Свой среди чужих.
Всё, как в старых фильмах.
Любить, ненавидеть,
Лишь бы взаимно.
Мотивы затёрты,
Сюжеты избиты.
Доедено всё и допито.
Теперь мы квиты.
- Где тут выход? [Ненависть]
- Сердце стучит дико.[Любовь]
- Заткнись, ты хоть. [Ненависть]
- Никак не можешь привыкнуть?[Любовь]
- Закрыть глаза, прыгнуть, лететь.... [Ненависть]
- А что если выживу? [Любовь]
- Как эту дурь из башки выгнать? [Ненависть]
- Вернись, раскайся, скажи, что тебе жаль...[Любовь]
- Нытик! Так и будешь всю жизнь хныкать?
Давай распускай нюни теперь.
Простить? Все слышали? Ему очень жаль видете ли...[Ненависть]
- Отстань, надо всё равно поговорить с ней,
Когда всё утихнет, ну хотя бы через пару недель...
Или чего тянуть? Минуты такие длинные.... [Любовь]
- Ну вот, тебя опять переклинило!
Олух! Ты хоть помнишь, что она наговорила тебе? [Ненависть]
- Да я и сам молодец, кто такое станет терпеть? [Любовь]
- Будет тобой вертеть, верёвки крутить! [Ненависть]
- Прости, но только рядом с ней мне хочется жить... [Любовь]

*********
Новая добрая традиция:прочитал стих-отпишись:)

Продолжительное время я вслушиваюсь в длинные гудки. Наконец, я слышу её голос.
-Привет.
-Привет. Ты где?
-Я?
-Да, ты.
-Далеко.
-Насколько далеко?
-Тебе не достать. – Смеётся.
-Я хочу тебя увидеть.
-Увидишь.
-Когда?
-Скоро. Ну, что ты хотел, говори?
-Я ведь уже сказал. – Начинаю нервничать.
-Я перезвоню позже. Хорошо?
-Хорошо.
-Пока.
Снова гудки. Теперь уже короткие. Она с ним. Точно с ним. С чего бы этот загадочный голос? Эта таинственность. Блять, за что мне всё это?

Спустя минут десять, я начинаю сходить с ума. Вакуум, образовавшийся вокруг, кажется, вот-вот разорвёт меня на куски. Снова набираю номер. На этот раз трубку взяли быстрее.
-Что ты хочешь?
-Я же сказал, хочу увидеть тебя…
…
-Ну, и?
-Ты где? Я приеду.
-Ну, что ты в самом деле? Я с Леной на массаже. Скоро буду. Освобожусь, перезвоню, и договоримся где встретиться. Хорошо, зайка?
Я немного успокоился. Перевёл дух и ответил:
-Хорошо, котёнок.

Я вышел на балкон и закурил. Закат располосовал небо кровавыми бликами. Сука, какими нахуй бликами! Какой к хуям массаж! Бросаю дымящийся окурок с балкона. Он оставляет за собой огненную дорожку, ударяется о поручень балкона, где то там, внизу, и разрывается на десятки маленьких искр. Бегу в комнату, хватаю телефон и набираю номер.
-Ал-ио-о. – Томно протянули в трубке.
-Слыш?
-А, привет, Сереж.
-Да, привет.
-Чо хотел? – Слышу я голос Ленки и какое-то чавканье.
-Света с тобой? Лен, вы где? – Чёрт! Блять! Что я говорю? На хера вот так вот в лоб?
Ленка перестала чавкать, и после долгого раздумья ответила:
-Я это… на массаже, ага.
-Ты жрёшь что ли? – Спрашиваю.
-Чево это?
-Я спрашиваю, вас там кормят?
-Ну,… это. Яблоко ем. А что?
-Света далеко? – Вкрадчиво спрашиваю я.
-Рядом тут. – Ответила Лена, и я почувствовал к этой безмозглой блондинке, искренние, нежные чувства.
-Трубочку можешь ей передать.
-Неа. Она в этой… в соседнем кабинете, короче. – Сука, подумал я. Безмозглая сука. Самая безмозглая сука из всех известных мне сук.
-Ты ей сам позвони. – Предложила Лена.
-Безмозглая сука! – Сказал я.
-Чо? – Спросила Лена, и в этот момент из трубки донёсся собачий лай, и крик Ленкиного ребёнка.
-Ал-ио-о, я не расслышала…

Я нажал на сброс. Пиздатый массаж. Интересно, что именно Светке сейчас массируют? И кто? Впрочем, я догадываюсь, кто. Опять. Опять этот вакуум вокруг. Сейчас сяду за руль, и в город. Найду, и убью нахуй обоих. Нет, Свету убивать не стану. Она мать нашего ребёнка, да и я, в общем то виноват. Какого чёрта мне тогда понадобилось останавливаться. Ну да, свобода! Жена с ребёнком уехала в Сочи к родителям. А я молодой красивый хуячу по Садовому Кольцу. Десять часов. Вечер. Лето. Вылетаю из-под эстакады, прямо из-под ног товарища Маяковского. И тут она. Голосует. Юбки на ней вообще нет никакой, мне так сначала показалось. Черные волосы, ноги… мама дорогая. Кармен, блять! Резко руль вправо.
-Куда вам?
-Свиблово.
-Нам по пути, садитесь.
Она и села. А потом и легла. А потом.… Потом…
А потом суп с котом. Потом приехала Светка и всё узнала. И были очень долгие и вязкие разговоры. Сцены. Слёзы. И боль. Невыносимая и тупая. А потом боль прошла, как мне показалось. Но, доверия больше не было. И не будет уже никогда. Зато было нечто иное. Белое, тёплое и пушистое. Оно помаячило между моих ног, пососало мой член… и исчезло в никуда, как и появилось. Потом ещё одно. Не такое белое. И не такое пушистое…
…
Этот ёбаный вечер никогда не закончится. Звонить я не буду. И убивать я никого не буду. Нахуй мне всё это? Завтра же собираю свои пожитки, и, адъю! Я мужик или где? Самоуважение должно быть…? Так со мной поступить… Блять, и за что? Нет! Всё-таки я должен её вернуть. Я ХОЧУ её вернуть. Иначе никак. Я позвоню и попрошу… Точно! Так и сделаю…

-Алё, привет. – Пытаюсь быть жёстким.
-Ну, что ещё? Я же сказала. Перезвоню.
-Дай ему трубку.
-Кому?
-Ты знаешь. Дай ему трубку, я хочу с ним поговорить.
-Котик, я на массаже.
-Я звонил Лене. Она жрёт, а её сын дерётся с собакой. – Глухо отвечаю я.
-Поповой?
-Почему Поповой? – Отвечаю я и чувствую себя полным идиотом.
-Потому что я с Леной Поповой.
-А Свиридова…?
-Что Свиридова? Свиридова жрёт. Жрёт и дерётся с собакой. – Смеётся Света.
-Сын. Сын дерётся. – Задумчиво поправляю я.
-Я перезвоню. Целую.
-Целую.

Блять, так можно сойти с ума. Слава богу, она не с ним. Я просто не переживу этого. Я… Стоп! А какого хуя Свиридова на массаже? Она же сказала, что на массаже, хотя врёт, сучка. Она дома. С ребёнком и собакой. Сучка! Сучка драная! Конспираторы хреновы, наебать меня хотели? Хуй вам! Рыскаю в телефонном справочнике. Слушаю гудки, а сам судорожно пытаюсь размотать этот сложный клубок. Давай-давай, бери трубку уже!

-Ал-ио-о. – Тянет Ленка.
-Слушай. Нахуя было говорить, что ты на массаже со Светой?
-Да так… На всякий случай. Она раньше просила, если ты будешь звонить, то…
-Ты дура?
-Сам мудак.
…

Нет, она не с ним. Это не её стиль. Она умная девочка. Она создаст себе такое алиби, что Читать далее...

В проводах телеграфных столбов
Первый солнечный луч заискрится,
Мы наденем привычные лица
Перед кофе и чисткой зубов

Нам легко рассуждать о войне,
Сидя в кресле в уютной квартире,
И призывы про мир во всём мире
Жирной краской писать на стене

Так приятно, наевшись котлет,
Говорить о коррупции в Чили,
О державе, что мы продрочили
За каких-нибудь семьдесят лет

Пачкой долларов мягко шурша,
Попиздеть о всеобщей разрухе,
И при этом голодной старухе
Хладнокровно не дать ни гроша

Мы заходим посрать за гараж,
Под рассказ о высокой морали,
Лишь бы только на нас не орали,
И гараж чтоб, конечно, не наш

У гранита венок возложив,
Маской траурной счастье скрывая,
Любим думать, вдове подвывая:
«Слава богу, что Я ещё жив...»

Будет долго наш век заклеймён
И причислен к душевным потёмкам,
В назидание нашим потомкам,
Как обличье сумбурных времён.

* * *

Утром кашу себе сварил из гречневых хлопьев. И маме тоже, конечно. Постучался к ней, она треники надела, волосы во все стороны торчат, глаза опухшие, красные. Сразу к холодильнику и начинает кефир хлестать. Проморгалась немного — у нее по утрам всегда так с глазами, потому что плохо видит и еще от монитора конъюнктивит. Я спрашиваю:
— Тебе положить?
Она:
— А почему это ты кашу вилкой ешь???
— Не могу найти ту ложку.
— Чего?
— Я все ложки выброшу и новые куплю.
Мама сначала не понимает. Наверное, думает, ей это приснилось вчера:
— Я тебе что-то не то сказала?
Начинает меня тормошить, как будто от этого все ее слова у меня из головы вылетят.
— Мама, ты меня любишь?
— Не задавай дурацких вопросов.

Первым уроком опять была история. Светлана меня гоняла по всем датам — пришлось поставить пятерку. Я ее даже пожалел, такая у нее была морда кислая, когда она расписывалась в дневнике.
Сдали тетради.
После шестого урока я сразу домой пошел. Именно пошел, а не побежал, хоть и было холодно. На газоне у нашей школы выгуливают собак, ну и на тротуаре эти четвероногие скоты иногда срут, а убирать никто не хочет. А я не хочу вляпаться. Собачье говно наполовину прикрыто опавшими листьями, так и поскользнуться можно. Дошел до перехода, слышу, сзади шпильки цокают, потом шпилька царапает асфальт — наверное, как раз в собачью колбаску попала. Истеричка меня догоняет, рожа красная, в одной руке — торба, в другой — моя тетрадка. И начинает этой тетрадкой по лицу меня хлестать, дура ненормальная. Орет:
— Ты что там про меня накалякал, гнида?!
— Это сочинение, Светлана Александровна. — Рюкзак снял и подставил, она ушиблась.
— Ты мудак мелкий, ты знаешь это? — Светлана тяжело дышит.
— А вы — сука.
— Что?
— Такие как вы не должны рожать. Вы детей ненавидите.
Ее губы трясутся, тетрадка пляшет в руках и падает, я ее поднимаю и сую училке в торбу. Говорю:
— Светлана Александровна, вы лучше сделайте аборт. У вас все равно мужа нет, никто вас рожать не просит.
Эта всхлипывает:
— Завтра в школу с… с родителями…
— Завтра суббота, Светлана Александровна.
— Не умничай, говнюк. Я сказала, в понедельник.
Развернулась и обратно потопала, споткнулась два раза. Я ненавижу ее белые сапоги. Когда она ходит по классу, в полу остаются выбоины от шпилек. Портит паркет.

Я заскочил домой, скинул рюкзак, надел куртку и поехал к тете Тане. Маму я не хочу видеть.
Я к тете Тане в гости часто заезжаю, она даже не удивилась, когда я ей из метро позвонил. Специально с работы пораньше ушла, она в какой-то студии звукозаписи работает. Обед приготовила, я поел, она спросила, как у меня дела в школе, я на истеричку пожаловался. Тетя Таня говорит: «Не обращай на нее внимания». Как я буду внимание не обращать, если мне тетрадкой по лицу дали?
Про ложку я ей, конечно, ничего не сказал, только спросил, где мой отец живет. Типа мама адрес забыла. Ну, тетя Таня мне его адрес и дала. Я еще попросил на бумажке нарисовать, как проехать — у него квартира где-то на улице Партизана Германа.

Когда я добрался до Партизана Германа, была уже почти ночь. Несколько раз дорогу спрашивал, там дома стоят не вдоль улиц, как у нас, а где-то во дворе, и номера у них дурацкие — какой-нибудь 23-а или дом 63, корпус 2. И сама улица, наверное, несколько километров. Домищи длинные, я думал, пешком дойду, а там оказалось, что нужно топать еще три остановки. И у него в доме парадной и черной лестницы не было, зато было несколько подъездов, так что я минут десять выяснял, в какой мне надо. Потом еще ждал, когда кто-нибудь дверь в подъезд откроет, потому что в домофоне никто не отвечал. Сняли трубку — и музыка.
Наконец меня впустила девочка с собакой, я на лифте поднялся на восьмой этаж и приложил ухо к двери. Время шло, а я не мог на кнопку звонка нажать. Вдруг у него семья, или он мне не понравится, или еще что. Может, он вообще переехал. А там внутри музыка и мужские голоса. Что-то отмечают, наверное.
Кто-то завозился с замком, я отскочил — вылезает пьяный парень с сигаретой. Зажигалкой чиркает, а прикурить никак не получается, даже не может концом сигареты в огонек попасть. Я его руку подержал, он прикурил. У парня волосы снизу темные, а сверху почти белые, он в черной майке-безрукавке, рваных джинсах и носках. Так без тапок на бетонном полу и стоит, нажрался, ему не холодно.
Следом за ним вылезают двое, от них тоже спиртом несет. Один, со стаканом коньяка, кричит:
— Куда эт ты без меня?
Обхватил крашеного и по заднице шлепнул. Крашеный ему:
— Лапы убери, да? Не видишь, тут ребенок?
Третий меня заметил:
— Мальчик, ты ждешь кого-то?
Я ему:
— Нет…
— Заблудился?
— Нет, не заблудился.
Третий постарше немного и не такой пьяный. И в тапках.
Если в тапках — значит, он тут живет, а не в гости пришел. Тот мужик мне, вроде как, не настоящий отец, это только сперма его была. Я же не буду спрашивать, папа он мне или нет. Ну я и сказал:
— Вы когда-нибудь кончали в ложку?
Второй аж подавился своим коньяком. Крашеный еще полчаса ржал как Читать далее...

На Туполева лавры отнюдь не претендуя,
Забив на предстоящий по алгебре зачёт,
Из листика в полоску, чёрт весть какого хуя,
Я мастерил для Таньки любовный самолёт...

Он славным получился, с сердечками на брюхе,
Фломастером – «От Васи» на остреньком хвосте...
Я, улучив минуту, пустил его Танюхе,
О, как он взрезал воздух в надклассной высоте !

Вознёсся над рядами орлом ширококрылым,
Притихшее пространство торжественно рассёк,
И пролетел неспешно над Генкой тупорылым,
И сделал круг над партой, где булку ел Васёк

Слегка задел Наташку, махнул крылом Смирновой,
Косичку Светляковой красиво обогнул,
И прямо между сисек училке нашей новой
В большую складку жира свой корпус запихнул

Ругалась, возмущалась, от злости верещала-
Возможно, был он первым, кто в грудь её клюёт...
Вчера я встретил Таньку... Скололась, обнищала...
Благодарю за промах, бумажный самолёт...

Мама вышла, наконец, с этой новой теткой. Если бы я не знал, что мама только с бабами спит, я бы решил, что тетка на самом деле мужик — такая она была корявая. Тетка спросила:
— Это соседей ребенок, что ли?
Я уставился на ее бритую башку и молчу. Потому что с такими бабами нельзя нарываться.
Мама ей отвечает:
— Не обращай внимания.
Я сгреб тетрадки и убежал в свою комнату.
Та баба на кухне спрашивает:
— Он немного того, да?
И мама ей не сказала, что я вовсе не того. И захихикала вместе с ней. А потом они вдвоем жрали мои котлеты с пюре.
Когда мама не встречается с этими тетками, она нормальная, мы с ней смотрим кино, играем в шахматы, на концерты ходим. Еще мы с ней часто ходим по музеям и она мне все рассказывает. Мне даже наплевать, что она готовить не умеет и мы едим одну пиццу и бутерброды. Иногда мама даже надевает платье и становится очень красивой. Когда у мамы никого нет, она не пьет коньяк, не курит за компанию и не пропадает где-то целыми днями. Сидит в своей комнате и пишет статьи или учебники для разных институтов. Она каждый год переиздает справочник абитуриента по истории, нам потом этих денег надолго хватает. А когда у нее эти сукины тети, они ее таскают по клубам и ресторанам. Тетя Аня ее в позапрошлом году повела на какую-то демонстрацию, и маме голову ушибли резиновой дубинкой, она потом с сотрясением мозга лежала и я ей в больницу апельсины носил. Тетя Аня тоже была высокая, корявая, с бритой башкой и без сисек. Она играла то ли в волейбол, то ли в баскетбол, а меня заставляла по утрам отжиматься, еще и ногу мне на спину ставила, чтобы пониже опустить. Я эту суку так ненавидел, что макал ее зубную щетку в унитаз. Тетя Ира была намного прикольнее, но маме она почему-то надоела. Наверное, маме больше нравится, когда ее дубинками бьют.
У меня в комнате лампочка перегорела, я утром просил маму купить, а она так и не купила. Не буду же я уроки делать в темноте. Сунулся к маме в спальню, а эта тетка уже там сидит с бутылкой:
— Мальчик, тебе чего? Ты в курсе, что надо спрашивать, можно войти или нет?
Тут меня переклинило и я сказал, что я здесь у себя дома, а она в гостях, и лично я ее не звал, так что она сама может идти на хуй.
Тетка почему-то не обиделась, только плечами пожала и глотнула коньяк из горлышка.
Мама принесла бутерброды, попросила меня посидеть в своей комнате.
Я говорю:
— Или она, или я.
Тетка цедит сквозь зубы:
— Надо же, мужик в доме. Он тебе вообще кто? Племянник?
Мама краснеет, начинает оправдываться — типа она хотела девочку, а получился мальчик. Такая вот ошибка природы.
У меня закладывает нос, я стараюсь сдержать слезы, но они текут сами по себе. Тетка глядит на меня с жалостью, как будто я псих какой-то.
— Мама, пусть она уйдет!
— А ну марш в свою комнату! — Мама хватает меня за шкирку, пытается отодрать мои пальцы от дверной ручки, дубасит по ним кулаком со всей дури.
— Мама, ты совсем, что ли?! — Я разжимаю пальцы и падаю спиной вперед.
Тетка встает с маминой кровати и топает к вешалке:
— Ладно, все, мне домой пора. — Она завязывает шнурки.
— Женя, ты чего? Давай завтра? — Мама загораживает входную дверь.
— У меня завтра дела. И послезавтра тоже. — Тетка ныряет под ее плечо и бежит вниз, грохоча ботинками.

Надо мной нависает мамино лицо. Она уродина, когда злится. На лбу вздувается синяя жилка, а глаза становятся маленькими, как у мужика.
— Ты что это вытворяешь??? — Мама пинает меня в бок. — Вставай и марш в свою комнату.
— Там темно.
— А мне насрать!
Я иду к себе и включаю компьютер. Я вчера скачал не скажу где американский фильм «Ебан и Чарли», там мальчик встречается с педофилом, который играет на гитаре. Педофил немолодой, тощий и небритый, и страшный, как черт, но Чарли все равно в него влюбляется, потому что родителям на Чарли насрать. А этот Ебан ему всякие дурацкие песенки поет, как тетя Таня Куценко — это мамина бывшая подруга, она автор-исполнитель. И еще они там с педофилом катаются на великах, а потом, когда родители Чарли все узнают, он уезжает куда-то на поезде со своим педофилом, чтобы давать ему в попу долго и счастливо.
Я бы все-таки не стал с педофилом встречаться, а фильм еще раз посмотреть можно. Вообще, лучше педофил, чем родители, которые тебя не любят. Если бы мне попался хороший педофил, я бы еще подумал.
Мама мне все мозги продолбила этими насильниками, я даже баллончик со слезоточивым газом в рюкзаке носил, чтобы брызгать в глаза маньякам. Потом Катьке Сусловой отдал. Что я, девчонка, что ли — с баллончиком ходить?
Мама у себя в комнате слушает тети Танины записи. Наверное, допивает коньяк. Я фильм досмотрел, уроки на кухне доделал и в постель залез. Уже почти заснул, когда мама в комнату вломилась. Изо рта спиртом воняет, сама в джинсах и в лифчике. Я отвернулся, чтобы на меня не дышала.
— Не притворяйся, что спишь. Говнюк! — Начала меня трясти и щипать ногтями.
— Не мешай мне спать.
— А ты не мешай мне жить.
Я ничего не ответил и задышал ровно, как будто уже засыпаю. Главное — сейчас сделать вид, Читать далее...

Впервые он заступился за меня перед самой школой, когда мне было уже 7 лет. До этого он рассказывал мне, что на Луне живут непослушные дети, которые делают там всё, что хотят и о которых совсем позабыли уже их родители… Ещё он кормил меня кислой вишней и говорил, что это очень полезно. А когда я морщился – он ржал, как конь. Постоянно отнимал у меня апельсины и конфеты из новогодних подарков и говорил, что маленьким это очень вредно. Раздавал щелбаны и пинки, стоя у меня за спиной, а когда я возмущался, то он съезжал с темы и говорил, что это не он, а «вон та толстая тётька…» В общем, мой старший брат издевался надо мной, как хотел.
В то, предшествующее школе, лето мы своим ходом ездили к бабушке, на улице Красноармейской, на троллейбусе. Мою группу в детском саду уже расформировали, а на новые знакомства я шёл весьма неохотно в ту пору. Поэтому в детский сад меня решили не водить, а отправлять со старшим братом к бабке, которая жила в своём доме, в районе города, который весь был и занят частной застройкой. У детей с соседних домов был какой-то свой менталитет, понять который в то время мне было сложно. Чем-то они походили на героев многих рассказов «о лете в деревне» разных авторов (например, С. С. Горбункова), которые здесь вывешивались. Не могу сказать, что они были какие-то все недалёкие, но мировосприятие у них было совершенно иное нежели, чем у меня. К тому же нужно добавить, что все они были татарами, которых достаточно много проживает до сих пор в этом, когда-то для меня родном, провинциальном городке. Их разговор, с заметным татарским акцентом, я понимал с трудом, а когда они, иногда, между собой, забыв обо мне, переходили на свой родной язык, то я просто недоумевал.
Мы с соседскими мальчишками строили в куче песка, на улице, каждый для себя по целому комплексу каких-то сооружений. Почему-то у меня они получались лучше всех и за это они решили мне однажды отомстить, разбомбив их кусками асфальта и щебнем, договорившись предварительно между собой по-татарски. Один из кирпичей, расколотил, подаренный отцом, игрушечный грузовик, а другой попал мне по ноге… На мои вопли с каменным лицом вышел из калитки старший брат и, увидев, как я пытаюсь защитить свои постройки, не сказав ни единого слова, раздал пиздюлей всему этому смеющемуся сообществу с редкостной методичностью, разбивая ебальники исключительно в порядке общей очереди. Когда я увидел, как они падают, словно кегли в боулинге, под его ударами; как капает крупными рубиновыми каплями с их носов кровь, то мне почему-то их стало жалко и я снова громко заорал, чтобы он перестал, потому что им больно.
- А ты вспомни, как было больно тебе, - гавкнул на меня он. И продолжил уже в их сторону:
- Я любого из вас порву за него, - и показал на меня, - Всем понятно?
Все активно закивали головами, утирая кровавые сопли.

Через 4 года, вернувшись уже от другой бабушки, тоже летом, я узнал, что от нас ушёл отец. В принципе, к этому всё давно шло, но в наивных детских мозгах это не могло уложиться. Я проплакал целый день, лёжа на своей кровати. Заданная на лето, «Повесть о настоящем человеке» совершенно не лезла в голову, но я упорно пялился в неё.
Зашёл брат и впервые начал меня успокаивать.
- Ты не сможешь меня так же, как папа, любить, - сказал я.
- Я тебя буду любить ещё больше. Обещаю, - сказал он, глядя мне в глаза.
Он меня не обманул.

Ещё через семь лет, когда я уже заканчивал школу и параллельно работал на самой распиздяйской дискотеке в нашем городке я спьяну подрался совершенно в другом районе. К тому времени у меня был уже первый юношеский по боксу и, надо сказать, что в той драке мы с другом одержали победу вдвоём против четверых. Единственное, что портило настроение – начали-то бесчинствовать именно мы. Вскоре за это пришлось ответить. Когда в городе живёт сто тысяч человек вполне легко отыскать нужного, но тогда я не думал об этом…
Возмездие пришло через две или три недели. Немезида в лице 5-7 человек ввалилась прямо на дискотеку, где я работал и перед всеми сотрудниками и посетителями меня отмудохали черенками от лопаты, как ссаного кота. Предварительно, мне, конечно, представили двоих парней, которым я сломал нос и челюсть. Предварительно, от страха подобралась мошонка. Предварительно с меня попросили за сломанный нос 50 рублей, а за челюсть – 100 (деньги-то по тем временам немалые). Деньги давать я отказался и с бОрзым видом попробовал наехать на них в ответ, но договорить мне не дал оглушительный удар в челюсть. Кто-то из сотрудников – пацанов немного постарше – пробовали вмешаться, но тоже пострадали. Они сказали, что за деньгами придут через неделю.
Два сломанных ребра мешали вздыхать, вставать, ложиться, да и на унитазе напрягаться было больно и несколько раз пил слабительное, которое говорило о себе, порой, в самое неподходящее время.
Через неделю за деньгами никто не пришёл. Брат, когда узнал обо всём, пропал из дома на три дня. А когда пришёл небритый, в замызганном «строгом» Адидасе, от него Читать далее...

— Пупкин, стоять!
Я на пороге кабинета истории, рюкзак оттягивает правое плечо.
— Почему без сменной обуви? — Истеричка закидывает ногу на ногу, она сидит лицом ко мне, желтый свитер задрался на пузе. Видно, что ее джинсы расстегнуты и подпоясаны резинкой. Она этого не замечает, а зря. Я бы на ее месте пореже гавкал на учеников и почаще смотрел на себя.
— Это сменная.
— Неужели? А я видела, как ты в этих кроссовках по улице шел. Или у тебя две пары одинаковых?
Конечно, у меня одна пара. А еще я зимой хожу в школу без куртки, чтобы можно было слинять в любое время, а не ждать, пока Клавдия Семеновна откроет гардероб.
— Пупкин, куда это ты направился?
— На свое место, Светлана Александровна.
— А ты спросил, можно ли войти?
— Можно войти, Светлана Александровна?
— Нельзя, Пупкин. Нельзя. — Училка лыбится. — Твое место у дверей, Пупкин. Потому что в МОЙ класс нельзя влезать без сменной обуви.
Эти идиоты за последними партами начинают ржать. Первые парты занимают отличницы, они лучше воспитаны — прикрывают рот ладошкой. У Катьки Сусловой от смеха трясется бантик на затылке. Уродский бантик.
Истеричка пишет что-то в журнале, командует:
— Откройте тетради.
Идет по рядам, смотрит, кто выписал даты. Она еще заставляет класть в учебник какие-то дурацкие закладки, как будто я не могу посмотреть по оглавлению. На этих закладках тоже нужно писать даты и какую-то другую херню, как будто у меня ранний склероз. Я весь этот вонючий учебник прочитал с первого по пятое сентября, и учебник по литературе — тоже.
— А Пупкин считает, что ему тетрадку показывать не обязательно? — Она щурит карие глазенки.
— Пупкин считает, что имеет право учиться сидя.
Истеричка надвигается, как будто хочет размазать меня по стенке.
— А Пупкин имеет право так разговаривать с учителем?
В классе так тихо, что я слышу, как бьется мое сердце, скрипят суставы и кровь пульсирует на шее. Суслова вертит в руках карандаш. Он падает и с грохотом катится по полу. Истеричку прорывает:
— Вон из класса! Завтра в школу с родителями!
— У вас ширинка расстегнута. — Я хлопаю дверью.
Я сижу на подоконнике в туалете, даже отсюда слышно, как весь класс ржет. Так ей и надо, суке, пизде. Сейчас истеричка разрыдается и побежит писать докладную директору, меня вызовут к этому усатому дядьке, подержат в предбаннике полчаса и отпустят, потому что ему насрать и на меня, и на училку истории.
Так и есть, стучит шпильками по паркету в рекреации. Пупкин снова сорвал урок. Ыыыыыы!!!
Кстати, она сама не ходит в сменной обуви. На ней сапоги. И ей насрать, есть у меня сменка или нет. Просто она меня ненавидит за то, что я мальчик. Если я опаздываю на урок, она спрашивает: «Что, Пупкин, ты провел бурную ночь?» Если прихожу вовремя — «Надо же, Пупкин удостоил нас своим визитом». Или «Не умничайте, Пупкин, все равно учитель знает больше вас». Как будто Пупкин ей заделал это чудо и смылся. Пузо есть, а кольца на пальце нет. Ну какой идиот женится на этой стерве? Наверное, этот мужик трахнул ее по пьяни, проснулся утром, увидел ее рожу, тихонько подхватил свою одежду и сбежал. Я бы точно сбежал.
Не знаю, за что она меня ненавидит больше других. Может, за то, что отличник. Она и директору жаловалась, и завучу, и в дневнике замечания писала — а на нее все клали, потому что я иду на медаль.
Двери кабинета скрипят, слышен топот. Сейчас полкласса разбежится, а эта дура начнет по школе бегать и ловить всех по очереди. Поймает одного — другой убежит. И так до перемены.
Я пробираюсь на первый этаж, в канцелярии пусто, за дверью кто-то переговаривается. Прижимаю ухо к обивке.
— Николай Алексеич, ну сколько можно! — всхлипывает Светлана.
— Света, вы меня достали. Какая разница, есть у него сменка или нет? Что вы меня по пустякам дергаете? Вам вообще не стыдно ко мне врываться и реветь? Попейте какой-нибудь «новопассит».
— Ну Николай А…— Светлана икает.
— Света, знаете что? Если не можете справиться со своими нервами, найдите себе более спокойную работу. Нечего к детям придираться.
Дверь распахивается и бьет меня по лбу, Светлана проносится мимо как кобыла. Директор хохочет ей вслед.
Замечает меня:
— Не обращай внимания… Вася?
Я киваю.
— Вот и молодец. — Улыбается Николай Алексеевич. — Вырастешь — поймешь, почему она так себя ведет.
— А я и так понимаю.
— Какие развитые дети пошли…

Истеричка поймала меня на перемене и говорит с гаденькой улыбочкой:
— Пупкин, если ты сорвал урок, это еще не значит, что ты не должен делать домашнее задание.
— А когда это я его не делал?
— Вот и чудненько. Напишешь сочинение про феодала или про крестьянина. Объем — восемь страниц.

Напугала, дура. Я вообще сочинения писать люблю, это она тут первый месяц работает и ничего про меня не знает. Мои сочинения училка литературы перед всем классом вслух читает.
Домой после шахматной школы Читать далее...

- Жизнь?
- Кипит.

- Наркотики?
- Вкусные.

- Новое?
- Всё.

- Пьем?
- Коньяк.

- Едим?
- Пищу.

- Финал?
- Будет.

Лучшее в 2008

- Альбом?
- Нойз. Мэри Джейн.

- Открытые?
- Оксимирон, Дядя Женя.

- МС?
- Многие

Деятели

- Центр?
- Нет

- Гуф?
- Интересен

- Нойз?
- РашнБистиБойз.

- Драго?
- Умрет.

- Ник?
- Друг.

- Стим?
- Стим.

- Туман?
- Крут.

- 1000 слов?
- Качает.



- Пожелание?
- Мир.

[показать]

Голосуйте за меня

[показать] Allcasar [показать]

[показать] Вася_Пупкин_Я [показать]

Прикиньте, еще есть много других битв, но вы можете создать свою и доказать всем, что вы круче!

vkontakte.ru/id5391230

Серьёзен ? Врятли отвечу на этот вопрос.

Надоело.

Что надоело? Не знаю.

Хочу узнать? Нет.

Надоело это узнавать.

Хочется? Да блять постоянно чего то хочется!

Думаю? 90 процентов времени думаю о Масе...(теперь кстати не представляю себе ни дня без нее.Жаль что скоро модуль,нужно будет усиленно готовиться)

О чём остальные 10 процентов?

АРТУР ПИРОЖКОВ !

Серьёзен ли он? Врятли отвечу на этот вопрос.

Все, наверно, знают эту притчу, но наверняка с удовольствием вспомнят ее снова. Кроме того, я бы все таки хотел, чтобы она была здесь, в этом блоге.

Жил был мудрый царь Соломон. Но не смотря на свою мудрость, жизнь его не была спокойной. И обратился однажды царь Соломон за советом к придворному мудрецу с просьбой: “Помоги мне - очень многое в этой жизни способно вывести меня из себя. Я сильно подвержен страстям, и это очень мне мешает!” На что Мудрец ответил: “Я знаю как помочь тебе. Надень это кольцо - на нем высечена фраза: “ЭТО ПРОЙДЕТ!” Когда тебе постигнет сильный гнев или сильная радость, посмотри на эту надпись, и она отрезвит тебя. В этом ты найдешь спасение от страстей!”.

Шло время, Соломон последовал совету Мудреца и обрел спокойствие. Но настал момент и однажды, как обычно, взглянув на кольцо, он не успокоился, а наоборот - еще больше вышел из себя. Он сорвал кольцо с пальца и хотел зашвырнуть его подальше в пруд, но вдруг заметил, что и на внутренней стороне кольца имелась какая-то надпись. Он присмотрелся и прочитал: “И ЭТО ТОЖЕ ПРОЙДЕТ…”

Все,теперь я студент.Охереваю щас с нагрузки и заранее чую,что юудет жопа с химией и начерталкой((((Ах,как бы хотелось в школу))

большой палец вверх, говорят дрочить - грех
можешь ослепнуть, но я смелый - дергаю вниз вверх(с)El Binto

ты не нужен как скрипач, ты слишком мрачный
обрети силу в потасовках арочных(C)El Binto

Слушать этот музыкальный файл

Очень нравится эта песня...Не напрягает и вобще на репите у меня она стоит ща

СААКАШВИЛИ: Георгий? Это я, Саакашвили!
Я вас прошу начать обстрел Москвы!
БУШ (не понимая): Обстрел чего?
СААКАШВИЛИ: Ну, мы же все решили!
Что типа если мы… то сразу вы!
Ну, вспомнили? Когда мы вас встречали?
И я тогда сказал на торжестве,
Что если я стреляю по Цхинвали –
То сразу вы ответно по Москве!
Я подарил вам рог, папаху, вымпел,
И вы сказали: можно на Цхинвал!
БУШ: Не может быть. Я столько бы не выпил.
Я вам такого слова не давал.
СААКАШВИЛИ (раздосадованно):
Ну как же так! Ведь вы под чахохбили
Сказали после пятого куска,
Что если б россияне нас бомбили,
То НАТО бы ввело туда войска!
БУШ: Нет, Михаил. Мы пили только воду!
И я еще заметил, Михаил,
Что мы готовы защитить свободу,
Но про войска я вам не говорил!
СААКАШВИЛИ: Ну да, свободу, если вам угодно…
Я за свободу всякого порву!
Я обстрелял Цхинвал вполне свободно,
И значит, ваш черед бомбить Москву.
БУШ: Послушайте. Сейчас я вам втолкую.
Свободу мы, конечно, бережем,
Но ввязываться в третью мировую…
Я понял бы – за нефть. Но за боржом?!
СААКАШВИЛИ (чуть не плача):
Но как же так, Георгий! Я в отпаде!
Еще когда мы пели «Сулико»,
Сказали вы: «Зайти свободы ради
Ты можешь сколь угодно далеко!»
БУШ: Да, я сказал, и в этом нету фальши,
И ныне повторяю толмачу:
Прошу тебя пойти как можно дальше
И побыстрей, а то я спать хочу. (Кладет трубку.)
СААКАШВИЛИ: Чего-то получилось плоховато.
А говорил: «Ты нужен! Ты любим!»
(После задумчивой паузы кидается к телефону.)
Алло, Москва! Меня кидает НАТО.
Давайте мы их на фиг разбомбим?
(с) Д.Быков

Перестань писать пустые смс
Перестань прошу все как есть и нет больше мест
Тебе на этом шаре,теперь ты лишь мешаеш
Но не абсцент с сахаром,а ошмётки гари
Гори,перегори, перевари меня
Держу пари что это рифмы последнего дня
Твои тарифы позволяют спамить меня
Но просто бесиш сильней день отодня
Перестань бля я говорю до встечи
Но не в этот вечер,ночь,удары на печень
Я бы убился еще чем,но весь перечень
Оглашать тебе теперь уже нет причин

А я прошу тебя просто меня не беспокоить
До коли эти истерики твои до коли
Хватит соли,пора уже сменить единицы на нолик
И перестать жить этой надуманой болью

А я прошу тебя просто меня не беспокоить
До коли эти истерики твои до коли
Пора уже сменить единицы на нолик
И перестать жить этой надуманой болью....

Аська: -Тук тук
Макс: - Да?
Аська: - Привет, меня Аська зовут.

Номер ICQ: 345694417
Имя: Анастасия
Псевдоним: Аська
Адрес: Россия, Москва
Пол: Женский
Дата рождения: 06/06/1986
Возраст: 17

Макс: - Как видишь, меня зовут Максим.

Номер ICQ: 249119661
Имя: Максим
Псевдоним: Макс
Адрес: Россия, Екатеринбург
Пол: Мужской
Дата рождения: 25/05/1982
Возраст: 21

Аська: - Ну вот и познакомились. Я впервые в Интеренете и ещё никого не знаю тут.
Макс: - А как же ты меня нашла?
Аська: - Обычным поиском. Методом тыка. Случайно набрала твой номер, и мне повезло, ты оказался в онлайне.
Макс: - Понятно.
Аська: - Как у тебя дела?
Макс: - Нормально, а у тебя как?
Аська: - тоже ничего. Сессия вот на носу.
Макс: - А ты в каком институте учишься?
Аська: - В МАИ. Это на Войковской.
Макс:- Я знаю
Аська: - А ты учишься или работаешь уже?
Макс: - Учусь. Рядом. В МАДИ на последнем курсе.
Аська: - А я пока первокурсница
Макс: - Сама поступила или за деньги учишься?
Аська: - Сама, я умная девочка…
А ты после института работать по специальности пойдёшь?
Макс: - Нет. Потом в аспирантуру пойду. Дальше учиться.
Аська: - Умничка.
Макс: - ***
Спустя три дня. Вечер.
Макс: - Аська, ты здесь?
Аська: - Угу. Я просто отходила за кофе и бутербродом.
Макс: - С чем бутерброд?
Аська: - С сыром.
Макс: - Любишь сыр?
Аська: - Обожаю…
Макс: - У тебя есть фотки?
Аська: - Да, но их немного.
Макс: - Вышли их мне на мыло manyak@mail.ru
Аська: - А ты шутник.......Сейчас вышлю.
Прошло 3 минуты
Макс: - Да ты красавица у нас!
Аська: - Спасибо…
Макс: - Не за что! Вышли ещё парочку?
Аська: - А ты мне свои вышлешь?
Макс: - Конечно. Лови.
Прошло 3 минуты
Аська: - Ты тоже симпатичный парень.
Спустя неделю. Вечер.
Макс: - Ну что, как сессия?
Аська: - остался последний экзамен, но он будет через три дня. Макс, мне пришла в голову гениальная идея! Почему бы нам не встретиться после экзаменов? Институты наши недалеко ведь друг от друга!
Макс: - Замечательная идея!
***
Прошло 5 дней. Ночь.
Аська: - Ты ещё не спишь?
Макс: - Нет. Думаю о нашей встрече.
Аська: - Я тоже. А бывает так, что люди познакомились в Интернете, потом встречались, а потом поженились?
Макс: - Да, бывает. Много об этом слышал…
Аська: - А вдруг мы не узнаем друг друга? Ведь сейчас зима…
Макс: - Я буду в зелёном пуховике и в серой шапке.
Аська: - Так ходит большая половина Москвы!
Макс: - Хорошо. Я буду держать в руках букет красных роз.
Аська: - оки. Я буду в чёрной шубке в белой шапочке и в руках у меня будет пакетик.
Макс: - Договорились. Только ещё не договорились о месте встречи…
Аська: - На Соколе! Он как раз между Аэропортом и Войковской!
Макс: - справедливо. А где там?
Аська: - Знаешь церковь?
Макс: - конечно!
Аська: - А парк за ней?
Макс: - есесно!
Аська: - Давай в этом парке на детской площадке?
Макс: - безлюдное место…
Аська: - конечно! Зато мы сразу друг друга узнаем!
***
Следующий день.
Максим стоял в дешёвом китайском зелёном пуховике, в серой шапке и с букетом красных роз в руках. Было уже темно. Метель. Пять метров – и уже ничего не видно от снега! Было холодно. Аська опаздывала уже на двадцать минут, но Макс упорно стоял. Он переживал за неё, мало ли что могло с ней случиться в такую погоду!
Внезапно он почувствовал, что он не один. К нему явно кто-то приближался.
-Аська! – радостно воскликнул он и повернулся к звуку поскрипывания снега под подошвами.
Раздался смех. Семеро здоровых парней смотрели на Макса и ржали как лошади. На вид им было лет по 16. Макс растерялся. Они могли причинить Аське вред. Один из парней с бутылкой пива в руках подошёл поближе к Максу и произнёс:
-По**аться с Аськой пришёл, га**он очкастый?!
Последовал дружный смех. Максим непроизвольно сглотнул слюну:
-Что вы с ней сделали?
Смех, вроде бы затихающий, стал ещё громче:
-Придурок, никакой Аськи не существует! Это мы над тобой, му**ком прикалывались! И сюда позвали, чтобы на тебя такого “умного” посмотреть…
Макс изменился в лице, развернулся и пошёл в другую сторону, но был сбит подножкой. И тут подбежали остальные.
Макс вдруг неожиданно ткнул каждого из парней в лицо букетом красных роз, в котором находилась электрошоковая дубинка. Они все попадали, как подкошенные.
-никакой Аськи не существует?.....а ты ? Ха-ха-ха !!!
В следующую минуту один из парней почувствовал, как у него сползают штаны. Он почувствовал райское наслаждение, и подумал, что не следует от этого отказываться. Если канеш останется жив.
Макс подошёл к второму парню. Тот раскрыл рот, но крикнуть не смог, получив электрический разряд. Хотя продолжал оставаться с открытым ртом. Насильник так увлёкся, что грим на его лице отклеился. Обнажилось старческое лицо. Парень вспомнил вчерашний фильм про СССР конца тридцатых и
заледенел от ужаса. Проглатывая сперму, он узнал бывшего командира карательного отряда ОГПУ НКВД. Его показывали во вчерашнем фильме. Сам Лаврентий Берия трепетал перед этим монстром!
Педофил направился к третьему Читать далее...