Неплохо, на мой взгляд, написанная антиутопия, в целом - о том, как люди белой расы отстояли свое право на "бремя белого человека", причем довольно радикально. Картина начала книги печальна - расовое равноправие довело белых жителей Америки до того, что они вынуждены были безмолвно терпеть нападки черного населения и евреев, чтобы не быть обвиненным в расизме. Но рано или поздно терпение какой-то части белого населения подходит к концу. И тогда начинается партизанская война организации белых.
Террор ради нарастания напряжения, чтобы хотя бы при помощи ужесточения жизни дать понять белому населению, в какой невозможной ситуации они оказались. Что самое время начать что-то делать. Мелкие террористические акты подпольщиков-нелегалов превращаются в полномасштабную войну некой Организации против системы, всеми возможными способами, с применением разного типа взрывчатых веществ, бактериологического и ядерного оружия. Примерно треть территории земного шара превращено в зараженную радиацией и мутантами пустыню, жертвы, в том числе и среди белого населения, исчисляются миллионами, но это никого не останавливает. Никаких компромиссов. Ни шагу назад. Все ради выживания белой расы.
В конечном итоге на всем земном шаре не остается никого, кроме белых. Вот он, видимый автором рай на земле. Странная такая книга. С одной стороны, Европа и Америка с каждым годом пожинают плоды равноправия народов всех рас, то и дело находятся чужаки, которые начинают в чужой стране вести себя как хозяева, и все реже они получают достойный отпор. С другой стороны, есть у этого произведения некоторая близость с известным всему миру трудом "Майн кампф" Адольфа Гитлера. Ну, а что касается богоизбранного народа, это, конечно, Яхве раз за разом проверяет на прочность их веру и терпение, а вовсе не временами нетерпимое поведение евреев вызывает против них приступы человеческой злобы.
Я после прочтения этой книги сделал неожиданные выводы: в идеологической борьбе большинство жертв случайно, страдает и гибнет в основном мирное население, обыватели, далекие от политики и от борьбы. Случайные люди, которых миллионы, миллиарды, и которых никогда никому не жаль. Стань сильным, сумей постоять за себя, или умри. Большой уровень пассионарности и практически полное отсутствие гуманизма. Такой вот любопытный взгляд на жизнь и на современный мир.

Сам же он, держа, как учили, данное офицерское слово, никаких методик, имевших отношение к своей прошлой профессии, в этой реальности не применял. Единственное исключение делал для игорных домов и казино, да и там в большинстве случаев всего лишь не позволял крупье жульничать, то есть препятствовать тому, чтобы карты ложились и шарик бегал так, как Лихареву надо. (с) В. Звягинцев

Падение дома До`Урден
Крики в часовне становились нестерпимо громкими. Но Мать Мэлис и прежде славилась большой несдержанностью, как, впрочем, люба верховная жрица Ллос. Оставалось только посочувствовать Бризе, оставшейся с Матерью Мэлис наедине. Или позлорадствовать. Скорее уж второе. Такова цена за ее высокое положение в доме, вот пусть теперь и расплачивается.
Майя с Вирной, сидя на балконе, были свидетельницами начавшегося нападения дома Бэнр.
читать дальше

И снова чужое творчество. Но история, я полагаю, не дурна

Обретение богини

Моя сестра и ее неуемная лирическая героиня

Вечером жар в крови сводит меня с ума,
И невозможно ждать, словно в последний раз.
Ты подскажи, как быть, ты же мудрее, мам,
Пусть я порою вру, что не нуждаюсь в вас.

Утренний шепот сна серой ползет змеей,
Все не дает забыть, только запомнить – как?
Что мне важнее, мам, теплый ночной покой?
Жаркие стоны грез – это не добрый знак.

И серебро в крови, и безмятежность сна
Смыты чужим огнем, и невозможно жить.
Ты представляешь, мам, снова зовет весна
Снежную дочь твою, и не дает забыть.

Ты рассмеешься, ведь ты понимаешь все,
Руку протянешь и дашь мне себя обнять.
Скажешь мне, что побег дочь твою не спасет,
Раз не умею сны с радостью принимать.

Морок тяжелых грез памяти не сильней,
Да, я все знала, мам, но я пошла на риск.
Я тебе верю, ведь ты помогаешь мне…
Я поняла. Теперь я поиграю в жизнь.
Осень 2014 года

Игра всего лишь, но некоторые мотивы этой игры возвращают меня в мое прошлое, как когда-то я изменялся под воздействием моего рыжеволосого бога. Нет, становиться немного иным, ярче и шире – не страшно. Страшно в такие моменты потерять себя, но со мной это не произойдет, я слишком хорошо понимаю, кто я и что я.
Чувствовать и поступать иногда как женщина – это довольно своеобразное ощущение. Изменение восприятия без изменения пристрастий добавляет склонность к более рискованной и более жестокой игре, но, разумеется, взаимное согласие на подобные эксперименты никто не отменял. Правда, и способности очарования лилиан тоже никто не отменял.
Конечно, я вовсе не собираюсь рассказывать мастеру, что он попал в какой-то реальный факт моей биографии, но для меня лично это даже не плохо, не приходится придумывать, что бы я сказал или сделал в подобной ситуации – все уже сказано и сделано. Есть, все-таки, некоторые ограничения, которые держат меня в рамках своего пола и в рамках моей пока человеческой сущности.

Для моих ушей оно было, пожалуй, не последнее. Признаю, что был более чем пристрастна к актерам, что не удивительно для существа, способного уловить малейшую фальшивую ноту в исполнении профессионалов с хорошими голосами и отточенными навыками пения. Здесь же дело не в пении, разумеется, а в том, что ребята собрались и что-то делают. А не поставленные голоса и все такое прочее – это такие мелочи…
Не умею оценивать самодеятельность. Тем не менее… видел несколько ролевых постановок, но это были те же мюзиклы Лоры Бочаровой, или постановки круга Лоры Московской – совсем другой уровень, подготовка, аппаратура. Здесь – исключительно энтузиазм, его много. Часть костюмов очень даже не плохи, часть – похуже. Но и на играх тоже бывает именно так, нашел с чем сравнить, ага.
Понимаю, что именно судьба привела меня туда, чтобы дать мне несколько новых векторов движения. И они появились, вне всякого сомнения. Было совсем не трудно после окончания представления все-таки проститься и идти своим путем. Да и путь был не далек. Хотя да, эффектное появление меня в черно-белом и с топором (как мало вы знаете о добрых феях любого пола) было как минимум забавным, если знать контекст.

Не мое, сестры, и скорее не про нее, а про литературную героиню, но в целом... Эмоции подкупают.

Я люблю тебя. Просто схожу с ума.
Но ты видишь – солнце зашло за тучу…
Будет лучше, если уйду сама?
Извини, для кого это будет лучше?

Бог мой рыжий, снова закрыта дверь,
Снова сны орошает слезами утро,
Слышу шепот губ невесомых: «Верь!»
Я люблю тебя: больно, смешно, не мудро.

Твое пламя жжется в моей крови,
И улыбка сменится хитрым ликом.
Мы бы счастье так и не обрели,
Не до счастья дерзостным и великим.

Мои слезы не горячей воды,
Боль уходит, мне оставляя память.
Как охотник ищет зверья следы,
Так ищу я силу твою и пламя.

Это верность огненным нашим снам,
Это горечь нашей большой потери.
Я люблю и, даже назло богам,
Я в тебя, дерзкий шутник мой, верю.
19.07.2014 г.

Почитал тут недавно. Не вдохновился. Не интересно. Не талантливо. Единственный талант человека, мне кажется – это взять какие-то произошедшие с ним жизненные ситуации, и превратить их в приключения, скажем, главного героя. Хорошая, например, может получиться городская фентези. Ну, это если по моему опыту судить.
Что же касается прочитанного автора, исходя из того, что книгу у нее – детские страшилки, то и в голове должно быть что-то такое… Разэтакое. Отличные откормленные тараканчики. Правда, про подачу материала я уже говорил. Слог не ахти, легкость написания тоже как-то… не так, как хотелось бы. Да, я понимаю, что просто избалован хорошими писателями, но разве же все мы не должны стремиться к лучшему?
Прочитанное только что ощущение потерянного времени не оставляет, и то ладно. Когда пошли в дело славянские языческие мотивы, ворон этот, даже читать стало более интересно. Но это только один эпизод в длинной книге, написанный, надо сказать, более-менее неплохо. В целом, ну, может, писательский опыт и из этой посредственной писательницы сделает сносную?

Сестренкино. Просто часто совпадает мое теперешнее с тем ее тогдашним

Последний шанс. Последний чертов шанс…
Зачем, к чему… Ведь время пролетает.
Уже идет к финалу наш рассказ,
Там только жирной точки не хватает.

Увы, почти закончен долгий бал
Последним вальсом трепетно-летящим…
В круженье лиц и сумраке зеркал,
Мне интересно – ты был настоящим?

Мне интересно, кто тебя создал
Мне на утеху и погибель злую?
А иногда, сквозь морока оскал
Казалось мне, что я тебя рисую.

Казалось мне, что я твои черты
Придумала в припадке бреда злого.
Ждала его… а появился ты,
Но сон ушел и не дано другого.

Последний сон. Я ухожу в огонь,
К тому, кто мне важнее всех дышащих.
Последний взгляд. Пуста моя ладонь…
Прощай, пусть даже ты и настоящий.

17.02.2014 г.

История о сандаликах придумалась нами с Машей как-то сама собой. В формате шутки. Но потом у Маши было соответствующее настроение, чтобы написать страшилку. Вот она ее и написала. Хорошее иногда дело – соавторство.

Черные сандалики

Сразу же показался бедненьким стиль изложения. Не для меня одного, как я понимаю. Да, у меня есть некоторая деформация, я всех детских писателей невольно сравниваю с Крапивиным, а с ним трудно конкурировать. Но и сам по себе слог у дамочки не ахти, персонажи более-менее картонные, и только зло нарисовано не совсем уж шаблонно, временами даже захватывающе.
Первая книга, такая, частично мемуарная, сразу наводит на мысль, что дамочка точно не от мира сего, не важно, имеет ли она отношение к эзотерике, или верующая. Теперь понятно, откуда у нее берутся такие сюжеты: частично из жизни, частично – городские легенды. Что ж, такой способ писать не хуже любого другого, я полагаю.
Общее впечатление от произведений, все-таки, больше как от любительского самиздата, чем от профессионально сделанной литературы. Хотя жанр детских страшилок, наверное, тоже кем-то востребован. Не мной, однозначно. У меня в жизни время от времени случается какой-нибудь негатив, и без детских ужастиков сильных эмоций хватает, зачем еще-то?

Посвящается Вячеславу Вышегородскому в роли короля Эйриса Таргариена, прозванного Безумным.

На престоле. Спину прямо, правитель мира.
Сердце замерло, время – стоп.
После лживых речей и лести пира
Твой ответ никогда не бывал простой.

На колени перед силой, ломающей стены,
Слушать в горьком молчании свой приговор.
Страх зеленым огнем разольется по венам,
А в глазах бесконечный и страшный застынет укор.

Те служили тебе. Не за страх, а за совесть служили,
Это ты приближал к себе трусов, лжецов и льстецов.
Ты когда-то хотел, чтоб тебя не боялись, любили…
Но мечты улетели с бесчисленным боем часов.

На престоле королю нелегко удержаться,
Каждый миг нужно помнить, кто ты такой.
Пусть не любят… Пусть даже тебя боятся,
Ты правитель, и мир, этот мир, одержим тобой.
26.01.2014 г.

Я хочу убивать. Ты же знаешь, мне это привычно.
Я держалась так долго, что страшно кому-то сказать.
Ты пришел в мою жизнь. Среди многих обличий величья
Разбудил ты одно. И теперь я иду убивать.

Я готова к прыжку. Тигр проснулся и жаждет добычи
Ты готов умереть, раз готов так со мною играть…
Смерть идет по пятам в сотне самых различных обличий…
Улыбнись напоследок. Прощай, ведь тебе не сбежать.

Я пришла убивать. Злой оскал ослепительно грозен,
Вырывается рык мой из самых глубин естества…
Столько боли, жестокого смеха, величия в позе,
Что никто не посмеет сказать, будто я не права.

Я убью и уйду, нанеся свой удар понарошку…
Не виновен никто, что тебя не учили любить.
Превратил ты в тигрицу простую домашнюю кошку…
Жить в тоске не хочу… И теперь мне придется убить.
09.11.2013 г.

Не мое. сестры. Но очень к сердцу приходится иногда

У меня, в принципе, так бывает, что я расстраиваюсь, когда мои планы терпят крушение – и если что-то подобное происходит в игре, мои ожидания остаются неоправданными, реакция точно такая же, а то и, может быть, даже острее. В игре, в отличие от ситуации в жизни, ты можешь самостоятельно выбирать приятную тебе реальность. Казалось бы.
Однако разочарование, конечно же, не фатальное, уж больно ситуация закрученная и притягательная. Любопытство требует узнать, чем закончится история этого моего персонажа, даже если началась она не совсем так, как я ожидал, а продолжилась и того страннее. И что же ждет моего персонажа далее? Вот что?
Просто вектор игры немного сместился. Просто некоторые ограничения отменены, и персонаж может себе позволить поступки, которые в прежней своей ипостаси позволить не мог. Добрые поступки? Может быть, их это странное создание тоже сможет себе позволить. Но переоценка самой глубинной сути персонажа – не такой уж приятный процесс, честно-то говоря.