Давненько мне уже так хорошо не игралось. Поэтому скажу сразу же огромное спасибо мастерам, несмотря на основной загруз уже непосредственно перед лангедоком – в моем случае играть это не помешало, напротив… было в этом что-то такое – как в омут с головой. Очень понравилось работать с Сережей как мастером – действительно приятно, когда тебе искренне рады и доверяют свое ценное, сокровенное, можно сказать – рожденное для того, чтобы зацепить и утащить с собой… Это я про роль.
И – да, я нисколько не пожалел, что вообще на этот лангедок попал. Надеюсь, мастера и дальше будут меня звать на свои проекты. Ну вот… Поскольку мастера собираются весной делать еще один прогон, то интригу игры я раскрывать не буду, пройдусь просто немного по своим личным «понравилось – не понравилось», ну и более подробно распишу общее впечатление, в основном эмоциональное восприятие всего действия и игротехника.
Начало подзадержалось, и подзадержалось изрядно – чуть ли не на час. Ждали опоздавших игроков, грузили еще не прогруженных, приводили помещение в соответствие с требующимся антуражем лангедока. То есть, в принципе, мы все видели, куда девалось время, так что я в принципе не слишком в претензии. Тем более что сидел в «Винтерфелле» после тренировки. Вот если бы я пораньше пришел, чтобы загрузиться, а пришлось столько ждать – я бы, наверное, уже обиделся.
Антураж, значит… Играли в одной из рекреаций «Талисмана», с выключенным светом, при свечах. Плохо, что вечером еще шли занятия, и дверь в компьютерный класс время от времени открывалась, оттуда выходили люди. И входили обратно. В общем же – да, играть в полумраке было и необычно, и своеобразно, и нисколько не мешало, потому что стихи я читать совершенно не собирался. Еды было мало – но тут хоть мастера дали приемлемое объяснение этому лангедочному феномену. Питья, что для лангедоков не характерно, хватило, еще и осталось, наверное, потому что нас было мало.
Играть человека, лишенного эмоций, было одновременно и полезно, и просто любопытно. Ну да, я и обычно не особенно-то показываю, когда мне плохо, и не скачу от радости, когда хорошо. Хотя некоторые все-таки говорят, когда хорошо – свечусь. Это прямо видно. Ну, в этот раз мне нужно было либо не проявлять эмоций вообще, вне зависимости от того, как обычно люди реагируют на ситуацию, либо проявлять эмоции гипертрофированно, на самом деле – не проявлять даже, а играть, причем первый или второй вариант проявления эмоций должны запускаться хотя бы условно рандомно.
Игротехника тоже порадовала. Да, она была достаточно простой, и в то же время – достаточно выразительной. Маски, как я понимаю, в этом случае могли быть любые, но в звериных было что-то особенно зловещее, нагнетающее атмосферу, что и требовалось, собственно. Приятно, что при необходимости в эту модель игротехники можно было вовлекать и игроков.
И очень порадовал финал, после того, как мы уже оказались в капитанской рубке. Очень неожиданно, очень. Хотя я и мог бы додуматься до подобного, все ниточки и предпосылки были. И – да, мы словили катарсис, в конце, когда сидели в полутьме за столом, пили лимонад, я держал в руке зажженную сигарету, потому что мне положено по роли, а Зигмунд и Болбат брали ее из моей руки, чтобы затянуться. Да, вопиющее нарушение пожарной безопасности, но зато какой момент! И да… Мы выжили и даже, кажется, вернулись к нормальной жизни… Хотя не уверен, что моему персонажу так уж показана нормальная жизнь.

От этого никуда не денешься. Все мое безразличие и поза на тему: «мне-никто-не-нужен» внезапно забыты. Как кошка, почуявшая запах валерьянки. Это приятно, потому что принадлежит только мне. Есть еще страх. Банальный, мучительный страх оказаться не нужным. Ты способен сделать мне больно, но рефреном будет: «и в этом нет моей вины». Все безгрешны и невиновны. Игра становится все интереснее. Я волнуюсь, а как удобно было бы оставаться льдом.

Ты сводишь меня с ума. Не видеть тебя, не говорить ни слова, только лишь купаться в волнах своей памяти о тебе. Иногда мне кажется, что все ушло, а потом воспоминания захлестывают и все начинается заново. Мне не хватает тебя каждый день и час, даже если это всего лишь каприз… Но если это каприз, то почему за столько времени он так и не прошел?

Зашел в гости к Наташе, во времена клуба «Элберет» именуемой не иначе как Большой. Посидели, поболтали, пили кофе и вино, говорили о жизни. Странные это вещи – связи, любовь, отношения, мозаика встреч и расставаний – всего-всего. В конечном итоге все складывается так, как будет лучше для нас – только в силах ли мы не дать нашему внутреннему условно хорошему: морали, воспитанию, религиозности, стать на пути нашего счастья? Я бы сказал, что очень редко – да.
Почему-то каждое наше достижение, именно достижение, выстраданное, возможно, зубами выгрызенное, когтями вырванное, вызывает у нас чувство вины. А в чем вина-то? Что не стали ждать, отказались от смирения, совершили подвиг и получили приз – ха, а как иначе? Даже с судьбой нужно уметь обращаться, потому что подарки эта дама делает довольно редко.
Немного поговорили о кухне так называемого профессионального блоггерства. Честно говоря, мне нет разницы, висит ли в дневнике под интересным постом реклама, главное, чтобы человек интересно писал, чтобы мне хотелось читать. Так и не понял, зачем становиться в позу и кричать на весь интернет о продажных блоггерах, ну, зарабатывает человек фрилансом деньги – и прекрасно, что такого-то? В некоторых вопросах я демонстрирую редкую толерантность, вплоть до пофигизма.

Наконец-то отснял кольцо. Ракурсы неважные, нормально лежать оно ну никак не желало. Та фотография, где кольцо на руке, получилась вроде ничего себе так.
[700x599]
[617x700]
[700x530]

Иногда ты видишься мне двумя разными персонажами, полностью противоположными друг другу. Один ты – очаровательный, галантный, понимающий, другой – грубый, циничный и даже временами жестокий. Но это всего лишь иллюзии, которые ты мне даришь, а мне хочется знать, какой ты настоящий. Хочется, несмотря ни на что.

По отношению к некоторым людям у меня возникает чувство гадливости, разной степени тяжести. Кажется, я даже не пытаюсь скрывать эту свою эмоцию. Объяснять, почему это так происходит, я тоже вряд ли стану. Вполне могу допустить, что некоторые могут испытывать подобные чувства и по отношению ко мне – знаю, что не подарочек.

Когда-то очень давно во Владивостоке я попробовал газированный напиток на основе молочной сыворотки, что ли – «Милкис». Вкус был своеобразный, но приятный. Сейчас этот напиток стал появляться в Красноярске – не просто в городе, а в соседнем киоске, куда я иногда захожу за едой и всякими мелочами. Когда я вижу его на витрине – покупаю баночку-другую и предаюсь воспоминаниям.
Это было очень хорошее время. Океан и город оставили у меня память на всю жизнь, несмотря на то, что не очень понятно, попаду ли я туда еще хоть раз. Город изумительный: теплый и очень приветливый, мало какой из городов был со мной приветлив настолько (разве что Омск, но он-то в этом смысле вне конкуренции). Места. Люди. Странно, но через много лет вспоминаются больше места, чем люди.
Ну вот, а Шелоб еще не верит, что я – кот. Мне кажется, типично кошачья черта – оставлять в памяти места и выбрасывать людей. У меня вообще очень странное восприятие местности – даже любимый город я достаточно не знаю – ну, знаю достаточно для того, чтобы чувствовать себя здесь комфортно, и весьма, а порой направления превращаются в маршруты к – месту ли, человеку ли, но дорога не существует отдельно, а лишь ведет куда-то.

Очередное посещение очередного «Мира самоцветов». Целей не слишком много – найти себе, если попадется, новое подходящее кольцо, купить камень для ученика. Как бонус – найти замену потерянному камню. Все пункты программы выполнены. Кольцо Локи теперь носит вместо родного потерянного сердечника черный агат. Плоский черный камень. Свойства кольца, несомненно, изменились, зато теперь это однозначно рабочий перстень. Интересно, как ребенок теперь его будет чувствовать?
Для него – горный хрусталь. Надо заканчивать с этой необоснованной недосказанностью, идти вперед. Честно говоря, сейчас бы или бросить все, или перетерпеть, но я не хочу снижать темп. Не интересно – значит не нужно. У меня тоже так. Если не интересно, что я смогу сделать? Будет еще один «студент-заочник»… Только вот у него из-за этого его отношения проблем будет гораздо больше. Он же не только меня провоцирует на действия, но еще и свою четверку. Которая в данном случае на моей стороне. Никому не нравится, когда тебя и в грош не ставят.
Кольцо. Я бы его не заметил. Не увидел. Не нашел. Люди сами обратили мое внимание на это кольцо, или оно… Оно как будто ждало, когда я приду за ним и заберу. Потому что кольцо в форме лисы. Потому что под серебро, с мелкими черными камнями. Потому что сидит на пальце легко и изящно. Потому что, разумеется, это будет одно из рабочих колец, которых у меня немало, но именно сейчас оно – лисье, удивительно вовремя. Вот такие прекрасные приобретения у меня случились.

Мы, солнышко, просто такие. Как мы есть. Доверяем, потому что хотим доверять. Не страдаем паранойей. Встречаем предательство с широко открытыми от удивления глазами. Зато мы живем, а не прячемся по подворотням в ожидании удара.

Мне начинает казаться, что не только ты наталкиваешь меня на мысли и решимость совершать поступки, но и… Это же, наверное, хорошо, так мы больше оказываемся на равных.

Тут некоторые, видимо, забыли, что я не котик с бантиком на хвостике… Что-то частенько и многие стали забывать, а потом удивляются, откуда же у них проблемы? Просто считайте тигра тигром, и все будет в порядке.

У диктовки есть свои достоинства и свои недостатки. Удобно, когда диктофон все время под рукой, не нужно искать момента, чтобы воспользоваться бумагой и ручкой, можно говорить в любом темпе, и перескакивать с темы на тему, если есть возможность и желание. Да, эти записи занимают место и требуют кропотливой работы по расшифровке – наговорить текст гораздо быстрее, чем потом его напечатать.
К сожалению, диктофонная запись представляет из себя скорее наметки, чем полноценный текст, и после переноса в электронный вид требует доработки и правки. Впрочем, это нормальная особенность любого сырого теста. Зато идешь по улице, говоришь в микрофон телефонной гарнитуры, и никто на тебя как на дурака не смотрит.