Лекция в НИИЧаВо про альбигойскую ересь и герцога Тулузы Раймонда шестого:
- Папа его послал нахрен, предложив предварительно покаяться…
Авторство - Ашти

Если я сейчас попаду в этот капкан, мне потом придется отгрызать себе лапу?

Денжен. Кос в разговоре с мастером выдает редкостно здравую мысль, потом вспоминает, какой интеллект у его персонажа и добавляет: «Но большую часть времени я тупой дебил…»

Мы можем это уничтожить, значит, мы этим владеем (c) М. и С. Дяченко «Стократ»

«Плюньте в лицо тому игроку, который скажет, что настоящее, закончившееся победой соблазнение – всего лишь часть игры. Такие методы не допустимы в игре, если только игрок не является окончательной и беспринципной сволочью…»
Но – написанное выше не является моим личным опытом, разве что только как стороннего наблюдателя. И было это несколько лет назад. Просто именно сейчас то самое воспоминание догнало и засело.

Ах, дорогой, как это прекрасно и своевременно, настолько, что удивляться уже решительно глупо. Только мое зеркало может так радикально изменить мое настроение несколькими печатными строчками. Я очарован.

Сегодня утром на моем рабочем месте наблюдалась несколько постапокалиптическая картина. Стол с отключенным компьютером, пищащий бесперебойник, лежащий на боку большой переносной фонарь включен, и в его свете я, одетый в белый рабочий халат, пишу в обычной тетради синей гелевой ручкой. А за спиной – темный силуэт формовыводящей машины. Электрики в нашем помещении что-то там меняли по своей части, а фонарь принесли, чтобы мне не было совсем уж темно.

Иногда в воображении я пытаюсь услышать, как бы звучал написанный тобой текст, как бы ты это сказал. Не слишком просто, я начинаю забывать твой голос уже, а что-то из написанного просто не вяжется с тем тобой, которого я помню, с «моим» тобой. Но я снова и снова пытаюсь услышать тебя почему-то.

Новый знакомый, и общее увлечение танцами. Неожиданный. Интересный. Пока интересный. Во всех смыслах. Кошачье любопытство зовет не медлить, но я все равно медлю... потому что еще не понимаю, зачем мне все это, а ведь складывается хорошо, интересно. Долгие, взахлеб, разговоры о танцах, началах хореографии, благо занимаемся оба этим уже давненько, просто я – на уровне любителя, нахватавшегося по верхам, но все равно…
Некоторые мои огненные желания просто обречены на то, чтобы исполняться. Они бывают внезапными, ничем не обоснованными, как ревность к незнакомцу, например – не имеющими под собой никакого основания. Я рискую показаться смешным в этой своей игре, но – это же часть моей сути, как только я перестану играть в эту игру - наверное, я перестану быть собой.
Интересный разговор у нас был о прошедшем лангедоке. Там он играл Сергея Есенина, а моя сестра должна была быть Айседорой Дункан. Не сложилось, а жаль, могло бы получиться забавно. Говорили о том, что Айседора относилась к Сергею во многом как к сыну. Недобрая улыбка на моем лице, когда я понимающе киваю и подтверждаю словами – да, я отлично понимаю эту любовь зрелой, самодостаточной женщины к парню, которому она не переставала дивиться.

Однако же, изрядно удивлен«- Ты прав, священник - на небе один Бог. Но кроме неба есть еще земля и мир подземный. Есть Саваоф - бог небес и законов, и сын его Джезус Крайст Суперстар, и птица его - голубь. Есть Воланд, бог подземелий и войн, и сын его Пилат, который убил Суперстара, а птица его - ворон. И есть Люцифер - бог земли и свободы, и сын его Константин, а птица его - стерх.
Так говорит Заратустра.» (c) Антон Станиславович Антонов “Меч Заратустры” (“Пепел наших костров – 2”)
Вот не ожидал я, что это не только помнят, но и вообще знают. Говорил он об этом когда-то, или его так поняли, или у автора прямо-таки нечеловеческое чутье – не суть важно. Важно, что ведь как верно сказано. Ну, не сын, предположим, не сын, но связать два эти имени, давая однозначную отсылку именем птицы «стерх»… Догнал прекрасную шутку и страшно доволен. Но кроме банального «доволен» есть и другое какое-то ощущение… Что все правильно идет.

Если бы мы убивали женщин за их язык, то все мужчины стали бы убийцами. (c) Дафна дю Морье

Собственно, прошел, и прошел не впустую. Клятвы, которые должны были быть подтверждены – подтверждены. Все остальное – на прежнем уровне. Про то, что начинает раздражать, пока помолчу, наверное. Здесь – самая длинная ночь, свечи, внезапно, почему-то – запах хвои, смолы и еще чего-то лесного. Ярко-белый запах зимней свежести. Раньше я, кажется, никогда не соотносил запахи с цветами.