- это го’ре или огонь
на моей золотой земле?
твоё небо или ладонь
гладит ржавую кожу змей?
это ищущему маяк
или радуга-тень слепым?
это счастье или зима?
- это, Вечная-Юная, дым.
- это го’ре – когда горю,
выгораю слезой в угли’.
рук твоих "горячо" – в раю –
это скомканный снег в груди,
это сказки с твоих глубин.
- это, Вечная-Юная, «пли» –
в твое слабое сердце - клином.
- это сон мой или игла,
прошивает нас сверху вниз?
это солнца ленивый взгляд
или с улиц фонарь повис?
___
это го’ре моим словам,
заколдованным – «Ты Еси»….
- это, Вечная-Юная, храм,
в окруженьи твоих осин.
это, Вечная-Юная, миг
в твои волосы прячет боль,
это, Вечная-Юная, дни,
что тебе даровал бог.
дни, что сумеркам дали тон,
дни, что бог недодал себе…
это солнце у твоих ног,
это в венах у тебя – бег.
___
- ветер это или слабо стою?
[отрывает от небес птиц].
- это я тебя убаюкиваю,
потому что опять не спишь.
я рисую восковой свечей на чистом,
свои камерно-слепые
письма,
исповеди,
тризны…
и веретеном
из рук трех женщин в белом,
вьётся каждого из них игра,
вьётся каждого из них химера,
вьётся-веется – врываясь –
в чьи-то
медленно-шагающие
титры.
я рисую восковой свечей на белом,
мною вымытом
и вымытом слезами небе,
небе моего стола.
я рисую восковой свечей на чистом,
чтобы радугами кисти
вы открыли мои выси,
мои окна,
мои двери,
мои жизни…
я ваяю белой краской нити
на немых листах-сугробах
в бешено-живом наитии,
в бешено-живом ознобе.
въевшиеся шепотом рваным
в аорты стук,
его верные ветры-саваны,
укутывавшие ночами боль моих рук,
учащаются и… до тысячи в секунду
ударов косы о камень –
пламя. пламя. моё пламя,
вбившееся, как фреза,
в глаза.
впившиеся,
влившиеся
в мозг – [назад]
воспоминания-запахи
тела его,
единственного мужчины,
сотканного из сусали и глины,
единственного мужчины,
на моей земле.
пусть он старше
на несколько сотен лет,
пусть он больше
на тысячи мыслей в миг,
пусть сильнее ветер его, чем мой крик.
пусть он изменяет мне
со всеми женщинами,
трогавшими его сильную шею,
целовавшими его венные запястья,
мерившими его солнечное сплетение
километрами ладоней
своих путей, ночами пройденными,
меж шизофреников-фонарей.
пусть он делает счастливыми
тысячи верных ему рабов,
ежеминутно спешащих, как муравьи.
как муравьи на его зов.
пусть я не Ева его, и не Кунигунда,
не Артемида чистая, и не Ассоль.
я – его единственно-верная, медленная секунда,
я – его единственная не мраморная – живая боль.
спасибо за дождь,
и за этот запах Невы,
и за это Вечное….
о..
и за эту боль,
и за швы,
верные как шрамы Богов,
выжженные солью огня,
скре’пленные струнами
скрипок,
струнами строф..
спасибо Тебе за ночь,
эту безлунную,
и за это Близкое,
небо Твое,
которое всегда низко,
и за это Вечное-юное,
и за эти искры
дождя чистого.
спасибо Тебе.
спасибо за ночь
и за эту Верность Твою,
и за это Вечное..
о.
и за то, что пою.
спасибо за дождь,
въевшийся в мое пальто
и за ускорение в венах,
спасибо Тебе за мою
белую-бледную
пленность..
спасибо за боль,
это было счастье моё,
неженное вальсом с Тобой….
Она умерла в последний час ночи, до рассвета.
Эрих Мария Ремарк
- между небом и землей в елях
в полуночно-полуутренной мели….
- ах, качели-качели-
ка-чели….
до утра б успели..
до утра б согрели,
эти, звездные, купола
наши больные тела;
наши больные глаза
что б утерли
теплые облака-из-ваты,
чтобы качать-ся-и-не!-па-дать,
и не!-падать
в ада
холодные лапы….
____
или чтобы сон не гас,
или не смыкать глаз
____
а тебе сказать?
что было назад
тысячи лет?
сказать!
а была уза’,
клеящая рассвет:
ночей и утр след,
ночей и утр бред,
ночей и утр бунт,
ночей и утр – суд
и, казалось,
последний суд….
и были скалы,
старые, рваные,
с с-нежными ранами,
и рас-
щелинами
земли..
шрамами
опоясывали
ее, застыв
в вековечном плясе;
обоязывали
ее, небо драли
ятаганами
огней-богов,
и….
тогда
сна и яви
сошла любовь
с ума,
и
тогда
ночь от утра ушла
в вечный мрак,
оторвав от земли
серебра бровь,
окрапив небо
тысячью золотых искр-
слез,
и…
остался один миг,
вечностью в целый час,
когда ночь и утро
одни,
под мягкой шкурой
рассвета,
когда соловьями еще не пето,
когда тела в одеяла вдеты,
когда еще спят ветры….
один час,
один час..
____
или чтобы сон не гас,
или не смыкать глаз….
____
только такие, как мы, пьяные
на качелях-
елях
в тумана винных объятиях,
ждем росы’
и
лучей косых
и….
бежим-бежим-
бежим,
пока све-тает,
пока свет-тает
в-двоем-стаей,
по ледяной траве,
чтобы не догнал рассвет….
____
качели-качели-
ка-чели….
только б успели,
до утра б успели,
в безрассветные двери,
в ночные трели,
в снов прерии….
чтобы не впустить в жилы
смерти-хризантемы-цвет….
___
Это, может быть, наш первый общий дождь…22-07-2009 19:43
Варьке
«Это, может быть, наш первый общий дождь…
А мы, как два идиота, стоим под козырьком:
И ты, вижу по глазам, никого не ждешь,
И я.. просто недавно сломала последний зонт…
А, знаешь, холодно без плаща,
И ты, я вижу, тоже слегка продрог.
Еще вчера говорила с солнцем шепча,
А теперь чувствую воду вместо сапог…
В этом жалком укрытии ни души – кроме двух,
Пряталась какая-то большая собака, но ушла уже,
Чувствуя себя лишней... Черт, сказать или не сказать вслух?»
- молодой человек, у Вас не найдется огонька посвежей?
а-то, знаете, хоть сигаретой себя греть…
- да.. только, прошу, не дымите на меня этим..
- а, что, жена против или дома маленькие дети?
- нет. не переношу запах табака из женских губ… я ответил?
- хотите, я брошу, сейчас, навсегда?! хотите?
- что за наивные женские нежности-жертвы?!
дело каждого… хотите – бросайте, хотите – курите…
____
- Вы, наверное, торопились, а дождь всё испортил, к тому же, ветер…
- дождь никогда ничего не портит! дождь, как прожитые годы,
открывает мне мир в ином свете…
- тогда почему Вы стоите и ждете его исхода?
- жду? Вы смеетесь! я просто смотрю на его линии и цвета,
трогая ладонями его воздух… а Вы, разве куда-то шли?
- а что я? мне некуда спешить, и я почему-то жду…
- Вы, кажется, хотели бросить курить? или?
Марк Твен говорил, что это просто… бросай, я тебя держу!
- просто?! он, кажется, делал это раз двадцать,
ахха, неужели и мне подобное предстоит?
- бросай! ты сразу иначе начнешь улыбаться!!
только взгляни,
и..
увидишь в ладонях небо.
оно отражается там
с каждым новым лучом солнца,
с каждым новым дождем света,
с каждым новым глотком мира.
ты говоришь, что вчера летал,
но никогда не видел солнца.
Это, наверное, боль.
Боль – это когда БОльно.
может твое солнце в запое
лежит меж северных скал,
с разодранным о вершины брюхом,
в обнимку с нимфами гнилых лесов,
похрапывает, жадно глотая воздух..
оно проснется,
только не опускай небо под потолок,
иначе солнце сгорит
в стеклянной капсуле с проводами.
____
знаешь,
только взгляни,
и..
поймаешь солнце ладонью.
оно будет смеяться,
потому что боится щекотки,
и будет греть,
потому что еще живое.
Бог, наверное, красив.
у него полупрозрачная, бледная кожа,
на лепестки жасмина похожая,
глаза, распахнутые в никуда,
влажные, утомленные, больные,
длинные льняные волосы,
тонкие, не густые, слабые.
Он высок и худ,
не стар, мудр.
Он болен сейчас.
у него всегда холодные пальцы.
Он, наверное, красиво говорит,
смеется, дышит, спит.
а, может быть, Он – только мысль,
а если мысль, то и человек мысль,
а если человек мысль, –
значит, кто-то человеком мыслит...
а кто,
если не Бог?!
Он, наверное, красив,
истинно красив,
идеален.
Вы когда-нибудь касалась идеального?
может быть, на земле его нет,
может быть, идеал там,
где Бог.
и тогда Бог идеал:
идеал мысли,
слова, дела,
идеал силы,
тела,
жизни, мира,
света...
идеал есть,
если мы в него верим,
если верим в него всегда..
и Бог есть,
если только чувство теплое есть,
Ему одноименное...
____
а, если Он на земле?
да, Он на земле.
в каждом из нас Он есть,
ибо почти в каждом Он жив..