За местную, столь мною любимую сталкерскую зону всерьез взялись благоустроители. Теперь каждый наш поход может обернуться встречей с "цивилизованной" табличкой "С собаками низззяя!!"

Ну а пока... Пока милые сердцу тропинки расширяются, засыпаются щебнем, буераки-реки-раки сравниваются. Заборчики, ограждения, кучки строительных материалов то тут, то там, откуда-то сверху громкая бравурная музыка. По краю. Пока только по краю. Но ведь это только пока.

С каждым уголочком прощаюсь, на всякий случай. А то вот сегодня, например, не обнаружилось спуска в овраг. Того самого, который я снимала с одной и той же точки, зимой и летом, мечтая когда-нибудь сделать диафильм про смену сезонов. Вспахали, засыпали. 

"Жизнь моя иль ты приснилась мне?"

фотки

Автобус.
Серьёзный рыжий мальчик лет четырёх громко спрашивает, мама! если бы аист наш адрес забыл, я бы у чужих людей рос?
И сразу слёзы на круглых от ужаса глазах, представил себе жизнь у неизвестно ещё каких людей.
Что ты, аисты ничего не забывают, ни разу такого не было, чтоб забыли, говорит мама.
И у неё, такой же рыжей, с такими же конопушками, глаза начинают подозрительно блестеть.
Чувствую, и у меня за компанию.

Вот от сюда - http://drevo-z.livejournal.com/303594.html

Иногда «бездумно» рожденное дитя наполняет жизнь безалаберной матери смыслом, покоем и светом. Светом той самой материнской любви: бескорыстной, самоотверженной и бесконечной, не портящей жизнь ни себе, ни ему, не воспринимающей ребёнка, как гаранта или официанта со стаканом Н2О у смертного одра.

Вы не знали, что из самых «безответственных» выходят самые прекрасные матери? Потому что они, как правило, воспитывают просто ещё одного человека, пришедшего в этот мир. Они не задаются вопросами «зачем», «почему» и «кому и для чего это было надо», а просто живут. Бодрствуют ночами не для того, чтобы много позже произнести с просцениума коронное: «Я ночей не спала», а потому что у малыша режутся зубы. Не сотворяют из ребёнка идола и не записывают себя в служители. Живут своей жизнью, в которой появился ещё один человек. Отдельный, другой человек, нуждающийся в нашей заботе. (Татьяна Соломатина)

Это так. Раз уж прочитала книжку, чтоб хоть что-то от нее осталось

Члены одной семьи редко рождаются под одной крышей.

Нравится. Очень. Читаю его незамысловатый, трогательный фб. Сегодня о братьях. Вдруг подумалось странное и неожиданное - Вася Гагарин вернулся. Есть в них что-то общее. Даже замерла.

Ну и художник, конечно

Из молодых и одинаковых мы превратились каждый в себя.
(Михаил Кабан-Петров)

Саша, это очень близко к тому, о чем ты говорил.
http://regions.ru/news/2515768/

АРАБИКА

У нас здесь июнь и по-прежнему вторник.
Будильник на шесть оглушительно вторит
Охрипшему тявканью автосирены
Под окнами с видом на ливень сирени...

Мы здесь обретаемся — время от времени.

Здесь музыка быта — то пиано, то форте —
Забытою туркой шипит на конфорке,
Покуда наш кофе в зашторенном мраке
Сбегает — как в море рыбацкие барки,

И кухня плывёт — ароматом арабики.

Здесь слухи на завтрак — привычная пища
Для ставшего нашим чужого жилища
С имбирными крошкам в пряной постели,
С устами, что за ночь устать не успели,

И вряд ли за все наши ночи успели бы.

Мы счастливы, слепы, — и значит, однажды
Мы здесь ошибёмся, поскольку всё так же
Вещам и событьям, кружащим без толку,
Мы чужды, мы их замечаем — и только,

Как блеф замечают за карточным столиком.

И мы будем здесь — когда, вычтен и сложен,
Наш Ноев ковчег с арендованным ложем,
Вконец обветшалый от долгого торга,
Откроет все окна-кингстоны и гордо

Потонет в каналах солёного города.

И мы будем теми, кем бредили, ибо
Мы будем одни — там, где тени и рыбы,
Где звуки извне, с каждым звуком всё реже,
Всё глуше… И только одно неизбежно:

Наш кофе. И крошки. И вторник.
По-прежнему.

Александр Щербина

Самая первая, самая любимая



Читать далее...

Еще в институте любимым Сашкиным ответом на вопрос "Как дела?" была фраза - "Скоро осень." Независимо от сезона.

И только собственно осенью он чувствовал неуверенность из-за отсутствия окаймляющей философской парадигмы. 

Сашка пишет нечасто. И в сущности, это все та же "скороосень".

"Лето- это маленькая жизнь. Жизнь к сожалению вообще маленькая, а лето короткое."

 

П.С. Кстати. Из Сашкиного письма узнала, что Петя Мамонов сейчас гастролирует, а я то думала, что он в отшельниках.

"на концерт Пети Мамонова ходил. Своеобразное твочество, мне понравилось, не спал ни минуты."

 

"При написании дипломного проекта студент показал себя целеустремленным и усердчивым" (с)

Усердчивый = усердие + усидчивость.

Я этого студента знаю. Никакой он не усердный и не усидчивый, он именно что это слово.

Мадонна смирения. 1353

На подумать.

[показать]

[412x700]

песня происходящая от древней бретонской песни с измененными куплетами и текстом, менялся он много раз, на сегодня лишь более 20 вариантов. В 39 его называли неофициальным гимном Люфтваффе, не стоит путать с официальным маршем Люфтваффе, а до 39, считали гимном немецких рабочих. 

Мне все равно, кто пытался это "присвоить", просто очень красиво и трогательно.

Коля был чрезмерно худ, а точнее - тощ. При этом аппетит у него был отменный, куда что девалось - не понятно.
Приехавшая бабушка поставила диагноз - глисты! "Животину внутрь кормит, а сам в убытке".
Бабушка, между прочим, курьером в Кремле работала. В Кремле ей на какого-то человечка пальцем показали, сказали, Ленин. Но документов бабушка не видела, от того утверждать не бралась, точно ли? Да и какая разница. В семье бабушку чтили за иное: за мудрость, знание жизни, и способность практически подойти к любой проблеме.
Бабушка сказала - лечить! Рецепт был незатейлив и убедителен. Селедку на завтрак и воды до вечера не давать. Глисты просто умрут от жажды.
Селедку Коля любил. Так что начало больше походило на праздник. Рыбина в одно лицо и по такому случаю не пустили в школу, оставив одного дома. Однако очень скоро стало понятно, что пить хочется не только глистам, но и самому Коле. Мальчик он был исполнительный, поэтому к крану с водой не подходил, но при этом вполне живой и смекалистый поэтому внимательно оглядев дислокацию, обнаружил сетку заначенных яблок, которые вполне помогли скрасить.
Вечером, понятно, и я блоки искали, и Колю бранили, и огорчались враз утраченной перспективе исцелить Колю навсегда. Но процедуру повторять не стали.
Так и дожил Коля до сегодняшнего дня не долеченный. Впрочем комплекция у него теперь нормальная, так что глисты скорей всего сдохли естественной смертью - от старости.

http://www.odnako.org/blogs/slovo-o-gipoteteke/
Слово о гипотетеке
В эти суровые дни мы всё чаще сталкиваемся с бескомпромиссными декларациями. Физические лица разного пола и дееспособности заявляют о своей готовности взять автомат и успешно перестрелять из него целые категории современников.

Эта сослагательная перестрелятельность в последнее время сосредоточена в крупных населённых пунктах Украины, но наблюдается и в других регионах постсоветского пространства.

Тот факт, что реальной стрельбы декларантами не ведётся, они логично объясняют тем, что автоматов им пока не дали. А также тем, что сам Час Автомата ещё не наступил.

Отсутствие автоматов, однако, не мешает суровым современникам не только уважать себя за решительность, но и презирать трусов. Фактически на наших глазах рождается обширный пласт гипотетических героев, условно положивших жизнь за высокие идеалы, авансом себя воспевших и уже превентивно мстящих за свою гипотетическую гибель, несколько неадекватно брызжа обличениями своих палачей.

Есть основания полагать, что это — лишь один из симптомов обширного заболевания, накрывшего Планету в последние десятилетия, и о нём стоит поговорить подробнее.

Современная наука предложила для данного вируса название «Гипотетека» — в честь известной формы кредитования.

Разница между собственно ипотекой и гипотетечной зависимостью — не только в том, что больным приобретается строго нематериальное чувство глубокого самоуважения. Гипотетека, коротко говоря, — это приобретение лаврового венка даже не в счёт будущих побед, а в счёт побед возможных. Причём на руках больного — все инструменты для того, чтобы эти победы так и не были им одержаны. И он ими активно пользуется.

В каком-то смысле гипотетека — есть вершина кредитного мышления. Ибо она позволяет бесконечно долго увиливать от расплаты по кредиту, раз за разом указывая, что текущий час — ещё не с большой буквы, что тот, который Час, ещё не грянул и не настал, и что противной стороной условия для подвига пока не подогнаны (в случае Украины, где одни и те же люди заявляют о неприкрытой агрессии против них Российской Федерации и грозятся немедленно взять автомат, едва Российская Федерация к ним полезет — это проявляется особенно ярко).

…Корни гипотетеки залегают в истории не слишком глубоко. В сословных обществах прошлых веков жизненные роли были столь крепко привинчены к людям, что никому не удавалось обмахиваться веером гипотетических биографий. Слово и действие шли рука об руку — не потому, что предки были так прекрасно цельны, а потому, что жизненный выбор тогда был крайне редким явлением и рулил его антипод — судьба.

Когда Ричард Львиное Сердце писал своим оппонентам воинственные сирвенты с перечислением того, чем он с ними займётся — ни у читателей, ни у адресатов не возникало сомнений, что так он и поступит. Ибо занятием Ричарда было как раз репрессирование оппонентов, отказ от которого немедленно исключил бы Ричарда из делопроизводства. Когда народные трибуны на собраниях объявляли о том, что все они умрут за свой родной город или победят врага — в этом тоже не приходилось сомневаться, поскольку враг несомненно гарантировал выполнение данного сценария. Крестьянин не мог хвастливо заявить «на той неделе я засею поле» и не засеять как миленький. Все гипотетические победы над врагами обналичивались реальностью на ближайшей весенней ярмарке.

Всё изменилось лишь в последние эпохи, когда вопрос свершений — сначала некоторых, а позже едва ли не всех — действительно был отдан на волю человека. В передовых странах Земли судьба в своём изначальном виде ушла в неформат, уступив место пугающему супермаркету выборов.

При этом суть современника осталась прежней — он, как и его далёкий предок-водонос, рассчитан на проживание судьбы. Со всеми прилагающимися свершениями, лишениями, заслугами и почётом от следующих поколений.

Результатом стала эпидемия гипотетечного кредитования судеб. Сегодня мы наблюдаем глубокую сослагательную верность — Если Удастся Встретить Своего Человечка; сослагательный успех и трудолюбие — Если Руководство Запустит План Развития; сослагательную победу над злом — Если Люди Услышат И Присоединятся; и так далее.

В итоге сегодня мы имеем не мир, а какую-то очередь в сбербанке, скрещенном со спортлото. Современники тут и там вместо настоящих деяний предъявляют сами себе пачки талончиков к выигрышным окошкам, ждущие Своего Часа. И сами же их по негласному сговору обналичивают. Отпуская себе в счёт возможных трудов и заслуг то пивка, то уикэнд, то маленькую шалость, то простительную подлость.

…Гипотетека опасна тем же, что и любое наркоманское колдунство. Она похищает у современника не просто драгоценное время его жизни — но время, в которое он действительно мог бы что-то сделать. Превращая, грубо говоря, биографию деяний в биографию ожиданий.

Как следствие — гипотетечному больному становится всё равно, что в общем делать в действительности. Рано или поздно он становится подобен анекдотическому Читать далее...

Авраам Болеслав Покой

Как бы ни был стар и немощен близкий нам человек, как бы далеко от него мы ни находились, — покуда он жив, мы храним его в своей душе в качестве кэша, из которого восстанавливаем его прежнего. Дряхлый родитель для нас всё ещё носитель статного красавца или ласковой красавицы, водивших нас в лес по грибы и читавших нам волшебные сказки на ночь. И хотя мы знаем, что те уже не вернутся — но наше сознание не отсчитывает время, а смотрит на него как на неимоверно большое полотно, где всё ушедшее в прошлое происходит с одинаковой силой убедительности, а давнее порой сверкает куда ярче вчерашнего.

И когда одряхлевший близкий умирает — нас раздирает не утрата того близкого, который был вчера. Нас раздирает и не даёт дышать утрата бессознательного чувства, что седой согбенный болезнью отец ещё может удариться оземь и повести тебя на турник соревноваться в выходах силы, что лежащий пластом источенный раком дед ещё смастерит тебе лук и починит велосипед и научит рубить дрова.

А потом память находит другие точки входа в мир вечного времени, где они всегда молоды и прекрасны. И боль утихает, превращаясь в связь с неразрушимой вечностью.

Русское правительство когда-н. сменится, украинское, американское, а мы можем остаться врагами по их милости. А смысл? (с)

Для меня нет одиночества.
Вместо него неловкое, жалкое, из какого-то давнего и темного, Богом забытого словаря - сиротство. Сиротство, в котором главное не единственность, а отчужденность. Когда ты маленькая, замерзшая, забытая всеми, а там за чужим окном тепло и уют, и новогодняя елка. Никогда. Никогда в этом нет зависти, но только горечь и ощущение незыблемости стеклянной стены - разделяющей, разрывающей, утверждающей "у каждого своя жизнь". И в этой горестности есть своя услада, как ни странно. Потому что это состояние конечности, и от тебя ничего не зависит: нельзя добиться, нельзя поправить, даже перетерпеть нельзя. Только принять.
Собака? Вот та, которая воет на луну. И даже если бы она умела говорить, она выла бы именно так, без слов, выворачивая нутро. Выла, чтобы выплеснуть, вынуть из себя тоску в никуда, в пустоту. А слова нужны, когда ты пусть робко, но надеешься, что тебя поймут. А некому.. Одна луна.

п.с. Как трудно промолчать, когда тебя не спрашивают (с) Андрей, не выключил бы комментарии, не случилось бы этой записи))