В школе на пении была песня про Чапая, там ещё слова были "Неправильно, неправильно кончается кино".
Читала сейчас новость про квартиру для семьи человека, спасшего 6 человек в Крымске. Его звали Пётр.
А несколько дней назад смотрела видео, где некий тоже Пётр боролся с потоком воды.
Может быть, это даже один и тот же. Только первый утонул, а второго в конце видео просто несла вода. И если это другой Пётр, я верю, что он выбрался из этой страшной беды.
Потому что так должно быть.
А ещё - "Российские моряки не спрашивали, каков числом враг, но где он!" (с) Е. Гришковец
"Как исповедующим православную веру, зырянам при крещении дают русские имена и фамилии, а при учтивом приветствии, как и у русских, к имени, данному при крещении, всегда присовокупляется имя отца; однако же в зырянском языке эти оба имени претерпевают особенное и странное сокращение, и притом имя отца всегда предшествует имени, данному при крещении, так что вместо русского "Василий Иванович" зыряне говорят: "Вань Вась".
"Но так как у кочевого народа, который всегда возит с собой все свои пожитки, ничего не может быть лишнего, а всякая вещь должна быть необходима и иметь известное употребление, то какой-никакой предмет роскоши, как, например, шахматная доска, весьма естественно, не мог служить для одной игры, а потому и представлял в то же время блюдо для мяса, отчего доска эта, покрытая кровью, походила на поле сражения. Обстоятельство это верно было соображено мастером, приготовлявшим шахматную доску, потому что клетки её отличались одни от других не цветом, а тем, что одна половина их (т. е. те, которые оставались без употребления) представляла углубления, а другая лежала в одной плоскости с доской. При таком устройстве доски немудрено, что в углубленных клетках всегда видны следы предшествовавшей трапезы, что, впрочем, нисколько не препятствовало игре, тем более что поле сражения всегда должно быть обагрено кровью".
Цитируется по: Шренк А. И._Путешествие к северо-востоку Европейской России. Москва, ОГИ, 2009.
Так смешно смотреть свои фоты, на которых снимаешь специально людей: люди-люди-люди - собачка; люди-люди-люди - вертолётик летит; люди-люди - кот; кот-кот; кот; люди-люди-люди.
На улице пахнет как в лесу: земляникой, сыростью и замшелой землёй. А ещё неожиданно то ли мятными конфетками, то ли "Дюшесом".
"Суда, употребляемые для провоза рыбы, суть ладьи с двойным дном, из которых в нижнем проделаны отверстия: пространство между обоими днами наполняется рыбой, которая посредством такого устройства во время провоза беспрестанно находится в свободно проточной воде, и это единственно представляет возможность доставлять рыбу живую на место её назначения. Осенью эти суда проплывают расстояние от Ладейного Поля до Петербурга по каналам в продолжение суток; напротив того, летом, когда вода в каналах, как утверждают, по своей возвышенной температуре делается пагубною для рыбы, суда принуждены проезжать по самому озеру, где при частом противном ветре они употребляют на проезд гораздо более времени".
Дело происходит в селе Усть-Вельском Погосте:
"Мне предлагали купить другой странный товар, значение которого я никак не мог разгадать, пока ближе не разглядел его состава; это чудо походило на клеенчатую материю, в самом же деле было лакомство здешнего изделия и состояло из раздавленной земляники, которую кладут на отрезок пропитанного маслом полотна и таким образом сушат на солнце, после чего тонкая пластинка снимается и тем более получает сходство с красною клеёнкою, что на нижней плоскости её отражается ткань полотна".
Цитируется по: Шренк А. И._Путешествие к северо-востоку Европейской России. Москва, ОГИ, 2009.
У Нарышкина, наверное, никогда не выдавалось такого увлекательного заседания. Невозмутимость меня просто-таки восхищает.
Вот ещё одно: "идейка".
А ночью снилось, что я пришла в какой-то многоэтажный дом, а там оказался папа. Было так весело и просто. Но самое удивительное, что обошлось без всяких зомбаков и пожаров: в окне были звёзды на чёрном небе и ожидание чего-то светлого.
О, пока печатала, вспомнила, что рисовала там картину. Запомнила сюжет, попробую повторить в реале.
Белявский тоже дочитан. И тоже не очень воодушевил. Без заинтересованности пишет, я бы сказала. Так что Инфантьев уверенно держит первое место.
Дело происходит в начале XIX в.
"Должно заметить, что при крещении каждому Остяку даётся крест и рубашка; по чему, ради сей обновки, часто некоторые из них приходят по нескольку раз просить святого крещения, следовательно и Метрическия книги об Остяках не могут быть верны. Однакож крещение принимают только одни взрослые, а малолетных детей прячут в кочевьях, которыя для священника отыскивать весьма трудно".
"Кроме того помянутые путешественники уверяют, что Самоеды веруют в бытие Создателя всех существ. Но так, как по мнению их, сие верховное Божество ими не занимается, то и они считают излишним ему поклоняться, или иначе сказать: так как они считают себя недостойными внимания Всевышняго, то и утруждать Его молениями своими не дерзают".
Цитируется по: Ф. Белявский_Поездка к Ледовитому морю. Мандр и Ка, Тюмень, 2004.
Воробьи открыли для себя помимо зимней закусочной в лице моей кормушки ещё и летние ванны. В лице наших корявых маленьких яблонь и грядок с клубникой.
Стоит мне начать обливать всё это из шланга, как из-за забора раздаётся возбуждённое тарахтенье, воробьи присматриваются, перелетают поближе и в конце концов бухаются на ветви, а потом и на землю. Расчепыривают перья и копошатся в листве, забавно вытягивая шеи из самой гущи.
А ещё по-моему всё же пьют с листочков (хотя я была почти уверена, что они не пьют).
Мне кажется, это первый год так. Или я не замечала раньше.
Вон один оттяпал откуда-то гусеницу.
Придётся признать это. Californication лучший сериал из тех, что я видела (хотя, видела - прямо скажу - мало).
В переводе NovaFilm, разумеется.
Системы отсчёта не осознаются обычно. А если подумать, то я ставлю вот_этот_самый стакан чая не на то_же_самое_место, а уже на изменившееся. И в том прежнем он не будет уже никогда.
Не говорю про центр Вселенной и Солнце. Даже относительно центра Земли он не будет поставлен на прежнее место.
Всё течёт прямо под рукой, которая тянется к столу, чтобы поставить стакан. И рука сама течёт. Или несётся.
Домой мы возвращаемся каждый раз уже немного другой дорогой. И дом немного не там. А когда приезжаем из двухнедельного похода - он на две недели больше _не_там. На какие-то там атомы-микроны не там.
Это так же удивительно, как слова Гришковца о том, что вот тут на траве - он, а вот уже над головой - сразу космос.
Не знала. Верить ли?
"Чтобы сплавить подобные обрубки по назначению, к месту жилища, находящагося иногда на разстоянии нескольких верст, бобр делает из стволов деревьев плот, скрепляя его древесными ветвями, складывает на этот плот обрубки, садится на него сам и, зорко посматривая по сторонам, напрягая слух и обнюхивая воздух - нет ли какой опасности, - плывет вниз по реке к месту назначения, употребляя свой лопатообразный, мясистый хвост вместо руля".
Цитируется по: П. Инфантьев_Путешествие в страну вогулов. Репринтное издание с предисловием Галины Данилиной. Мандр и Ка, Тюмень, 2005 г.
На этот раз из Инфантьева. Как же он хорошо пишет, прямо бальзам на душу после Бахрушина.
"Семья Тимофея жила в его отцовской юрте, и нам отвели новую, построенную самим Тимофеем, состоявшую из двух комнат и напоминавшую собою русскую пятистенную избу. Сами хозяева должны были уже давно переселиться из этой юрты в другую, потому что она изобиловала клопами. Потому ли, что вогулы думали, что клопы не осмелятся тревожить заезжих гостей, по другим ли каким соображениям, но только они с величайшею готовностью предоставили эту юрту в наше полное распоряжение.
Однако, неголодавшиеся паразиты оказались настолько безцеремонными, что в первую же ночь повели против нас такую убийственную атаку, что мы несколько раз, как угорелые, принуждены были вскакивать со своих кроватей и выбегать вон, чтобы выбивать о сугробы снега свои постели и одеяла. Так как мы не догадались захватить с собой никаких снадобий для искоренения этих маленьких врагов рода человеческаго, то на следующий же день заставили своих хозяек вскипятить воды и ошпарить кипятком наши койки. Но это мало помогло делу. Наши враги кишмя кишели во всех щелях юрты и, занимая неприступныя позиции, нагло издевались над всеми нашими усилиями выбить их оттуда. Тогда мы разставили свои койки посреди комнаты, подальше от стен и под каждую ножку подставили берестянныя чашки, наполненныя водой, которыя должны были изображать собой крепостныя рвы. Мы надеялись, что клопы, как не умеющие плавать, не в состоянии будут взобраться к нам на постели, так как, прежде чем на них попасть, им пришлось бы пуститься вплавь по воде в чашках. Мы готовились уже торжествовать победу, но наше ликование оказалось преждевременным. Голод делает изобретательным не только человека, но даже и такое, повидимому, безсмысленное и ничтожное существо, как клоп. Можете себе представить, что они делали? Не имея возможности вести против нас осаду ни с полу, ни со стен, они тучами ползали по потолку юрты и оттуда сверху бросались на нас и ещё с большею яростью вели против нас свои атаки.
В конце концов, нам ничего не оставалось, как признать себя побежденными и смириться".
Цитируется по: П. Инфантьев_Путешествие в страну вогулов. Репринтное издание с предисловием Галины Данилиной. Мандр и Ка, Тюмень, 2005 г.
Не очень он меня заинтересовал, но кое-что избру... изберу!
Про остяцие и вогульские племена.
1. "Рыба доставляла не только пищу, но и одежду: "и не только ради прокормления своего рыбу ловят, но и платье себе делают, и сапоги, и шапки; а шьют их рыбьими жилами". Они "проделывают" рыбьи кожи рыбьим жиром, "аки ровдугу мягкостью, которые отнюдь дождя не боятся". "Одежда их обще из кожей рыб, найпаче с налима, - пишет Новицкий, - ...тожде с осетра и стерлядей одерше кожу, толико трудами своими умягчевают, яко могут все одеяние себе из них сошити; обще же из налимей кожи - кожаны, с иных же чулки, сапоги себе утворяют". "Бедные людишки... ходят зимою и летом в рыбных кожанишках"; только богатые для зимнего времени шьют себе одежду и сапоги "с еленьих кож", бедняк "и зимнего времени лютость тяжчайших мразов претерпевает в кожане" *.
(*Краткое описание о народе остяцком, сочиненное Гр. Новицким, под ред. Л. Н. Майкова (Памятники древней письменности и искусства, СПБ. 1884), стр. 31, 38-39. Сибирский приказ, ст. №8, л. 24. Сибирск. летоп., стр. 378. Путешествие Спафария, стр. 84.
2. Спецом для кое-кого:
"Живя на путях, по которым шло особенно оживлённое движение русских торговых и промышленных людей (есть разделение - прим. моё), в соседстве с строгановскими вотчинами, остяки и вогуличи западного района подверглись очень рано жесточайшей эксплоатации со стороны русских колонизаторов. Русские вытесняли вогуличей "со старых их искони вечных вотчин, медвяные их ухожаи и бобровые гоны и рыбные ловли, с чего-де они ясак платили, все поотнимали".
3. Тут я сделала закладку, но до сих пор не могу понять, что заложила.
4. Про сомнительных святых. Речь идёт о Киприане - первом архиепископе Сибирской архиепископии (1621 г.).
"Обеспечив архиепископию материально, Киприан захотел придать ей также духовный блеск. Для новой кафедры нужны были святыни, которые бы поставили её наравне с старыми кафедрами с их сонмами местных угодников. Этим и объясняется то, что во второе лето своего святительства Киприан "воспомянул" атамана Ермака с дружиною, думая в лице знаменитого покорителя Сибири найти подходящего патрона для своей епархии. Владыка, как гласит составленный им Синодик, "повеле расспросити ермаковских казаков, како они придоша в Сибирь, и где с погаными были бои, и кого где убили погании в драке". "Казаки же принесоша к нему написание, како приидоша в Сибирь, и где у них с погаными бои были и где казаков и какого у них именем убили". На основании этих сведений "добрый пастырь" повелел "убитых имена написати к церкви Софеи Премудрости Божия в соборный синодик" и приказал в неделю православия "кликати" им "с прочими пострадавшими за православне вечную память". Цель, которая преследовалась этим актом, совершенно ясна: окружая Ермака и его дружину ореолом мученичества за православную веру, тобольский архипастырь, не решаясь своею властью канонизировать этих сомнительных святых, устанавливал торжественное поминовение их в неделю православия, как признание церковью их заслуг перед христианством".
Цитируется по: С. В. Бахрушин_История Сибири в XVI - XVII веках. Екатеринбург: Баско, 2007 г.
Было настолько офигенное небо, что я даже не могу найти более подходящего синонима.
По моим представлениям, сон-траве наступило самое время цвести. Воображение беззастенчиво подрисовывало к прошлогодней найденной полянке махровый нежно-сиреневый ковёр цветов.
Если от меня ушли галантусы, то уж ургульки я не упущу.
Через 20 минут напряжённого высматривания ургулек я стала счастливым обладателем мюллеровского проницательного прищура и начала слышать подозрительный голос. Голос уверял, что цветы передумали расцветать.
"Дед поставил на огонь котелок, начал варить похлебку.
- Вот, милые вы мои, - сказал дед, закуривая, - бродите вы, как нанятые, по лугам, по озерам, а того нету у вас в понятии, что были все эти луга, и озера, и леса монастырские. От самой Оки до Пры, почитай, на сто верст, весь лес был монашеский. А теперь народный, теперь тот лес трудовой.
- А за что им такие леса были дадены, дедушка? - спросила девочка.
- А пес их знает за что! Бабы-дуры говорили - за святость. Грехи они наши замаливали перед матерью божьей. А какие у нас грехи? Грехов у нас, почитай, никаких и не было. Эх, темнота, темнота!
Дед вздохнул.
- Ходил и я по церквам, был грех,- пробормотал смущенно дед.- Да что толку-то! Лапти даром уродовал".
К. Паустовский_Мещёрская сторона