! – вскричал он. – Победа!!! Возрадуйтесь!!! Мы одержали победу!!!
Добрые афинские обыватели возликовали и устроили праздник.
Гонец, дождавшись, когда его увенчают лавровым венком, прихватил с собой амфору хиосского, круг сыра, и быстрым шагом удаляясь из города, тихонько пробормотал себе под нос:
- С первым апреля!
* * * * *
Господин де Тревиль, капитан королевских мушкетёров, появился в дверях, сияя, как свежепоставленный синяк.
- Господа! – завопил он, размахивая какой-то бумажкой. – Я только что от кардинала! Подписан эдикт о разрешении дуэлей! Покажем гвардейцам кардинала, кто хозяин в Париже!!!!
К его удивлению, мушкетёры не взревели в радостном порыве. Вместо этого Атос лениво повернулся к Портосу:
- Вы знаете, друг мой, - меланхолично заметил он, - я так давно хочу вам сказать, что вы грязная жирная свинья!
Портос, простая душа, не долго думая, врезал Атосу по морде. Оба схватились за шпаги.
Д`Артаньян щелчком сбил с Арамиса шляпу.
- Вы, любезный, когда прекратите всюду хвастаться своей невылеченной гонореей? – нагло поинтересовался он.
- Это вызов? – огрызнулся Арамис.
- А как же! – радостно вскричал Д`Артаньян, протыкая Арамиса предусмотрительно вынутой заранее шпагой.
Остальные мушкетёры не остались в стороне. Все припомнили прежние обиды, и через секунду приёмная господина де Тревиля напоминала битву под Буассоном. Г-н де Тревиль пытался что-то кричать, но за звоном шпаг его не было слышно.
Через пять минут всё было кончено. Раненые и убитые лежали вповалку.
- Господа… - растерянно прошептал де Тревиль, комкая в руках абсолютно чистый лист бумаги. – Я хотел всего лишь пошутить… С первым апреля, господа…
* * * * *
Гэндальф возник в дверном проёме всклокоченным белым облаком.
- Фродо, проснись! – грянул он. – Беда!
Заспанный Фродо ошарашенно хлопал глазами.
- Что случилось? – наконец выговорил он.
В ответ Гэндальф молча протянул ему Кольцо.
- Как? Опять? – чуть ли не взвизгнув, крикнул Фродо.
- Опять, - угрюмо подтвердил Гэндальф. – Кольцо не погибло в пламени. Надо идти снова, сынок.
- Почему опять я? Не хочу, не
[показать]..только что получила наглядный урок-нельзя верить людям,нельзя открываться...и любить-нельзя...
![]()
вот так эти противные коты издеваются над нами,бедными пандами...
грустно...
Очень добрый такой постик..
Файл «L'Ange des Enfants»
Игру теней привычно дарят Вам
Огни безумно дорогого ресторана,
И вы еще не знаете, мадам,
Что вы в своей гордыне так неправы.
Ваш бюст, мадам, по-прежнему упруг,
И след подтяжек не заметен сразу,
А красоту отнюдь не юных рук
Венчает перстень с дорогим алмазом.
И вы, мадам, дрожащею рукой нальете водки
И с тоскливым взглядом
Начнете мальчику навязывать любовь,
Случайно оказавшемуся рядом, и вы, мадам...
Увы, мадам...
Для всех законом каждый свой каприз
Вы сделали, отринув все сомненья.
Лишь нервный взмах накрашенных ресниц
В вас выдает все ваше нетерпенье.
Вы ждете гостя, строгая мадам,
Со взглядом полным страсти и порока,
Но почему ж тогда сегодня вам
Тоскливо так и жутко одиноко?
И вы, мадам, дрожащею рукой нальете водки
И с тоскливым взглядом
Начнете мальчику навязывать любовь,
Случайно оказавшемуся рядом, и вы, мадам...
Увы, мадам...
А что же гость, он так и не пришел,
Не дозвониться и не достучаться.
И вам одной, хоть на двоих ваш стол,
Придется нынче с горя напиваться
И вы, мадам, дрожащею рукой нальете водки
И с тоскливым взглядом
Начнете мальчику навязывать любовь,
Случайно оказавшемуся рядом, и вы, мадам...
Увы, мадам...
Музыка: В. Асимов. Слова: С. Моисеенко
Пусть банально звучит,но не пойму,куда мы катимся...Сейчас услышала по телевизору фразочку :"Ну как назывались эти телки,которые без мужиков жили?"Для меня немного дико-не знать амазонок! А я ещё удивлялась подружке,когда сказала ей "сублимирую",а она решила,что я так матом о сексе....
[показать]
Слон с поднятым хоботом –
это письмо к звездам.
Прыгающий из воды кит –
это послание с морского дна.
Эти образы – послание моим снам.
Эти послания – мои письма тебе.
Грегори Колберт, «Пепел и Снег»
[показать]
далее...
неделя не задалась....
хорошо,что не села,как обычно,вперед...и,слава Богу,обошлось,сильно пострадавших нет...или как я,уехали домой и тихо "зализывают раны"...
Заслуженная награда
Любви добиться – невозможно,
И невозможно заслужить.
Сказать «Люблю» - совсем несложно,
Стократ сложней – уметь любить.
Открытым быть и откровенным,
По зову сердца и души,
Быть в чём-то – робким, в чём-то – смелым,
И вовремя сказать «Прости»,
Уметь читать слова во взгляде,
Порой совсем не слыша их,
Прикосновенье ощущая,
Услышать сердца стук в груди,
Благодарить за расставанья,
За нежность мимолётных встреч,
Нетерпеливостью желаний,
Не обижаясь, пренебречь…
Любовь – сама себе хозяйка,
Ей чужды торопливость, суета.
Она придёт сама, внезапно,
Благословленьем свысока.
Любви добиться – невозможно,
И невозможно заслужить.
Сказать «Люблю» - совсем несложно,
Стократ сложней – уметь любить.
Эндрю Фриз
© Copyright: Эндрю Фриз, 2008
Свидетельство о публикации №1811144978
[490x676]
[600x697]
[600x539]