Слушать этот музыкальный файл

Это цитата сообщения eleven_imp Оригинальное сообщение

Ночные Снайперы

Ты дарила мне розы)

Предупреждение (Август-91)



Разогнавши чумную стаю,
Осудив штукарей мятежных,
Ах, как мы в облаках витаем,
Ах, как любим друг друга нежно…
Ах, как дышится нам вольготно,
Как мы верим Большому брату,
Что навеки у нас – свобода,
Что часы не пойдут обратно.



А иные с похмелья шепчут,
Что беда кого хошь научит,
Что найдут комитет покрепче
И названье поблагозвучней.
Что повеет знакомым ветром,
Красным ливнем полвека смоет
И отбросит нас к стилю ретро
И к фасону тридцать седьмого.



Что у нового Пиночета
Уж не будут трястись ручонки…
Ах, карету бы мне, карету,
Да уехать отсюда к черту
От восторженных вспышек блицев
Да от веры в царя-надежу,
По дурацки счастливым лицам
Жирной грязью стегнув дорожной…



Пусть меня да по свету носит,
Все забуду – врага и друга…
Только нету кареты вовсе…
Все, что есть – карусель по кругу…


И опять – разогнавши чумную стаю…

Нателла Болтянская - Гаечка

Какая, в общем, разница, быть против или за,
Ведь всё случится так, а не иначе.
Он молод и спокоен, он смотрит вам в глаза
И действует отнюдь не наудачу.
Обязанности всяко важнее, чем права,
Права - поставить там, где скажут, галочку.
Он говорит полезные и важные слова,
Закручивая гаечку за гаечкой.

Отцам-иезуитам вполне достойный сын,
Он ценности и цели обозначил.
Над выбритой губою мерещатся усы,
И френч растет из лацканов Версаче.
Покуда не забрали, давай-ка наливай
Судьба ль нам быть описанными Галичем?
Он говорит полезные и важные слова
И тихо крутит гаечку за гаечкой.

Он сделает, как хочет. Он внятен и суров,
Но гибок, хоть глядится несгибаемым.
Свобода - несогласных крутить в бараний рог,
И методы печально узнаваемы.
Безбашенный период дискуссий и бравад
Сменился перспективою пугающей.
Он говорит полезные и важные слова,
Закручивая гаечку за гаечкой.

Увы, уже проиграно, что ставилось на кон.
Мы строимся повзводно и поротно
Он - нами же рожденный и вскормленный дракон,
Который не дождется Ланселота.
Осталось ли дыханья - колючку разорвав,
В бега уйти, другие берега ища?
Он говорит полезные и важные слова,
И тихо крутит гаечку за гаечкой.

О том, как Клим Петрович выступал на митинге в защиту мира
Александр Галич

У жене моей спросите, у Даши,
У сестре ее спросите, у Клавки,
Ну, ни капельки я не был поддавши,
Разве только что - маленько - с поправки!

Я культурно проводил воскресенье,
Я помылся и попарился в баньке,
А к обеду, как сошлась моя семья,
Начались у нас подначки да байки!

Только принял я грамм сто, для почина
(Ну, не более, чем сто, чтоб я помер!),
Вижу - к дому подъезжает машина,
И гляжу - на ней обкомовский номер!

Ну, я на крылечко - мол, что за гость,
Кого привезли, не чеха ли?!
А там - порученец, чернильный гвоздь,
"Сидай, - говорит,- поехали!"

Ну, ежели зовут меня,
То - майна-вира!
В ДК идет заутреня
В защиту мира!
И Первый там, и прочие - из области.

Ну, сажусь я порученцу на ноги,
Он - листок мне,
Я и тут не перечу.
"Ознакомься,- говорит,- по дороге
Со своею выдающейся речью!"

Ладно - мыслю - набивай себе цену,
Я ж в зачтениях мастак, слава Богу!
Приезжаем, прохожу я на сцену,
И сажусь со всей культурностью сбоку.

Вот моргает мне, гляжу, председатель:
Мол, скажи свое рабочее слово!
Выхожу я,
И не дробно, как дятел,
А неспешно говорю и сурово:

"Израильская,- говорю,- военщина
Известна всему свету!
Как мать, - говорю,- и как женщина
Требую их к ответу!

Который год я вдовая,
Все счастье - мимо,
Но я стоять готовая
За дело мира!
Как мать вам заявляю и как женщина!.."

Тут отвисла у меня, прямо, челюсть,
Ведь бывают же такие промашки! -
Этот сучий сын, пижон-порученец
Перепутал в суматохе бумажки!

И не знаю - продолжать или кончить,
В зале, вроде, ни смешочков, ни вою...
Первый тоже, вижу, рожи не корчит,
А кивает мне своей головою!

Ну, и дал я тут галопом - по фразам,
(Слава Богу, завсегда все и то же!)
А как кончил -
Все захлопали разом,
Первый тоже - лично - сдвинул ладоши.

Опосля зазвал в свою вотчину
И сказал при всем окружении:
"Хорошо, брат, ты им дал, по-рабочему!
Очень верно осветил положение!"...
Вот такая история!

СТАРАТЕЛЬСКИЙ ВАЛЬСОК

Мы давно называемся взрослыми
И не платим мальчишеству дань
И за кладом на сказочном острове
Не стремимся мы в дальнюю даль
Ни в пустыню, ни к полюсу холода,
Ни на катере... к этакой матери.
Но поскольку молчание - золото.
То и мы, безусловно, старатели.

Промолчи - попадешь в богачи!
Промолчи, промолчи, промолчи!

И не веря ни сердцу, ни разуму,
Для надежности спрятав глаза,
Сколько раз мы молчали по-разному,
Но не против, конечно, а за!
Где теперь крикуны и печальники?
Отшумели и сгинули смолоду...
А молчальники вышли в начальники.
Потому что молчание - золото.

Промолчи - попадешь в первачи!
Промолчи, промолчи, промолчи!

И теперь, когда стали мы первыми,
Нас заела речей маята.
Но под всеми словесными перлами
Проступает пятном немота.
Пусть другие кричат от отчаянья,
От обиды, от боли, от голода!
Мы-то знаем - доходней молчание,
Потому что молчание - золото!

Вот как просто попасть в богачи,
Вот как просто попасть в первачи,
Вот как просто попасть - в палачи:
Промолчи, промолчи, промолчи!

Уж сколько их упало в эту бездну,
Разверзтую вдали!
Настанет день, когда и я исчезну
С поверхности земли.

Застынет всё, что пело и боролось,
Сияло и рвалось:
И зелень глаз моих, и нежный голос,
И золото волос.

И будет жизнь с ее насущным хлебом,
С забывчивостью дня.
И будет всё — как будто бы под небом
И не было меня!

Изменчивой, как дети, в каждой мине,
И так недолго злой,
Любившей час, когда дрова в камине
Становятся золой,

Виолончель и кавалькады в чаще,
И колокол в селе…
— Меня, такой живой и настоящей
На ласковой земле!

К вам всем — что мне, ни в чем не знавшей меры,
Чужие и свои?! —
Я обращаюсь с требованьем веры
И с просьбой о любви.

И день и ночь, и письменно и устно:
За правду да и нет,
За то, что мне так часто — слишком грустно
И только двадцать лет,

За то, что мне прямая неизбежность —
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,

За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру…
— Послушайте! — Еще меня любите
За то, что я умру.

8 декабря 1913

Юлий Ким Адвокатский вальс



Конечно, усилия тщетны

И им не вдолбить ничего:

Предметы для них беспредметны,

А белое просто черно.



Судье заодно с прокурором

Плевать на детальный разбор -

Им лишь бы прикрыть разговором

Готовый уже приговор.



Скорей всего, надобно просто

Просить представительный суд

Дать меньше по сто девяностой,

Чем то, что, конечно, дадут.



Откуда ж берется охота,

Азарт, неподдельная страсть

Машинам доказывать что-то,

Властям корректировать власть?



Серьезные взрослые судьи,

Седины, морщины, семья...

Какие же это орудья?

То люди, как люди, как я!



Ведь правда моя очевидна,

Ведь белые нитки видать!

Ведь людям должно же быть стыдно

Таких же людей не понять!



Ой, правое русское слово -

Луч света в кромешной ночи!

И все будет вечно хреново,

И все же ты вечно звучи!

для себя. и своих друзей.