Обещай, что будешь рядом – взглядом, жестом, словом, строчкой,
В нашем царстве тридевятом, где любовь и гнев – с рассрочкой,
Где рифмуются глаголы с ветром/небом/снегопадом,
Не страшны ничьи уколы, если только будешь рядом.
Не спросивши разрешенья – ни у чёрта/ни у бога,
Кто-то создал уравненье, где одна у нас дорога,
Где глаголы расставаний жгут глаголы нашей встречи:
«Я скучаю. Возвращайся. Без тебя так долог вечер».
Прочь неверные прогнозы, перепады света/тени,
Не кори меня за слёзы и дрожащие колени,
Улыбнувшись у порога, обещай вернуться – взглядом
Всё уйдёт – беда, тревога …если только будешь рядом.
Причина появления - прекрасные стихи Игоря Приклонского и Елены Ломакиной "Возвращайся...":)
http://www.stihi.ru/2007/02/15-2292
© Copyright: Ничейная Кошка, 2007
Что же смешалось с моею душой,
Вытравив приступы боли и злости?
Кто она, девочка, ставшая мной,
Тенью в мой дом проскользнувшая гостья?
С темного неба с печатью луны,
Мне колыбельные девочка пела,
И начала приходить в мои сны,
Всю мою жизнь под себя переделав...
Я, подчиняясь непрошенным снам,
Стала рабыней ее многоточий.
Я разучилась не верить словам,
И научилась читать между строчек...
Сонмом бессонниц сменился покой,
Шепот молитв - неуменьем молиться...
Кто она, девочка ставшая мной?
Просто Любовь...от которой не скрыться.
© Copyright: Неждана Юрьева, 2007
Мечты, звездой на дне колодца,
Напомнят, что вода - святая.
Любовь?
Отдать нельзя бороться.
И знать бы, где здесь запятая...
© Copyright: Неждана Юрьева, 2009
Она ждала его шаги – звон встречи камня и металла,
Она ждала – откроет дверь и улыбнётся ей одной,
Она не видела его, но каждый день о нём мечтала,
И в мире зыбких грёз своих хотела стать его женой.
В окошко лился лунный свет – сияли точно так же латы,
А серебро ночной реки напоминало блеск меча,
И на щите его большом изображался конь крылатым.
Ах, как легко сползала б ткань с её невинного плеча…
И золотой была игла, и нитка тоже золотая -
Она придумывала герб для славных рыцарских знамён,
В свои шестнадцать юных лет она была почти святая –
Ведь если сладко ей во сне, то значит - он в неё влюблён?
Вот только жаль, что долог путь – опасен мир средневековья,
И даже добрый звездочёт не усмирит парад светил,
От подлых выпадов измен и до смертельных стрел злословья –
Дорогой этою пройти придётся всем, кто полюбил.
И будут латы рваться вдрызг, и будет в щит вонзаться жало,
И верный конь обоих их спасет, наверное, не раз
За право, чтобы лишь она в его объятьях засыпала,
За счастье, чтобы только он был отраженьем её глаз…
А Мерлин грустно изучал хрустальный шар чужих мечтаний –
Как редко сказки о любви сбывались в жизни, а не в снах…
О, сколько мог он предсказать принцессе разочарований,
Когда как звёздочки в ночи сверкают слёзы на губах…
Не торопись, мудрейший Маг – ещё не скоро до рассвета,
Сердечко храброе её способно царство удивить -
Счастливым сказкам нет конца, коль у тебя душа поэта,
И не кончается любовь, если действительно любить…
© Copyright: Сказоч-Ник, 2006
Эх, да что теперь
О судьбе хромой,
Если грудью в дверь,
Да в простор ночной!
Удила все вдрызг,
Да узду порвать,
И собаки в визг,
Чуют – не догнать.
Ветер дернуть ртом:
Не держи, родной!
Над глубоким рвом
Просвистеть стрелой.
Воздух пьяный пить,
Ржаньем скалиться –
Мне под плетью жить,
Ох, не нравится!
Ни за что теперь
Не поймаете!
Я ведь вольный зверь,
Вы же знаете.
Облаками свет
Лунный вспенится,
Не кричите вслед:
Куда денется!
Через ночь в намет
В золотой рассвет,
Здесь седло не жмет,
И поводьев нет!
И туман у ног
Гривой белою,
Что хотел и мог,
То и делаю!
Здесь роса звенит,
И трава – по грудь,
Только, кто кричит:
Милый, не забудь!…?
Вспоминай меня –
Бьется птицею…
Не простился я
С кобылицею!
Мне ж из плена прочь –
Аж, все бесится!
Стать темней чем ночь,
Тоньше месяца.
Шелком буйных трав,
Тенью беркута…
Да, видно, конюх прав –
…Деться некуда…
© Copyright: Сказоч-Ник, 2008
Осенняя скрипка – прозрачная мука
Прощального взмаха листвы,
И лес засыпает, и в золоте звука
Рождаются зимние сны.
Печально паденье, тревожно касанье…,
Но как же цветет листопад!
И красок беспечных легки обещанья,
Что птицы вернутся назад.
Я сам в это верю – а как же иначе?
Без них не запахнет весной…
Осенняя скрипка страдает и плачет,
И кружится в вальсе со мной.
Мы с нею похожи – я листиком тоже
Готовлюсь в последний полет,
И жизнь, словно лето, построчно итожу
Под музыку искренних нот.
Осенняя скрипка, сквозь рыжие пряди
Умеренно-теплых лучей,
Как хочется мне в твоем ярком наряде
Войти в осень собственных дней!
Кленовой звездой или алой рябиной
В ладонь опуститься без слов,
Чтоб кто-то меня сохранил для любимой
Охапкой осенних стихов.
Волшебница-осень, симфонией грусти
Срываясь со струн золотых,
Уже никогда никуда не отпустит
Меня из объятий своих…
© Copyright: Сказоч-Ник, 2008
Нисколечко не жалко, что не я
В твоих стихах на листиках блокнота,
Вчера полночи ты писала что-то
Заветное, увы, не про меня…
Устроившись уютно в полутьме,
Ты представляла, как это случится,
Что будешь, непременно, ему сниться,
Высокому, красивому – не мне.
Откидывая черную волну
Прямых волос, струящихся на плечи,
Ты улыбалась, представляя встречи,
Роняя диалоги в тишину…
Ах, сколько откровенности в словах!
Ты даже строго вскидывала брови,
И оживали призрачные роли,
Написанные ночью на губах.
Я даже знаю, как он синеглаз,
И чуточку насмешлив, если в меру…
И вот уже тоскующему телу
Смущение девичье не указ.
Спускается как лесенка строка,
Он ближе с каждым словом, и роднее.
И показалось? – стала, вдруг, смелее
Лежащая на талии рука.
Нет, не заметен переход границ,
Когда стихи сливаются со снами,
Где вы вдвоем плывете облаками,
Счастливые, среди парящих птиц…
А я не сплю – с годами сон не всласть,
Курю и грею стылый подоконник,
И ничего, что я не твой поклонник,
И не хочу твою любовь украсть…
Мы просто на отдельных этажах,
Я выше – и мудрее, и взрослее…
Но каждый год наверх чуть-чуть грустнее –
И я ведь был когда-то в чьих-то снах…
© Copyright: Сказоч-Ник, 2008
Что себе ты оставила?
Что терять было жаль?
Ведь не все же расплавила
Без остатка печаль.
Все равно же цепляется
Память жадно за дни,
Что тебе вспоминается
Если больно в груди?
Ну, допустим, что голоса
Ты забыть не смогла,
И пружинистость волоса,
Что под пальцы легла.
Были губы горячими…
Не запомнила их?
Ты спроси – а не трачу ли
Губы я на других?
И глаза мои синие
Было просто забыть?
А виски, в белом инее,
Удалось разлюбить?
Мне бы знать приблизительно
Что в тебе сбереглось –
Все не так бы мучительно
Мне на свете жилось.
Как бы с памятью справиться?
Представляешь, дела! –
За мгновенье удавится,
Что со мной ты была!
Ну, оставила б самое…
Вот как ты обо мне,
А она же, упрямая,
Помнит все о тебе…
© Copyright: Сказоч-Ник, 2006
Она – умница, честное слово!
И корона к лицу ей, и свита,
Я пытаюсь прорваться к ней снова,
Да дорога мне стражей закрыта.
У нее так печальна улыбка,
И приятна в касанье ладошка,
И завидуют флейта и скрипка
Ее голосу-чуду немножко.
А глаза – изумрудное диво,
Так спокойны и все понимают,
Как внимательно, как же красиво
Они тоже меня изучают.
Непослушная рыжая челка –
Так и хочется тронуть рукою,
Но чуть слышно рычание волка,
Что стоит у меня за спиною.
Неподкупна дворцовая стража,
Только сказка – стихия поэта,
Знаю я – неизбежна пропажа
Ее сердца со мной до рассвета.
Удивленно взметнутся ресницы
Взросло-юной моей королевы,
Ведь в стихах, до последней страницы
Быть прекрасней ей Гвиневеры.
И задумчиво сузятся брови
От возможности страшной потери –
Ах, как дерзок, не знает он что ли,
Палачу "по зубам" менестрели!
Языку с топором не сравниться,
Ох, острее топор неизменно…
А спасти, это значит влюбиться,
А влюбиться – пропасть непременно!
Я смотрю – ты губу прикусила…
Как мила… как строга не жеманно…
Вот бы правда меня полюбила
Королева по имени Анна!
© Copyright: Сказоч-Ник, 2006
Нет, не зову…В толпе слегка коснусь…
Почувствую – ожог по рукаву!
Сбивая шаг, быть может, оглянусь.
Перекрещусь неловко на ходу.
Не предназначено случайно угадать
Кого накрыло саваном – крылом,
Кому осталось пять шагов дышать,
И не успеть подумать – что потом?
Услышать ли – Я НА ТЕБЯ СМОТРЮ!
Когда сквозняк в ногах расщерит дверь,
Я ТЕБЯ ВИЖУ! Черным по лицу,
Как судорогой-тенью… АЗАЗЕЛЬ!
И никуда от бездны страшных глаз,
Когда нутро пришпилено ногтем,
Когда, действительно, уже в последний раз
Почудится зловещее – ПОЙДЕМ…
Он тоже Бог, но с выжженной душой,
Восставший Ангел, растоптавший Свет,
Он вестник Смерти, значит и за мной
Придет сказать, а был ли я Поэт?
Где сон, где явь – узнаю на краю,
Насколько грешен – по его глазам,
И, перепуганный, ничто не утаю,
Где был иудой – перечислю сам…
Где не дожег свечей церковных боль,
Не домолился, не догнул колен,
Где слез неискренних расплескивая соль,
Как Каин каялся наличием измен…
И с каждым вздохом - дальше от небес,
И с каждым словом – медленней огонь,
Так вот, оказывается, как идти на Крест,
И подставлять под гвоздь свою ладонь!
Ну, Господи! Здесь, в этой пустоте,
Где невозможно равновесье сил,
ТЫ можешь снизойти на миг ко мне,
Беспомощному? Я бы попросил…
Когда обиды выплеснут из глаз,
Что не ДО- верил и не ДО- страдал –
Пусти меня на землю еще раз,
Я несколько стихов… не дописал.
© Copyright: Сказоч-Ник, 2008
И эта ночь сотрётся бледно-серым,
В рассветной умирая тишине,
И яблоком на небе жёлто-спелым
Луна опять покатится ко мне.
Сожмётся в точку, в каплю канифоли,
Янтарный шарик брошу под язык -
Вселенский холод… впрочем, поневоле,
За триста лет я к этому привык.
Прольются звёзды росами на травы,
В их хрустале оставлю длинный след…
А сказочники всё-таки не правы –
Нас, оборотней, не было, и нет.
На мягких лапах путь домой короче,
Шарахнется спросонья соловей,
Чтоб быть собою, я ворую ночи
У спящих и доверчивых людей.
Им знать нельзя, что Волк ещё остался,
Что он, как прежде, Повелитель Лун…
Я столько раз над сказками смеялся,
Где оборотень, в сущности – колдун!
Тут всё не так, моё предназначенье
Стеречь всерьёз полночный свет Луны,
Чтобы твои сбывались сновиденья,
Чтоб самому прокрасться в эти сны.
И нужно потерпеть ещё два века,
Ведь пела же нам Птица-Гамаюн,
Что будет ночь, когда из человека
Ты снова превратишься в Фею Лун.
И вот тогда, уставший и гонимый,
Взъерошенный, клыкастый и большой,
Я снова подойду к тебе, любимой…
Взгляну в глаза: позволь мне быть с тобой…
© Copyright: Сказоч-Ник, 2008
Господи, дай ему силы остаться собой,
В мире, где всё покупается и продаётся
Дай ему веры, что счастье даётся судьбой,
Не говоря, что не всем, и непросто даётся...
Дай ему доброго вечера, светлого дня,
Тёплой зимы и хмельного, нежаркого лета.
Если не сможешь найти - забери у меня
То, что в любом человеке рождает поэта.
Дай ему солнца и неба беспечный покой,
Запах цветущего луга и шум перелеска,
Дай ему слов, огранённых твоею рукой
До неземной чистоты, до кристального блеска.
Дай ему жизнь ради жизни, не рвущую жил,
Мира - и в сердце, и в доме, как высшую милость.
Дай ему СЧАСТЬЕ, которое он заслужил,
То, за которое я, как умела, молилась.
© Copyright: Неждана Юрьева, 2009
Холодает...ты где-то пьёшь свой утренний кофе, шуршит газета - всё, что осталось - холодный дождь, память о лете и томик Фета. А завтра она непременно придёт - неважно, зачем. Вам и мёрзнуть вместе приятнее, правда? Быть может, счёт сравняется к завтраку. Просто жесть... И как-то глупо сводить нули, расценивать мелочи как обиды - вас обыграли и провели правила вашей слепой корриды. Закуришь. Поспорим, в её губах тоже затеплилась сигарета? Восемь коротких затяжек, махом, под шёпот: "Такое вот, мама, лето..."
И дождь бесконечен, как ваши "но", которым вы знаете цену оба. Она бы, конечно, сделала ноги от этих проблем самой высшей пробы, но что-то не тянет менять цвета на гербовом флаге. Ты жив, Ланкастер? Она забывается снова, тает, не-снежная baby осенней масти...
Да... Холодает. А ей тепло - не дура ли - греется звёздной пылью. Её абстиненция - пуля в лоб. Не лечится. Кофе и чай остыли на скатерти в клетку. Пора идти, выгуливать мысли под серым небом, потом сорок восемь минут в пути - зачем? Непутёвая гостья, нет бы на молнию душу...
А ты опять пойдёшь покурить... Вам бы бросить это, чтоб не было повода здесь стоять и бредить: "Спасибо тебе...за лето".
© Copyright: Неждана Юрьева, 2009
Крепче сжав кулаки - ногти в кожу впились,
Я бегу к подожжённому нами мосту.
Не молись за меня, я прошу, не молись!
Я в Господнем дому на особом счету...
Место ангелу - только за левым плечом,
Чернокрылый, он тоже меня бережёт...
И поверь, мы не раз пожалеем ещё,
Что прервать не смогли свой безумный полёт.
Не молись за меня! ОН не примет мольбы -
Я ЕМУ от рожденья мозолю глаза.
Моё имя записано в книгу судьбы
Между прочерком "против" и кляксою "за"...
Саламандрой на мост, что сама подожгла.
Да, возможно, сгорю, но тебя сберегу.
Ты прости, мой хороший, ведь я не со зла,
Просто место моё на другом берегу.
Половину души обрекая на смерть,
Я забуду тебя...только ты не зови!
Мне достанет цинизма смеяться и петь,
И не видеть на сердце ожога любви.
© Copyright: Неждана Юрьева, 2008
Пакетик чая – якорем… свеча…
И плед, у ног свернувшийся котенком,
Согреют ночи, и почти негромко
Твои слова и вздохи зазвучат,
И станет легче понимать сверчков…
Осколки лета слишком осторожно
Собрать в сухой гербарий позапрошлых,
Простых историй с меткой «про любовь»
Не видеть горизонта из-за волн,
Ни птицы певчей, ни другого дива…
Рассыпалась вся нежность, и пугливо
Дорогой к морю пахнет вещий сон…
Твоим следам на побережье том
Я имя дать успею до прилива…
_____________________________________________
Согреют ночи / Твои слова и вздохи / И станет легче
Осколки лета / Собрать в сухой гербарий / Простых историй
Не видеть горизонта / Ни птицы певчей
Рассыпалась вся нежность / Дорогой к морю
© Copyright: Велма, 2009
Не пишу ни тебе, ни другим –
Как в монашеской келье затворник,
Для тебя стал давно я чужим,
Для себя стал давно я святым,
Как иконный Никола Угодник.
Низкий свод и бойницей окно,
Я не рад добровольному плену,
Мы с тобою уже не одно -
Цепь распалась, и я лишь звено,
Что в забвении предано тлену.
Больше в сердце костру не пылать,
Уголек под сутаною прячу,
Я тебя не хочу потерять,
Я тебя не могу отыскать,
Я молюсь ныне Богу и плачу.
Среди стылых подвальных теней,
Что как я неприкаянно бродят,
Боже мой, пусть я стану сильней,
И навеки забуду о ней,
Пусть ко мне больше сны не приходят!
Но молитва моя не дойдет,
И Господь не пошлет снисхожденья,
В этих стенах со мною умрет
Та, что бедное сердце зовет,
Та, что мне не подарит прощенья.
Я от мира оторван тобой,
Пред крестом преклоняю колени,
Ты мне светишь далекой звездой,
Ты мне счастьем была и бедой –
Боже, пусть наши встретятся тени!
© Copyright: Сказоч-Ник, 2008
А давай мы забудем слова «все» и «каждый»?
Не про нас слово «было»…
И разница в том лишь,
Что у нас даже прошлого нет. Но однажды
В тишине скажет кто-то из нас:
«А ты помнишь..
Искушенность толпы, что давилась в партере?..
Не-соленность хлебов, не-ротация зрелищ!
Как слетались все зрители к нашей премьере,
А не к тихому счастью за нас…
Грустно... веришь?
А еще – ожиданье мальчишки-Июля…
Тот, что вырос из шортов зеленого Мая!
Ароматом свободы, мечты и пачули
Он влюбился в тебя!
Я его понимаю…
Помнишь наши стихи, с долькой ночи и с солью?
Поцелуи мои – россыпь из многоточий?
Рвется там, где болит…
Брошу слезное взморье
Палантином на плечи твои…
если хочешь?»
И когда ничего не останется, кроме
Полувытертых фраз на промокшей афише,
Наберу твой на память заученный номер,
Чтобы просто сказать:
«Я люблю тебя…
Слышишь?»
© Copyright: Велма, 2009
Я давно изучила асфальтово-плиточный остров,
Номера иномарок, деревья, кирпичную стену,
И наверное было бы (веришь?) предательски просто
Отменить и забыть сигаретно-смешную измену.
Словно дети играем с тобою - не в прятки, так в жмурки,
Прячем руки за спины, глаза - в бирюзовое небо
И заученным жестом швыряем в ведёрко окурки:
Ты всегда попадаешь. Пора научиться и мне бы...
Я одна возвращаюсь в мирок, где затёртый Brockhaus,
И учебник истории тоже изрядно зачитан.
Я пишу что-то "в стол", каждый грёбаный вечер, без пауз,
И стараюсь смеяться легко и не так нарочито.
Мама будет сердиться на лексику, спорим? Цензура...
Или думать, что всё это правда от строчки до строчки,
Но конечно не скажет: - Какая ты всё-таки дура...
Ей неважно... Ей знать бы, что живы и счастливы дочки.
Так о чём я? Ах, да, об игре, что закончится плохо,
О попытке кого-то беречь, а себя искалечить...
Две затяжки. Без пауз. Их всё-таки мало для вдоха,
Ведь ни время, ни ложь, ни пустая надежда не лечат.
© Copyright: Неждана Юрьева, 2009
Тебе...
Ставь запятую там, где ты хочешь меня –
казнь или милость? Рай вместо шалаша?
Я разбиваюсь о глянец чужого дня
вдребезги! Жаль... Буду теперь не спеша
пить твое «кьянти». Или добавить мышьяк?
Так чтобы сразу! Не дожидаясь утрА...
Ведь умереть молодой можно только так –
вздрогнув от счастья в теплых твоих руках.
Куришь в постели. Здесь, в беспощадном дыму,
все мои рифмы /даже которых нет/.
Пальцы запутались в строках… И тишину
рвут на клочки твои стоны! Сегодня мне
ты посвятишь каждый вздох… На пределе чувств
громкость моя!.. Будем вместе считать грехи.
Ты – мой предлог, мой зной, мой вишневый вкус!
/нет, я не мастер, чтобы писать стихи.../
Поздно навешивать ценники на «любовь».
К чёрту мораль! Мне рамки ее тесны.
/Пусть недостойна небес после этих слов/
Я остаюсь... на пике твоей весны...
© Copyright: Велма, 2009
Лето в разгаре, а листья уже пожелтели,
Первые листья, уставшие ждать тишины,
Крылья бы им, и они бы тогда улетели
В дальние страны, где долгие зимние сны.
Я бы за ними..., мне выспаться хочется тоже -
Только во снах становлюсь я на время собой,
Но возвращаюсь обратно, где всё непохоже,
Где всё не так в этой жизни, и где я чужой.
Плачут рассветы холодной росою на травы,
Трогает осень ночами поверхности вод,
Там, за дождями поймём мы как были неправы
По отношению к тем, кто нас любит и ждёт.
Мне бы напиться дождями, умыться росою,
Смыв с себя пепел чужих и взаимных обид,
Только вот знаю, что там, над моей головою,
Может быть кто и поверит, но вряд ли простит.
Ветер сдувает с ладони песчинками годы,
Сфинксы молчат, и бездонно молчанье веков,
Где-то за будущим эхом слепой непогоды
Прячется голос моих не озвученных слов.
Я бы сейчас мог бы выкрикнуть это сильнее,
Только зачем, если хочется стать тишиной,
И прошептать: люди..., будьте друг к другу добрее,
Будьте с другими такими, как сами с собой...
© Copyright: Сказоч-Ник, 2009