И вот когда ты стоишь на пороге уныния, Бог легонько придерживает тебя за рукав, посылая утешение.
Вчера приехала Белка, любимая подружка. Завтра впервые встречаюсь с давней лирушной жительницей, в 2005-2006 мы с ней наматывали часы разговоров. Это другая жизнь, если честно, но любопытно, очень.
И вообще кажется мне, что впереди полоса встреч. Сама не знаю, откуда это ожидание. Стремно. Времени нет, жизнь хаотична и неорганизована. Значит, применим испытанное средство: громко посмеемся и над планами, и над отсутствием таковых.
П.С. Что заметила. Если не отслеживать день недели, время каким-то образом растягивается и в него больше всего упихивается.
И с деньгами та же история. Если их не считать, на дольше хватает. Правда, очень внезапно заканчиваются. Как и время опять же.
Кроме Андрея Волкова выставлялись Анна Бернштейн (живопись) и Николай Ватагин (деревянная скульптура).
Тоже на что-то было интересно посмотреть, просто я была под впечтлением от Волкова и мне иного не хотелось.
Вот реабилитируюсь. По фотографиям вместе с вами посмотрю))
Проезжая мимо станции с меня слетела шляпа Гуляя мимо своей прежней работы - трынц, брынц на меня напал дом художника, а там выставка.
Пестренько все так по стенкам - как в коридорах детского сада, повсюду игрушки раскиданы деревянные буратины гигантских размеров.
- но вдруг! среди этого праздника неотягощенного оптимизма - чудо. Совершенно отдельный мир промытый дождем и согретый солнцем. Мир платоновских чистых идей. Кто-то скажет "скульптуры из металла". Но во-первых, какие же это скульптуры, даже самые лучшие скульптуры - это остановленное на бегу мгновение, а тут все живет, дышит, колышется, течет. А во-вторых, какой же это металл? Настоящая вода не настолько мокра, насколько мокры эти косые стрелы дождя или лужи с расходящимися кругами.
И еще одна особенность, даже не знаю как ее описать. Представьте, что вы смотрите в маленькое окошко каледоскопа, и в этой узкой тесной трубе обнаруживается чуть ли не космос. Мало кто задумывается, как он туда уместился, но почти все ощущают соприкосновение с волшебством. Вот здесь нечто подобное. Работы небольшие, но как миниатюры не воспринимаются, они словно собирают пространство в кучку, но при этом масштаба не меняют.
Конечно, я фотографировала. Но не поймать, не уловить. Те самые тени сущностей, а не сущности. Даже близко не передают реальности. Поискала в сети. Получше моих, но тоже всё не то. Ну ладно, что-то отобрала - вперемешку, свё и чужое.
Оё-ёй. А главное то! Имя художника - Андрей Волков.
Имела довольно продолжительную беседу с парочкой свидетелей Иеговы. Аккуратные старушки-одуванчики как с одного трафарета списанные. Милые, интеллигентные, волнительные. Это, конечно, не "агитбригады" 90-х.
Они мне про свою жизнь, я им про свою. О Боге, о страданиях, о том, что человек вовсе не обязан знать ответы на все вопросы.
Предожение о чтении Библии наизусть я отклонила в самом начале, а настаивать на большем они не решились.
Помолчали. "Пойду, пожалуй" - говорю я им. "Да, да, - закивали говловами синхронно, - настрой у вас такой хороший, а мы тоже посидим и пойдем."
В Москве настоящее лето.
Краткое содержание:
Махалля, жизнь бедной иранской семьи. Отец, больная мать, трое детей: школьники - Али и Захра, примерно девяти и семи лет, младенец.
Отец, надо сказать, так себе кормилец, не слишком удачлив, не слишком расторопен, мечтателен и непрактичен, совершенно очевидно, что его усилиями семье из нищеты не выбраться. Но человек он, видно, хороший: честный, жену и детей любит, жалеет по своему. Но как часто бывает свою беспомощность перед ситуацией он обращает против тех, кому так хочет, но не может помочь. А вообще семья мирная, слаженная.
Дети на равных включены в повседневные заботы. Покупают, убирают, моют, нянчат. А еще учатся. Это нормально и для детей, и для взрослых. Но параллельно с этой общей жизнью, у детей есть своя собственная "детская" жизнь. И это вовсе не игра в мяч и зарытые под кустом цветные секретики, это всё та же бедность, но без перекладывания на плечи взрослых.
Али теряет туфли сестры, которые нес из починки. Единственные туфли, в которых она может ходить в школу. Он просит Зухру не рассказывать родителям и предлагает свою пару кед, оствшуюся на двоих в единственном числе, носить по очереди. А дальше очень характерный диалог:
Захра: Я не хочу! Я скажу отцу!
Али: Тогда он побьет меня и тебя.
Захра: Почему?
Али: Да потому что у него нет денег купить тебе новые туфли.
Не надо думать, что из страха. Они заботятся, жалеют. Дети чутче, внимательнее, самоотверженнее окружающих их взрослые.
А взрослые ... ну что взрослые, вроде нет среди них негодяев или просто злых. Но они как будто ослепли.
П.С. Я вспомнила сцену-перевертыш из нашего известного фильма "Однажды 20 лет спустя". Молодая мама из своего единственного нарядного платья всю ночь шьет дочери костюм снегурочки, чтобы дети в детском саду не смеялись над "обносками".
Я не знаю, что это? Разница культур или просто два частных случая.
Посмотрела "Дети небес" (Иран, 1997). Каменное сердце у того, кто хоть раз не уронит слезу.
http://kino-online-filmse.ru/39289-deti-nebes-1997.html
Несколько лет на улицах города проводится фестиваль "Весенняя Москва. Акапелла". Ране то побольше было у меня возможностей послушать, В этом году на денек только и выбралась. Случайная выборка выдала исключительно "народные коллективы". Уж не знаю, тенденция ли текущего года или мне так повезло. Особых открытий не было, но день был солнечен, народ расслаблен и добродушен, заботы отложены, и главное - встретились с хорошим человеком. А хорший день вдвоем - это не помноженное на два, а возведенное в степень)
П.С. Однако, тексты народных песен! Очарование))) "Полюбить тебя каждый непрочь".
Возможно, трава и была зеленее, когда я была моложе, но чтоб вот так весной, да все охвачено цветом!
Не, не помню. Клумбочки всякие - с тюльпанчиками, с анютиными глазками, это помню. Или отдельно взятые специальные места: яблоневые сады там или палисадник с парою сиреневых кустов, но чтобы вот так - как в этом году!
Это не приличная средняя полоса, где каждому цветку свое время, это разнузданное Средиземноморье какое-то!
От подъезда до сберкассы 4 минуты ходу. Обычный спальный район. Фотографировала - ни шагу с дорожки не сделала. Причем фотографировала только "промышленные масштабы" цветения, всякие отдельно взятые тюльпаны-примулы игнорировала.
которые важны для тебя одним фактом своего существования.
Это офгительное интервью. Меня немного смущает профессия Соловейчика - "рассказыватель историй", но даже если три четверти из сказанного весело рассказанный анекдот, всё равно. Всё равно это офигительно. Это третий сон Веры Павловны (Или какой там по счету, из которого становится ясным, что делать?).
Несогласие моё с Соловейчиком совершенно ничтожное, если сравнивать с созвучием, которое просто колоколом гудит из-за резонанса. И про неестественную природу принуждения, и про условность результата, и про то, что когда правильно - легко, хотя и сложно.
Задохлик от мирной жизни и усиленного питания взял по максимуму. Так что ноныча, не то что давеча - на вытянутой руке не подержишь, обломишься.
Давно не радовал меня фотик собственным видением модели.
И ведь купилась, ломанулась спасать утку!
[700x525]
Такой очеловеченный он только с одного ракурса.
Жалею, что не сфотографировала с другой точки зрения, так чтоб уж не было сомнений, что портрет нерукотворный.
[700x587]
Папа говорил, что без мамы ничего там не будет.
Но вот пришла весна. Это сильнее человеков - солнце, соки поднимаются по стволам деревьев, птицы вьют гнезда. И папа посадил помидорную рассаду. Не знаю, что там будет, а пока папы нет в Москве, я езжу поливать.
ЦЕрковь новвая совсем - по дороге к папе.
[700x525]
Хороший спутник в путешествии - большая удача. Даже если вы друзья "на материке" совсем не обязательно всё сойдется в дороге. Быстро или медленно, налево или направо, сколько спишь, как часто ешь - нужно время, чтобы приспособиться друг к другу. Но это ерунда, было бы желание и время притретесь.
Есть другое, главное испытание - его величество План и .. и его крушение. Перефразируя известный мультик: "Кто-то говорит катастрофа, я говорю - приключение!"
Скучаю по окнам в нашем скворечнике на прошлой работе. Да я по многому скучаю, что осталось на Петровке!
Приходится довольствоваться домашним балконом.
Согретое солнцем - все прекрасно. Свежие спилы истекают медом, сверкают бриллиантовой крошкой, если на них попадет луч.
Сосенкам расти и расти, это их не обобрали, это о них позаботились.
