Так сложилось в нашем мире, во имя сохранения этого самого мира, что есть тайны, охраняемые законом, кодексами профессиональной чести или самими основами бытия человека. Таких тайн немного, и все они нам известны - тайна исповеди, врачебная тайна, тайна адвокатской защиты и даже коммерческая тайна. И кажется немыслимым, чтобы священник передал в желтую газету раскаяние известного человека, и столь же недостойным становится мысль о враче, торгующем известиями о болезни своего пациента, или адвокате, что продал тайну своего клиента. Исчезни доверие к любому из этих людей - и мир, который мы знаем, начнет рассыпаться на глазах, превращаясь в общество одиночек, спящих с обрезами под подушкой. Именно поэтому закон гласит открыто и твердо о неприкосновенности ряда тайн. Однако случается, все чаще и чаще, что тайна становится оружием против того, кто доверился ее защите, а закон забывает о своем долге.

Станет ли история, о которой ниже пойдет речь, прецедентом для новых и новых предательств, или же закон найдет силы остановить червоточины в самом себе - покажет уже ближайшее время. А нам - нам нужно будет выбирать, оставаться ли в лоне цивилизованного общества, или же готовиться к отчаянной борьбе со всеми против всех, когда по праву сильного или хитрого все главные понятия общественной жизни теряют свою ценность.

Наша история проста и незатейлива - адвокат, защищая своих клиентов, проник в их тайны, и... использовал их против своих подзащитных. Заметим, что тайны эти лежали вне уголовного кодекса или иных нарушений закона. Они касались лишь, грубо говоря, сведений о ключах от квартиры, где деньги лежат. Ну а дальше - дальше началось то, что обычно именуется понятием "правоохранительный беспредел". Только благодаря вмешательствам СМИ этот скандал вышел наружу, наглядно показывая, как прокуратура и следственные органы, вроде бы прошедшие переаттестацию, пользуются предприимчивыми продавцами тайн своих доверителей.

С самого начала у следователя накопилось достаточно доказательств лживости измышлений Губинского и того, что со стороны адвоката и его сообщников на здание была проведена рейдерская атака. Например, в деле имелась фонограмма записи переговоров некоего Селецкого с одним из собственников Дыскиным, в процессе которых Селецкий открыто заявил о своем намерении завладеть чужим зданием. Было и решение арбитражного суда Москвы от 22 ноября 2005 года — им установлена недействительность выпуска 18,4 тыс. акций, с использованием которых Губинский и его сообщники попытались доказать законность своих притязаний на чужое имущество. Однако следователю Белоусову, ведущему дело, эти доказательства не понадобились — под предлогом выделения дела в отдельное производство все материалы, опровергающие доводы обвинения, он из уголовного дела удалил. А в основу расследования положил лишь показания адвоката Губинского, данные в нарушение российского законодательства и прежде всего закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Даже решение подмосковной коллегии адвокатов, лишивших Губинского за это статуса, следователя не смутило.

Чтобы разбираться в сложных бизнес-схемах, сопровождающих дела о рейдерстве, следователям и судьям нужны не только правовые навыки, но и знание предмета. Видимо, без этого судебные споры о захвате собственности будут и дальше решаться в пользу рейдеров и их пособников.
История, прокомментированная адвокатом коллегии адвокатов Международной юридической компании Владимиром Гореликом, одновременно и типична, и необычна. К владельцам здания в Лубянском проезде (ЗАО «Ведомство») в арбитражи всех уровней было подано множество исков. Причем решение по одному из них стоило должности арбитражному судье, которого уличили в пособничестве рейдерам.

Захватчики не брезговали подделкой документов и подписей, а как-то даже в качестве психологического давления сделали фальшивую справку о смерти человека, прислав ему венок и требуя отменить принятые им решения. В начале 2006 года, устав от угроз уголовного преследования и психологического давления, Россию покинул гендиректор головной компании, основным активом которого как раз и было то самое здание на Лубянском проезде, Илья Дыскин, распределивший права на владение компанией между несколькими аффилированными структурами.
Но рейдеры приобрели депозитарий, в котором хранились акции владельцев здания, и переоформили их на себя. После чего задействовали в этой схеме адвоката Олега Губинского, который вел правовую поддержку бизнеса Дыскина и его партнеров, всех аффилированных структур и разрабатывал схему защиты здания.

В итоге, как рассказал Горелик, «через некоторое время у рейдеров, которые хотели захватить здание в Лубянском проезде, появляется вся информация и документы ЗАО «На Ильинке», которые были у