Кукла не принадлежит к миру живых, но и к миру мертвых - тоже. Промежуток, грань, обоюдоострый нож. Поэтому кукле разрешено делать то, что запретно и для людей, и для вещей. (с) Г. Л. Олди

Сказка про утонувшую девочку
Мрачная, с тенями под глазами, девушка протягивает руки к четырехлетней девочке, красиво одетой и миловидной, как куколка, держащей в объятиях плюшевого медвежонка с голубым бантом на шее:
- Ты пришла послушать сказку, Маришка? Ну, давай, садись ко мне на коленки и слушай внимательно.
Девочка взбирается на колени старшей сестры, не выпуская из рук медвежонка. Фрау Эрика начинает говорить чуть нараспев, голосом одновременно и ласковым, и зловещим:
- Жила-была девочка. Звали ее Маришка. Да-да, милая, так же, как тебя. Родители любили ее и никогда ни в чем не отказывали, выполняя все ее капризы, даже самые глупые, поэтому была эта девочка сильно избалованной и очень непослушной. Сколько раз родители и няня убеждали ее быть осторожной и не делать то, что могло бы причинить ей вред, но девочка никогда их не слушала, ведь она знала, что с ней не могло случиться ничего плохого. Ни с одной маленькой девочкой, особенно такой милой, никогда ничего плохого просто не случается.
И вот однажды Маришка гуляла с няней в парке. Была самый конец марта, уже начал таять снег, и птицы щебетали совсем по-весеннему. Зимой няня водила девочку в этот парк, чтобы покататься на коньках по льду замерзшего пруда, и тогда Маришке очень понравилось кататься. Девочка попросила няню позволить ей покататься по льду сейчас, пусть у них и не было коньков. Но няня оставалась непреклонна, ведь она знала, как опасен бывает тонкий осенний лед. А Маришка этого не знала, и слушать няню она тоже не хотела.
Улучив момент, когда во время прогулки няня отвлеклась, Маришка побежала к пруду, надеясь несколько раз прокатиться в свое удовольствие, пока няня не спохватится и не отправится искать непоседу. Сначала девочка осторожничала и каталась у самого берега пруда, а потом, видя, что ничего страшного не происходит, и лед под ее ногами так же тверд и надежен, как зимой, девочка изо всех сил разогналась и выехала на самую середину пруда.
И тут лед под Маришкой едва заметно треснул. Девочка испуганно замерла, а потом стремглав побежала к берегу. Но чем быстрее она бежала, тем сильнее трещал лед под ее ногами, и вот, после очередного шага девочки лед не выдержал, и Маришка провалилась в обжигающе-холодную воду. Она билась в смеси воды и ледяной крошки, пытаясь спастись, но с каждым движением лишь приближая свою неминуемую гибель.
Льдинки больно ранили Маришку, и все сильнее охватывал девочку холод, все слабее становились ее попытки удержаться на воде, все медленнее она двигалась. А няня девочки в это время с криком металась по берегу пруда, с ужасом понимая, что Маришка убежала слишком далеко, и уже никто ничем не сможет помочь маленькой непоседе.
Между тем Маришка совершенно прекратила борьбу с ледяной водой, она не могла больше двигаться, и горло ее сжало словно тисками. Все реже девочке удавалось вдохнуть, и вот, наконец, она задохнулась, посинела, и стала медленно уходить под воду, до тех пор пока не достигла промороженного дна пруда. Вот так маленькая девочка Маришка утонула, потому что была глупенькой шалуньей, и никогда не слушалась взрослых.
Но это еще не все. Однажды ночью – случилось это через ночь или две ночи после ее смерти – мертвая Маришка вылезла из пруда и пошла домой за своим плюшевым медвежонком, потому что даже после смерти она не могла спать без своей любимой игрушки.

Сказка про замурованных заживо
Фрау Эрика сидит на диване в холле, уютно подобрав под себя ноги. Вокруг нее расселось несколько дам и мужчин разного возраста, одетых довольно просто: в халаты, пижамы, обычную повседневную одежду и даже в нарядные вечерние костюмы. Фрау Нойман произносит интригующим полушепотом:
- А скажите, ведь никто не задумывался о том, куда деваются те пациенты, которые, якобы, закончили курс лечения и покинули это заведение навсегда. Вот Вы, пани Ружена, - фрау Эрика кивает нарядно одетой темноволосой даме, - снова приехали сюда для профилактического осмотри, а пан Шипка, так и вовсе теперь тут работает, после того, как был пациентом и лечился. Но куда, как вы думаете, деваются те, кто уходит навсегда. И уходят ли они хоть куда-нибудь? – Фрау Нойман замолчала и обвела слушателей сияющим возбуждением, слегка безумным взглядом. Пани Ружена подбодрила ее заинтересованным возгласом:
- Ну же, фрау Эрика, продолжайте.
Девушка издала негромкий злобный смешок, и продолжила свое интригующее повествование.
- Вы когда-нибудь были в подвале? Видели, что там находится? Конечно же, нет. Кроме морга там не на что смотреть, да и морг, прямо скажем, зрелище на любителя. Так вот, когда пациента выписывают, и нет никакого шанса, что он сюда когда-то вернется, его заманивают вниз, в подвал. Одурманивают хлороформом, связывают, оставляют в таком виде в нише в стене и замуровывают заживо.
Люди в ужасе смотрят, как перед их лицами вырастает стена из кирпичей, и с каждым мгновением, пока они взирают на возводящуюся преграду, им как будто бы становится сложнее дышать. Они кричат, бьются в своих нишах, но никто не слышит их Читать далее...

Был долгий, но запомнился один момент. Там было два котенка, сереньких, полосатеньких, которые по какой-то причине должны были умереть. Один вроде даже умер, и его трупик лежал на полу. После того, как второй котенок не умер, я беру в руки трупик и понимаю, что этот котенок тоже живой. Я не умею убивать котят. Ну и пусть живут.

Собственно, вопрос возник довольно-таки серьезный. Когда пути сходятся, невозможно сказать «нет» попутчику. Позже, может быть, это и получится, но еще не сейчас. Гуляли с Машей по набережной. Пришли к фаерщикам. Нет, мне по-прежнему чужда эта забава, просто у меня есть зажигалка, которой удобно поджигать разнообразные их огненесущие штуковины. Почувствовал себя немного Прометеем.
Четкий, слаженный барабанный ритм. Попеременно тепло асфальта и мягкая шелковистость травы под босыми ногами. Танцую, и понимаю, что заключен в огненный треугольник, внезапно оказался между тремя фаерщиками. Тепло, энергия и мой город – осознание всего этого будто взрывает изнутри ритмичным трансом.
Люблю тебя, огненный мой, скучаю по нашим долгим, пусть даже неоднозначным, разговорам, по бордовому блеску в чьих-то случайных глазах, по всему тому, что связывает нас наяву в этом тяжелом реальном человеческом мире. Сияющие эмоции, уступающие по силе таким же, приходящим когда-то давно. Нет сомнения, есть ожидание – что дальше?

Троцкий: "На всякую принципиальность нужно отвечать полной беспринципностью"

1.
[700x525]

Мне кажется, что кондукторы автобусов живут в каком-то особенном мире четырех физических измерений. Как иначе объяснить, что они всегда видят какую-то альтернативную пустую часть автобуса, и постоянно стремятся отправить туда пассажира: «Пройдите дальше, там свободно…»

Мы - эстеты, ведущие рассеянный образ жизни (с) В. Звягинцев

Ты слышишь…
Настанет день такой,
Когда реальны сны,
И улетит покой
На крыльях тишины.

Из непроглядной мглы
Зовут тебя, король,
Те, что добры и злы,
И знают твою роль.

Пусть имя назовет
Легчайший из ветров.
Событий хоровод
Нести тебя готов.

Ты слышишь зов небес
И бездны адский рев.
Ты где-то там и здесь,
Летишь меж двух миров.
15 октября 2016 г.

Нашлась в сети презабавная пародия на всяческие пафосные пауэр-металлические опусы. Не знаю, имела ли место первая "Эльфийская ногопись", но в данном случае это даже не очень важно. Голоса и музыка - вот прямо классика, зато текст... В общем, весело, в меру (в паре мест и не в меру) пошло, и пафос же, пафос! Моими фаворитами среди персонажей этой истории стала демоница Адалалилида, у которой нет цели, но, кстати, она не тупая, а просто собирается разрушить весь мир и потом над этим поржать, и макакий царь Гамадрил в парадных кольчужных стрингах. Красота и полет моей буйной фантазии.

Захватывает. Невероятно захватывает настольная игра. Яркие мастерские персонажи, больше половины которых когда-то придумали игроки, невероятные, потрясающие воображение ситуации, общность интересов игроков, несмотря на возникающую порой разницу в интересах персонажей. Просто хорошая компания. И если раньше, что говорить, важнее была компания, теперь уже более важной становится сама игра.
Я не знаю, чем именно закончится наше приключение. Знаю, что это будет интересно, захватывающе, и, может быть, даже волнующе. Знаю, что я не пожалею о бессонных ночах, а все остальное… Да пусть пока останется загадкой, будоражащей кровь.
Ожидание нового, ценного, желанного. Понятно, что желания простираются дальше, чем только игры и хорошее времяпровождение. Игра – всего лишь дополнение к общему фону жизни, ее счастливое наполнение, но оболочку моей жизни создают совсем другие вещи и люди. Однако на самом деле жизнь не делится на важное и не важное, она одинаково важна для меня вся, что бы я ни говорил и не писал сейчас.

- А также за непреклонный материализм, не позволивший убояться нечистой силы, награждаются медалью имени Хомы Брута... С мечами и бантом! (с) В. Звягинцев

Иногда мне начинает казаться, что моя жизнь лишена логики и поддержки и рассыпается на куски. Потом собирается обратно и едва заметные трещины в местах стыков видны только изнутри. Там нет времени и с пространством творится что-то непонятное. Хуже всего - отсутствие не только четкого планирования, но и вообще понимания, что и когда может произойти. Все это очень огорчительно. Может быть кому-то и нравится жить одним днем, получать внезапность за внезапностью, но такой стиль жизни точно не для меня. Я должен контролировать свою жизнь... Или в ней должна быть хотя бы видимость контроля.

Я прямо и не знаю, господа офицеры, куда вам еще ордена вешать! Как это сформулировать? "За беспримерный героизм и мастерство, проявленное при ликвидации вражеской медузы..."? (с) В. Звягинцев